21 раз

Энакин пропал три недели, два дня и четырнадцать часов назад. Оби-Ван не был уверен, что он хоть раз поспал за все это время. Всякий раз, когда он действительно пытался отдохнуть, он неизменно обнаруживал, что Асока свернулась калачиком рядом с ним, маленькая и сонная, как лота-кот в зимний день. Днем она всегда стояла рядом с ним, не отходя ни на шаг, молчаливая, с широко открытыми глазами, и отдыхала только вместе с грандмастером, как будто боялась выпустить его из виду. Как будто он исчезнет ​​так же, как и ее мастер. Оби-Ван пытался притвориться, что спит почаще ради нее. Единственное что, в какой-то степени сдерживало Оби-Вана в течение этих долгих недель, это знание того, что Энакин все еще жив. Их связь оставалась неразрывной; хоть и далекой, неустойчивой и очень слабой, но все же живой. Он цеплялся за неё, как за спасательный круг, пытался определить местонахождение падавана, но оно, как всегда, оставалось неуловимым. Он был потерян где-то в поясе астероидов Тругии… нет связи после уничтожения его комма… не удалось определить последнюю известную траекторию… мало надежды, что он продержится так долго… Арту безутешно пискнул из своего угла комнаты Оби-Вана. Мастер-джедай положил руку на голову маленького дроида, и тот присвистнул что-то более обнадеживающее. С легкой гримасой он перестал тянуться к своей связи с Энакином и вместо этого посмотрел на другую койку в своей каюте — обычно она принадлежала Энакину — но теперь временно была занята Асокой, свернувшейся клубком на одеяле. Она была настолько взрослой, такой способной, что иногда Оби-Ван забывал, что ей всего семнадцать стандартных лет. Она так сильно выросла за те три года, которые она была их падаваном — то есть, падаваном Энакина. Оби-Ван встал, подошел ко второй кровати, опустился на колени и нежно положил руку между монтралами Асоки. Ее глаза открылись, и она устало посмотрела на него. — Привет, Мастер. — сказала она, изогнув губы в подобии улыбки. — Какие-то новости? Оби-Ван попытался изобразить спокойную уверенность. — Еще нет, малышка, но они будут. Досветовые двигатели замедлились, а затем остановились, когда «Решительный» вышел на орбиту вокруг Рилота. Оби-Ван ожил, когда в поле зрения появилась голограмма капитана Рекса. — Генерал Кеноби, — официально начал он. — Командир. — Оби-Ван был во главе 501-го, пока Энакин… не вернётся. О чем думал этот чертов человек?! — Мы прибыли на место встречи. Генерал Пло Кун и Волчья стая ожидают приказов, сэр, а Чам Синдулла ждет вас на земле. — Рекс сосредоточился на ещё более пристальном военном внимании. Судя по тому, что Оби-Ван смог уловить через его броню, капитан-клон выглядел нетерпеливым. — Также есть высокоприоритетное сообщение для вас и командира Тано из Храма джедаев, генерал. Асока втянула воздух, и Оби-Ван почувствовал, как колотится его собственное сердце. — Мы скоро будем там, Рекс. Спасибо. —Он прервал связь, и они с Асокой бросились к двери. — Жив он и находится в Залах исцеления, — подтвердил мастер Йода, когда они проиграли запись из Храма. Клоны, не скрывающие своего любопытства, стояли за двумя джедаями, бесстыдно подслушивая, — и ждёт он, когда вы оба с миссии вернётесь. Асока застонала, когда проекция Йоды исчезла. — Да вы издеваетесь! — сказала она, и Оби-Ван искренне с ней согласился. Тем не менее он знал свой долг. — Мы должны сосредоточиться на нашей миссии, — мягко напомнил он ей. — Чем раньше мы закончим, тем скорее сможем вернуться на Корусант, чтобы увидеть, в какие проблемы влез Энакин на этот раз. Девушка, уже больше похожая на молодую женщину, бросила на него кривой взгляд. — Я могу сказать вам то же самое, Мастер. Я чувствую ваше нетерпение и раздражение. — Потом она побледнела, как будто боялась, что ее слова недостаточно уважительны. Оби-Ван печально рассмеялся. — Да, это действительно не помогает, не так ли? — согласился он, и его грандпадаван бросила на него благодарный взгляд.

