Миллионы миль

      Трейлер мчался по трассе мимо загородных посёлков почти час. И только когда навигатор выдал «тридцать два километра от города», Лука разрешил себе остановиться на обочине близ какой-то заправки и отдохнуть.       Скрипнули тормоза, и парень выдохнул, выпрямляя спину. Оглянулся, убедившись, что Маринетт сладко спала, укутанная в плед, и вышел из салона, позволяя загородному ветру растрепать волосы по лицу. Этот запах леса вперемешку с бензином был необычайно новым, таким… свободным.       Парень улыбнулся, глядя на луну и россыпь звёзд. Они выглядели по-настоящему волшебно вкупе с мыслями о приключении, которое его и Маринетт ждало впереди. Конечно, утром она проснётся, начнёт возмущаться, ругаться… Но почему-то Лука был уверен, что подруга быстро успокоится и будет вместе с ним наслаждаться поездкой. Ей пора отдохнуть от своих проблем, а ему — от её усталости.       Яркие огни заправки разбавляли мрак ночной дымки, а ещё Лука решил, раз уж ему сегодня нужно проехать ещё минимум километров двадцать, то неплохо бы взять себе омерзительный кофе стоимостью в ноль франков.       Парень усмехнулся и рассудил, что дешёвый кофе лучше, чем никакой кофе, поэтому бодрой походкой пошёл по направлению к круглосуточному магазинчику и взял себе пол-литровый стаканчик с дымящимся напитком. Вопреки всем ожиданиям, пах он вкусно. Поблагодарив заспанного кассира, Лука вышел прочь, ещё издалека заметив, что забыл закрыть дверь трейлера. Вот же растяпа!       Но, подойдя ближе, понял, что все намного хуже, чем казалось. Это не он забыл закрыть дверцу, это Маринетт сбежала и сиганула в лес. Лука услышал, как ломались ветки под её неосторожными шагами.       — Маринетт! — отчаянно крикнул он, бросив несчастный кофе прямо на землю, и припустился следом, вовсю орудуя локтями. — Маринетт! Это я, Лука!       Вот же зараза! Кто же знал, что подруга окажется такой прыткой? И когда она успела проснуться?       Девушка впереди остановилась, видимо, узнав голос. Но обратно идти не спешила.       — Лука? И что это за бред? — озлобленно крикнула она, когда парень тоже остановился в нескольких метрах от неё. Несмотря на расстояние, Куффен прекрасно видел молнии в её голубых глазах. Эх, а он собирался повременить со всем этим до утра.       — Я всё объясню, — парень примирительно поднял вверх руки, сделав шаг навстречу.       — А ну не подходи ко мне! Что за дурацкая шутка-а… А-а-а! — Маринетт сделала пару шагав назад и оступилась, кубарем полетев под обрыв, который ни она, ни Лука не заметили в лесном мраке.       Музыкант сорвался с места, и ему открылось весьма комичное зрелище, в котором, если подумать, не было ничего смешного. Девушка рухнула прямо в лесное болотце, растопырив руки и ноги, как диковинная лягушка, и сидела в тине, оглядывая себя большими круглыми глазами.       — Ох, Ма-маринетт, — вздохнул Лука, спустившись к ней и зайдя в воду, чтобы подхватить свою растяпу на руки. — Теперь от тебя пахнет илом, как от настоящей русалочки.       — Это всё из-за тебя, — недовольно пробурчала она, мстительно намазав ему на щеку озерную грязь. Парень только заулыбался, состроив страшную рожицу. — И что я, позволь узнать, делаю в болоте посреди ночи? — с долей раздражения поинтересовалась подруга, заставив Луку судорожно вздохнуть.       — Ну, знаешь, это долгая история. Ты же хотела в Сет на старом трейлере?       Маринетт приоткрыла рот от удивления и вскинула вверх брови, покрепче вцепившись руками в его футболку. Музыкант смотрел на её перемазанное илом лицо и не мог налюбоваться. Она была такой потрясающе красивой в скупом свете луны.       Спустя секунду напряжённого молчания девушка неожиданно рассмеялась, обняв его за шею.       — Ох, Лука! — сквозь смех выдавила она, поднимая на него глаза. — Ты такой невероятный…       — Правда?       — Да, — Дюпен-Чэн тепло улыбнулась, пытаясь пальцами стереть грязь, которую сама же и намазала.       — Это значит, мы едем в Сет? — он и не думал, что всё будет настолько легко.       — Это значит, мы едем домой, но следующим летом после поступления обязательно съездим в Сет.       Сердце пропустило удар, и улыбка вмиг сползла с его лица. Ну уж нет. Не за тем он так трепетно готовился к этой поездке, чтобы развернуться на тридцатом километре. Он взглянул на улыбающуюся подругу и твёрдо решил, что в Сет они поедут этим летом.       — Хорошо, — примирительно произнес он, опуская Маринетт на землю. — Переночуем в трейлере, а наутро обратно.       Наутро, пока подруга спит, они уже будут очень далеко от Парижа.       Девушка согласно кивнула и взяла Луку за руку, чтобы вместе пробираться сквозь лес к припаркованному у обочины трейлеру. Кажется, Джул сложила ей сменную одежду? Сейчас парень поищет. А завтра днём они остановятся в придорожном мотеле, и Маринетт сможет отмыть запах лесного болотца.       Кофе нещадно разлился возле трейлера. Парню даже стало обидно, пах он весьма сносно. Пока Маринетт переодевалась, Лука подобрал пострадавший стаканчик и забросил его в ближайшую урну, снова сокрушенно вздохнув. Но тут же заулыбался, посмотрев на небо. Чует он, что этот инцидент с болотом был только началом их большого путешествия.       Подруга снова устроилась на кровати в чистой пижаме, которую заботливо сложила Джулека, и укуталась в одеяла. Убедившись, что больше она никуда не сбежит, Лука снова сходил за кофе, а на безмолвный вопрос кассира, только улыбнулся.       Раз ехать теперь нельзя, он посидит снаружи под звёздами и посторожит сладкий сон Маринетт. В этом путешествии она хоть начнёт высыпаться. И пусть ей снятся только хорошие сны.       Лука вытащил раскладной стул и уселся возле трейлера, сделав первый глоток оказавшегося невероятно вкусным кофе. Хотя, может, он таковым казался из-за волшебной атмосферы леса, звёзд и ярких огней бензозаправки.       Этот день пах кофе и сиял тысячами лампочек круглосуточного магазина. А еще звучал сладким сопением Маринетт и тихим ветром в кронах деревьев. Лука прикрыл глаза, прислушиваясь. Если Дюпен-Чэн будет рисовать в дороге эскизы, то сам музыкант напишет миллионы новых мелодий, по одной на каждую милю.