Иллюзия спасения

— Это типо твоя подроботка? — Не сказал бы. — А что тогда? — Не могу сказать. Уён уже двадцать или тридцать минут следует по пятам за предсказателем, думая попутно, точно ли ему нужно это? Парень ведь вполне мог вернуться домой и завалиться спать, специально забыв принять таблетки, на которые и так давно забил большой болт: когда вспомнит — выпьёт, а так — нет. Сонхва его часто за такое отчитывает, хоть и прекрасно всё понимает, но заботу у такого же человека не отнять. И Чон не ворчит в ответ никогда. По большей степени просто потому что ему всё равно. И далеко не на друга, который желает лучшего, нет. Пустым взглядом рассматривая мокрый асфальт под ногами (дождь всё-таки кончился), Чон погружается в думы ещё сильнее. Он не рассчитывал, что прославленный ясновидящий, колдун или кто он там, опять же, окажется человеком с настоящими способностями. В уме не может уложиться подобное, ведь как принять то, с чем раньше не сталкивался. А Уёну почему-то многочисленные рекомендации не давали пищи для размышлений, он по определённым причинам априори был уверен, что все эти слова — гроша не стоят, и всем людям запудрили мозги. Но потом пришлось поверить, хотя какая-то частичка мозга упорствовала. — Куда мы идём? — не продержавшись и пяти минут, снова задаёт вопрос Уён. Почему-то идти в тишине он не может. — Увидишь. — Отвечают следом. — Ты всегда отвечаешь так многозначительно? — Левая бровь взлетает наверх. — Да. Это начинает подбешивать. Мало того, что Уёну предложили пойти, так ещё и имя своё не сказали, и плюс не планируют поддерживать диалог. Смысл в таком случае вообще соглашаться, если будешь идти к закрытой варежкой? Разве что разговаривать сам с собой, но Чон пока в здравом уме. А Уён знал, что ли, что так будет? А он на что-то рассчитывал, когда соглашался?.. Ну ладно, нет. Просто в момент, когда предсказатель предложил пойти вместе с ним, в сознании, у самых краёв, пробежала шальная мысль, что, возможно, это интересно. Парень даже не успел осознать ничего. Он после своего ответа сразу же поднялся на ноги, бросив последний взгляд на окружающую его обстановку, запоминая её, и удалился. А сейчас идёт и молчит, как грёбаная улитка в своём тонком домике и понятия не имеет, как разговорить человека перед собой, который занят странным делом, очень странным делом. «Разве удобно идти, что-то записывать в блокнот и при этом смотреть по сторонам, чтобы не споткнуться? У него что, третий глаз на лбу?» — Чон сверлит спину напряжённым и сосредоточенным взглядом. Скользит по плечам, к которым идеально прилегает кожанное дубового оттенка пальто, на уровне талии болтается не нужный пояс, который так и кричит, чтобы его завязали. Копна русых волос и топортящийся из-за воротника пальто маллет придавали образу дерзости, но вот массивные ботинки с в сантиметров в пять подошвой добавляли всему смешинку. Уён лишь слегка улыбнулся, сам того не замечая. Незнакомец шёл не медленно и при этом ловко обходил канализационные люки, но всё ещё продолжал что-то записывать в блокноте, что мысль о третьем главу теперь не кажется странной. — Что вы делаете? — Уён равняется с парнем и пытается заглянуть в блокнот, но тот удачно закрывают, а Чон старается делать вид, что ему всё равно. — Ты задаёшь слишком много вопросов для того, кому безразличен мир вокруг. — Монотонно говорит предсказатель, и Уён фыркает, затыкаясь. Всё ведь верно. Ему правда наплевать на всё и на всех, и на этого раздражающего парня, который видит насквозь. — Только вот теперь не надо проклинать меня и всё, на чём свет стоит. — Уён на такое закатывает глаза, скрещивая руки на груди. Ему ещё указывать тут будут? Не много ли чести? Со стороны предсказателя слышится красноречивый хмык, а Чон