Прощай

На Кипящие острова, неспеша, словно растягивая сладостный момент, постепенно опускались сумерки. Солнце лениво склонялось за горизонт, оставляя за собой пейзаж красного заката. Мягкий ветерок колыхал верхушки деревьев, будто ласково обнимая их. А те, в ответ, что-то бурчали ему на своем древнем, забытом языке. Маленький стражник-муравей упорно полз по земле, волоча на себе здоровенный кусок голубой сливы. Ему оставалось всего ничего добраться до гнезда под кустом роз, что цвели на опушке в самой чаще леса, избегая обрывов, расщелин и недругов. Однако, судьба не может быть благосклонна всегда. — Ай, Хути! — обиженно вскрикнула Луз, — еще немного, и ты бы мне в ногу клювом попал! — она ненароком потерла свою правую лодыжку, мимо которой секунду назад пролетела голова сычика. — Прости, но ты бы все равно на него наступила. Я оказался всего лишь быстрее, — сычик жмурился от вкусной добычи, — как прошло свидание с Эмити? Вы уже целовались? Любознательный совенок крутился возле Луз, желая поскорее узнать ответ. — Эмм… — девушка зарделась, отводя взгляд в сторону и потирая рукой шею. — Было довольно неплохо. Однако, мне кажется, что все слишком быстро развивается, и я не готова дать Эмити то, чего она действительно заслуживает, — сказала Луз, немного поникнув, — Мне правда она очень нравится, но … Я никогда не была в отношениях, и понятия не имею что нужно делать. Луз положила свою сумку на ступеньки крыльца, а сама уселась рядом, подперев голову ладонями. — Вот к примеру: сегодня мы гуляли в парке, и все было хорошо, пока она не подарила мне зачем-то эту штуковину, — Луз достала из сумки подвеску на черной шелковой ленте с граненым камнем в виде капли цвета темного аметиста, — она очень красивая и, наверно, дорогая, — юная ведьма завороженно изучала взглядом камень. — И что мне теперь делать? — тяжело выдохнула девушка, — У меня даже нет денег на то, чтобы купить ей что-то подобное в ответ, и от этого еще более неловко. Девушка от смущения закрыла лицо руками, а затем произнесла: — Вряд ли Ида разрешит мне что-то взять из своей коллекции. Совенок с интересом разглядывал подвеску, что все еще была в руках юной ведьмы. — Воу, если смотреть с этой стороны камня, то все кажется в зеленом свете. Никогда такого не видел, — восторженно ответил Хути, — к тому же это подарок, а они делаются от всегоооо сердца. Вот мне Ида давно не дарила подарки. А мне было бы так приятно! Даже моя Лу-лу ничего не присылает мне из дома…- всхлипнул сычик, вспоминая о своей любимице. Девушка, услышав это, лишь кротко усмехнулась и погладила Хути по клювику, сказав: — У меня для тебя кое-что есть, вот, — она достала из сумки небольшой сверток. Развернув его, девушка вытряхнула себе на руку содержимое. Этим содержимым оказался крупных размеров жук-скоробей, чьи крылышки переливались всеми цветами радуги. Жук, почувствовав свободу, уже расправил свои крылья и намеревался улететь, но Хути его опередил, смачно щелкнув клювом. От такого подарка, живая охранная система дома прослезилась, поблагодарив Луз. Девушка лишь улыбнулась и, еще раз погладив Хути, вошла в дом. Последние лучики догорающего солнца пробивались сквозь окна Совиного дома, освещая прихожую в бордовых тонах. Еще со входа, девушка почувствовала невообразимо насыщенные ароматы, доносившиеся из кухни. — Я вернулась! — громко оповестила Луз. Девушка повесила свою походную сумку на одну из черепушек, что висели возле входной двери. Обувь же она научилась складировать в чудо-шкафу Иды. Она еще не до конца разобралась как именно работает эта вещица, но Ида почему-то не особо хочет рассказывать о ее истории появления в этом доме. Суть шкафа проста: кладешь внутрь обувь, закрываешь дверцу. А когда открываешь — пары и вовсе как будто бы и не было там. Но есть одна специфика: чтобы выбрать определенную пару, при открытии двери, нужно знать как именно она выглядит. Иногда девушка даже замечала, что из двери могла торчать половина женского сапога, или же чья-то забытая мягкая игрушка, у которой по ночам глаза светились красным цветом. «Либо шкаф живет своей жизнью, либо у Иды столько вещей, что даже ТУДА не вмещается» — часто думала Луз. Недолго думая, девушка прошагала вслед за вкусным ароматом на кухню, где уже во всю, стоя на двух, сложенных в тандем табуретках, кулинарил пушистый демон. Ида же в это время сидела за столом, изучая книгу «История проклятий, заклинаний и прочего колдовства». Да, эту книгу Луз и Эмити нашли в городской библиотеке, когда гуляли на прошлой неделе. Так как девочки не могли больше брать чтиво под своими именами, Луз попросила свою наставницу взять книгу на месяц. Каково же было ее удивление, когда Ида вызвалась ознакомиться с ней первой. Зная ее, Луз могла бы сказать, что теория — не ее конек, тем более тратить время на книги с более чем 600 страницами. А вот эксперименты с