Глава 4. Ночь тяжёлого дня
20 июня 2022 г., 20:26
Комендантский час уже давным-давно наступил, но Дафна не собиралась уходить. У неё сложилось отчётливое впечатление, что Гарри очень мало рассказал другим о том, о чём они говорили этой ночью… вероятно, его просили не говорить об этом. Она могла сказать, что он пропустил или преднамеренно расплывчато объяснил некоторые моменты (по-видимому, слишком важные, чтобы раскрыть их до того, как она дала клятву), но то, чем он поделился, стало настоящим откровением.
Гарри почти закончил рассказывать, как прошёл его четвёртый курс, и истории, казалось, утратили причудливость, которую содержали его первые пару лет. Весёлые истории про трёхголовую собаку по кличке Пушистик и летающие машины ушли в прошлое, на смену им пришли дементоры, оборотни, непростительные заклятия, а теперь… кладбище.
— Мне пришлось вернуться с его телом. Я не мог оставить его там… с ними. — Гарри сделал паузу и склонил голову, снова уставившись в пол. — Я должен был догадаться, что чаша — это ловушка…
— Заткнись, Поттер, — беззлобно прервала его Дафна, останавливая его снова от самобичевания. Быстрый взгляд на часы подсказал ей, что сейчас полтретьего утра. Она слышала нелепую историю за нелепой историей, и всегда Гарри изо всех сил старался указать, что ему повезло, что он должен был понять всё раньше, мог бы сделать лучше или как-то потерпел неудачу, несмотря на то, что столкнулся с Сами-Знаете-Кем. Дафне пришлось его остановить и сосчитать кое-что, чтобы убедиться, что она поняла правильно. Три… три раза, и он не только выжил, чтобы рассказать свою историю, но и каждый раз побеждал его.
— То, что ты сделал… через что тебе пришлось пройти… это невероятно. Я буквально не поверила бы в это, если бы не увидела пятидесятифутового василиска, говорящего мне обратное.
Она глубоко вздохнула и собралась, прежде чем продолжить. Почему взрослые, участвовавшие в жизни Гарри, оставили его с такой низкой самооценкой? На Слизерине его бы попросту сгноили. Ей вдруг стало неловко за Слизерин.
Сначала Дафне казалось невероятным, что он просил её или кого-либо из шестикурсников о помощи с таким количеством взрослых буквально прямо по коридору. Теперь она поняла причину. Они не воспринимали его всерьёз или просто слишком боялись. До сегодняшнего вечера у неё никогда не было твёрдого мнения о директоре. Теперь Дафна презирала его.
— Перестань принижать себя, или сделка расторгается. Да, иногда тебе везло. Да, как бы мне не хотелось это признавать, Грейнджер и Уизли тоже были храбрыми и умными. Это не умаляет того факта, что то, что ты сделал, это… я даже не знаю, как это назвать.
Она смотрела на Гарри на протяжении всего своего монолога, побуждая его возразить ей, но он хранил молчание… его глаза упрямо смотрели в землю. Гарри был всё ещё несколько смущённый и не желающий слушать факты. Дафна намеренно сделала паузу, позволив тишине затянуться, пока Гарри не поднял голову, чтобы посмотреть на неё. Только тогда она продолжила:
— Мне шестнадцать лет, и я верю - действительно верю - в две вещи. В свою семью и Трейси. Всё остальное… все остальные… меня разочаровали. Тебе потребовалось всего три дня, чтобы заставить меня поверить в тебя, Гарри. Так что заткнись.
Гарри долго смотрел на неё, наконец позволив себе легко улыбнуться.
— Ничего, если я кое-что скажу? Обещаю, я постараюсь не принижать себя.
— Придурок, — ответила она с ухмылкой и кивком.
Он внезапно стал серьёзным, прежде чем снова уставился в чёртову землю.
— Пятый год был действительно тяжелым. Я пошёл в Министерство, потому что думал, что кто-то из моих близких, мой крёстный, в опасности. Это оказалось уловкой Волан-Де-Морта, чтобы он мог получить пророчество, о котором упоминали в Пророке. Сириус не был в опасности… изначально его даже не было там. Но из-за того, что я был глуп и попался в ловушку, он прибыл в Министерство, чтобы помочь, и… умер. Это несправедливо. Это тяжело. Когда люди умирают… трудно гордиться. Или радоваться. Они не заслуживают…
— Моя сестра умирает, — машинально перебила Дафна. Она не могла поверить, что говорит ему это. Трейси даже не знала, чем она собиралась поделиться. Если Астория когда-нибудь узнает, она будет в ярости.