решает, что больше пока не будет лезть к нему с расспросами, к тому же, если есть повод что-либо скрывать до какого-то момента, то значит действительно не стоит совать нос, когда этого не надо. Однако Уён всё же надеется, что незнакомец начнёт говорить, ибо придётся красиво развернуться на пятках и уйти домой, бросив всё и вся. А уж дом бы встретил дешёвым соджу, от которого кишки сворачиваются в спиралевидные фигуры, и пачка просроченных сухарей, лежащий со времён, кажется, какой-нибудь войны. А если уж парень попадёт в больницу с отравлением, то и насрать, хотя вряд-ли дело дойдёт до больницы, помрёт прямо в квартире. Его всё равно никто не схватится, разве что Сонхва, да и то, спустя пару дней. Уён возвращается к разглядыванию скучного серого асфальта, очень хорошо напоминающего состояние парня. Такое же мокрое, неровное. Дожди в Канвондо — не редкость. Особенно летом, поэтому Уён не любит это время года. Цветущему и зелёному лету он предпочтёт один лишь ноябрь. Да, зима, конечно, холодная, приходится одеваться в сто одёжек, но лучше уж так. Уёну нравится чувство, когда приходишь после мороза домой и принимаешь тёплый душ, а после выпиваешь горячий чай. Благодать, в такие моменты даже мир не кажется таким серым. Чон смотрит выше, рассматривая частные дома, которые как солдаты — идут в ряд. Все одинаковые, а отличаются лишь покраской и наличием оград. Уёну, который приехал сюда из центра, здесь неуютно и очень сильно не комфортно. Хотя постройки не сильно и отличаются: в Чхунчхоне тоже есть обыкновенные домишки, но тех немного меньше, чем здесь. Парень хмуриться, когда видит, как рядом с окошком, в доме, на них смотрит неизвестная женщина, провожая взглядом двух молодых людей до тех пор, пока те не завернули на другую улицу. А потом до Уёна дошло. Тут совсем нет людей. С тех самых пор, как он ушёл вместе с предсказателем, им ни разу не попадалась ни одна живая душа. Бездомных животных, и тех не было. Обычно ведь после дождя погода такая освежающая, прохладная — гулять и гулять! Но, кажется, не здесь. — У-у-у, что-то сегодня совсем не многолюдно, — следом заявляет внезапно предсказатель, отчего у Чона сердце подпрыгивает и дрожит в грудной клетке. Становится слишком не по себе. Этот человек его пугает… — А там, где ты живёшь, оживлённей? — Парень обращает своё внимание на первого клиента за сегодняшний день и улыбается опять так дружелюбно, заставляя небо в душе Уёна, наконец, чуть-чуть проясниться. Такое ощущение… — В нашем городе народу не многим больше, чем в вашем, но, думаю, да. — Ну, это довольно хорошо, есть с кем поговорить. — Соглашается предсказатель, кивая. — У тебя есть друг, Уён? «К чему эти вопросы?» — Есть. — Это хорошо. — Незнакомец сворачивает блокнот в трубку и убирает в глубокий карман пальто, следом героически стойко летит карандаш. — А у Вас? — Мы почти пришли. «Будто специально игнорирует мои вопросы. Ну что за надоедливый тип…» — ворчит у себя в голове Уён, фырча как старый дед. Чон останавливается вместе с предсказателем, но оглядывается один. Заброшка без окон, и если приглядеться, можно увидеть торчащие из потолка провода. Постройка двухэтажная, абсолютно голая, блоки камня практически полностью покрыты зелёной стеной хмеля, кое-где даже выросли небольшие семейства цветов-шишек разнообразной палитры: от жёлтой до белой. Уён с подозрением косится на заброшку. Ему всегда было не комфортно находиться рядом с чем-то подобным — навевался страх, будто там кто-то притаился и уже готов напасть… Однако стоит парню повернуться голову, как он застывает в удивлении, а левая бровь сама по себе взлетает вверх. Предсказатель стоит с закрытыми глазами, держа руки перед собой и очень глубокого дышит. Пальцы на его руках еле подрагивают, а