практикой — вполне в ее стиле. В последние несколько дней она почти не выходила из дома и часто забывала принимать пищу. Король в первые дни устраивал бойкот ведьме за то, что она его не ценит и не кормит. Но, поняв весь объем ситуации, взял хозяйство в свои лапки. Он подсмотрел в записях иды небольшое заклятие вуду. Понатыкав кучу игл в своего любимого плюшевого зайца, демон вознадеялся оживить его. Однако, это не сработало. Вследствие чего Луз потратила целый день на то, чтобы выяснить как работает это заклятие и как его оформить в виде глифа. К счастью для нее, суть заклятия была похожа на мерзость, поэтому дальше ей не составило труда догадаться в чем именно была загвоздка. К концу вечера у Короля было целых три помощника по дому, которые стирали, вычищали, сушили, убирали и т.д. Он же предпочел работу командира этим маленьким отрядом поддержки, плюс иногда совмещал профессию поваренка. К слову, вкус у него был отменный. Может оттого, что он был каким-то видом звероподобного демона, но у него отлично получалось подобрать специи к своим блюдам. Сейчас же импозантная ведьма в розовой пижаме с надписью «Думала, в 30 начну ощущать себя взрослой. Так вот, ничего подобного!» неспеша попивала свою яблочную кровь, попутно инструктируя Короля. — О, ты вернулась, — заметила Ида, не отрывая сосредоточенный взгляд от книги, — как прошла прогулка с друзьями? Кареглазая волшебница присела напротив за стол, сказав: — О, все было хорошо. Нашла что-то новое о своем проклятии? Девушка сильно переживала за свою наставницу. Даже теперь, когда Ида смирилась со своим проклятием и обрела форму гарпии, Луз все еще не была полностью уверена, что прежнее состояние Иды не вернется. Поэтому девушка организовала у себя под кроватью небольшой «Неприкосновенный запас» целительных снадобий. Старая ведьма улыбнулась, делая карандашом заметки на краешке страницы, а затем добавила: — Похоже, магия изначально не была отличительной чертой Кипящих островов. Я не совсем понимаю написанное в книге, но, видимо, она была написана разными авторами и в разное время. Как будто ее страницы вырвали, а затем вставили обратно в разном порядке. Я пока только собрала историю о повелителе друидов Энте, который мог управлять временем, отматывая его как вперед, так и назад. Существуют приборы, позволяющие тебе побывать в прошлом, либо посмотреть, что будет в будущем. У Лили, кажется, был такой в детстве. Однако, сама ведьма не может просто так взять и перемотать время своими силами. Это опасно, ведь тебя разорвет в пространстве при перемотке, — вздохнула седовласка, отложив книгу, — Но у меня есть предположение: этот Энт не отматывал время вовсе. Он менял измерения. — ЧТО? — Луз удивленно захлопала глазами, — А разве так можно? Я имею в виду, для этого же нужна кровь Титана, разве нет? — Я не знаю, но могу примерно объяснить как это перемещение могло работать, — ведьма взяла салфетку со стола и начала рисовать схему. Смотри, это ты в текущем временном промежутке, — ведьма нарисовала на салфетке прямую линию, а на ней отметила жирную точку с надписью «Луз», — но каждый день ты принимаешь множество решений, которые влияют на твою судьбу. Они могут быть верными, или нет — все равно твоя жизненная линия изменится. Ида протянула несколько лучей от точки, — Если мы будем отталкиваться от того, что ты сделала какой-то выбор, — ведьма указала на один из лучей, — то твоя судьба меняется в соответствии с принятым решением. — Эмм… не совсем поняла, — нахмурилась Луз, изучая корявый рисунок на салфетке. — Ты же могла не спасать меня от казни, верно? Впоследствии я бы сейчас не могла разговаривать с тобой. Но ты это сделала. И сейчас мы имеем то, что имеем, — пыталась объяснить ведьма, жестикулируя руками. — Я к тому, что есть вероятность, что прямо сейчас одновременно сосуществуют миллионы тысяч меня и тебя. Они могут быть в чем-то похожи и непохожи одновременно. Когда-то мы были ими, или будем ими. Возможно, прямо сейчас есть Луз, которая живет со своей семьей и никогда не была увлечена магией. Юная ведьма не могла сомкнуть свой рот от удивления. Луз часто думала о том что было бы, если бы она поступила в той или иной ситуации по-другому. И, если честно, чувство вины внутренне сжирало ее. Вины за то, что пошла на поводу у своего эго, из-за которого страдали близкие ей люди. Девушка ничего не ответила наставнице, лишь задумчиво провела ладонью по столу. — Моя теория сводится к тому, что в каждом измерении есть пространство, сквозь которое можно попасть в другие измерения без использования посторонних предметов. Но это пространство не может быть четко фиксированным, иначе многие бы давно знали о такой возможности. Нужно лишь найти верные время и место контрольной точки, сквозь которую можно прорезать дыру в другое измерение. Вот только я не уверена насколько далеко во временном промежутке