Хокстеттер

      Оба лежали на примятой траве, ничего не замечая вокруг. Вика лежала на земле, а Стэнли под углов, положив свою голову ей на живот. — Не может быть, что мы победили, Стэн. — Не забудь, завтра мы идём в больницу после того, как проводим ребят. — Помню, конечно. Однако в жизни у меня ничего не поменялось, Джорджи мы так и не нашли, брат мой погиб, клуб распадается.       Стэнли приподнялся и посмотрел на Вику — Я хочу с тобой хорошо проводить время, а не вспоминать тяжелое прошлое и грустить.       Вика опустила свой взгляд с друга себе на кеды. Стэнли поднялся, посмотрел на колени, отряхнулся от налипшей травы и мелких камушков. — Идём, — протянул он ей руку.       Вика неспешно протянула руку в ответ и молча встала. И тут она снова закашлялась, изо рта в который раз пошла кровь, казалось бы, она сейчас упадет, но Стэн успел её обхватить за талию, так что Вика просто села на колени. — А может, и сейчас придётся идти. — Да нет, все нормально. Я привыкла. Договорились, что завтра пойдем. — Вика, ты себя в зеркале видела? — в панике затряс её Стэн. — Ты вся бледная! У тебя, верно, давление низкое. — Стэнли, отведи меня домой. Я домой хочу.       Парень помог ей подняться, все так же придерживая ее за талию, после оба пошли друг за другом по узкой тропинке к дороге, где они и все ребята оставили своих стальных коней. Подойдя к дороге, Вик и Стэн заметили, что кроме их велосипедов ничьих больше нет. Видимо, все уже разъехались по одиночке. «Сколько мы там пролежали»? — подумал Стэн, поднимая свой велик.       Вика же с трудом подняла свое средство передвижения за руль, села на облезлую сидушку, поджав губы.       На следующий день все, кроме Билла Денбро, уже стояли у дома Бев, друзья помогали ей выносить вещи. — А когда ты, Бев, снова к нам приедешь? — спросил Ричи без привычной и надоедливой улыбки, с мыслями, что клуб неудачников распадается. — Я не знаю, наверное, теперь уже следующим летом.       Билл со своими родителями уехал на машине, а вот Бев повезло чуть меньше, ей надо было тащить вещи до самого вокзала, до другого конца города, а их, как оказалось, было не меренное количество, были даже те, о которых Бев даже и не знала, вернее просто забыла. Хотя тащить все эти вещи с друзьями не так уж и скучно. Неизвестно, кому повезло больше.       На вокзале ребята по 10 раз каждый обнялся с Бев и пожелал наилучшего пути в никуда. Старый, ржавый поезд уже подошёл к станции. Бев поочередно, не без помощи ребят, конечно, заносила все сумки. Действовать нужно было оперативно, потому что поезд стоял всего лишь 7 минут. На последок Беверли вышла ещё раз попрощаться, и тогда Вик окрикнула ее, попутно снимая с указательного пальца большой черный перстень: — Стой! Вот, возьми, — Вика положила свой подарок в ладонь Бев и замкнула ее, — помни обо мне, помни о Дерри. И помни, что мы тебя здесь всегда ждём.       В ответ на эти искренние слова и подарок Беверли чуть не расплакалась, но все же сдержалась. Вместо слез девушка сняла со своей шеи подвеску с расплавленным стеклом, которую ей когда-то сделал отец. Но теперь его нет, и это очень больно. — Чтобы ты обо мне помнила. — Беверли повесила свою любимую подвеску Вике на шею и подмигнула. — Береги себя, — предостерег её Эдди. — Постараюсь. — отнеслась она с юмором. — ОТПРАВЛЯЕМСЯ! — крикнул кондуктор, и Бев пришлось быстренько зайти в вагон под номером 1. Встав у окна, улыбнувшись, девушка помахала им всем рукой. Поезд двинулся, Беверли заметила, что за ним побежали и ребята, якобы пытаясь его догнать и остановить. — Я люблю вас! — крикнула она им вслед, но только вряд-ли они ее услышали.       Ребята проводили едущий поезд, помахав руками, и, попрощавшись напоследок объятиями, разошлись. По Викиной щеке скатилась слеза, поспешив убрать ее тыльной стороной ладони, девушка зажмурилась. — Не расстраивайся, — заверил её Ричи, похлопав Вику по спине, — приедет она ещё.       Вику эти слова не успокоили, лишь только сильнее разочаровали. — Нет, она уже навряд ли приедет. Я сомневаюсь.       