***
Агрест пригласил их в кафе неподалёку, пока водитель разбирался с поломкой. Талисмана пришлось закрыть в трейлере, да пёс был не против — завалился на хозяйскую кровать и тут же уснул. Куффен только нахмурился, когда подруга согласилась на приглашение, сам он ничего не мог поделать со своей агрессией, такой никому не нужной в этот момент. — Как жизнь в Париже? Я не был там, похоже, целую вечность, — Адриан заулыбался, наблюдая, как Маринетт сдувает со лба непослушную чёлку. — Всё по-старому, — отозвалась она, смущенно улыбаясь. — Ребята очень скучали, когда ты уехал. Лука проследил за тем, как изменился в лице парень, и невольно придвинулся ближе к подруге, словно готовый её защитить в любой момент. Правда, защищать-то было не от кого. Адриан вон брови нахмурил и сидит, думает о чём-то своём. Да и Маринетт притихла, словно лелеет прошедшие дни. Вон как щёки заполыхали. — Как сама? — чуть помолчав спросил Агрест, и его лицо снова стало радостным и дружелюбным. Он не блефовал, это Лука видел. Смотрел с нежностью на старую подругу, хоть в зубы дай. Музыкант сидел смирно, не выдавал себя ни единым мускулом. Только вот сердце ныло, только вот тоска снедала душу. — Поступаю в университет на специальность дизайнера уже второй год, — засмеялась Маринетт, скрывая за усмешкой собственную грусть. — Я могу с этим помочь, — Агрест словно расцвёл, услыхав о возможности помочь. Неужели пытается за старые обиды расквитаться? Луку это начало злить, как мальчонку, у которого отобрали игрушку. Глупо, наверное, но факт оставался фактом — ему не нравилось само появление Адриана Агреста в такой неподходящий момент. — Не стоит, — тем временем замахала руками Маринетт, ввергнув в непонимание обоих: Куффен даже злиться перестал. — Я уверена, что в этом году точно поступлю. У нас с Лукой есть план, — заговорщически прошептала она, взяв музыканта за руку и крепко сжав пальцы, словно говоря: «Теперь мы одна команда». Пару секунд он смотрел на её ладонь, а потом отмер и серьёзно кивнул, наблюдая, как Агрест откинулся на спинку стула и понимающе улыбнулся. Словно смирился.***
— Я пожалел об этом раз сто. Миллион. Они стояли возле трейлера, пока Маринетт бегала с Талисманом по двору возле мотеля. Лука вопросительно взглянул на собеседника, вскинув темные брови. Адриан тем временем грустно усмехнулся и продолжил: — Я любил её всем сердцем, только молод был. Строптив. И глуп, наверное. А потом этот переезд, проблемы с отцовской компанией… Мне пришлось отказать. Подумай, я оправдываюсь, — сам себя перебил блондин и скривил губы, а потом посмотрел на Луку и с жаром продолжил: — Да, наверное. Но только перед самим собой. Я виноват перед Маринетт, но она выросла. Наши пути должны разойтись. А ты должен быть рядом с ней и сделать её счастливой любой ценой. Слышишь меня? Несмотря ни на что! Музыкант так и замер, изучая лицо парня, такое воодушевленное, такое счастливое. Посмотрел, а потом отвернулся. Талисман гнался за жёлтой бабочкой, а Маринетт сидела прямо на траве, звонко смеясь. А потом поймала его взгляд и помахала рукой, широко улыбаясь. Да, Лука сделает её счастливой любой ценой.***
Агрест уехал только поздно вечером. Друзья стояли возле трейлера и провожали чёрную машину, которая очень быстро скрылась из виду, завернув на ближайшую улицу. Сегодня они-таки дошли до Сант-Этьен вместе с Агрестом и даже сделали пару снимков на его фоне. С хэштэгом для Али: #старыедрузья. Маринетт утверждала, что подруга будет вне себя от таких фото. Да и Адриана давно не видели ни она, ни Нино. — Какой замечательный день, — выдохнула Дюпен-Чэн, привычно сложив голову Луке на плечо и ласково потёршись щекой. — Так странно понимать, что всё давно прошло. — О чём ты? — Об Адриане, — улыбнулась девушка, поднимая взгляд. — Ведь я давно не чувствую того, что чувствовала девчонкой. Он навсегда останется просто другом, с которым связано много хороших воспоминаний. Лука хмуро кивнул, поднимая глаза на небо. Мириады звёзд светили этой ночью, напоминая о своём совете. Только вот Куффену так надоело молчать. Так надоели боль и неизвестность. — Маринетт… Я люблю тебя.