можно так переходить, — Ида закончила свой рассказ. Опытная ведьма, судя по выражению лица своей ученицы, могла сказать что та вспоминала о своем прошлом доме. Ида видела, как на глазах девушки наворачиваются непрошенные слезы, а пухлые губы начали мелко дрожать. «Бедное дитя» — подумала ведьма, вставая из-за стола. — Ну же, все будет хорошо, — Ида попыталась ободрить девушку, — однажды ты найдешь способ вернуться, — последние слова прозвучали почти шепотом. Ведьма настолько привыкла к человеческой девчонке, что ей тяжело было отпускать ее. Она прекрасно понимала, что сближаться с человеком не стоит. Поначалу ведьма даже пыталась быть отстраненной, чтобы малявка сама исчезла. Но, все же, не смогла отказать ей в помощи. Возможно, потому что в ее возрасте она сама нуждалась в чужой помощи. Ведьма аккуратно сняла пушистого демона с табуреток и усадила его за стол. Попутно доставая столовые приборы из кухонного шкафчика. — Луз, — обратился к девушке Король, — если ты хочешь сделать то, чего не могут другие, тебе понадобится много сил. Вот я, например, стану самым сильным Демоном Кипящих островов и тогда, всех, кто обижал меня, постигнет неминуемая жестокая смерть — оскалился пушистик, показывая воображаемые языки пламени вокруг него. Заметив как позирует перед ней Король, девушка оторвалась от своих мрачных мыслей, а затем озорно рассмеялась. Ужин прошел мирно. Ида ушла из кухни первой, так как к концу дня уже во всю зевала. После ее ухода, пушистый демон, не отрываясь, долго смотрел в открытое окно кухни. — Что-то не так? — спросила Луз, наворачивая спагетти на вилку. Демон лишь молчал, завороженно уставившись в ночную синеву, а затем неуверенно, дрожащим голосом грустно произнес: — Я…я каждый день его жду. Может он забыл про меня? — кончик его хвоста нервно подергивался в ожидании, — Я не могу понять почему он бросил меня там одного… Закончив с едой, кареглазка сложила посуду в раковину, а затем подошла к окну, оперлась руками о подоконник, и посмотрела в ночное небо. — Он любит тебя. Это безусловно. Не теряй в него веру. Возможно, — девушка сделала короткую паузу, — у него были свои причины сделать такой выбор. Луз провела рукой по пушистой черной спинке демона, пытаясь утешить его, а затем мягко улыбнулась, сказав: — Тебе пора уже спать, во сне растворяются все горести и печали. Луз снова задумчиво обратила свой взор к звездам, будто слова, произнесенные Королю, были адресованы ей самой. Малыш демон спрыгнул со стульчика, на котором стоял подле окна, а затем, раздав своим подчиненным приказы, отправился в комнату Иды. Девушка заварила себе в кружку настойку пылающих лилий, которые давали аромат жареного кофе с имбирем и апельсином, и уселась на подоконник, рассматривая простирающийся из окна пейзаж. Ей пока не хотелось спать, вовсе нет. После слов Иды, она задумалась о том, может ей и не стоит возвращаться домой. Что она скажет матери? Ведь лагерь уже давно закончился. С другой стороны, Камилла, в одном из вероятных измерений, живет счастливо со своей дочерью Луз. Мысли донимали ее хрупкое сознание, скатываясь в неразборчивый клубок. Еще и с Эмити проблема… Дело было далеко не в неожиданном подарке Эмити. Луз просто не знала как сказать своей девушке, что она пока не готова на людях проявлять чувства. Для нее это было все в новинку. Луз считала, что отношения, на их начальной стадии, должны быть только для двоих, скрыты от очей чужих, как в книгах про Азуру. К тому же, она не знала как среагировать, если мама Эмити узнает об их отношениях. Когда она у них «гостила» в прошлый раз, ее чуть не убил мерзотрон. Девушка обреченно вздохнула, закрыв окно, и направилась вверх по лестнице в свою комнату. Старая деревянная дверь открылась с тонким скрипом, впуская девушку вовнутрь. В комнате стоял полумрак, и лишь тусклый свет луны, частично пробившейся из окна, очерчивал в темноте границы матраса и подушки. Не снимая с себя одежду, девушка плюхнулась лицом вниз на матрас, подминая под себя толстое ватное одеяло. В ее голове все еще витали обрывки мыслей, но она уж была не в силах за ними угнаться, ведь сон постепенно охватывал ее тело и дух. Спустя некоторое время ее человеческие уши уловили настойчивый противный стук в окно, что прервал ее сон. Не желая открывать глаза, девушка устало произнесла: — Еще пять минут… — девушка накрыла голову подушкой, намереваясь продолжить сон. Однако на этот раз стук оказался более громким и назойливым. — Ухххх…иду, — пробубнела девушка, пытаясь заставить себя встать с нагретого гнездышка. Секунд тридцать она сидела на кровати не двигаясь, пытаясь включить свое зрение. Затем девушка подошла к окну и, распахнув его, чуть не упала. В комнату, ухая, влетела голова сычика. — К тебе гости, Луз! — затараторил Хути, ухмыляясь, — Мне открыть дверь? Девушка немного опешила от его слов. «Гости?» -подумала