Герои

Полная луна освещала высокие шпили гильдии, вокруг которой подобно тысяче ярких огоньков парили вездесущие светлячки. Тёплый ветер ласково трепал и без того взъерошенные рыжие волосы, а их обладатель со смесью страха и предвкушения смотрел куда-то вдаль, словно искал что-то за линией горизонта. «Вот и всё… Даже не верится, что день, которого я ждал три года наступает завтра… Подумать только, уже вечером я, Габри, Зонтик и остальные ребята наконец покинем родные стены и будем вольны идти куда пожелаем и делать что угодно. В начале нашего пути время тянулось невероятно медленно, а теперь, оглядываясь назад, я удивлён, как быстро пролетели эти двенадцать лет». Уединение, как довольно часто бывало в этом месте, наглым образом прервали. Впрочем, этому человеку рыжик был рад всегда. Всё такой же визуально хрупкий и до неприличия стройный Зонтик с немым укором в голубых глазах и неизменной копной голубых волос, что сейчас были распущенны, а не собраны в привычный хвостик, улыбаясь, сократил оставшиеся крохи расстояния и уже привычно примостился сбоку. — Опять нарушаешь правила? — не глядя на собеседника произнёс голубоглазый своим «строгим» голосом, интонации которого юноша явно перенял у Куромаку. — Конечно — улыбнулся Стэйн — Сегодня ведь официально последний день, когда Наставник сможет отчитать меня за нарушение комендантского часа. — Значит вот твоя настоящая причина? Тоже волнуешься перед завтрашними экзаменами? — Зонтик… Куромаку просто ужасно на тебя влияет! Серьёзно, вот в кого этот серый мерзавец превратил моего милого и наивного братца, а?! — В кого? — с неподдельным интересом спросил «наивный братец», за что тут же отхватил несильный тычок в бок. — Даже сказать затрудняюсь, но это явно что-то страшное! — хохотнул рыжеволосый и был вознаграждён тихим, переливчатым смехом голубоглазого. Какое-то время парочка шутливо припиралась на тему самого гениального выпускника гильдии со времён Ностро. Эл уверял брата в том, что Куро по сущности своей страшнее всех чудовищ населяющих Альбион и его пределы, Зонтик же отстаивал честь старшего товарища, которым искренне восхищался и как Героем, и как личностью и как другом. — Между прочим, я не вспоминаю про Вару, с которым ты дружбу водишь, а он как мне кажется пострашнее Куромаку будет. — Вару? — искренне толи удивился, а толи и оскорбился рыжеволосый — Зонтик, да как их вообще можно сравнивать?! Куромаку ужасно жуткий, а Вару… — И Вару жуткий! Аво, да ты вспомни только все те безумные розыгрыши! — Ну, сказать опять нечего… Да, он иногда перебарщивал, но… — ИНОГДА?! — Хорошо-хорошо, практически всегда, только не кричи, а то Наставник и правда сюда явится. А я знаешь ли не хочу уходить отсюда в комнату и оставшееся время бездумно пялится в потолок. Уж лучше посидеть под открытым небом. — Знаешь, нам по-хорошему сейчас спать положено… — Ты сможешь заснуть? — Думаю что нет — немного погодя признался Зонтик, вновь пристраиваясь к тёплому боку Стэйна — Феликс тоже всю ночь перед своим выпуском заснуть не мог. Помнишь, что он устроил тогда? — Ох, а такое вообще возможно забыть? — хохотнул рыжик — Но ты забываешь про Вару. И про Ромео, который без предупреждения заявился к нам в комнату посреди ночи, что бы пожелать своему братишке удачи. Кстати, а помнишь, как мы с ними познакомились? — Эл, ты ведь не собираешься… — начал было Зонт, но заметив в руках брата толстый блокнот в кожаном переплёте и огрызок карандаша смирился. Всё-же иногда читать «Ученические Хроники» было очень интересно. Этот дневник, ставший со временем чем-то вроде полноценной книги Эл начал вести лет с шести, когда рассказ Куромаку о происшествии с жуками всё же склонил Наставника к решению допустить двух «сопляков» до полноценных тренировок раньше положенного срока. За двенадцать лет книженция не раз переписывалась, была залита водой, чернилами, реагентами, краской, желчью, кровью и прочими малоприятными субстанциями. В неё попадала молния, Пик протыкал сие творение мечом, её сотню раз крал Вару. Она тонула, горела, неведомыми путями оказывалась в руках Куромаку и неизменно прилетала в чью-то голову. Одним словом прошла через такое, через что не каждый Герой в своей жизни проходил. И оттого хранящаяся в ней информация становилась ещё ценнее. — Как насчёт главы про Историю, Любовь и Шутку? — Может, хоть раз начнешь читать с истории про себя? — Э нет братик, должен ведь я как человек, ведущий сию летопись хоть какие-нибудь преимущества иметь? Но если хочешь, следующая будет про меня… — Ладно — всё-же согласился синеволосый, тихо радуясь, что у этого позора не будет свидетелей.