На перроне остались только Стэн, Вика и Ричи. — Ну что, в больничку пойдем? — напомнил Стэн. — Да, наверное, надо идти. — В какую больницу вы собрались? — удивился Ричи, протирая линзы очков краем зеленой клетчатой рубашки. — Мне не стало лучше. Нужно всё-таки провериться, чем мучиться. — Что ж, тогда я с вами пойду за компанию.       В больницу ребята пришли без записи, народу не было где-то 3-4 человека всего лишь. В местной больнице было три этажа: на первом была поликлиника, подразделяющаяся на детскую и взрослую, на втором и третьем этажах были больничные палаты. Напротив той самой больницы была ещё одна, чуть меньше — роддом. То место, где родились и Стэнли, и Ричи, и Вика, и, возможно, Патрик тоже. Вообщем все. Стэнли и Ричи присели на банкетки, а Вика, постучавшись, вошла в кабинет с табличкой «педиатр». — Здравствуйте, — со стеснением поздоровались Вик. — Здравствуйте, здравствуйте. — поздоровались медсестра, не отрываясь от мед книжек, которые в спешке заполняла. Та самая медсестра, которая помогла Вике, когда та лежала вся обкуренная, но только Вика об этом не знала (или не помнила). — О, это ты? — подняла девушка взгляд на посетительницу. — Простите... Мы знакомы? Я, вроде как, у вас ни разу не была. — Неважно. Проходи, садись. — медсестра в белом, аккуратно выглаженном халате указала на стул, обтянутый кожей.       Вика, чуть подойдя поближе, села напротив медсестры. — На что жалуемся? — Понимаете, меня не покидает сильный кашель, что аж спать не могу. Ещё меня изредка тошнит, опускаются десна и идёт кровь изо рта. Также я похудела из-за отсутствия аппетита.       Девушка достала журнал с надписью «Симптомы», начала записывать. — Болит что-нибудь? — Так-то нет, но периодически скачет давление и кружится голова. — Угу, как зовут? — Виктория Хокстеттер. — Хокстеттер, — девушка приложила ручку к губам, задумалась, — слышала я эту фамилию уже. У тебя, по-моему, брат был, да? От неожиданности вопроса Вике стало конкретно не по себе: не хватало ещё только этих расспросов про Патрика. — А что с ним, с братом? — Да он... он... погиб. В лесу. — соврала Вика. — Вены перерезал.       На лице медсестры отразился ужас, но вскоре ее лицо вновь стало каменным. — Понятно. Ладно, иди-ка сюда. — девушка сняла с шеи стетофонендоскоп, вставив душки себе в уши. Вика подошла к ней, подняла футболку до груди и содрогнулась когда леденящий холодок прошел по ее животу. — Сделай вдох и выдох.       Вика послушно набрала в лёгкие воздуха и медленно выдохнула. — Вдох-выдох, — повторила медсестра. — Какие-то шумы у тебя, Вик. Нужно сделать рентген. — девушка достала листочек с полями и написала направление. — Держи, иди к рентгенологу, отдашь это направление, а результаты мне принесешь. — Хорошо, — Вика опустила края футболки. — а где находится кабинет? — Как выходишь, поворачиваешь направо, затем налево, и кабинет под номером 13 сразу же.       Вика вышла из педиаторской на встречу мальчишкам, оба сидели на банкетке как на ножах в ожидании. — Ну, что там? — первым вскочил Ричи. — Все нормально, надеюсь... — добавил Стэн, также поднявшись с сидения. — Пока не знаю. Мне надо к рентгенологу. Вы пойдете со мной? — Конечно, — выпалил Стэнли, — Мы тебя одну не бросим. — подвёл черту Ричи.       Вика улыбнулась и повела ребят за собой.       Все трое зашли в нужный кабинет, там сидела пожилая женщина лет 60 и заполняла различные бумажки. — Здравствуйте, я по направлению. — Вика вручила женщине направление. — Снимай верх, вставай на стул возле рентгена.       Вика в последний раз глянула на ребят. — А вас, ребятки, попрошу выйти. Не смущайте девочку.       Вика скорее засмущалась от ее слов, донесенных от старческих уст. Ричи и Стэн, едва сдерживая смешок, поочередно вышли из кабинета. Банкеток здесь не было, потому им пришлось усесться на пол, который частенько подвергался стерильному отдраиванию.       Вика слегка засмущалась, ей не хотелось раздеваться, пусть даже и перед бабкой. — Давай, давай, — поторопила она Вику, — чего я там не видела?       Тяжело выдыхая, Вика быстро сняла с себя футболку и лифчик и встала на стул. Медсестра, включив аппарат, просматривала все внутренности через маленькое окошечко. — Ой, ой, ой, — закрехтела женщина, — Что там? — Тихо, не шевелись.       