лицо как обычно не выражает совершенно никаких эмоций: ни одной складочки на лбу не видно. Уён вдруг отворачивает голову в сторону, ибо боковым зрением замечает какое-то шевеление. Клюшка, шляпа с широкими полями, цветок сбоку, шаль на плечах узорчатая, видно, очень мягкая и пушистая, платье до земли, но босые ноги… Старушка смотрит на них, не отрывая взгляда, а Уён прикидывает, какого примерно между ними расстояние. Метров десять. — Я всё же хотел бы узнать…как тебя зовут. — тихо-тихо спрашивает Чон, ощущая в груди копошение начинающего зарождаться страха. Эта старушка делает не аккуратный шаг в их сторону. Уён понимает, что такая бледнота кожи не свойственна живым людям. У Уёна начинает дрожать нижняя губа. — Хонджун. Зачем тебе вообще это зн… — Осторожней! — Кричит неожиданно Чон, и отталкивает другого парня в сторону, ведь именно на него и налетела с не человеческой скоростью та старушка. — Что? Какого хрена?! — Орёт раздражённый донельзя предсказатель, но в миг смягчается в лице, замечая, насколько человек напуган и пялится явно не на него. — Сзади? — одними губами говорит Хонджун, глаза уводя в сторону. Уён заторможенно кивает, всё ещё не сводя ошалелого взгляда с пустоты позади предсказателя. Хонджун сжимает зубы, прищюривается, отчего тут же встречается взглядом с человеком. Тот, видимо, слишком не готов к таким поворотам в своей жизни. Ким улыбается совсем чуть-чуть. Осторожно медленно зарывается рукой во внутренний карман пальто, вытаскивая оттуда одну из тех штуковин, которую Уён заприметил ещё когда они были на работе у предсказателя. — Не бойся. — Также одними губами говорит Хонджун, в опаске за чужую жизнь бегая глазами по лицу. Уён заметно напуган и, Ким уверен, он очень хочет сбежать отсюда как можно дальше, даже если и понимает, что это бестолково. Его нагонят, прикончат, или сделают что похуже. Предсказатель видит глубоко-глубоко в чёрных зрачках ту самую искорку, что ещё не угасла, продолжая бороться. И раз на то пошло, то Хонджун сделает всё, что эта искра разгорелась в огромный пожар. — Обер… И в ту же секунду Ким оборачивается впечатываясь ладонью с артефактом в грудь призрака и заваливая его на мокрый асфальт. Очертания сразу же проясняются, ткань начинает прожигаться и дымиться, призрак раскрывает широко глаза и рот, стоит парню надавить сильнее. — Заткни уши!!! — Кричит предсказатель, и Уён послушно выполняет, что ему приказали. Как никогда — сейчас это кажется правильным. Уён видит, как бешено содрогается старушка, словно в неё вселился злобный демон, а затем обеспокоенно смотрит на Хонджуна, чьё лицо всё такое же… Парень лишь губы сжимает, превращая в тонкую полоску. Живое человеческое тело перенаправляет весь свой вес на руку, уже окончательно вдавливая что-то под ладонью в старушку, и та, застыв сразу после этого, перестаёт извиваться. Хонджун смотрит на Уёна и кивает, после поднимаясь. Чон отнимает руки от ушей, зачем-то прислушиваясь. Доноситься еле слышное шипение и бурление, а к горлу поступает тошнота, отчего парень поспешно отворачивается, сгибаясь пополам. Глаза щиплет от кислоты и острого запаха, его выворачивает наизнанку какое-то непродолжительное время, пока Хонджун понимающие гладит спину. Предсказатель чувствует небольшую вину за то, что взял с собой человека, ведь сейчас бы всего этого не было, но зато теперь он знает, что сможет приложить усилия, чтобы помочь этому забывшему себя и потерявшемуся Уёну, у которого чёрный лист в будущем. Хонджун хочет помочь. Человек сплёвывает противную слюну и упирается руками в колени, пытаясь выровнять сбившееся дыхание. Он никогда в жизни не видел смерть. Не видел такую смерть. До ужаса мучительную. Интересно, когда он умрёт, то станет таким же? — Всё в порядке, — Уён