Children (孩子们)

«Солнце. Дай мне силы сказать ему… сказать ему…» А’схам тяжело выдохнул, сжав руки в кулаки, но тут же расслабив их, когда перед ним на землю, поднимая вокруг пыль, опустились советники, а следом и сам Алхаим. – Император Птичьих Островов и всех птиц Алхаим! – выкрикнул кто-то перед перевоплощающимися в людей огромными птицами. – Его Величество Принц Птичьих Островов А’схам! «Солнце, дай мне сил, чтобы дышать и не пасть пред собой лицом в пыль…» Принц выпрямился и вышел вперед к отцу, который стоял и холодно смотрел на стоящих перед ним Бейзила и Линэ Сиар. – Мой сын и будущий покровитель Летнего Материка – Мэса Сиар. Лисы почтенно поклонились, на что Алхаим только кратко кивнул и отвел назад руку, указывая на А’схама. Мэса поднял взгляд и встретился с яркими желтыми зрачками на фоне бездонно-черной глазницы. Он попытался улыбнуться, на что Принц вновь уставился на родителей Мэсы, будто бы не замечая жест приветствия. «Вот ведь шишка…» – пронеслось в голове у лиса. Но заметив фигуру позади Принца, лис снова попытался улыбнуться, правильно полагая, что мальчик с плотной повязкой на лице – какой-то родственник, иначе бы не стоял так близко к императорской семье. Клаку, заметив, что на него смотрят, кивнул и улыбнулся одним лишь взглядом. «А вот с этим подружимся!» – радостно подумал Мэса. – Принц А’схам с радостью примет Ваше предложение осмотреть легендарное Поселение Боевых Песен и посмотрит на быт и уклад местных жителей. Как будущий Император, он должен знать соседние страны и их обычаи. – закончил Алхаим, когда Бейзил и Линэ одновременно дернули Мэсу за рукав, чтобы тот уже обратил внимание на важную персону. – Мэса, будь добр, покажи нашим юным, но оттого не менее важным, гостям Поселение и расскажи о его истории и традициях разных рас, которые у нас тесно сплелись друг с другом. Лис прикусил на миг губы, а потом как-то смешно сделал шаг назад и указал на дорогу. – Принц, последуете за мной? – вылетело из его рта. Бейзил нахмурился, а Линэ закрыла ладонью улыбку на лице. – Последую. – ответил А’схам и незаметно потянул за свисающую ленту с черных облачений Клаку. – Вот и замечательно. А мы бы желали оказать честь и пригласить Императора и его свиту в наш дом, чтобы поговорить о насущных делах перед нашим традиционным пиром в честь проводов летнего солнца. А’схам не успел рассмотреть, как именно отреагировал его отец на такую просьбу, чтобы иметь представление о диалоге между птицами и лисами. Он шел прямо за Мэсой, вслушиваясь в шаги Клаку за собой. – Принц? Я могу Вас просто называть по имени? Мы все-таки и по статусу равны, и по возрасту близки… – протянул Мэса, едва ли взрослые остались далеко позади. Клаку тихо усмехнулся, когда заметил слишком серьезное лицо брата, и дернул того за локон. – Да! – резко добавил А’схам, не узнавая своего громкого голоса. – Все в порядке, да. Главное… не прикасайтесь, а то Вам руку отрубят. – Правда?! – удивился Мэса, оборачиваясь. – Только за то, что я Вас коснусь? – По законам птиц, всякий коснувшийся императорской семьи, при этом не прошедший обряд очищения в храме Сухро`Альби, может лишиться той части тела, коей коснется. – ответил А’схам. – А если я, к примеру, коснусь Вашего Величества головой, то это уже будет казнь. Разве ж это справедливо? Или Вы мне лоб отсечете? Или висок? Я не понимаю, зачем так строго… Клаку тихо засмеялся, уже не имея возможности сдерживаться. Он и сам порой удивлялся слишком заумным законам у птиц. Но А’схам только сильнее напрягся, что даже остановился и опустил взгляд на землю, как будто задумался. – Я думаю, Вас просто так плетью отсекут, что Вы не захотите больше меня касаться. Клаку… Младший брат, встретившись с укоризненным взглядом старшего брата, быстро собрался и дернул плечом. – Это мой младший брат… – продолжил Принц, когда Мэса остановился и обернулся. – Клаку. – Не знал, что у Императора Алхаима два сына. – Два сына. – почти сразу же возразил А’схам. – Отлично. Клаку, А’схам… – поклонился Мэса. – Я хочу вам обоим представить сперва моего лучшего друга. Только сначала мы его найдем, идет? – Идет? – странно ответил А’схам, пошагав следом вверх по склону за своим спутником. – Будь проще. – шепнул Клаку на птичьем языке Принцу, когда поравнялся с ним на тропе. – Он нам зла не желает, просто хочет подружиться. – Что-то я дружбы за отцом не заметил. – так же тихо ответил А’схам. Все трое еще долго поднимались вверх, но Мэсе как будто ни по чем было идти все выше и выше. Он даже умудрялся рассказывать про ту или иную часть леса, дома и статуи, которые встречались им на пути. Иногда им попадались дети, спешащие к побережью, чтобы увидеть птиц и с минуту на минуту прибывающих издалека гепардов. Такой огромный праздник не