Не каменное сердце

Битый час Байерс валялся, пока не ушел со своими друзьями купаться на озере. Ему надоело ждать ответа от старого друга, когда есть новые здесь. Он уже успел подружиться с новой компанией молодых ребят - было в Байерсе что-то магнетическое, наполненное чувством спокойствия и безусловности, что тянуло к нему людей. К нему часто подкатывали девушки, он отвечал им таким же флиртом, но вовсе не потому что они ему нравились - ему это было в развлечение смотреть, как люди стремятся узнать его и понравиться ему. Его эго пыталось скрыть от Уилла факт, что это ласкало самолюбие парня, ведь в глубине души он чувствовал себя незначительным человеком. Это вовсе не было высокомерием с его стороны, скорее снисходительной улыбчивостью к ним. Солнышко грело ему живот, он лежал на воде, качаясь от ее слабых волн, и смотрел на небо, чувствуя, как ветер щекочет кожу, вызывая табун мурашек. Птицы, как всегда ругались, насекомые тоже дискутировали между собой, пока друзья, разместившиеся неподалеку от Уилла ржали над чем-то, пели (то есть кричали песни), танцевали, в общем, веселились. Небо рисовало причудливые кучевые облака - последние дни были влажными и невыносимо жаркими. Внезапно Уилл почувствовал сводящую боль в икрах ног. Сморщившись, он попробовал достать до ноги, чтобы помассировать ее, но побоялся потерять равновесие на воде и захлебнуться. Судорога. - Ну вот, пришел мой час - гремел Байерс, просто, чтобы развеселиться, - умираю, а друзья даже не спасут. Ах! - Уилл, ну ты идиот! Эй, кто-то помогите ему, - с улыбкой насаживал глотку один из толпы. Один за другим молодежь ныряла в воду, плескаясь и расплываясь от эйфории. К тому моменту судорога Уилла уже присоединился к друзьям, разделяя их эмоции. Ещё один счастливый летний день прошел со смайликом в дневнике и новым засосом на плече (у Уилла, между прочим, уже месяц, как появилась дама сердца) Майк часто с некой завистью удивлялся тому, каким лёгким на помине был его друг. Рядом с ним или на расстоянии, даже когда они не общались друг с другом, - Майк всегда чувствовал присутствие Уилла. Его улыбка призрачно возникала в голове Уиллера перед сном, он представлял момент долгожданной встречи. Они слишком долго знали друг-друга, чтобы не привыкнуть. Даже если внешне они изменятся, приобретут новые привычки, поменяют взгляды и образ жизни, их будет связывать непостижимое понимание друг друга. То понимание, к которому они пришли задолго до того, как у них появилось свое "я". Кудрявый ждал встречи, хотя Уилл его не приглашал. За душой у Майка не было ни гроша, как и смелости сделать первый шаг. Зато сам Байерс прекрасно знал, что этим летом он увидит друга - вряд ли потом появится еще один шанс встретиться. Их жизненные пути почти разошлись, общение теперь будет только в теплых воспоминаниях о детстве. Тем временем Майк решил возобновить занятия физикой. Все друзья разъехались по Турциям и Египтам, на улице жара, а дома тишина - идеальное сочетание для эффективного обучения. Физика была такой простой и красивой, как математика, отличаясь лишь одним: она не была такой абстрактной и лишённой физического (такой вот каламбур) смысла. Занятия дарили Уилеру чувство безопасности - все элементарно, везде есть свои закономерности и законы. Парадоксы тоже бывают, но они не расстраивают, как всякие глупые новости или поступки людей. В комнате только он, учебник по физике и отдельная вселенная, состоящая из рождения новых мыслей и строк понятного, логичного, блестящего. Сейчас он сидел и не отрывался от статьи про кота Шрёдингера. В ней Эрвин Шрёдингер пытаясь объяснить физический смысл волновой функции, предложил мысленный эксперимент, в котором кот в коробке одновременно и жив, и мертв. Если попытаться этот ящик открыть, то наблюдатель может увидеть только одно конкретное состояние — либо «ядро атома распалось, кот мёртв», либо «ядро атома не распалось, кот жив». - Вот и я как этот кот, не то мертв, не то жив. Только и могу, что страдать, - (наконец-то ты это понял, Майк), - ещё и эти тупые фильмы бесят. Где это видано, чтобы подросток семнадцати лет все лето тусовался и спал со встречными поперечными? - проснулся Майк зануда, - Может ему в музей хочется, а может вообще никуда не хочется. Почему они не снимают фильмов про подростков, которые, скажем, очень любят ходить на выставки и делать поделки, для них это смысл жизни? - спорил он со своим отражением в зеркале, - Ан нет. Им надо, чтобы расслабиться, только праздный образ жизни подавай. А как же личность? Как же мой дух?! На этих словах он прискорбно осмотрел себя в зеркале, хмыкнул, искренне улыбнувшись своей "гениальности". Опустившийся взгляд на тумбу, перетек в ехидную ухмылку. Жуликовато согнутая рука достала из недр кассету, на которой нехитро было написано: "Сунь в летнюю ночь". - Как за месяц не сойти с ума, одному подростку? Прием.