*** «История, Любовь и Шутка» ***

Спустя пару дней после происшествия в лесу, рыжик и Зонтик успешно приступили к тренировкам, потихоньку знакомясь как со своими сокурсниками, так и с остальными многочисленными обитателями Гильдии. Феликс вспомнил о своём обещании, но прежде чем экскурсия, наконец, началась, блондин засыпал мальчиков извиненьями, словно имел какое-то отношение к неприятному инциденту. И как выяснилось, действительно имел. Он и ещё трое мальчишек во время ночной прогулки по гильдейскому лесу решили поохотиться на жуков. Поэтому найдя первое попавшееся гнездовье, малолетние дуралеи благополучно его зачистили. Данте – самый старший из компании вообще продемонстрировал свои магические способности, и небольшой участок вспыхнул подобно спичке. На счастье четвёрки вода была рядом и оставшееся время юные ученики занимались тушением леса. — Какой кошмар — ужаснулся Зонтик, когда блондин, наконец, завершил рассказ. — Да ладно тебе, не всё так плохо! — виновато улыбнулся Феликс — Эллиет, а ты что скажешь? — Скажу, что у вас тут весело. Ещё бы меня не пытались убить гигантские насекомые, и было бы вообще чудесно. Кстати о них… Если вы уничтожили гнездо, то откуда взялись те, что напали на нас с Зонтиком? — Ну… Думаю, в гнезде были не все. Скорее всего, эта группа охотилась, или сеть гнезда уходила глубоко под землю, где и укрылась часть колонии. В любом случае, мне очень жаль, что с вами ребята это произошло. И если вы захотите рассказать всё Наставнику, я против не буду. Друзья переглянулись и по хорошему, следовало развернуться на сто восемьдесят и со всех ног нестись к учителю, но… Зонтик отрицательно качнул головой, разводя руки в стороны, да и сам Эл не жаждал возмездия, всё-же благодаря голубоглазому у них от той встречи даже напоминаний в виде ссадин не осталось. —Думаю, у Наставника и без нас забот хватает — пожал плечами рыжеволосый, вслух признавая, что все претензии спущены на тормозах — Но с тебя Феликс обещанная экскурсия. — Ох, да проведу хоть сейчас! От предложения никто отказываться не стал, и вскоре троица облазила практически все закоулки Гильдии. Блондин начал с основного здания, уделив особое внимание комнате с картой, где по его словам выпустившиеся Герои получали задания. На втором этаже кроме спален по сути ничего больше и не было, а вот две боковые двери мальчишки исследовали. Одна вела в достаточно просторную комнату, оборудованную под торговую лавку. Всё же Мэйз имел достаточно связей в Бауэрстоуне, чтобы убедить местного мэра замолвить словечко перед гильдией торговцев. И вот уже лет семь как Гильдия пользуется услугами крупной торговой компании, что оплела своими сетями весь Альбион. Другая дверь вела в библиотеку, где обнаружился Куромаку, в полголоса спорящий с ментором. На бедного старика было жутко смотреть и мальчики ещё долго будут вспоминать всю ту надежду, разгоревшуюся в мутных глазах старца, когда тот заметил их. «Аво всемогущий, неужели ты ниспослал мне избавление?!» — читалось на лице замученного библиотекаря и тот, под максимально идиотским надуманным предлогом сбагрил серого на попечение «святого трио», спеша в срочном порядке поскорее затеряться меж книжных шкафов. — Куромаку, опять нашему хранителю знаний невроз прививаешь? — добродушно поинтересовался блондин, но удостоился только хмурого взгляда — Так, значит тут у нас находиться библиотека, а если пройти дальше, то будет небольшой ход через гильдейские пещеры и Палата Судеб. К сожалению там заперто, поэтому ничего интересного тут нет. Идём на улицу! — Ты сейчас серьёзно? — перебил блондинистого экскурсовода Куро. — Да, серьёзно, все эти пыльные трактаты просто тоска зелёная! Конечно изучать фауну Альбиона иногда было интересно, да и некоторые аспекты по управлению Волей были полезными, но в основном это та ещё нудятина! — Эта нудятина наша история! — вспыхнул сероволосый — На твоём