Луз, вспоминая про Уиллоу, Гаса и Эмити, -«Но ведь уже совсем поздно». — Нет, Хути, я сама, — сказала девушка, уже выходя из своей комнаты. Пока кареглазка спускалась по лестнице, она в мыслях перебирала все возможные варианты с какой целью ее друзья могли прийти в такой час, даже не предупредив. Но, открыв дверь, она никак не ожидала увидеть именно ЕГО. Из всех возможных персонажей, которых она встречала, на пороге Совиного Дома появился именно Золотой страж. Она уже хотела с треском захлопнуть дверь, вспомнив их встречу прошлой ночью, но внезапно ее взор упал на его руки, а затем постепенно спустился вниз по телу. Его униформа была во многих местах сожжена и пропиталась кровью. На оголенных ладонях виднелись черные ссадины и запекшиеся раны. Его лицо было покрыто смесью грязи, сажи и крови. Шрамов на нем значительно прибавилось. Она видела в его алых глазах свое отражение, а еще…надежду. Она никогда не видела его таким уязвимым, даже когда увидела его впервые без маски. Ее рука уже тянулась к шраму на его скуле, чтобы проверить: а не сон ли все это? Но, в последний момент, она одернула свою ладонь, поджав губы. — Привет, -сказал он. Почему-то это звучало скорее как вопрос, нежели приветствие, — Я знаю, что для тебя это мега неудобно, но…могу ли я остаться? Всего на одну ночь? Пожалуйста… Это было ожидаемо, судя по его внешнему виду. Она хотела спросить что же случилось, но, заметив его подавленность, решила пока не затрагивать больную тему. Она не стала сразу же впускать его: все же, он глава Имперского ковена. Может это его такая уловка? — Как я могу доверять тебе? — Она сузила свои глаза и оценивающе на него посмотрела, пытаясь найти доказательства, что он неисправимый лгун. — Послушай, я знаю, что ты мне не доверяешь, но я не причиню тебе вреда, даже если бы и хотел. Мой посох, он…рассыпался в прах, когда я был в замке. И…со мной Проказник, — он указал на красного кардинала, что ютился у него на голове. Тот, заприметив Луз, приветственно чирикнул. Девушка около минуты обдумывала все «за» и «против». Он был прав насчет безобидности: она нигде не видела его привычный посох с поднятым металлическим крылом, соответственно, без него он был бессилен. Плюс, маленький Проказник смотрел на нее такими жалостливыми глазками, что она не могла сказать Хантеру нет. По большей части из-за палисмана. — Хорошо, входи. Но не пытайся навредить мне или кому-то еще в этом доме, ясно? Я умнее, чем ты думаешь, — Девушка медленно отошла в сторону, пропуская ночного гостя вовнутрь. Спустя несколько мгновений оба подростка сидели на диване в гостиной, недоумевая что делать дальше. Луз решила прервать этот неловкий, по ее мнению, момент: — Может тебе нужна первая помощь? — она кивнула на ранения парня. Он окинул быстрым взглядом свое тело, только сейчас осознавая, насколько больно же было ему двигаться. Но, не желая еще больше терять гордость, он смущенно ответил: — О…эм… нет, спасибо. Они не так уж и болят. Вранье. Раны, что были на руках и лице, сейчас пылали огнем. Те, что были на спине и ногах, ощущались как десятки вонзившихся ножей. Возможно, взрыв адреналина во время побега, заглушал болезненные ощущения. Но сейчас, сидя на диване, он понял, насколько он выдохся. — Прости меня за наглость, но я все же спрошу: зачем ты здесь? Я более чем уверена, что тебе жилось в Имперском замке довольно неплохо, — Луз надеялась, что безобидная шутка развеет нависшую тишину, но быстро поняла, что не стоило этого говорить, так как лицо Хантера вмиг стало призрачно-белым. Кареглазка забеспокоилась, что нечаянно перегнула палку, поэтому начала извиняться: — Оххх…я не хотела… Прости, мне не следовало поднимать эту тему. — Ничего, все нормально, — Хантер оглянулся вокруг, — А где Совиная Леди? — Ты про Иду? — девушка вспомнила о своей наставнице, — Она еще спит, Король тоже. — Король это твоя сова-палисман? , — спросил парень, снимая с себя маленького Проказника и аккуратно укладывая его рядом с собой на диван. — Нееет, больше как питомец, но не называй так его. У него на этот счет бзик. Он каждый раз закатывает мини-истерики… мой маленький пушистый плюх, — при мысли о демоненке, Луз скорчила умилительную мордашку. Это было так непривычно для Золото стража: видеть чьи-то истинные эмоции, что он невольно засмеялся. Смех был его отдушиной среди всего этого балагана. Как только его губы тронулись в ослепительной улыбке, на его лице появился легкий здоровый румянец. Хантер, в миг поняв, что показывает слишком интимную часть себя этой человеческой девчонке, тут же моментально прикрыл рот руками, ожидая, что девушка будет его задирать. Однако, та лишь тепло улыбнулась в ответ, давая понять, что ей приятно собирать этот пазл, под названием «Плохой, но очень грустный парень». — Может тебе принести яблочной крови? Я все еще не уверена, из чего она сделана, но, думаю, тебе