выпрямляется и рукой — подальше от себя предсказателя и тот отходит, даже не думая возражать. Парень в шоке, понятное дело, что он после всего случившегося будет побаиваться и держать дистанцию. Хотя второго он всю жизнь старался придерживаться. Чон сжимает переносицу пальцами и оборачивается, чтобы убедиться. Тело существа медленно испепеляется и разносится вмиг поднявшимся ветром, которого раньше почему-то не было, или просто это парень не замечал ничего вокруг. — Ты… — Уён поворачивается корпусом в сторону предсказателя и слегка бьёт кулаком тому в грудь. — Сейчас же мне расскажешь, что за хуйня только что здесь была. — Ты уверен, что хочешь знать? — Хонджун вновь прищуривается, но это больше злит. — Ты меня сюда притащил, заставил участвовать в бог знает чем, из-за тебя я чуть не выблевал свои внутренности. — Уён на каждом разделении ударяет парня напротив, чувствуя, как злость всё прибавляется и прибавляется, заполняя густой магмой вены и артерии. — Я не просто хочу знать, это ты обязан мне рассказать. — Отходит на шаг назад, играет желваками, а у самого ноги трясутся. Боится, но уверенно держится. Хонджун хмыкает, — Хорошо. Возвращаются они практически в полной тишине. Хонджун думает, с чего бы начать, чтобы не вызвать истерический смех у человека, а Уён просто ждёт: он теперь уверен, что этот колдунишка ни за что не переведёт тему разговора в другое русло, а в случае чего Чон надавит. В манипуляции людьми он тоже мастак, пришлось научиться. До дома предсказателя ещё далековато, улицы по-прежнему безлюдные, небо также затянуто хмурыми непроглядными тучами. Уён не хочет возвращаться домой. И даже не потому, что хочет узнать ответы на все свои вопросы. Истинную причину он пока не понимает, да и понимать не особо хочет. — В общем, — начал вдруг Хонджун, потирая затылок шеи. Слова не лезли совсем, а вопрос всё ещё оставался актуальным — как преподнести информацию так, чтобы не навредить психике. Всё, конечно же, рассказывать нельзя, да и напрямик тоже, надо как-то…осторожно, чтобы не возникало лишних вопросов. Хонджун далеко не психолог, он не умеет общаться с людьми так, он делает это по-своему. Поэтому в этом самая главная сложность. — Ладно. Давай я назову те вещи, которые сам понял? Если всё так сложно, то это может стать первой ступенью для твоего рассказа. — Предложил Уён, внимательно разглядывая профиль предсказателя и снова зависая на нём. Ким молча кивает. — Ты предвидишь будущее и умеешь колдовать… — Нет, колдуют — колдуны, а я использую артефакты. — Перебивает и исправляет Хонджун. — Это не прям уж магия, это по большей части старинные вещи, хранящие в себе многовековую историю. — А история это, получается, магия? — Магия — это вы так прозвали. У нас же это — энергия. — У нас? Так вас много? — Ты даже себе не представляешь, — язвит предсказатель. — И я не просто могу видеть будущее, я могу читать некоторые фрагменты прошлого, если ты ещё не забыл. — Не забыл, — отвечает той же монетой Уён, скалясь. — Я удовлетворил твоё детское любопытство? — Вот кто-кто, а Ким устал за сегодня. По большей степени — морально. Единственные вещи, на который он сейчас надеется: это отсутствие бардака дома и настойку шиповника, которую парень регулярно пьёт, чтобы поднять давление. Скачет оно в последнее время. Хоть иди и вешайся. — Нет. Кто это был? — Уён не намерен затыкаться, ни теперь, когда его мозг готов буквально взорваться от количества необработанный информации. — Та старушка? Призрак. И странно, что ты его увидел. Хотя… — Что? — Да так, ничего. — Отмахивается предсказатель и ускоряет шаг в надежде пройти остаток пути в тишине. Но, к сожалению, это не продлится надолго, ведь Уён решительно настроен идти с ним дальше и допытывать до конца.