месте я бы рассказал этой парочке о самой Гильдии, ведь судя по всему, они и понятия не имеют что это за место, кроме как то, что Гильдия просто школа вырождающихся Героев. — Вырождающихся? — с удивлением переспросили Эл и Зонтик, во все глаза уставившись на Куромаку. — К сожалению… Наша гильдия была основана могучим воином Ностро под мудрым руководством Жнеца в тёмное для Альбиона время, когда из-за отсутствия централизованной власти и недостатка ресурсов бушевали гражданские войны — начал свой рассказ Куро — Жнец обучил Ностро Воле и используя свою новую мощь вместе с мудрыми наставлениями, первый Герой собрал армию и заставил примириться воюющие народы Альбиона. На какое-то время показалось, что Альбион сможет вернуть прежнее величие, но надежды были напрасны... Несмотря на учения Жнеца, Ностро всё больше попадал под влияние властолюбивой куртизанки по имени Магдалена. Со временем она развратила Ностро до такой степени, что Гильдия Героев была не более чем пристанищем для наёмников, ведомых желанием наживы и славы. В конце концов, разочаровавшись, Жнец исчез, оставив Ностро наедине с его судьбой. Когда жизненный путь Ностро подошёл к концу, Гильдией стали управлять его приемники, чьи намеренья варьировались от добрых до жестоких. Сама Гильдия приняла простые правила: выполнять задание от начала до конца, просить аванс и подчиняться местным законам, пока Герой на задании. Героев, окончивших Гильдию временами боялся, а временами восхищался народ, которому они служили. — Ого, я этого не знал… — потрясённо произнёс рыжеволосый — А сейчас? Гильдия берёт только… ну, хорошие задания? Взгляды, которыми наградили мальчишку Куромаку и Феликс были переполнены восхищением той святой наивностью, которой был пропитан вопрос. — Глупые, наивные дети… — с сожалением произнёс сероволосый — В одном Пик точно прав, в этом месте вы либо расстаётесь с наивностью, либо с жизнью. — Либо вылетаете — вспомнил Феликс третий вариант, но это совсем не утешало. — Отвечая на твой вопрос Эллиет, нет. Не так давно Ткач вместе с Мэйзом и другими Героями подняли бунт против прежнего Гильдейского режима, и разрешения браться только за добродетельные задания. Много крови было пролито в этой короткой борьбе за свободу, что сильно уменьшило число Героев в Мире, хотя они и без того исчезали в связи с ослаблением присутствия в них Воли. После победы объявился Жнец и предвидя, что Ткач в будущем обретёт беспристрастность и ледяное спокойствие, предложил тому стать новым Наставником, который оставлял бы моральный выбор будущих учеников в их руках. — Подожди… — прервал рассказчика Феликс — Так получается Ткач, это наставник? НАШ НАСТАВНИК?! ДА ЛАДНО! — Именно. Знаешь, учи ты историю лучше, этот факт не стал бы для тебя такой новостью. — Да ну тебя… К тому-же в книгах это так растянуто и нудно написано, вот если бы нам рассказывали об этом как ты сейчас… — И правда — подал Голос Зонтик — Мне очень понравился твой рассказ Куромаку, спасибо, что уделил нам время. — Пожалуйста. Изучение чего-то нового всегда достойная цель. Как я уже говорил, Гильдия обучает вас боевым навыкам и использованию Воли, но не указывает, как этим распоряжаться после выпуска. Существует великое множество вариантов исхода и только вам решать станете ли вы известны своими подвигами как Громобой, покоривший сердца жителей Альбиона, или-же уподобитесь бывшему Герою Два-Ножа, что предпочёл стать главарём бандитской шайки. — Нет, из тебя и правда вышел бы неплохой учитель… Все эти твои наставительные замашки… — усмехнулся Феликс, ловко уворачиваясь от пущенной в него книги. Прячущийся за стеллажами библиотекарь негодовал внутри, однако не позволял чувствам взять верх над разумом, опасаясь, что сероволосый вновь переключит на него всё своё внимание. Жаль, конечно, но надеждам старца не суждено было сбыться, ибо компания ушла также неожиданно, как и появилась, так