понравится, — спросила Луз. — Нет, спасибо. Я бы не хотел грабить вашу кухню, — он издал саркастический смешок, а затем опустил взгляд на свои руки, сжатые в замок. Луз оценила шутку, чуть не брызнув от смеха. — Хорошо, — она на секунду запнулась, — Эй, послушай… Я не выгоню тебя, если ты не ответишь, но…почему ты пришел сюда? Хантер начал нервно перебирать пальцами, пытаясь подавить нахлынувшие воспоминания о недавних событиях. Он тяжело вздохнул, а затем поднял взгляд, полный грусти и печали, на девушку. Парень уже собрался с мыслями изложить свою историю побега, как вдруг он услышал скрип ступенек со второго этажа. Кто-то приближался к ним, а затем в полумраке раздался женский голос: — Кто здесь? Луз, это ты? Почему ты еще не…- спустившись в гостиную, Совиная Леди обомлела. — Какого *censored* этот ребенок тут делает? — старая ведьма указала на Хантера. — Ида! Эм…это долгая история, но я обещаю, что он… — Луз вскочила с дивана, как ошпаренная, пытаясь собрать в мыслях быстрый ответ. — Подожди-ка, ты же приспешник этого старого ублюдка из Имперского Ковена! Где бы меня не носило, я всегда узнаю этот плащ. Что ТЫ забыл в МОЕМ доме? — с нескрываемой агрессией прошипела гарпия, медленно подходя к своей «добыче». — Ида, я знаю, что это немного странно и опасно, но послушай меня… — залепетала Луз, прикрывая Хантера своим телом. Маленький проказник вмиг встрепенулся и начал кружить над Луз, громко чирикая. — Пшел вон от моего ребенка! — до того как Хантер мог среагировать, Ида издала животный злобный рев, а затем, выцарапав на висящей сбоку картине ледяной глиф, швырнула его в парня. Золотой стражник, как пробка, вылетел из окна Совиного дома. — Ты, — грозно обратилась разъяренная гарпия к Луз, — Ни шагу из дома. Я собираюсь преподать этому детсадовцу хороший урок, — сказала Ида, с размаха выбивая ногой входную дверь. — ДАААА! НАСИЛИЕ! Ну же, Франсуа, идем посмотрим как Ида будет надирать задницы! — Король закричал от радости, подпрыгивая на ступеньке лестницы. Похоже, Ида его разбудила, и ему не терпелось посмотреть на «битву титанов». Кареглазка все еще продолжала стоять посреди гостиной в шоке от увиденного. А затем вздохнула, закрыв глаза ладонью и произнося свои мысли вслух: — Мне надо это все как-то остановить… Хантер застонал от внезапной атаки. Удар Совиной Леди был довольно мощным, но не таким болезненным, какими были атаки его дядюшки Белоса. Так вот как Дикая магия работает? Хантер был поражен. Но, если ведьмы способны контролировать Дикую Магию, почему же тогда Император уверял всех, что она опасна? Хотя, наверняка, он лгал. По факту, Император не был хорошим правителем, каким должен быть. Большинство вещей, которыми он занимался, были аморальными, а приказы, что он раздавал — жестокими, как и он сам. Хантер только сейчас начал видеть осколки настоящей правды. Он слышал, как маленький Проказник быстро взволнованно чирикал, опускаясь рядом с его головой. Он попытался встать, но тут же был придавлен Совиной Леди к земле, чья когтистая рука сжалась вокруг его и так уже израненной шеи. Палисман в страхе тут же взмыл вверх, пытаясь атаковать своим маленьким клювиком гарпию. Однако та не замечала его, ведь у нее была цель намного серьезнее. — Исчезни! — с истошным воем прорычала гарпия, сдавливая мышцы руки. Хантер пытался вырваться из цепкой хватки, извиваясь как мог. Но дышать становилось все труднее и труднее, а разум уплывал куда-то далеко. — Ида, это просто БЕСПОДОБНО! — радостно визжал питомец (или демон), выглядывая из-за проема выбитой двери. — Ида! Остановись! — выбежала Луз, — Послушай, это сложно объяснить, но он здесь не за тем, чтобы нас убить! Хантер… мягко говоря, был удивлен. Никто, даже его наставник и попечитель дядя Белос, никогда не заступался за него. Может это человеческая особенность? Он надеялся, нет. Что же еще он мог упустить, изучая ее? Гарпия обратила свой взор на юную ведьму, все еще не отпуская свою «добычу», но слегка ослабив хватку. — Ты уверена? — спросила Совиная Леди, а затем с подозрением посмотрела на Хантера, — он из ковена Придурков. Так вот что о нем думали ведьмы… Хантер считал, что является неоспоримым авторитетом для населения. По крайней мере, дядя Белос учил его верить в это. В конце концов, он оказался всего лишь жалкой марионеткой в этом спектакле. — Ида, пожалуйста? Ты приютила меня, почему ему нельзя? Пожаааалуйста? В поддержку Луз, Маленький Проказник уселся ей на плечо, чирикнув. Совиная Леди снова посмотрела на Луз, а затем на Хантера. Выдохнув, она разжала руку, сказав: — Твоя взяла, но не вздумай шутить, или же я тотчас надеру тебе задницу, Золотой страж. Гарпия постепенно начала принимать свою обычную форму. — Подожди, чт… — парень не верил своим ушам. — Хантер, знакомься: моя наставница Ида, Совиная Леди, — продолжила Луз, -Теперь пожмите друг другу руки, — воскликнула она с энтузиазмом, который ее наставница явно не разделяла. Золотой страж, тихо кряхтя от боли заново открывшихся ран, медленно встал перед ведьмами, опустив свою голову. Ему было стыдно, и он ощущал жуткий дискомфорт, исходящий от хозяйки дома. Все же, не каждому дано легко прощать помощников своих врагов. — Ладно уже тебе, не накручивай себя так. Пойдем лучше найдем тебе ночлег. Похоже, тебе это нужнее всего сейчас. — Ида? — тихо шепнула ей на ухо Луз — Можно тебя на минутку? — В чем дело, Луз? Я теперь по горло занята, — седовласая ведьма имела в виду неусыпный контроль за живущим в ее доме врагом, — Разве тебе не пора спать? — Я уже собираюсь идти, я просто….