Внезапно она почувствовала потребность смотреть в потолок, её глаза стали влажными, и Дафна яростно сморгнула слёзы. Она не плакала из-за этого с семи лет и не собиралась начинать снова.
— Моя семья была проклята сотни лет назад. Проклятье не проявлялось несколько поколений… мы думали, что оно исчерпало себя, пока проклятие не обнаружилось в Астории. Если Астория будет вести себя крайне осторожно… избегать перенапряжения: не заводить детей и не напрягаться без особой необходимости. Она, надеюсь, сможет… в лучшем случае… дожить до пятидесяти лет.
К сожалению, она такая же, как ты. Она старается, и ей повезёт, что она доживет до тридцати пяти. — Дафна усмехнулась и посмотрела на Гарри, который теперь смотрел на неё, ожидая, что она продолжит. — Она намного лучше меня… даже лучше моих родителей. Я думаю, что она единственная в Хогвартсе, кто каким-то образом верит в тебя и Драко. Знаешь, я на самом деле носила значок «Поттер-вонючка», просто потому что Драко и Пэнси всё никак не затыкались, пока я не надела его. Кажется, он был на мне всего лишь тридцать секунд, прежде чем Астория вскочила изо стола Пуффендуя, назвав меня трусихой и сказав, что знает, что я не настолько глупа, чтобы поверить, что ты это заслужил, всё время разгневанно смотря на Драко. Потом она подошла и отчитала Седрика за то, что он позволил своим друзьям и другим Пуффам носить их.
Теперь она говорила бессвязно, но не могла остановиться. На самом деле Дафна общалась с Гарри всего несколько дней, но он был так похож на её сестру. Он заслуживал знать, как сильно она восхищалась такими людьми… людьми, которые всегда старались. На публике было трудно признать это. Но в Комнате… в миле от всех остальных… после всего, чем он поделился… ей нужно было рассказать ему.
— Это было так нелепо… она тогда была второкурсницей и заставила меня, Драко и Седрика — чемпиона Хогвартса! — чувствовать себя так неловко. И хуже всего то, что она была права! Думаю, что девяносто процентов Пуффов ненавидели её в том году, и это только сделало её более непреклонной в своём возмущении. Астория знала, что права, и была так разочарована во всех и так упряма. Уверена, что если бы Драко мог проводить половину времени с моей сестрой, которое он проводит со своим отцом, он перестал бы быть придурком… ну, был бы не таким придурком, как сейчас.
— Ага, как же, — со смешком ответил Гарри. — Драко… проблемный тип.
— Раньше он не был таким плохим. Когда он был младше, он был милым… немного высокомерным… будто он рос с нормальным отцом. — Дафна подняла голову и увидела, что Гарри пристально смотрит на неё. — Всеобщая реакция на тебя, когда мы добрались до Хогвартса, казалось, задушила всё хорошее в нём. Астория сказала, что он хотел всего того внимания, которое ты получил, но подумал, что благодаря своему высокомерному отцу, ему не нужно его заслуживать. По его мнению, ты ничего не сделал, чтобы привлечь к себе внимание, так почему он должен что-то делать?
— Да… ничего, — пробормотал он. — Просто рос, не зная, что родителей убили, и все празднуют день их смерти.
— Это именно то, что сказала Астория! — со смехом ответила Дафна. — Мерлин, вы двое так похожи. Мне нужно будет проверить её на наличие странных шрамов.
Гарри рассмеялся.
— Она гораздо веселее тебя… даже слишком. На самом деле это немного раздражает, — сказала она беззлобно. — Она грустит, только когда я или мои родители думают о её состоянии. Обычно она называет нас идиотами и уходит.
— Она невероятная, — сказал он с ещё одной искренней улыбкой. — Не могу поверить, что выбрал не ту сестру.
— Как я уже сказала, она такая же, как ты. Она не хотела заниматься Нумерологией и Рунами. Она легко могла бы войти в пятёрку лучших в своём классе, но она колеблется где-то посередине. Если ты хочешь много радоваться и читать журналы весь день, ты можешь выбрать её. Если хочешь… ну, знаешь… добиться успеха… значит, ты сделал правильный выбор.
