Who is who?

Нет, Джазу сразу не понравился этот мужчина, но делать было нечего: такси уже приехало, и отказываться садиться в машину только потому, что он, видите ли, не доверяет водителю, было, по крайней мере, глупо. В итоге, гонщик сто раз пожалел, что не плюнул на манеры и не потребовал другой автомобиль. Водитель курил, говорил по телефону, искал интересную музыку, только что губы не красил за рулем! Пару раз Джаз заметил явные превышения скорости, но на просьбы ехать помедленнее водитель только фыркал и все равно ехал так, как хотел, а пассажир все пытался найти несуществующую педаль тормоза и пару раз на пробу дергал ремень безопасности. Когда они свернули в какой-то двор (к счастью пустынный), Джаз предупредил: - Не проедем, там одностороннее. - Да там всегда пусто! Никто не ездит… Возразить гонщик не успел. Такси на полной скорости вылетело из-за угла на встречную и почти сразу врезалось в Мерседес. Водитель почти не пострадал, так как основной удар пришелся на сторону пассажира, только голову разбил при ударе о руль, из-за того, что был не пристегнут, и потерял сознание, но подушка безопасности сработала исправно. Джазу же повезло чуть меньше. Ремень безопасности не дал ему приложиться о приборную панель, но металл от удара смялся, как пластилин в руках школьника. Хрустнула кость и гонщику стоило больших усилий не взвыть: рука явно была сломана. Через густую сеть трещин на лобовом стекле пассажир такси смутно различал белизну подушки безопасности в Мерседесе. Снаружи уже слышались крики: - Авария! - Кто-нибудь, вызовите «скорую»! - Звоните девять-один-один! Меньше чем через десять минут прибыли спасатели и медики, извлекли пострадавших из покореженных автомобилей и, уложив на носилки, быстро доставили всех в больницу. *** - Молодежь, все бы вам лихачить… - ворчал врач, накладывая новую повязку и попутно проклиная криворукого практиканта, который делал это до него. – Совсем не думаете о тех, кто вас дома ждет... - За рулем-то не я был, - решил оправдаться Джаз в глазах сурового медика. - А то ты не гоняешь! Джаз. - язвительно парировал травматолог. А пациент вдруг подумал, что ехидца как-то совсем не вяжется с приятным баритоном. - Ну, я же на треке… там можно… И я осторожно… - опуская глаза, пробормотал гонщик, впервые не радующийся своей популярности. Это ж надо было попасть в аварию так глупо, да еще и когда не сам за рулем… Эх. Откуда-то сверху послышался смешок медика. Рэтчет был известен в больнице, как лучший травматолог, пусть и с не самым лучшим характером. Джазу он почему-то сразу понравился. Было забавно наблюдать, как крепкий, рослый медик, пусть и с проседью на висках, гоняет нерадивых подчиненных, заставляя их работать, а не протирать халаты на посту медсестер. Даже более высокие санитары казались просто нашкодившими мальчишками, когда Рэтчет начинал в красках им объяснять, что он от них хочет и чего они не делают. Особенно смешно было от того, что с пациентами медик обращался, будто с детьми родными: не ругался, не злился, только ворчал, мол, не думают головой, а ему собирай их потом по кусочкам… - Тебе еще повезло, - сообщил вдруг врач, убирая инструменты и позволяя Джазу встать с кушетки, - второму я колено практически по частям собирал. На лице пациента отразилась напряженная работа мысли, видимо, переосмысливал ситуацию и свое везение, но Рэтчет его поторопил: - Иди давай в палату. Отдыхай и не дергайся. Рука пока, конечно, не болит, но, не дай бог, ты снова сместишь кость… Сам ампутирую, понял? - Понял-понял, - усиленно закивал гонщик. - То-то же, - добродушно усмехнулся медик, и в уголках его карих миндалевидных глаз собрались морщинки. *** Палата была двухместной, при этом одна из коек пустовала, так что Джаз спокойно улегся и, пользуясь тишиной, задремал. Разбудил его высокий голос, который ругался