только провожал летнее солнце, но и давал начало трем великим кругам совершеннолетия, позволяя несколько дней наблюдать за лучшими из лучших. В какой-то момент А’схам подумал, что если за концом тропы он увидит начало новой, еще выше, то пошлет к чертям все и просто сядет на дорогу. Уж слишком тяжело ему давалась дорога вверх. Но то музыка, идущая откуда-то сверху, то счастливое лицо Клаку, полное ожидания чуда, раз за разом заставляли А’схама позабыть о палящем солнце и просто идти вверх. – Ваше Величество… – раздалось над ним. – Да? – с трудом выдохнул А’схам и тут же дернулся, когда Мэса схватил его за руку и потянул за собой. – Вы, видимо, не привыкли к таким подъемам. Но я лучше лишусь руки, чем позволю так страдать гостю в черных одеждах в жаркий день, да еще и на этой тропе. Клаку замер и даже немного напугано посмотрел на происходящее, пока Мэса не взял и его за руку. Так он тянул обоих еще несколько дюжин шагов, а потом отпустил и довольный прыгнул вперед, показывая огромную поляну посреди соломенных домиков. Все было таким зеленым и ярким, что А’схам не успел вернуться мыслями обратно в ситуацию с касанием сразу обоих лиц приближенных Императору Алхаима – настолько было здесь красиво. – Ты живешь здесь? – прошептал он, вытирая со лба капли пота. – Нет, я живу в огромном доме при Лисьем Храме, но сюда бегаю каждый день, чтобы посмотреть на это. – Мэса указал рукой на горизонт и на весь центр Поселения, который можно было очень хорошо рассмотреть с такой высоты. – Это лучше любых картин. А’схам и Клаку тоже обернулись. Охваченные таким потрясающим зрелищем они поедали своими выразительными взглядами весь раскинувшийся перед ними пейзаж, что не могло не радовать Мэсу. Он знал, что следует показать запертым в своей стране детям такого же важного для своей расы человека. Но будучи очень внимательным он заметил, как А’схам вдруг сжал в правой руке свою левую и завел ее слегка назад. Он немного сощурился и присмотрелся, заметив торчащее из-под тканей черное перо. «Ты еще не умеешь в таком возрасте контролировать своего духа?» – подумал про себя Мэса, но вовремя отвел взгляд, когда Принц обернулся и немного потерянно уставился на домики вокруг. – Тут живут в основном птицы, так удобнее. – Птицы? – удивился Клаку? – А кто именно? – Например, чайки. – бросил Мэса и пошел вперед. – Тут живет мой лучший друг Рию – чайка по духу. Тебе, А’схам, вскоре предстоит с ним сразиться и показать свои умения. Но когда Мэса, преисполненный желанием познакомить своего друга с Принцем, указал на очередную достопримечательность, то сразу же замолк и опустил голову. – Прошу меня извинить, я забылся с этими непринужденными разговорами. А’схам проследил за белокурой девушкой, идущей куда-то в сторону тропы выше, а потом развернулся и пошел вниз. Клаку только и оставалось, что поклониться в ответ и поспешить за братом. Не замечая, как быстро тот спускается, Клаку наконец-то нагнал А’схама и встал перед ним. – Не вини его. – Я не виню. Мне нечего делать среди этих людей. – Прошло почти двенадцать лет. Там ведь дети, как мы с тобой. А’схам с болью посмотрел на Клаку и сжал сильнее свою руку. – Что такое? – Просто не время. Я сочту за честь увидеть давнего врага нашего Императора, но не накануне важного дня. Мэса стоял у самого склона и смотрел на фигуру братьев, мысленно прокручивая в голове очень неудачный разговор и свои жалкие попытки найти общий язык с сыном Императора птиц. Ему казалось, что должно быть все немного легче, но когда речь затронула чаек, то в голове словно снова клацнул рубильник и самые главные наставления Бейзила. Он помнил, как просил его отец быть серьезнее и отнестись к заданию с наивысшей ответственностью. Как просила мать не переусердствовать и быть собой. Ему на самом деле хотелось подружиться с тем, с кем в будущем предстоит встречаться ровно точно также, как сейчас ведут беседы лисы и птицы внизу у храма. – Ты чего загрустил? – тихо спросила Суми, подсаживаясь рядом. – Я совсем забыл, что двенадцать лет назад огромное число чаек прибыло на материк и осело в разных концах суши. В тот день умерла жена Императора Алхаима, а умерла по вине всего лишь одной чайки. Целую расу изгнали из островов. – Ну и что? – А то, что я привел сюда А’схама и его младшего брата. Суми нахмурилась и перевела взгляд на синие воды моря. – Если честно, среди нас уже почти не осталось тех, кто бы держал злобу на решение нашего Императора. Он хоть и остался на островах, все равно является нашим Владыкой, как ни крути. Только вряд ли Принц А’схам знает об этом. Он ведь потерял маму из-за Софии и ее запрещенного колдовства. – Я не хочу об этом говорить, Суми. Мне просто жаль, что я сам ничего не исправлю, а только вместе с ними двумя.