— Хорошо, хорошо… — Гарри поднял руки, сдаваясь. — Думаю, я связал себя с успешным, серьёзным человеком. Хотя эта штука с журналами звучит заманчиво.
Дафна согласно кивнула.
— Я помогу тебе сделать важные вещи, например, избавиться от Сам-Знаешь-Кого, а когда он уйдёт, ты сможешь тусоваться с Асторией и вести себя легкомысленно. И я смогу устроить себе хороший перерыв.
Лицо Гарри на мгновение потемнело, когда его мысли, казалось, ушли куда-то в другое место. Дафна решила не спрашивать, что случилось. Они достаточно поговорили для одной ночи. Внезапно поздний час настиг её, и она широко зевнула.
— Я думаю, это намёк на то, что пора закругляться, — сказал Гарри, вставая и направляясь к своей метле.
Дафна кивнула в знак согласия, но ей нужно было обсудить ещё один вопрос, прежде чем они покинут Комнату. Теперь, когда она оправилась от шока от василиска, в дело вступили её обучение бизнесу.
— Знаешь, ты мог бы заработать много денег с этого василиска. Особенно яд, но также и шкура… они чрезвычайно редки и ценны. Мой отец мог бы организовать сбор…
— Ни в коем случае, — вмешался Гарри, — мне нужно держаться в тени. Если я сопровожу группу людей в Комнату для препарирования этой штуки, это привлечёт ко мне внимание. Если ты можешь каким-то волшебным образом переместить василиска отсюда так, чтобы никто об этом не узнал, тогда я не против.
Дафна ожидала такого ответа и покорно кивнула. Это было разумно и умно.
— Может быть тогда, когда всё закончится. Жаль, что домашние эльфы верны Хогвартсу. Двое или трое из них могут аппарировать его прямо сейчас.
Она только что отодвинула стулья и бросила последний взгляд на чудовище, когда услышала бормотание Гарри сзади:
— Правда?
— Правда что?
Она могла точно сказать, о чём Гарри сейчас думает.
— Домашние эльфы действительно могут перенести василиска?
— Да… но ты не хочешь, чтобы кто-нибудь узнал. Я уверена, что Дамблдор узнает. Домовые эльфы крайне преданы своим хозяевам.
— Что, если я знаю эльфа в Хогвартсе, который предан… мне? Сможет ли он убедить одного или двух других помочь и сохранить секрет?
— Ты говоришь о том сумасшедшем эльфе, которого ты упомянул со второго курса? Тот, кто пытался спасти тебя, убив?
— Он не пытался меня убить! Просто… э-э… ранил меня, — упрямо ответил Гарри. — Он просто… не всё обдумал. С тех пор он стал спокойнее. В конце концов, он дал мне жабросли для испытания. — Он сделал паузу, когда его осенило. — Он украл жабросли у Снейпа… профессора Хогвартса. Это значит, что он более предан мне, а не Хогвартсу. Верно?
Дафна раньше не могла соединить картину воедино, но Гарри был прав. Это не имело смысла, учитывая то, что она знала о домашних эльфах.
— Это невозможно, Гарри. Если его хозяин сейчас в Хогвартсе, то он не должен был красть в школе.
Было ясно, что мозг Гарри заработал усиленнее, и у него сформировалась идея.
— Хогвартс не его хозяин! Он свободный эльф, который работает на Хогвартс, но верен мне.
Теперь Дафна почувствовала волнение. Помогать Гарри во имя общего блага было здорово, и всё такое, но это… это было то, что могло принести много галеонов и дать её отцу точку опоры на новом рынке. Отец так много лет учил её, что Дафна уже знала, что он будет делать с этой возможностью: использует крайнюю редкость василиска, заставив потенциальных покупателей переключиться с основных своих поставщиков на зелья Гринграсс.
Волшебный бизнес был очень похож на общую волшебную культуру — он менялся неохотно. Это то, что поддерживало семью Гринграсс при продаже товаров, поставляемых маглами… но так затрудняло проникновение на традиционные волшебные рынки, на которых они всегда оставались не у дел. Яд василиска наконец-то убедит некоторых крупных зельеваров сменить основного поставщика. Если Гарри Поттер будет хорош для бизнеса, её отец, скорее всего, будет согласен с его планами насчёт Сами-Знаете-Кого.
