Поедешь со мной?

Солнечные дни в Питере — редкость. Нельзя упускать такую возможность погулять или просто открыть окно и впустить свет в квартиру. Именно поэтому можно увидеть, что происходит у людей, их тайны, секреты и скелеты, которых они достали из шкафов. Кто-то затеял уборку и с самого утра бегает с тряпкой в руках, иногда останавливаясь и подпевая песне, которая играет на фоне. Есть те, кто просто сидит перед телевизором, лениво переключает каналы и поедает какую-нибудь гадость. Отдыхает после тяжёлых рабочих будней. — Экскурсия! — кричит Лиза, хлопая в ладоши. — Мы поедем в город, и нас отвезут в какой-то торговый центр. Мы же туда пойдём? А потом можем пойти туда, куда ты захочешь. На набережную, например, я знаю, что тебе нравится там сидеть, — она слегка умерила свой пыл, говоря уже немного тише, спокойнее. Эту поездку переносили несколько раз из-за плохой погоды. Даже экскурсоводы не хотели попасть под дождь, но утверждали, что ожидания того стоят. Обещали подготовить стоящую экскурсию, которая сможет привлечь внимание не только детей, но и взрослых. Сегодня вероятность попасть под дождь нулевая, и это значит, что можно разгуляться на всю катушку. — Ага, только держись рядом со мной, если я сам тебя не попрошу постоять где-то, а то не хватало ещё искать тебя по всему городу. Если такое случится, то больше нас никуда не повезут, максимум в ближайший парк, чтобы мы погуляли, — Лёша щёлкает сестру по носу, получая в ответ улыбку. Как и ожидалось, малышка совершенно не слушала экскурсовода. Она ждала только одного — свободного времени. Макаров же слушал внимательно, послушно поворачивая голову то к одному окну, то ко второму. Он делает вид, что видит это в первый раз, восхищается их красотой. Мимо проплывают памятники, дома, люди, чьи лица расплываются из-за большой скорости автобуса. Всё это смешивается в какую-то кашу и заставляет оторвать взгляд от окна, переведя его на свои руки. На фоне рассказывают историю города, а Лёша шевелит губами, повторяет каждое слово. — И мы сейчас делаем остановку. Через два часа встречаемся на этом месте, а то автобус уедет без вас, и назад придётся добираться пешком, — микрофон противно шипит, а потом двери открываются. В салон врывается свежий воздух, и все с облегчением выдыхают. Дети ломанулись к выходу, чтобы быстрее выйти на улицу, чтобы было больше времени. Лёша берёт Лизу за руку, просто не позволяя ей уйти далеко. В прошлый раз она решила поиграть в прятки, как только сошла с автобуса. Продавец, в чей магазин она забежала, мило беседовал с ней, показывая и рассказывая про тот или иной предмет, пока все её. В поисках участвовали даже те, кто не знал девчонку, просто потому что чувствовали груз ответственности. Макаров лично прочитал ей лекцию о том, что нельзя так делать, что он будет волноваться сильнее всех, что ближе Лизы у него нет. — Ты пока стой тут, никуда не уходи, ты меня слышишь? Я вижу тебя через окошко, — он кивает на маленький магазинчик, который, скорее всего, был похож на какую-то кладовку. Цель визита — бутылка холодной воды и молочный коктейль. Коктейль — это своеобразная плата за то, что девчушка дала обещание никуда не уходить и стоять на месте, а значит, она заслужила такую награду. Они отбивают кулачки, и Лёша скрывается за дверью магазинчика. Брюнет не успевает протянуть продавцу деньги, а на улице уже слышны крики, звук удара и визги. Купюры падают на пол, а парень выбегает на улицу, стараясь найти Лизу. Все суетятся, кричат, вызывают службы спасения, а кто-то старается помочь своими силами. Рядом кто-то только охает, приговаривая что-то, но из-за руки, которая закрывает рот, слышно плохо. Какой-то мужик старается сдвинуть с места обломки иномарки, видимо, водитель не справился с управлением. Может быть, кто-то пьяным сел за руль и теперь сидит, уткнувшись лбом в подушку безопасности. Лёша не может сделать и шага, не может сказать и слова, когда ему на глаза попадается маленькая туфелька. В похожих его сестра сегодня отправилась на экскурсию. Он поднимает туфлю, где на заднике маркером написано «Л.