прошу, будь с ним помягче. Ведьма лишь недовольно фыркнула в ответ. Луз что-то скрывала от нее. Это было очевидно, так как, даже с ее добрым сердцем, она не стала бы доверять и испытывать жалость к кому-то из Имперского ковена. — Для начала, расскажи мне как вы встретились. — Ч-что? — девушка была обескуражена таким вопросом. — Расскажи мне откуда ты так хорошо его знаешь. Ясно же, что вы давно знакомы. Девушке понадобилась минута, чтобы собрать ответ: — Я повстречала его следующей ночью после Дня выбора палисманов. Я хотела получше познакомиться с ними в надежде, что один точно выберет меня. Выражение лица старой ведьмы вмиг переменилось на нескрываемые удивление с примесью гнева. На лице проявилось несколько стальных перышек, а глаза стали ярко золотистого оттенка. «ЧТОООООО?! Она среди ночи сбежала из дома непонятно куда, даже не предупредив?!» — думала Ида, подавляя желание надавать подзатыльников своей подопечной. Ведьма хотела узнать больше подробностей, так как Луз еще не закончила своей рассказ. — Но, когда я была там, он украл целое гнездо с палисманами. А потом мы были атакованы Кикиморой и ее драконом. Я нашла его в бессознательном состоянии, и попыталась привести в чувства, ударив его по лицу. В какой-то момент, Ида почувствовала, что гордится поступком своей ученицы. Раздавать пощечины, что б помочь оклематься — лучший способ помочь своему врагу. — Поначалу, я думала, что он самая неприятная личность из всех ныне живущих, за исключением Белоса (враг народов и миров № 1), конечно, из-за того, что он даже не поблагодарил, когда я его шкуру спасла. Но потом, я заметила с каким воодушевлением он спрашивал про Дикую магию, и что он не был таким уж козлиной. А затем он рассказал, что не может использовать магию. Похоже, у него было довольно трагичное прошлое. В итоге, он не стал гнаться за мной и палисманами, даже когда его дядя Белос приказал добыть палисманов. Ого. Это звучало довольно интригующе. Если Белос и вправду был дядей этого малого, у Хантера не было выбора насчет принадлежности ковену. Плюс, он все же воспротивился Императору и сделал верный выбор. Может, он и не был таким уж мудаком, каким его посчитала Ида. Ему, должно быть, сложно контактировать со сверстниками, особенно влиял тот факт, что он не владел магией. Дети бывают жестки на этот счет. — Несмотря на то, что в его жизни были темные полосы, у него, все же, осталось доброе сердце. Поэтому, не могла бы ты быть помягче с ним? — если бы он был бы таким хорошим, каким его описывает юная ведьма, многих проблем можно было бы избежать. А Луз…такая наивная, с глазами, как у оленёнка, полными надежды….глядя на нее, Ида не могла сказать ей нет. — Хорошо. Но если он будет занозой в заднице, я его вышвырну. А сейчас бегом в кровать. — Заметано, мам! — с этими словами она развернулась ко входу в дом, а Маленький Проказник вернулся к своему хозяину. — Я тебе не мам! — Старая ведьма расплылась в улыбке, несмотря на сказанное. Если бы кто-то скал бы ей четыре месяца назад, что у нее будет приемная дочь, она бы рассмеялась им в лицо. Но сейчас… она понимает, что уже не сможет отпустить эту несносную девчонку. Ида подошла к проему двери, проводя рукой по косяку. Нда… Хути нехило придавило. Похоже, она сильно перестаралась, вышибая дверь. Теперь ей придется покупать Хути извинительных червячков (опарышей) весь месяц. Ведьма кивнула, давая понять Золотому стражу, который стоял в нескольких шагах от входа в дом, переминаясь с ноги на ногу, что он может войти. — За мной. И дверь за собой прикрой, — произнесла Ида уже из коридора дома. Хантер, все еще чувствуя дрожь в ногах, с осторожностью проследовал за ней, озираясь по сторонам. Ведьма ждала его в гостиной, а затем указала на диван — Пока будешь спать здесь, Луз тебе принесет подушку и одеяло. Завтра обдумаем как дальше будем, — на последней фразе Ида, не сдержавшись, зевнула. — ЛУЗ! Спусти ему свою вторую подушку! — крикнула Ида, а затем добавила: — И запасное одеяло возьми! На втором этаже послышался топот и шуршание, на что седовласая ведьма, обратившись к Хантеру, ответила: — Она быстро. Может яблочной крови? Хантер все еще был в шоке от того, что ему позволили