— Гарри, это гениально! Можешь попробовать призвать его?
— А не поздновато ли? — непонимающе спросил Гарри. — Я бы не хотел его будить.
Слушая о приключениях Гарри, можно было с лёгкостью забыть, как мало знал о культуре и поведении волшебников.
— То, что я сейчас скажу, может прозвучать крайне нелепо, но, Гарри, просто послушай, не перебивая, и подумай… подумай о том, как ведёт себя эльф, пока я говорю. — Она дождалась кивка Гарри, прежде чем продолжить: — Если он появится сейчас по твоему зову, он на самом деле будет счастливее, чем если бы ты позвал его в полдень. — Дафна видела, что Гарри собирается возразить, и быстро продолжила: — Просто дай мне закончить. Эльфы радуются больше всего, когда они помогают своим хозяевам. Нам это кажется глупым, но на самом деле они больше довольны собой, когда им причиняют неудобства, если это делается для того, чтобы помочь своему хозяину. Этот эльф сильно рисковал, крадя жабросли… Думаю, что тогда он ещё больше обрадовался, когда они помогли тебе.
Было видно, как Гарри обдумывает её слова, размышляя. На этот раз она не пыталась прерывать его, когда он заговорил:
— Он всегда хочет наказать себя, когда думает, что провалил задание или разозлил меня. Но также это работает и наоборот. Когда он действительно помогает или делает меня счастливым… особенно когда задание трудное или сложное… он чувствует себя лучше.
— Да! — воскликнула Дафна, внезапно почувствовав себя менее уставшей. — Ты попросишь его о помощи прямо сейчас, и это должно сделать его очень счастливым.
Гарри кивнул, обдумывая её объяснения.
— Я думаю, что передать василиска твоему отцу и заработать немного монет будет проще, когда ты расскажешь своим родителям о помощи с моим проектом, верно?
— Совершенно верно, Гарри! — практически закричала Дафна. Было интересно говорить о таких вещах с кем-то, кроме отца.
— Полагаю, попробовать стоит. Добби?
Через мгновение появился сонный, но взволнованный домовой эльф.
— Гарри Поттер позвал Добби на помощь? — По эльфу было видно, что он умолял, чтобы это было правдой. Домовик показался Дафне знакомым, но она не могла точно вспомнить, почему. Возможно, она видела его в замке.
Теперь он подпрыгивал на носках, нервно заламывая руки, ожидая, когда Гарри заговорит. Дафне показалось, что эльфу потребовалась вся сила воли, чтобы не обнять Гарри.
— Эм-м… Привет, Добби. Мы с подругой хотели узнать, можно ли как-нибудь вынести этого… э… василиска… из замка без ведома персонала.
Эльф оторвал взгляд от Гарри и посмотрел на василиска, его глаза расширились. К её удивлению, домовик посмотрел на неё, и его глаза расширились ещё больше, когда он внезапно занервничал.
— Добби думает, что сможет помочь Гарри Поттеру со змеей, но… — он замолчал и начал бить себя кулаком по лбу.
Дафне поняла, что Гарри предвидел это, и сразу же заговорил:
— Добби, остановись! Не наказывай себя, хорошо? Пожалуйста, успокойся и медленно, тихо расскажи мне, в чём проблема.
Эльф остановился и заставил себя успокоиться. Казалось, что для него это непосильная задача. Он снова нервно посмотрел на Дафну и произнёс:
— Добби знает, что Гарри Поттер — великий волшебник, но беспокоится о его подруге. Подруга Гарри Поттера — друг плохого хозяина Добби!
Внезапно Дафна вспомнила, почему этот эльф, Добби, выглядел таким знакомым. Он работал на Малфоев! Это означало, что дневник на втором курсе подбросил Люциус Малфой. Гарри намеренно говорил расплывчато, но это предположение имело смысл. Она опустилась на колени, чтобы посмотреть Добби в глаза, и начала говорить как можно мягче:
— Я тебя помню. Раньше ты работал на Малфоев, да? Мне жаль, что они не очень хорошо к тебе относились. Гарри рассказал мне, как ты помог ему с дневником и жаброслями. Не думаю, что я смогла бы решиться на такой храбрый поступок.