М». Он не слышит собственного крика. Он не чувствует собственных слёз на щеках. Всё, что он может чувствовать — боль, которая разрывает его изнутри. Лёша дёргается. Он бьётся коленками об стол, за которым успел уснуть, и тихо шипит. Где-то на полу лежат тетради и черновики, на которых были написаны какие-то формулы, какие-то даты и слова «Домашняя работа». Парень сам не заметил, как уснул за уроками. Он в панике осматривается, чтобы удостовериться, что Лиза жива, что с ней всё хорошо, но спустя пару минут, до него доходит, что это не его комната, и сестры тут точно не будет. Его до сих пор потряхивает от увиденного во сне, но он уверен, что сестра жива, и что с ней ничего не случилось. Часы показывают уже половину первого, а в это время он уже обычно спал. Настольная лампа тухнет, и Макаров принимает решение пойти спать, может быть, в кровати будут сниться другие сны. Кирилл просыпается от громкого крика где-то под ухом. Его уверили, что всё будет хорошо, что уроки не займут много времени, и уже через минут сорок мальчишка вернётся в кровать. Вернулся через час, может быть больше, даже слова не сказал. Молча лёг, накрылся одеялом и практически сразу засопел. — Твою мать, Лёш, имей совесть, — он кладёт руку на его плечо, — я тоже человек. Спать хотят все, особенно после твоих парков развлечений, — когда крик повторяется, он уже начинает трясти мальчишку за плечо. Блондин чувствует, как чужие пальцы сжимают майку в районе груди, тянут вниз и снова отпускают. — Бля, пупс, это не смешно. Когда Лёша открывает глаза, Кирилл падает на подушки, выдыхая с облегчением. Ночевать в этой квартире «пупсу» приходилось часто, но такое было в первый раз. Брюнет утирает слёзы, которые успели выступить в уголках глаз. Этот сон снова повторился. Он снова упустил возможность и снова потерял её. От мыслей отвлекает только рука на талии и горячее дыхание в шею. Сердце больше не выпрыгивает из груди, и вроде бы всё становиться на свои места. — Её сбил какой-то урод. Он был пьяным, вылетел откуда-то из-за угла и всё, дальше словно в тумане. Я ничего не чувствую, кроме пустоты, я… Может быть, мне просто стоит отпустить эту ситуацию и перестать загоняться? Такое же не может случиться со мной? Жизнь и так забрала у меня родителей, но она оставила мне Лизу. Она не может её забрать, — он начинает ворочаться, копошиться, словно маленький котёнок, старается найти тепло. — Начнём с того, — хрипит Гречкин, позволяя мальчишке лечь на бок, при этом положив голову на грудь, — что эту сучку с купленными правами мы бы посадили, там пару справочек, пару бумажек — и дело у нас в кармане. Продолжим мы тем, что принцесса дальше своей комнаты никуда не выходит, а это значит, что с ней точно всё будет в порядке. Закончим мы тем, что тебе стоит меньше сидеть в телефоне и читать всяких новостей перед сном. Весь потом на нервах, на иголках... Даже я так не волновался, когда в первый раз загремел в камеру, — от воспоминаний он улыбается. Весёлого там было мало, но зато первый опыт был незабываемый. — Поиграю немного в папочку, выдвигаю свои правила. Он диктует целый перечень того, что теперь нельзя делать в его квартире. Первым и главным пунктом было то, что спать Лёша должен ложиться до двенадцати, даже если не хочет, даже если Гречкин будет занят своими делами. Подобного пробуждения он больше не переживёт и вряд ли сможет простить себе то, что Макарова будет страдать от чрезмерной опеки брата. Когда весь список был озвучен, Кирилл кладёт свою руку на чужую, переплетает пальцы, слегка их сжимая. Он иногда так делал, когда Лёша долго смотрел в стену и не реагировал на его слова. — Закрывай глаза, давай, и засыпай. В комнате у вас я видел ловец снов, но чем я хуже? Я даже лучше, — он усмехается, — и красивее. Но если кто-то узнает о том, что я стал твоей мягкой игрушкой на эту ночь, ты на свою пятую точку сесть не сможешь как минимум неделю, ты меня понял? До утра блондин не смог сомкнуть глаз. Он то и дело поглядывал на Лёшу, который, кажется, наконец-то смог увидеть сон, а не кошмар. Он смог довериться Кириллу и отпустить плохие мысли. С этой ночи он следовал правилам, которые были установлены, и больше кошмары его не мучили. Как минимум он больше не терял дорогих ему людей. Один человек лежал в своей комнате, спал и видел уже десятый сон, а второй человек лежит под боком и причитает, что места в кровати мало, надо покупать новую.