***

Хонджун заваливается к себе домой с усталым громким стоном, который больше похож на отчаянный вопль и сразу же вешает пальто в прихожей на крючок, скидывая попутно ботинки и швыряя те в угол — главное в угол, а уж как они там лежат, совсем не важно. Предсказатель сразу же удаляется в уборную, дабы по-человечески умыться и прочистить нос, в котором стойко задержался запах и осевший прах. Мерзко. Уён же, скинув верхнюю одежду, пошёл в ту комнату, где его принимал Хонджун и стал более досконально изучать убранство. Жалко, что тут всё не так, как показывают в фильмах и сериалах. Сразу и не отличишь дом нормального человека от…предсказателя. Уён не будет называть Хонджуна ненормальным, потому что тот таковым не является, не смотря на то, чем занимается. Парень прикасается к стене и вздыхает. В голове вертится последний вопрос, но ответ на который Чон, возможно, может сам дать. «Почему он увидел призрака?» Это дико и странно. Не страшно. Но у Уёна смутные сомнения, что дело ни в том, что у него могут быть какие-то сверхспособности (это наоборот полнейший бред), а в том, что он сам близок к смерти, считай наполовину перешёл на её холодную, мрачную сторону. И осознание этого парня не пугает. Ему ведь по-прежнему всё равно. Чон поворачивается и облокачивается спиной о стену, осматривая уже так помещение. Книжный шкаф достаточно высокий и широкий, а талмуды, стоящие там, вероятно, очень тяжёлые. В руки их брать совсем не хочется. Опускает взгляд на стол, за которым сидел и натыкается на бусы. Красивые, причудливой формы и разнообразных цветов. И лежат не на месте. — Не понял. — Уён с опаской оглядывается. Тут кто-то был и что-то искал. Надо срочно сообщить Хонджуну, когда тот явится. До ушей доносятся шаркающие странные звуки, похожие на то, будто по полу идут босыми ногами. Неужели снова призрак? Только этого ещё не хватало… Чон быстро и бесшумно ретируется к шкафу, прячась за него, плотно прижимаясь к холодной поверхности стены: благо, там остался небольшой проём, в который парень удачно поместился. Уже совсем скоро нечто начало издавать какие-то звуки, похожие на мотивы песни и через полминуты Чон смог разглядеть…молодого парня… Даже своего возраста. «Что за фигня?.. — проскакивает задорным жеребёнком в сознании. Хочется крикнуть Хонджуна, но потом голову посещает мысль, что это неудачная затея. Если заметят, опять же, прикончат. — А разве Хонджун его не слышит?» — Стоять на месте! — Громко, чтобы предсказатель в соседней комнате услышал, говорит Уён и хватает первое, что попалось под руку — книгу, замахиваясь ею в сторону нового незнакомца. — А! Кто ты?! Что ты здесь делаешь?! — пугается не на шутку неизвестный и аж подпрыгивает и склоняется назад от неожиданности, загораживая лицо руками, как только видит предмет явно не лёгкий в чужих руках. Уён пугается не меньше, тоже коротко вскрикивая, но книгу не выпуская: сейчас это его главное оружие. — Это ты что здесь делаешь! — Заявляет Уён, делая шаг в сторону незнакомца с чёрными, как смоль, волосами. — Я здесь живу! — Заявляет парень, повышая интонацию в голосе и стараясь, видимо, перекричать человека уже практически рядом с собой. Страх потерял! — Что здесь происходит? — в комнату вбегает тоже не на шутку перепуганный Хонджун и пялится на Уёна с книгой в руках и вновь ошалелым выражением лица. «Какого, блять, хрена?..» — по неволе думается Киму. — Ты его видишь? — Уён направляет руку с книгой в пустоту, и от этого внезапного жеста, призрак снова дёргается и пятится назад, тут же сталкиваясь спиной с кем-то. Очень тёплым. — Ты меня видишь? — запоздало приходит в голову незнакомцу, а после он поворачивается. Однако, столкнувшись с прищуренным острым взглядом, сглатывает и отходит к окну, где его силуэт обволакивает свет с улицы, позволяя тени на полу явить глазам Хонджуна, кто же в его доме. — Покажись, тварь. — Скрипя зубами, цедит предсказатель и сжимает руки в кулаки. — Я не тварь! — Визжит призрак и смотрит на Уёна. — Скажи ему! — Он не тварь… — Неуверенно говорит Чон, опуская книгу и откладывая её на стол. Что-то данная ситуация кажется смешной и более чем странной. — А кто он тогда? — задаёт следующий вопрос Хонджун, обращая внимание на призрака у окна. — Сан меня зовут. Сан. Но никак не тварь. — Дуётся названный и скрещивает руки на груди, отчего тень на полу повторяет эти движения. Хонджун хмурится. — Это Сан.