и не убедив Куромаку присоединиться к ним. Феликс конечно предпринял пару попыток, но единственное чего добился – ещё одно наставление показать новичкам демоническую дверь. Когда вполне обыкновенная, дубовая дверь в обитель знаний закрылась за последним из троицы, сероволосый окинул свои угодья хищным взглядом и двинулся вглубь, намереваясь добраться до своей жертвы, которая не была им забыта. Тем временем, Эл и Зонтик насели на блондина с вопросами, но тот лишь загадочно улыбался, говоря, что это чудо лучше увидеть собственными глазами. Выйдя на улицу, Феликс повёл мальчишек к дальнему полигону, что находился чуть дальше входа в Гильдейский Лес. Как оказалось, ручей, являющийся естественной преградой, имел переправу в виде достаточно широких валунов, выглядывающих из воды, по которым можно было дойти до небольшого водопада. Падающая с грохотом вода искажала изображение и то, что казалось, мальчикам просто неровной частью скалы на деле являлось огромной каменной дверью, на которой… нет, скорее уж в которой было высечено огромное бородатое лицо, не имеющее определённого возраста, но не это было самым интересным. Едва трио приблизилось, эта здоровенная махина вдруг ожила и громким, как майский громовой раскат голосом произнесла: «ТЁМЕН ТВОЙ ПУТЬ! ЛИШЬ СВЕТ ОЗАРИТ ЕГО, А В ТЕБЕ ЕГО МАЛО!» После этих слов каменная громада вновь умолкла, а глаза, сияющие голубым светом вновь стали холодным камнем. — БУ! — раздалось за спинами мальчишек и шокированные увиденным чудом Эл с Зонтиком, не удержав равновесия, полетели в воду. Всем присутствующим очень повезло, что друзья упали всё же в ручей, а не реку. В противном случае, им пришлось бы лицезреть истерику Эла, который не умел плавать и панически боялся глубины. Это мгновение, пока мальчик находился под толщей воды когтистой лапой сжало его сердце, проходясь по нервам как по струнам. Желание позорно заорать, а то и завизжать было сильно как никогда, но титаническими усилиями было подавлено. Мальчик злобно зарычал, но что по его мнению было жутко, для остальных оказалось очень забавно. Даже возмущённый проделкой незнакомца Феликс не мог до конца замаскировать улыбку. Зонтик проблем с водой в отличии от названного брата не имел, но чужая выходка вкупе с говорящей дверью его здорово напугали. Мокрый до нитки голубоглазый походил на выброшенную на мель русалку, что по глупой прихоти решила нацепить на себя человеческую одежду и увы, так подумал не только Стэйн… — Вару, как тебе не стыдно! — чарующий, мелодичный голос, чей обладатель явно предпочитал раздаривать комплименты, а не ругань сейчас звучал достаточно грозно — Я понимаю, когда ты подшучиваешь над парнями, но как можно обижать девушек?! И пока друзья переваривали «девушек», холёный розоволосый парень, облачённый в ученическую мантию, самоотверженно ринулся в воду, уверенно направляясь к Зонтику. — Не переживай дорогая, этот мерзавец просто ничего не смыслит в манерах! — прощебетал романтик, поднимая голубоволосого на ноги и якобы случайно беря того за талию — Я кстати Ромео, а ты из новеньких служанок? Всё это время стоящий на берегу Феликс спрятал пылающее лицо в ладонях, испытывая лютейшее чувство стыда за своего брата, а зеленоволосый мальчишка, так удачно разыгравший парочку просто задыхался от смеха, наблюдая за происходящим. Ей богу, хихиканье так быстро перешло в истерические подвывания с рваными вдохами, что впору было опасаться за здоровье кудряша, имевшего все шансы отключиться от нехватки кислорода вызванного неконтролируемым истерическим припадком. Первым в себя пришёл Эллиет и наконец, поднявшись на ноги, обратился к розоволосому: — Большое спасибо за помощь, но… Не мог бы ты перестать лапать моего брата? Взрыв хохота последовавший за этим предложением наверняка распугал всех птиц по округе. По крайне мере некоторых тренирующихся послушников он точно прервал. Романтик сперва