здесь находиться, поэтому ответил не сразу: — Н-нет, спасибо. Идалин окинула парня оценивающим взглядом, а затем добавила: — Ран на тебе немерено, да и ты весь в грязи. Я не смогу тебя подлечить магией, но ты можешь воспользоваться моими целебными мазями. Они в коробке под журнальным столиком. Уборная на первом этаже слева от кухни. Ванная там же, но воду греет Хути, так что нужно просить его, если он не спит. Кратко пояснив что к чему, ведьма направилась в свою комнату, попутно захватив с собой пушистого демоненка. Маленький Проказник слетел с руки хозяина и, облетев помещение, приземлился на спинку дивана. Он внимательно наблюдал за парнем, и, не заметив более опасности, накрыл крылом свою маленькую головку, тихо засыпая. Хантер растерянно присел на край дивана, а затем обхватил свою голову руками. Как он докатился до этого? Он пошел против своего единственного родственника. Мысли в его голове снова жалили, будто змея, отравляя его и так бесконечно уставшее сознание. Из темноты отчаяния и печали его вырвала теплая, словно лучик света, рука Луз, которая коснулась его плеча. — Все в порядке? — настороженно спросила девушка. Хантер опустил руки и поднял голову, встречаясь с ней взглядом. Он читал в ее глазах беспокойство, легкое недоверие и…заботу? Девушка держала под рукой большую перьевую подушку, а в ладони край белого одеяла. Он никогда не думал, что кто-то будет так относиться к нему, защищать его, оберегать. От этой мысли он почувствовал, как внутри него зажегся небольшой, но очень теплый огонек. — Да, — сказал спустя пару секунд Хантер, забирая одеяло и подушку из рук девушки, — спасибо. Тебе, наверное, уже пора? Не стоит злить Совиную Леди, — он пытался отшутиться, но девушка лишь огорченно вздохнула. — Прости, я не знала, что она так среагирует. Я…я.совершенно не понимала в тот момент как все объяснить, -Луз присела на корточки перед ним, так, чтобы их лица были наравне. Ей было очень стыдно за произошедшее. — Ничего, — Хантер смущенно отвел взгляд, — я должен был предположить такой исход. — Эй, все же теперь будет хорошо, -девушка взяла лицо парня в руки, — Я обещаю. Глаза Хантера от такого жеста расширились от удивления, однако, спустя долю секунды осознания, он убрал ладони девушки, сухо добавив: — Что это было? — Обещание, — ответила Луз, мягко улыбаясь. В его мире Обещание было магической клятвой, в исходе которой, если ведьма, давшая клятву, не исполнила ее, наступала смерть. Но сейчас это было, нет это чувствовалось по-другому. Может это какое-то заклинание, которое знают только люди? Бред, люди не умеют колдовать. Так что же это? Почему ему хотелось верить ей? — Я на секунду, — сказала кареглазка, поднимаясь, — схожу за полотенцем и водой. Хути пока в ауте, так что горячей воды не видать, а в холодной можно простыть. Девушка вышла из гостиной, оставляя парня со своими мыслями. Спустя несколько минут, она вернулась с тазиком в руках и небольшим полотенцем на плече. — Начнем с лица, — девушка снова села напротив него, взяв в руку смоченное водой полотенчико, а затем начала аккуратно промакивать его лицо, чтобы не сильно задевать раны. — Ай! — резко отстранился Хантер, зашипев. В местах, где касалось ледяное ворсистое полотенце, будто снова начинался пожар. — Прости, — сосредоточенно произнесла Луз, а затем добавила: — Так надо, терпи. Парень послушно прикрыл глаза, пытаясь не обращать внимания на разящую боль. Его ладони были сжаты в кулак так, что виднелись белые костяшки. Однако, он всем своим видом пытался показать девушке, что он готов выстоять. Пока она смачивала полотенце, он расстегнул булавку, что скрепляла его плащ. Белая ткань, ничем более не стянутая, спадала красивыми складками по его спине на диван. Закончив с лицом и выжав полотенце, Луз приступила к ранам на руках и груди. Их было много: больших и маленьких, тех что уже были наиболее близки к заражению, а также тех, от которых, при взгляде вблизи, ее сильно мутило. — Повернись, мне нужно промыть раны на спине, — приказала девушка, ополаскивая в воде полотенце. — Может не надо? Ты и так уже много сделала — Хантер чувствовал, что там будет больнее всего, ведь основные удары приходили в ему в спину. Но кареглазка лишь недовольно посмотрела ему в глаза, давая понять, что категорически с ним не согласна. Парень неспеша развернулся в пол-оборота, добавив: -Так нормально? — Угу, — ответила Луз, принимаясь за работу. Как только она коснулась полотенцем его прожженной кожи на спине, из его уст раздался протяженный стон и шипение. Девушка старалась не обращать на это внимания, ведь знала, что делает правильные вещи. — Потерпи, еще немного, — как мантру повторяла Луз, — скоро все пройдет. Хантер вцепился мертвой хваткой в мягкий подлокотник, пытаясь не закричать от боли. Наконец, девушка встала, а затем протянула Хантеру полотенце, сказав: — Ноги вытирай