***

Энакин все еще был бледен и выглядел измученным к тому времени, когда Оби-Ван вернулся в Храм и ему разрешили увидеться с ним. Асока некоторое время успела просидеть со своим мастером, прежде чем прибыл Оби-Ван. Мастер-джедай отпустил ее вперед, как только они приземлились, в то время как он удостоверился, что его люди и 501-й обосновались, а затем подготовил отчет Совету. Если они будут вынуждены повторять старые битвы на планетах, которые считали обезопасенными, эта война продлится вечность. С неизмеримым облегчением он вошел в здание, где находился Энакин, почувствовав знакомое буйное и яркое присутствие в Силе, автоматически потянувшееся к нему. Мастер-джедай сбросил щиты и открыл свой конец связи. Он зашагал по темным проходам. Далекие светофоры и приглушенные звуки спидеров проникали в палату, но это только добавляло тихому гудению мира и благополучия, наполнявшему это место. Вековые тонкие колонны, высокий сводчатый потолок и множество окон — все это придавало Залам ощущение простора, свободы и чистоты. Тусклые золотые шары света были размещены вдоль колонн через равные промежутки, давая достаточно света, чтобы видеть, но недостаточно, чтобы потревожить выздоравливающих рыцарей-джедаев. Оби-Ван всегда недолюбливал это место, хоть и знал, что оно — лучшее для раненого джедая, чтобы снова выздороветь. Палата Энакина находилась недалеко, тот уже спал. Оби-Ван остановился на мгновение, просто наблюдая, рассматривая его бледную кожу, новые морщинки в уголках его глаз, мягкие завитки волос, которые становились длиннее и нуждались в стрижке… эти полные губы, которые приоткрылись, когда он вздохнул во сне и немного поерзал, ища кого-то… Оби-Ван решительно отвел своё сознание от этой мысли. Он знал, что Падме была здесь несколько раз, прежде чем он и Асока прибыли в столицу. Он был рад, что у Энакина был кто-то, кто любил его, когда он в этом нуждался. Целительница Вокара Че беззвучно подошла к Оби-Вану. В Силе ее присутствие было немного позабавленным. — Он не сломается, если ты сядешь рядом с ним. — сказала она с оттенком веселого раздражения. — Я не ожидал, что он будет так плохо выглядеть. — признался Оби-Ван, и Мастер Че быстро коснулась тыльной стороны его руки кончиками пальцев, чтобы успокоить. — Выглядит хуже, чем есть на самом деле, — сказала она по-деловому. — В основном обезвоживание и истощение питательных веществ. Незначительный солнечный удар. Несколько мелких ссадин и вывихнутая лодыжка. Ему просто нужно отдохнуть несколько дней, чтобы пополнить свои силы, а иногда лучше всего просто поспать и поесть по старинке. Он вернется к своему обычному пугающему и вызывающему хаос состоянию через день или около того. — Хорошо. Вокара Че давно знала Энакина и Оби-Вана. Она все еще рассказывала всем, кто слушал, о том времени, когда Энакин возглавил массовый побег падаванов из лазарета во время Великой эпидемии ботанского гриппа, когда ему было двенадцать. — Я удивлена, что вы не попали сюда вместе с ним, мастер Кеноби. Вы двое обычно ходите настолько плечом к плечу, что даже одинаково травмируетесь. — Она ухмыльнулась. Оби-Ван попытался выглядеть суровым, но он не мог отрицать правдивость ее слов, поэтому он сделал то, что сделал бы любой уважаемый генерал-джедай Республики — сбежал. Усевшись рядом с Энакином в кресло, поставленное рядом с кроватью, сделанное из какого-то темного дерева Набу, Оби-Ван сделал несколько глубоких, успокаивающих