порозовел, затем побледнел, глаза его приняли форму идеального круга, и казалось, увеличились в несколько раз. Зонтика он конечно отпустил, но лицо его при этом выражало такое разочарование, что ему против собственной воли хотелось сочувствовать. Согнувшийся пополам Вару, пищащий от смеха бухнулся на колени и тут-же навернулся в ручей, позабыв, что стоит не на берегу, а на достаточно узком мостике камней. Теперь от смеха плакал уже Феликс, в которого шутник не преминул запустить пригоршню воды. Блондин уклонился от неё, как и от полетевших следом толи водорослей, толи какой-то непонятной травы, что откопал на дне ручья Вару. Зелёная субстанция приземлилась прямо на лысую голову проходящего мимо Наставника и когда вся округа замерла, а мужчина медленно… очень медленно подошёл к шутникам, тем явно было уже не до смеха. Наказание получили все пятеро и в течении следующей недели драили все коридоры, классы и вечный кошмар – трапезную. Так-же не обошлось без подработок на кухне под бдительным присмотром Берты, чему неимоверно радовался Феликс. За это время мальчики успели неплохо так познакомиться. Поначалу Вару облюбовал Зонтика как свою любимою персональную жертву, но Эллиет и Феликс всегда стоящие на страже очень быстро заставили зелёнку отказаться от этой соблазнительной идеи, так что кудряшу пришлось благородно распределять своё внимания между ребятами поровну, чем все были довольны… И пусть некоторые шутки вызывали зубовный скрежет, но все они были очень остроумными и действительно смешили гораздо больше, чем приносили вреда.

***

— И стало это началом и пятеро стали девятью! — улыбаясь, со всем свойственным ему пафосом изрёк рыжеволосый, ставя в истории точку — Слушай, ну теперь мы просто обязаны прочитать про загадку двери! — Эллиет, ты ведь обещал, что следующая история будет про тебя! — возмутился Зонтик. — Знаешь, если так подумать, то в этой книге нет историй конкретно про меня, или тебя. Они всё о нас, так что… — Лис! — А я думал, что червовый туз… — притворно обиделся рыжеволосый — Даже ты меня в компанию не принимаешь. — Братик, ты давно уже часть компании, но согласись, что звание, данное тебе Пиком, прижилось сильнее карточной масти. — Звание наглой рыжей морды? — уточнил парень, на что получил утвердительный кивок — Ладно, так и быть, я готов смириться с этой несправедливостью и принять твой аргумент, но за это мы сейчас будем читать историю про демоническую дверь! — Определённо Лис — покачал головой Зонтик, понимая, что спорить бессмысленно.

*** «Габри, Зонтик и говорящая дверь» ***

История эта произошла, когда нашим героям исполнилось по восемь лет и они полноправно, а не с подачи Наставника считались учениками Гильдии. В тот год судьба привела к её порогу ещё одну заблудшую душу, что оказалась покинута всеми в этом жестоком мире. Растрёпанные, короткие волосы каштанового отлива, слегка заострённые ушки и невероятно огромные глаза, вечно горящие любопытством. На любой ответ мальчик неизменно находил с десяток новых вопросов, из-за чего общаться с новичком могли далеко не все. Казалось бы юный, пытливый ум это просто находка для Куромаку, но последний обществом эльфа, как окрестили Габлиэля местные явно не наслаждался. Но вот с Зонтиком гроза библиотеки и её хранителя на удивление спелся. Да и вообще если Эллиет и Зонтик считали друг друга братьями, то Феликс и Куромаку удостоились роли лучших друзей. Впрочем, у Эла был ещё и Вару, но дружба эта была очень странной… Феликс же был не только лучшим другом рыжего, но тем, с кем мальчишка начал сперва шутя, а затем и на полном серьёзе соревноваться. Дух соперничества подстёгивал двигаться вперёд и улучшать свои результаты, выкладываясь на тренировках по максимуму. Зонтик тоже старался, но не из-за того, что хотел кому-то что-то доказать и стать лучшим из лучших, а… будем честны – ближний бой и стрельба давались мальчику с ОЧЕНЬ большим трудом. С Волей дела обстояли превосходно и голубоглазый на ровне с Габри имел все шансы под конец обучения стать лучшим в своём потоке. У Эллиета же всё было наоборот. Управляться с мечом мальчик учился быстро и искренне наслаждался процессом. Стрельба… ну, рыжик надеялся, что за двенадцать лет он достаточно поднимет этот навык, что бы дотянуть до проходного бала на экзамене. Рыжик мог попасть снежком в лоб с десяти метров, но когда его руки касались арбалета или лука, скилл ловкости и меткости просто уходил в минус. С Волей дела обстояли лучше, но глядя на то с какой лёгкостью колдует синеволосый, временами становилось обидно и завидно. Но вернёмся к Габриэлю, который вместо того, чтобы составлять компанию Куромаку, внезапно, словно банный лист прилип к Данте, который и взял странного мальчика под своё крыло. Красноволосый имел свою собственную философию и при желании в будущем мог основать свою религию, здорово потеснив Аво и Скорма в божественном пантеоне Альбиона, став золотой серединой, между олицетворяющим добро Аво и несущим в Мир зло Скормом. Как-то раз, эльф подошёл к Зонтику средь бела дня, держа в руках горящую лампу, которую любитель вопросов то зажигал, то тушил. Зачем он это делал? О поверьте, поступки Габриэля поистине неисповедимы. — Зонтик, я решил загадку! — восторженно произнёс мальчишка, демонстрируя ошалевшему от происходящего голубоглазому вновь зажжённую лампу — Бежим скорее! —З-загадку? Какую загадку? Габриэль, объясни пожалуйста о чём ты говоришь. Но вместо ответа, кареглазый просто сцапал собеседника за руку и потащил его куда-то в сторону водопадов. Вообще все здешние обитатели имели особое отношение к чужому личному пространству, а именно – напрочь его игнорировали. А ещё, все. Абсолютно все считали своим святым долгом не рассказать, а именно что показать. Дабы бедный ты на своей шкуре прочувствовал эффект или последствия «вон той интересной штуки» или «вот этого совершенно безвредного заклинания». Видит Аво, к этой традиции трепетно относился даже Куромаку, а он-то был тем, кто действительно предпочитал действиям историю… Но серый в своём стремлении «наглядно продемонстрировать» иногда отчебучивал такое, что Вару со своими проказами просто нервно курил в сторонке. Добравшись до нужного водопада, а затем и преодолев не самую надёжную переправу, друзья добрались до демонической двери, которая вновь ожила, выдав стандартное: «ТЁМЕН ТВОЙ ПУТЬ! ЛИШЬ СВЕТ ОЗАРИТ ЕГО, А В ТЕБЕ ЕГО МАЛО!». Но едва это каменное изваяние завершило фразу, остроухий зажёг лампу и поднёс её едва ли не к самому каменному носу. Какое-то время ничего не происходило, но внезапно выражение каменного лица изменилось. Зонтику показалось, что дверь улыбалась, чего за ней раньше замечено не было. — ТВОЙ ПУТЬ ОСВЕЩЁН! И ЭТО СЛАВНО! ТЫ ДОГАДАЛСЯ! — торжественно произнёс каменный страж, после чего местами поросшие мхом створки разъехались, открывая двум шокированным ученикам проход в небольшую пещеру. И было что-то внутри манящее, обволакивающее подобно волшебной песне сирены, что заставляла тебя позабыть обо всех страхах и волнениях. Оно звало, дразнило любопытство так сильно, что даже ратующий за безопасность Зонтик шагнул вперёд, а не побежал за друзьями. Внутри было мрачновато, но лампа в руках Габриэля прекрасно разгоняла тьму, что позволило мальчишкам быстро отыскать один единственный проход и пройти по нему. По сути ничего примечательного кроме каменного коридора на пути не встретилось, но миновав очередной поворот, друзья оказались на залитой солнцем лесной поляне. Там, где начиналась стена деревьев, под добротным навесом расположилось несколько стеллажей, до отказа заполненных книгами, длинный дубовый стол и пара плетёных кресел. Приблизившись, Зонтик наконец увидел, что именно «звало» их с Габриэлем в это место. Увесистая книга, на обложке которой аккуратным, красивым почерком было