Через несколько секунд напечатался снимок. Вика второпях надела футболку, а лифчик засунула поглубже в карман. — Держи, отнесешь. — Спасибо, до свидания. — Вика в прямом смысле выбежала поскорее из кабинета к мальчикам. — Тебе надо ещё куда? — устало протянул Ричи. — Только педиатру отнести результаты вместе с диагнозом. — Так давай сами прочитаем! — Сами мы не поймём, зашифровано.       Снова у той самой девушки, у педиатра Вика сидела на стуле и ждала результатов. — Так, ну, дорогая, я тебя, к сожалению, разочарую. У тебя пневмония первой стадии.       Глаза Вик выкатились, а челюсть отпала. — Ребят, — повысила голос медсестра, — зайдите!       Стэнли и Ричи спокойно зашли в кабинет. — Присаживайтесь, молодые люди. — указала девушка на кушетку.       Ребята молча уселись, переглянувшись сначала с Викой, после с медсестрой. — Итак, у вашей подруги обнаружилась пневмония на ранней стадии развития, поэтому я хочу предложить, а точнее порекомендовать пройти обследование, чтобы понять, какие лекарства лучше принимать. — А на сколько примерно, если я лягу. — Минимум дня на 2-3. Точно не скажу, посмотрим по состоянию. Вика сглотнула. Такого развития событий она даже представить не могла. — Пневмония это не опасно? — осторожно спросил Ричи. — Если вовремя и правильно подходить к этому, то нет. — Из-за чего может быть пневмония? — спросить решил и Стэн. — При попадании инфекции развивается легочное заболевание. Но также ваша подруга рискует заболеть туберкулёзом при неправильном питании, как она говорила. — Понятно, спасибо. А ко скольки я могу прийти сегодня? — До 7 вечера. Придёте на вахту, вас отведут в одиночную палату. — Ладно, тогда мы сегодня придём. — Ребята поднялись со своих мест и уже было направлялись к выходу, однако медсестра успела их предупредить. — ... и да, мальчики, пневмония заразна, держитесь от неё подальше минимум на 2 метра. Да и сами проверьтесь на наличие пневматических симптомов. — Обязательно. — ответил Стэн. — Да, и ещё кое-что. Можно у вас где-нибудь провериться на наличие ВИЧ-инфекции? — решила напоследок поинтересоваться Хокстеттер.       Мальчишки переглянулись, у обоих были глаза размером с теннисный мяч, а волосы встали дыбом. — Да, пожалуйста. В любое время. — Спасибо, до свидания. — попрощавшись, ребята вышли. — Где ты могла пневмонию подцепить? — Стэнли зарылся пальцами в свои кудрявые волосы. — А ВИЧ у тебя откуда? — Не знаю, но, кажется, все это неспроста. Что-то или кто-то здесь замешен. — Кого ты можешь подозревать? — удивился Ричи. — Микробов? — Есть кого. Да, кстати, домой я пойду одна. И сами не игнорируйте напутствие той девушки, проверьтесь.       С этими словами Вика ушла вперёд, обогнав их обоих, оставив в том же замешательстве.       День постепенно клонился к концу, на наручных часах 3:15 — почти 4 часа до завершения приема. На улице людей оставалось все меньше, лишь несколько школьников и пара полицейских встретились у нее на пути. Последних повстречала Вик уже возле дома Бауэрса, который уже с неделю опечатан. До Вик дошли слухи о том, что Генри прирезал своего отца и убил своих друзей, тупо перерезав всем троим глотки. Она знала. Знала, потому что сама видела, когда выбралась вместе с неудачниками из того дома — там машина и стояла, а в ней на заднем сиденье сидели два окровавленных тела. Больше всех в этой ситуации Вике было жаль Виктора, в принципе, он ей ничего плохого не сделал, то же самое можно было сказать и о Редже. Самих копов возле дома Бауэрсов она встретила там по случайности, те разговаривали на тему пропаж детей, о том, что дело можно спокойно закрывать. Постепенно разговор зашёл о Генри, а-ля, это Бауэрс-младший, сын Оскара, рехнувшись, убил их, детей и подростков, а тела пустил по Кендускигу. Эти разговоры втянули Вик в интерес, девушка решила подойти, спросить, что с Генри. Хокстеттер осторожно подошла к людям в форме, почувствовав её приближение, оба обернулись. — Вы что-то хотели? — спросил один из них. — Вы ведь знаете Генри Бауэрса, он из этого дома? — Конечно, как не знать? — усмехнулся второй. — Мы его лично брали. Вышел к нам этот засранец весь мокрый, грязный