вдохов, находя равновесие и чувствуя, как напряжение последних нескольких недель, наконец, покидает его тело. Он медленно вдохнул и потянулся к своему бывшему падавану, своему лучшему другу в Силе. Морщинки на бровях Энакина сгладились, а его спящая фигура слегка сместилась в направлении Оби-Вана. Улыбаясь, чувствуя, как нежность и благодарное облегчение наполняют его, Оби-Ван протянул руку и коснулся пальцами обнаженной кожи ладони Энакина. Ему просто нужно почувствовать реальность присутствия другого мужчины. Оби-Ван обвил рукой запястье Энакина, посылая ему спокойствие и тепло — настолько, насколько он мог, в любом случае — через их связь. Некоторое время были только Оби-Ван и Энакин, вместе дышавшие в тишине Залов Исцеления. Оби-Ван четко почувствовал момент, когда Энакин проснулся — эта искра, которая, бесспорно, всегда была в нем, усиливалась, как два солнца Татуина, вспыхнувшие над горизонтом, — даже до того, как его бывший падаван улыбнулся. Его глаза открылись и безошибочно остановились на Оби-Ване, синий на голубом, и его улыбка стала шире, превратившись в дерзкую завитушку губ, заставившую Оби-Вана нахмуриться, даже когда в его животе началось слабое трепетание. Он повернул руку в ослабленной хватке Оби-Вана, и тянул, пока их руки не встретились, и он переплел их пальцы вместе. — Привет, Мастер, — небрежно сказал младший джедай хриплым голосом. — Я вернулся. Завел новых друзей. Оби-Ван приподнял бровь и поспешно откашлялся от внезапно появившегося комка в горле. — Ясно. Безрассудное игнорирование приказов, следование за кораблем в неизведанное пространство и возвращение раненым, как обычно. — Ну, вы же меня знаете, Мастер. Ненавижу прерывать серию побед. Оби-Ван закатил глаза, пытаясь подавить улыбку. Энакин, который знал каждое его настроение лучше, чем кто-либо другой в галактике, улыбнулся шире. Он осторожно потянул его за руку, прося другого джедая подойти ближе. Их глаза встретились, и сердце Оби-Вана екнуло от глубины ощущения, которое он мог прочесть во взгляде Энакина; отчаяние, нужда и грубая потребность наполнили воздух между ними. …Облегчение… и дом, и… обладание… Мой. Оби-Ван поспешно отступил, прерывая связь. Стул с громким стуком упал на пол. Смущенный, Оби-Ван наклонился, чтобы поднять его, давая себе время обрести самообладание. Энакину нужны границы, ему нужен контроль. Ему не нужен… Это добром не кончится. — Я должен идти. — тихо сказал он. Извиняюще. Твердо. Глаза Энакина расширились, а его губы… ну, если бы тот был еще подростком, Оби-Ван сказал бы, что он надувается. — Пожалуйста, останьтесь, Мастер! — умолял он, закусив нижнюю губу. Оби-Ван почувствовал слабый румянец на своих щеках, почувствовал, как что-то зашевелилось в нем при мысли о том, чтобы зажать его нижнюю губу своей. Он отступил и покачал головой. — Тебе нужен отдых, Энакин. — Он вздохнул и отвернулся, вернув щиты на место. — Мне тоже. — Оби-Ван! Мастер-джедай остановился, не в силах повернуться к своему бывшему падавану. — Пожалуйста… просто останься. Энакин казался таким потерянным, что у Оби-Вана заболело сердце, и ему стало холодно в Силе. Он повернулся. Он не может оставить падавана в таком состоянии. …Он не всегда будет рядом… Энакину нужно научиться стоять самостоятельно… он не может продолжать это… Энакин ему не принадлежит … Мастер-джедай продолжил идти. — Прости, дорогой. — прошептал Оби-Ван через их связь, надеясь и боясь, что Энакин услышит и поймет.