сам, я пока намажу тебя мазью. Девушка взяла небольшую коробочку с целебными мазями, которые они с Идой делали в прошлом месяце из болотной грязи и остатков мертвого морского чудовища. Распахнув коробку, она долго всматривалась в содержимое, тщательно выбирая подходящий флакон. — О, вот она! — Луз с восторгом выхватила небольшую стекляшку с зеленым наполнением, — мазь не так скоро заставляет тело регенерировать, но она моментально перекрывает болезненные ощущения. Девушка набрала немного мази на свои пальцы, а затем прикоснулась ими в нескольких местах лица Хантера, добавив: — Размазывай. Парень, вытерев руки о полотенце, кинул его в тазик, а затем принялся растирать по лицу мазь. По ощущениям это было похоже на какую-то слизь. Однако из головы Хантера все еще не вылетали воспоминая о недавних прикосновениях Луз. Зачем она это делает? Разве этот человек не знает, что нельзя просто-так трогать кого-то? — Дальше я сам, произнес Хантер, забирая из рук кареглазки склянку с мазью. — Что ж, тогда тебе нужно забинтовать раны самому, -произнесла Луз, подавая парню моток марлевого бинта, — А для мелких повреждений у меня есть это. Юная ведьма показала парню свои наборы пластырей с разными картинками. — Выбирай, какие понравятся. Просто оторви его от бумажки, и приклей на повреждение, — сказала девушка, откладывая пластыри на диван. — Спокойной ночи, — уже вставая, добавила она, а затем Хантер услышал как волшебница поднимается вверх по лестнице, скрипя ступеньками. И снова он остался наедине с собой. Но, теперь его одолевали непонятные для него мысли. Неужели люди все такие? Странные — это было наилучшем определением, которое он мог дать Луз. Закончив с ранами, он встал с дивана, потянувшись, а затем решил немного ознакомиться с домом, пока никто не мешает. В кухне было довольно просторно, лакированные деревянные шкафчики располагались в два ряда на одной из стен. Посреди них стояла небольшая печь, высеченная из каменного массива. Стол и стулья располагались в центре помещения, хотя один из стульев был почему-то подле окна. Ванная ничем не отличалась от той, что была в замке, разве что размерами и странными женскими штуковинами, что висели на сушилке. Хантер решил подняться посмотреть что же на втором этаже. Пока он поднимался, он с интересом рассматривал висевшие на стене картины и фотографии. На одной из них он заметил Луз и младшую Блайт — они обе солнечно улыбались на снимке. На втором этаже, сразу, напротив лестницы, он заметил большое круглое распахнутое окно, в которое попадал мягкий лунный свет. Вдохнув свежий бодрящий ночной воздух, Хантер замер, наблюдая за окружающим его ночным миром. — Эй, — в темноте позади него раздался женский голос. Парень мгновенно развернулся, ожидая наказания, — Мне жаль, я Вас разбудил? Я не хотел Вас беспокоить, просто сделайте вид, будто меня здесь нет. — Ого, малой, успокойся. — Мне правда жа... — произнес Хантер, опустив голову. — Знаешь, тебе не нужно каждый раз извиняться. Хантер около минуты раздумывал над ответом стоит ли ему просить прощения еще раз. — Послушай, я, конечно, не особо тебе доверяю. Но я впустила тебя только потому, что Луз вступилась за тебя. Так что не напрягайся так. Ты не на смертном одре. Одна ошибка не причинит тебе большого вреда. Я понимаю, ты не привык к тому, что взрослые заботятся о тебе — все же жизнь с этим ослом наложила на тебя неприятный отпечаток — но я не говорю тебе, что заменю его. Однако, если тебе нужно будет выговориться или еще что — я буду твоим слушателем. Хантер с удивлением взглянул в лицо Совиной Леди. В его глазах читалось сомнение, но Ида могла бы сказать, что там мерцало еще и большое облегчение. — Мне страшно. Я уже не могу вернуться в Имперский замок. И я не хочу быть обузой для Вас. Я…Я не знал куда еще податься. Не могу же я здесь остаться навсегда… — Хантер начал ходить из угла в угол. Это было…неожиданно. Ида не ждала от него красноречивых слов, как говорила Луз. Он довольно быстро сломался. — Ты можешь остаться. Я не знаю чему учил тебя Белос, но здесь это так не работает. Ты не обуза, и даже не думай так. Теперь меня не заботит что ты творил ранее, ты все еще ребенок, и можешь измениться. К лучшему. Я имею в виду, ты только посмотри на меня: до того, как появилась Луз, я была закоренелой преступницей, а теперь я почти эксперт по душевным разговорам. Если Луз смогла разглядеть добро во мне, я уверена, она и тебя изменит в лучшую сторону. Хантер задумчиво разглядывал деревянные половицы, под своими ногами, а затем тихо ответил: — Благодарю Вас, Совиная Леди. — Всегда пожалуйста. И называй меня Ида. — Спасибо… Ида. Луз ей сказала, что у него доброе сердце. Может это и так. Ида могла бы помочь ему открыть в себе немного больше правды. — Всегда пожалуйста, Хантер, — она сомкнула губы в полуулыбке, сверкая в темноте ярко золотистыми глазами.