и в синяках. «Это я его столкнула». —... и даже не побоялся прийти, не свалил, чёрт! — Да, погодите... — перебила их девушка. — Генри жив, получается? — По логике раз брали, значит, жив. — А где он сейчас? — Предстал перед судом, его обвинили в семи убийствах, в трёх из них мы уверены наверняка. — А после?... — А тебе зачем, деточка? — спрятав руки в бирюзовые брюки, посмеялся офицер, шляпа которого закрывала седые волосы. — Просто интересно. — неловко улыбнулась Вик, переведя взгляд с полицейских на их грубые рабочие сапоги. — Увезли подальше отсюда. Он сейчас под Дерри, на границе, в местной психушке. — Слушай, — чуть наклонив голову, дабы взглянуть девушке в лицо, полицейский чуть сощурился от солнечных лучей, — ты не та случаем Вика, о которой он все кричал. — Что? Почему? — удивившись, резко подняла голову на полицейских. — Понятно, это она. — мужчина выпрямился и переглянулся с офицером. — Девочка, что ты хочешь, помочь своему другу? Не выйдет, он на пожизненном заключении. — Н-нет, просто дайте мне адрес этой психушки, пожалуйста. — Навестить хочешь? — Не совсем, нужно ему кое-что передать.       Офицер подозрительно всмотрелся ей в глаза, предварительно согнувшись. — Подозрительная ты. Ладно, — офицер порылся пальцами во внутреннем кармане рубашки того же бирюзового цвета, достал маленький, весьма потрёпанный клочок бумаги с адресом, — держи. Псих. Больница — «The Hills». — Благодарю. — кивнула Вика и рванула с места. — Постой! — крикнул ей вслед офицер.       Вика остановилась и обернулась. — Чтобы ты не выдумала, будь осторожней. — Буду. — кратко ответила Вика и ушла к дому.       Зайдя внутрь дома, Вика почувствовала холод, пробежавшийся по ее рукам и ногам. В этом доме было прохладнее чем на улице, где стоял теплый сентябрьский вечер. Жёлтые обои на стенах слезали, оставляя после себя белые бумажные следы и серые стены, саму мебель ещё не вывезли, хотя, кажется, это должны были сделать уже давно. Без колебаний Вик прошла дальше к лестнице. На втором этаже Вик кое-как отыскала комнату Генри, первоначально перепутав её с душем и кладовкой. Этого бы не случилось, если бы не оборвали проводку. Лишь в третий раз Вик открыла ту дверь, которая надобна. «Дизайн» этой комнаты поразил внезапную гостью. С боку на стене висела небольшая доска, похожая на Викину, выструганная из дерева. На гладкой поверхности висели рисунки, которые рисовала когда-то Вика и различные надписи. Вика подошла поближе с удивлением. Теперь ясно, кто ворует все её вещи. Осталось только найти ту фотографию и лифчик с личным дневником.       Не зацикливаясь на извращённых желаниях психа, Вика оперативно принялась рыскать по комнате, в поисках вещей Генри, потому что времени осталось не много. Вытащив из антресоли старую спортивную сумку 60-х годов, принадлежащую некогда отцу Генри, Оскару, положила ее на кровать. Из комода, вытащив целый комок шмоток в виде маек, нижнего белья, рубашки и штанов, Вика запихала все в сумку, застегнула и в бегах ушла, хлопнув дверью.       Примерно минут за 40 можно дойти до границы города, на машине минут за 15-20. Вика определенно решила поехать на автобусе, как раз и остановка рядом. Вскоре автобус с надписью «конечная» подъехал к остановке, к которой подбежала Вика. Заплатив водителю 3 цента, Вика села недалеко от водителя возле окна. Людей в салоне практически не было, впрочем, как и на улице, прямо город-призрак. Автобус двинулся и стремительно понёсся вперёд. Мимо промелькнули деревья да дома. Вика, облокотившись головой на стекло окна, смотрела на дорогу без каких-либо эмоций, люди постепенно выходили, пока не осталась одна Вика. — Конечная! — крикнул водитель, открыв дверь в салоне, однако Вика его не слышала, так как уснула к тому моменту. — Эй, пацан, — мужчина обернулся, — вставай! — А? Что? — Вика резко проснулась, испугавшись, встрепенулась. — Конечная, выходи!       Вика безразлично накинула на плечо сумку и вышла из автобуса.       Ещё раз глянула на бумажку, прочитав «The Hills». Возле места, где Вика вышла был обрыв, а внизу находился дремучий лес. Спустившись вниз по склону, можно было заметить белое здание с несколькими этажами. Кажется, это тот самый «The Hills».       