написано «Литария Андрилла» так и манила прикоснуться к себе. Теперь голубоглазый кажется понимал Эллиета, который старался объяснять брату свои порывы, после которых рыжик обязательно совершал какую-нибудь глупость. Не став даже бороться с искушением, мальчик взял пыльный фолиант в руки и практически сразу ощутил, что из книги выпало что-то небольшое и металлическое. Посмотрев на землю, Зонтик заметил в траве медальон, но едва он коснулся цепочки, как его окутало голубым свечением, а уже знакомый хрустальный звон позволил догадаться, что произошла очень большая и конкретная… неприятность. Вот голубоглазый только стоял перед удивлённо моргающим Габриэлем, а вот он уже приземляется на лохматую голову посреди леса, причём там, где сам Зонтик никогда раньше не был. — ТВОЮ МАТЬ, ТЫ ЕЩЁ ОТКУДА СВАЛИЛСЯ?! — заорал в момент поднявшийся на ноги Пик, опасно нависая над синеволосым, требуя ответа прямо здесь и сейчас. — Я… Я… Я н-не знаю! — заикаясь выдавил голубоглазый, сжимаясь в один комочек оголённых нервов, стараясь не смотреть в «ужасные» золотистые глаза парня, которые были основной причиной всеобщей нелюбви к Пику. Этот отчуждённый, предпочитающий уединение парень, общающийся по большей части лишь с Куромаку и Данте был главной белой вороной Гильдии. А его удивительное сходство с Джеком-из-Тени лишь усиливало людскую паранойю и неприязнь. Даже некоторые преподаватели относились к Пику с опаской, чего уж говорить об учениках. Заметив, какую реакцию он вызывает у перепуганного мальчишки, рогатый отступил, увеличив между собой и Зонтиком расстояние. Отчего-то подобная реакция разозлила, хотя казалось пора бы уже привыкнуть. Младший его боялся, вон, даже глаза подозрительно блестели влагой, а сердце стучало так, что отдавалось набатом в ушах. При том, что сердце было Зонтика, а вот уши – Пика. — Брысь отсюда! — уже более спокойно, но совсем не дружелюбно произнёс рогатый. Два раза просить не пришлось и подхватив на автомате злосчастную книгу, голубоглазый поспешил исчезнуть, шустро рванув в сторону зарослей крапивы под обалдевший взгляд растерявшегося старшего. Только когда силуэт удирающего мальчишки затерялся меж зарослей трав и раскидистых деревьев, Пик матерясь себе под нос, рванул следом, практически сразу ощущая как руки жжет от поцелуев ненавистной крапивы. Зонтик был на удивление быстр, по крайне мере Пик ожидал, что догонит его сразу-же, но в действительности фиолетовому пришлось пробежать небольшой марафон. — Куда ты понёсся?! — рычал восьмой, когда беглец был наконец пойман за шкирку, как нашкодивший котёнок. — Я… — Что «Я»? Думаешь сюда просто так ходить запрещено? И вообще, где это рыжее недоразумение и блондинистая катастрофа? И как ты телепортировался без амулета? Вот скажи мне куда ты побежал, а?! Пик был раздражён и зол. Его выводила из себя глупость голубоглазого, чужой страх и боль в руках. Он пришёл сюда отдохнуть после усиленной тренировки, от которой ныло и тянуло всё тело, а в итоге ему пришлось гоняться за малолетним идиотом. — В Гильдию — пискнул мальчик, отвечая на последний вопрос. — А ничего, что она в другой стороне, гений? — Я… Я не знал — тихо всхлипнул голубоглазый — Мы… мы с Габриэлем просто открыли дверь, а потом оказались на какой-то странной поляне, где была эта книга и… Из неё выпал ам-мулет, я… Я подобрал его и меня перенесло к тебе. Пр… прости, я не хотел тебе мешать, просто… Что именно «просто» Пик так и не узнал, потому что из небесно-голубых глаз хлынули слёзы и Зонтик закрыл лицо руками, прячась от чужого взгляда. Рогатый наконец отпустил синеволосого, ещё раз внимательно оглядывая это недоразумение. Руки и правая часть лица усеяны алыми ожогами, волосы растрёпаны, да и вид в целом достаточно помятый… Вот тебе и тихоня… — Осмелюсь предположить, что дороги ты не знаешь? Отрицательный кивок и вот уже теперь Пик пытается скрыть разочарованный вздох. Скорм, он