Children (孩子们)

Когда все зрители заняли свои места, и соперники Первого Круга подошли к кураторам, А’схам и Мэса оказались рядом друг с другом как наблюдатели за боями между достигшими двенадцати лет. Первый Круг Совершеннолетия проходили все безоговорочно, Второй Круг могли пройти только те, кто отличился своими познаниями мира и того края, где проживал. Брался в учет и результат завершения Первого Круга Совершеннолетия, но пройти Третий было не так уж и просто. Оставаясь самым сложным и опасным, он отпугивал людей одним лишь осознанием, что итог боя может быть смертельным. И все же смерти во время поединка редко происходили в Поселении Боевых Песен, но, когда они все же случались, понятие «взросление» приобретало уже другой оттенок. Что происходило, если люди добровольно отказывались проходить Третий Круг? Могли пройти его снова спустя пять лет после провала или отказа, как и другие испытание на Втором и Первом Кругах. Пять лет на подготовку – являлся тем самым минимумом, который учитывался после поражения не только сопернику, судьям в том числе. Они состояли из хранителей каждой расы, поэтому в судьях сидели не одни и те же лица, но всегда одно и то же число. Первый Круг Совершеннолетия каждая раса проводила в своей среде обитания, Второй Круг отвели Поселению Боевых Птиц, а уже Третий – мог выпасть на любой город материка или островов, где обитали только птицы. Единственная раса, презирающая такие поединки и принимающая только свои виды оценивания готовности человека к жизни, была и оставалась рыбьей. Никто не знал, как именно проходят обряды у этой враждебной расы, но все понимали, что лезть к ним в воды – это лишний повод для войны. А’схам внимательно следил за боями совсем еще детей, каким и сам был те же два года назад. Среди воинов встречались птицы всех видов и разных происхождений, отличалась среди них белокурая девушка по имени Суми, с легкостью отражая каждую атаку противника. Она принадлежала весьма зажиточной семье чаек, поднявшихся на возделывании полей и успехах в военном деле. Как и многие птицы, кто хранил и чтил свои обычаи, даже будучи изгнанными из Империи, она носила на себе не мало украшений, а ее уши были покрыты золотыми серьгами в виде тонких колечек. А’схам сразу понял, что она не просто обеспечена, также является ребенком изгнанных десять лет назад чаек. Ее аккуратно собранные в причудливую прическу волосы не потеряли формы, а лоб не покрылся испариной, лицо не выдавало усталости. Юная чайка слыла умной и весьма перспективной ученицей в школе, что возвышалась над обрывом. Там учились своего рода успешные дети, на которых возлагали надежды жители Поселения Боевых Песен – одного из самых крупных городов Летнего Материка и страны Смешанных духов. Когда Суми прижала импровизированный меч к горлу противника, Алхаим одобрительно кивнул и перевел взгляд на следующего бойца. Бейзил тоже был максимально внимателен и оценивал не только результаты боя, но и техники его ведения. Иногда он что-то говорил сидящему рядом Императору птиц, после чего тот загадочно улыбался, не отрывая взгляда от арены. Его тяжелые брови, нависшие прямо над выразительными глазами, были аккуратно подведены черной краской, а нижнее веко почти слилось с золотой, иногда создавая иллюзию, что оранжево-закатный зрачок птичьего императора вот-вот закроет собой весь глаз. Он не прекращал хмуриться, словно его лицо всегда выражало только одну эмоцию. Многие птицы, выходящие на арену, не могли поднять голову, чтобы заглянуть в глаза Алхаиму, когда как он видел абсолютно все, и духа в том числе не пропускал. Все юные дарования из Империи Птиц показывали себя с лучшей стороны, оставаясь хладнокровными и чересчур серьезными, сдержанными. Бейзил отметил про себя, что чернокрылы были теми единственными среди птиц, кто смело встречал взгляд Алхаима, а потом провожал его перед уходом с арены с очередной победой. – Вороны сегодня особенно успешны. – усмехнулся Наставник гепардов Ритхаши (8) и широко улыбнулся. – Вы их лично тренировали, Император Алхаим? Бейзил тоже улыбнулся, а за ним и Король барсов Луин и даже немного сонная Леди Риа (9) очнулась и тоже озарила улыбкой окружающих. – Что же нам покажет Ваш сын А’схам на Втором Кругу, Император? Алхаим не ответил ни на один вопрос, а лишь перевел взгляд с довольного собой и происходящим наставника гепардов назад на арену. Он не видел в них своих соперников, но и за слабаков не держал. Единственными людьми, с которыми Алхаиму было комфортно вести беседу, являлись Бейзил и его милая жена Линэ. В них он нашёл ту самую мудрость, кою пытался привить народу на островах. Битвы материковых птиц с островными он считал легкой забавой и тренировкой перед настоящими учениями уже в стенах Сарархи. И хотя в Первом круге птицы с островов не участвовали, ворон, пускай и изгнанных задолго до правления Алхаима, оставалось не мало (10). Только они оставались такими же надменными, как и островные чернокрылы. Однако более чем своего одобрения Алхаим дать им не мог. Когда же на арене появлялись чайки, и такая талантливая воительница Суми, Император изучал предельно внимательно, чем заставлял остальных присутствующих почувствовать тот ужасающий холод внутри Алхаима. – Ну–с… очередь наших бравых ребят! – пробасил мужчина с пышной бородой и такими же густыми усами под огромным носом. – Эх, жаль нельзя в первом, этом самом кругу, поставить моих медвежат против вон тех птиц. Я бы посмотрел, как бы палками размахивали Ваши птенцы, Алхаим, без обид. – и громко рассмеялся. Алхаим улыбнулся и так бесшумно повернулся обратно к выходящим ребятам из расы медведей, что ни одна драгоценная подвеска не издала и звука. – Да, только Третий Круг позволяет расам смешаться на арене. И хорошо, что Ваши бугаи не будут топтаться на камне, пока грация оленей заставляет их неповоротливо отследить удары. – вдруг ответила Риа, тут же прикрывая рот рукой и посмеиваясь. – Дорогая Линэ, Вы свидетель этих медвежьих танцев, неправда ли? Линэ, сидевшая позади своего мужа, как и все супруги судей, только кивнула и широко улыбнулась в ответ. – Что-то я не припомню оленей на важных сражениях… – безэмоционально протянул волк Цсоиши (11). – Давайте не будем нарушать нашу мирную атмосферу спорами впустую. – прервал Бейзил и поднялся. – Перед нами бравое будущее поколение расы медвежьего духа. Я очень признателен каждому явившемуся из вас всех, посему желаю не только побед, но и новых навыков, открытий, знаний, которые вы приобретете во время боя. Вслед за Бейзилом поднялись и остальные судьи, только Главарь медведей Зен все продолжал ворчать, пока наконец-то не заметил своих учеников и не начал им кричать подбадривающие слова, да так громко, что Риа невольно повернула голову в сторону и заметила, как Ритхаши тихо смеется себе под нос. – Зен, да умолкни уже! – рявкнул Луин, когда очередной представитель медвежьей расы смог одними руками завалить своего соперника. Голос Зена на самом деле подбадривал ребят, как будто он лично с ними тренировался и объяснял, как важны поединки для будущих защитников народа от врага. Ребята дрались по-настоящему, но не забывали, кто перед ними. Как бы ни показалось это все раздражающим фактором для Ритхаши и Луина, но вдруг Алхаим поднялся и захлопал в ладони, улыбаясь сидящей на полном мальчишке девчонке с длинной палкой вместо меча. – Император Алхаим? – удивленно произнесла Риа, когда заметила улыбку на лице птичьего правителя. – Неужели Вам это валяние сошло за бой? – А где бы я еще увидел настоящий дружеский поединок? – сразу же ответил Алхаим и в миг стал серьезным как прежде. Он сел обратно на свое место и убрал назад длинный черный локон, выпавший так внезапно из тугого хвоста. Бейзил с трудом вернул внимание бою между последней парой, а потом тяжело вздохнул и выставил оценки. Прежде чем такой сложный день был завершен, прошли наконец-то все расы, достигшие двенадцатилетия. Птицы, медведи, гепарды, барсы, лисы и волки, олени показали себя с самых лучших сторон, но Бейзилу все время, казалось, будто бы только он, Зен и Алхаим были заинтересованы в боях, остальные же только иногда критиковали, а то и вовсе почти засыпали. Тем не менее Бейзил протянул руку Линэ, помогая ей встать, а потом поклонился всем участникам круга и объявил начало Второго Круга на восходе следующего дня. В это время Наставники барсов, оленей и гепардов вернулись к своим ученикам и продолжили с ними тренировку. Такую же вечернюю тренировку предстояло пройти и А’схаму, и Рию. Они вновь пересеклись на побережье, когда юный Принц тренировался, неуклюже собрав волосы в хвост. Рию сидел неподалёку в траве и тяжело дышал. Его тренировка длилась весь день, пока Мэса и А’схам вместе со своими отцами следили за боями Первого Круга. Это был отличный опыт для обоих, особенно для Птичьего Принца, ибо он никогда доселе не видел бои других рас, их техники и движения. Материковые птицы вели бой совсем иначе, только чайки напоминали стиль ведения боя островных птиц, потому как их изгнание произошло совсем недавно.