Подойдя уже было к порогу здания, Вика подумала повернуть обратно, но все же наплевала на эту мысль и толкнула входную дверь. — Здравствуйте, — подойдя к вахте, поздоровалась Вик, — мне нужно увидеться с пациентом Генри Бауэрсом.       Усатый мужчина удивлённо поднял глаза на Хокстеттер, вскинув бровь. — К Бауэрсу? — переспросил он. — Да, я ему кое-что должна передать. — Вика стиснула передние зубы, показав сумку вахтёру. — Пропущу, но только ты пойдешь не один, мальчик. — Также хмуро и безразлично заявил вахтер, перебирая какие-то бумажки. — Она, — поправила Вик. — Что? — Я «она». — Ну, молодежь, вот мода у вас пошла на короткие стрижки. И это касается как раз вас, девушки, а парни, наоборот, волосы отращивают. — Так вы меня проводите к Генри? — закатила глаза Хокстеттер.       Мужчина встал из-за стола, направляясь к двери, огороженной решеткой. — Иди за мной. — мужчина отомкнул ключами, висевшими у него на шее, преграду из железных прутьев, пропуская Вику. Хокстеттер неторопливо вошла в глубь помещения. — Бауэрс находится в синей зоне, — Объяснял вахтер, поднимаясь по лестнице на третий этаж. — А сколько их всего, зон? — спросила Вик, стараясь не отставать от вахтёра. — Как раз-таки три: белая, синяя и красная. — Красная это для острого состояния души? — Так тоже можно сказать. Пришли, кстати. — распахнув железную дверь и пропустив Вику вперёд. — Генри, к тебе гости! — крикнул вахтер, распахивая дверь в комнату Бауэрса.       Сама комната была полностью белой и светлой, а также стерилизованной. Из мебели стояли лишь больничная кровать, тумба и шкаф. Сам Бауэрс лежал на убранной койке и ел черешню, находясь глубоко в своих мыслях. Находился, пока его не отвлек голос вахтёра. Сразу после тех слов, вырвавшись из своих раздумий, нервно повернул голову ко входу. — Я к тебе кое-кого привел. — отойдя с дороги, дав пройти Вике, сказал вахтер.       От изумления Генри выронил медную чашу с черешней на пол, медленно поднялся на ноги. — В-В-Вик, это т-ты? — проговорил сквозь зубы Генри, едва ли не плача. — Почему он заикается? — Сильная психологическая травма на почве давления со стороны родителей. — Но у него же нет родителей. — Ну, этого я уж не знаю. — мужчина пожал плечами.       Генри сделал пару шагов к девушке. Вика сначала чуть отстранилась, отошла в бок, положила сумку на кровать Генри и застыла на месте. — Спаси меня, Вик! — подлетел к ней Генри на коленях.       Вика в последний момент отскочила обратно к охраннику, потому что, как оказалось, у Генри началась истерика. — Люди, люди, помогите! — на крики вахтёра сбежались санитары, отвечающие за чистоту. — Скрутите его. — Девку уведи. — сказал один из людей в халате.       Один, более здоровый, схватил Генри за руки и скрутил их так, что сам Бауэрс не мог встать с колен, другой уже готовил шприц со снотворным. — Идём, — сказал вахтер, взяв Вику за плечо.       Вика, в последний раз взглянув на измученного жизнью Генри, ушла по просьбе вахтёра. — Вика, стой, прошу тебя! Сука! — последнее слово разлетелось эхом по всему зданию, из-за чего Вика пустилась в бегство, спускаясь по лестнице.       Выбежав на улицу, Вика бежала до самой остановки, где стоял все тот же автобус. Забежав во внутрь автобуса, Вика крикнула: — Валим!       Собрав дома все вещи, нужные в больнице, Вика уже было собралась уходить, прежде оставив записку родителям.       5:57 Весьма успеваемо. Вика решила напоследок прогуляться, ведь неизвестно, когда она выйдет, если она вообще выйдет из больницы живой.       Пустая квартира, мебель практически вся вывезена. Вика сидит на корточках в бывшей ванной комнате Беверли и Элвина Марш, докуривая сигарету, найденную под ванной. Это конец, казалось Вик, ведь теперь все закончилось, Оно повержено, клуб распадается. К сожалению, ребятам не было суждено быть друзьями надолго.       И вот Вика Хокстеттер подходит к порогу больницы. Вику сильно мутило, болел живот и тошнило. Глянув в последний раз на наручные часы на черном ремешке — 6:55. И перед тем, как ступить на больничный порог, из глотки Вик выходит тягучая желч вместе с кровью.