на чем свет стоит: - Осторожно, идиоты! Вы не дрова везете! Ампутировать бы вам головы да пришить дополнительные руки на их места, и то больше пользы бы было! Осторожно приподнявшись, гонщик осмотрелся. На вторую кровать кого-то перекладывали с носилок, но здоровенные санитары закрывали весь обзор. Командовал бригадой изящный молодой мужчина, стоящий к Джазу спиной. Каштановые, чуть вьющиеся волосы были тщательно уложены так, чтобы создавалось впечатление некой нарочитой небрежности, а когда врач полез за ручкой в задний карман джинсов, из-под халата выглянула тщательно выглаженная темно-бордовая рубашка. Дополняли образ черные прямые джинсы и ботинки, вот уж странно, под цвет рубашки. - Пошли вон! Я пожалуюсь и, возможно, добьюсь отмены премии, чтобы вы руки, наконец, из пятой точки достали и приставили, куда надо! Санитары покинули палату, прихватив с собой носилки, а врач что-то стал помечать в своей папке и для удобства повернулся к свету. Джаз едва удержался, чтобы не присвистнуть, ибо уж насколько он сам не жаловался на внешность, но молодой медик был больше похож на фотомодель, нежели на врача. Острый подбородок, тонкие губы и профиль, как у греческого бога… Глаза не давали рассмотреть солнцезащитные очки с красными стеклами, нужные, вероятно, для поддержания стиля и образа, нежели по необходимости. Отвлекшись, наконец, от созерцания божества в белом халате, гонщик перевел взгляд на соседнюю кровать. Парень, примерно его возраста, может, чуть старше, темные волосы, бледная кожа, круги под глазами… Дальше все лицо скрывали бинты. - А что с ним? – поинтересовался Джаз. Смотрелось жутковато. - Не повезло с машиной. Может в суд подать на производителя. Вероятнее всего, когда подушка безопасности выстрелила, обшивку руля разорвало слишком рано и так неудачно, что парень получил несколько глубоких порезов на лице. Но с ним все будет в порядке. Может даже шрамов не останется, - медик прокрутил между пальцев скальпель, и до гонщика только через пару секунд дошло, что это ручка. Вероятно, подарок, сделанный на заказ, - от доктора Нокаута все уходят красавчиками, - самодовольно ухмыльнулся врач. - Ты еще здесь, светило пластической хирургии? - Уже удаляюсь, меня ждет богатенькая блондинка, желающая увеличить грудь, - доверительно, словно по секрету, поделился Нокаут, передавая свою папку Рэтчету и покидая палату. - Позер, - проворчал медик, просматривая записи пластического хирурга, - но специалист отличный. Кстати, знакомься, Джаз, - Рэтчет указал на соседа гонщика по палате, - жертва твоего таксиста-маньяка, - пациент уже по-новому посмотрел на парня, а врач продолжал: - он еще под наркозом. Если что – зови, ладно? Дождавшись утвердительного кивка, Рэтчет ушел, Джаз же, от нечего делать, снова стал рассматривать соседа. Несколько минут в палате царила тишина, а потом парень застонал и дернулся, опасно устроившись на самом краю. Гонщик уже хотел бежать за медсестрой, но побоялся, что сосед упадет с кровати, пока он там будет бегать, поэтому сел рядом, не давая тому свалиться, и здоровой рукой аккуратно прижал его к постели, устроив на одном плече ладонь, а на другом локоть. Примерно минуту Джаз удерживал парня, после чего тот открыл глаза и невидящим взглядом вперился в гонщика. - Где я? – Саундвейв вспомнил аварию, но мозг все еще отказывался сотрудничать, отходя от ирреальных кошмаров, которые постоянно снятся под наркозом, но которые потом абсолютно невозможно вспомнить. Еще и комната кружилась в ритме вальса, никак не давая рассмотреть сидящего рядом парня. - В больнице мы. Джаз, - парень протянул здоровую левую руку для рукопожатия, - я ехал в том такси, так что если захочешь закопать водителя – позови меня, договорились? - Саунд, - управляющий с трудом поднял руку, позволяя новому знакомому самому сжать прохладные пальцы.