ведь только пришёл… Хотя почему он должен помогать разведшему сырость малолетке? Он не обязан, да к тому-же по радушно выделенному обществом статусу Пику надлежит подобно истинному злодею бросить эту плаксу в глухой чаще и уйти заниматься своими делами. Но восьмой понимал, что так просто отделаться он уже не сможет… — Пошли — коротко бросил желтоглазый. — К-куда? — В Гильдию, куда мне тебя ещё вести? Идти пришлось достаточно долго, если обычно Пик добирался до территории леса принадлежащей Гильдии минут за пятнадцать, то сейчас дорога затянулась на полчаса, если не больше. Виной тому правда была совсем не медлительность Зонтика, а внезапный диалог, который со временем увлёк обоих. Потихоньку язык голубоглазого развязывался, и он более подробно рассказал своему провожатому все детали произошедшего. Пик был удивлён тем, что кому-то, наконец, удалось разгадать загадку двери, но ещё больше удивился, когда Зонтик предложил вылечить его ожоги. Эксперимента ради старший согласился и был удивлён тому, как исцеляющее заклинание голубоглазого отличалось от заклинания условного старшекурсника, или даже преподавателя. Исчез не только ожог, но и последствия изматывающей тренировки. Тело вновь было переполнено энергией и силой. «А ведь он на самом деле совсем не такой, каким его описывают окружающие!» — пришла в голову внезапная мысль, но озвучивать её Зонтик не стал, вместо этого слушая «официальную версию» того, как и где они с Пиком встретились. Всё-же правила едины для всех и рогатый не имел права находиться за пределами владений Гильдии. Зонтик, хоть и не любил врать, всё же пообещал, что не назовёт точного места. Выйдя из леса странная парочка была практически сбита с ног Эллиетом и Феликсом, которые налетели на Зонтю с радостными криками и травмирующими объятиями. Как оказалось синеволосого искали всей Гильдией. Когда-же виновник беспорядка рассказал о произошедшем и роли Пика, рыжий бросился обнимать уже фиолетового, за что резонно отхватил заслуженный подзатыльник. Но одного подзатыльника оказалось мало, что бы остановить Стэйна и вскоре все наблюдали невероятную картину того, как рыжеволосый оторва обнимал «выродка Джекв-из-Тени», сыпля благодарностями в его адрес, а попавший в ловушку цепких рук Пик выглядел ещё мрачнее, чем обычно.

***

— До сих пор поражаюсь, что на самом деле Пик оказался таким… — признался рыжик, закрывая книгу. — Да… — тихо произнёс Зонтик — Что, ты уже закончил? А как же история про тебя? — Таких нет. — Да? А как насчёт той, где ты притащил колоду карт и решил выбрать всем прозвища рандомно? — Это неинтересная история, Зонтик. — Да ладно, а под конец этой истории вы с Вару поцеловались, показали Данте, Куромаку и Пику средние пальцы и напевая что-то про улетающих птенцов прямо в одежде ушли в пруд! — Зонтик, я уже сотню раз говорил о том, что мы проспорили это Ромео! — вспыхнул Эллиет, на которого накатили «приятные» воспоминания — Но согласись, что идея взять карточные прозвища была оригинальной. А главное сошлось-то всё как! Габри и Данте – бубновые валет и король, ты и Куро – трефовые, братья неразлучники – червовые, а Вару и Пик – пиковые. Ну и я червовый туз, вот только вы этот псевдоним единодушно забраковали. — Эл, мы не… ты ведь можешь выбрать себе абсолютно любое имя и…. — Боже, Зонтик! — тихо рассмеялся рыжеволосый — Да шучу я, шучу! К тому же… Я уже выбрал себе прозвище. — Да? И какое? — Призрак. — Твоему стилю боя подходит — одобрил Валет Треф — Что, попробуем уснуть? — Давай… Не думаю конечно, что у нас это получиться. — Ну, как говорили Данте и Куромаку: не попробуем – не узнаем — наставительно произнёс голубоглазый, первым покидая небольшой балкончик и исчезая в полумраке помещения. «Пусть завтрашний день обернётся удачей… Для всех нас» — загадал Эллиет, глядя на огромный, жёлтый лунный диск. Лунные желания, они… они ведь обязаны сбываться, так ведь?