Как только её слова дошли до Добби, он сразу же заплакал. Мерлин, этот эльф очень эмоциональный. Дафна взглянула на Гарри и увидела, что он изо всех сил сдерживает смех.
— Добби сожалеет! Теперь Добби видит, что Грини Гарри Поттера — хорошая и добрая волшебница. Она и сестра Грини всегда были добры к Добби. Плохие хозяева Добби всегда были добрее, когда рядом были Грини. Добби просто боялся за Гарри Поттера!
— Всё в порядке, Добби, — вмешался Гарри. — Дафна действительно знакома с Малфоями, но она мой друг, и я доверяю ей. Я ценю, что ты беспокоишься обо мне. Так что ты думаешь, можешь помочь с василиском?
Выражение лица Добби изменилось, когда он сразу же вернулся к своей задаче… изучению василиска.
— Добби может помочь, но ему понадобится помощь ещё одного эльфа. Добби думает, что в Хогвартсе есть один, который может это сделать, но… — он резко замолчал и начал нервно дёргать себя за уши, прежде чем продолжить: — Для этого потребуется помощь Гарри Поттера.
Гарри повторил действие Дафны ранее, опустился на колени, посмотрел эльфу в глаза и начал говорить очень спокойно… очень медленно:
— Всё в порядке, Добби. Просто скажи мне, что тебе нужно. Если я смогу, я сделаю это.
Добби перестал наказывать себя и стал решительнее, воодушевлённый словами Гарри.
— Змея очень большая, поэтому Добби понадобится ещё один свободный эльф, чтобы помочь, если Гарри Поттер не хочет, чтобы директор знал об этом. В замке есть ещё один эльф. Гарри Поттер помнит Винки? — Гарри кивнул и подождал, пока он продолжит: — Винки работает в Хогвартсе, но ей не нравится быть свободной. Добби пытается помочь, но ей всё равно очень грустно… она пьёт много сливочного пива. Она не сможет помочь, пока не станет счастливее и не перестанет пить. Чтобы стать счастливой, ей нужен хозяин.
Добби нервно посмотрел на Гарри. Было ясно, что он вот-вот перейдёт к самому сложному.
— Продолжай, — сказал тот.
Добби много раз рассказывал Винки о великом Гарри Поттере, и она очень восхищается им.
— Если бы Винки была связана с Гарри Поттером, Винки была бы счастлива и смогла бы помочь Гарри Поттеру в Хогвартсе.
Гарри посмотрел на Дафну, явно не понимая, к чему это может привести, и нуждаясь в помощи. Она была счастлива прояснить ситуацию.
— Я думаю, что твоя идея хороша, Добби, но чтобы стать эльфом Гарри Поттера, ей нужно бросить пить и проявить себя. Я думаю, что помощь тебе со змеей определённо докажет, что она достойна быть эльфом Гарри Поттера.
Добби отчаянно запрыгал и закивал, его напускное спокойствие тут же исчезло.
— Добби согласен с мисс Грини. Добби поговорит с Винки и Добби уверен, что Винки захочет помочь. Винки сможет помочь Добби, когда бросит пить.
Дафна старалась сохранять спокойствие. Отец будет так доволен ею.
— Как думаешь, она сможет помочь к вечеру следующей субботы? — И снова её слова встретили яростным кивком, и Дафна гораздо спокойнее кивнула Гарри, чтобы он продолжил разговор.
— Хорошо, Добби. Иди и поговори с Винки, но убедись, что она знает, что это секрет. Я позову тебя завтра вечером, чтобы узнать, как идут дела. Хорошо?
Ещё один отчаянно счастливый кивок.
— Хорошо. Спасибо за помощь и большое спасибо за то, что пришёл ко мне посреди ночи. Это много значит для меня.
Восторженный Добби быстро вцепился в ноги Гарри в объятиях, а затем неожиданно вцепился в ноги Дафны, прежде чем исчез.
— С тобой никогда не бывает скучно, Гарри, — пошутила Дафна, когда они направились к входу и пошли обратно к туннелю.
— Полагаю, нам следует поговорить о разбивке выручки от василисков. Я предлагаю разделить чистую выручку шестьдесят на сорок после всех затрат. Мой отец будет счастлив предоставить отчёт обо всех расходах, а также о доходах от продаж.
— Хорошо, — просто ответил Гарри, пожав плечами, не сбавляя шага.
Дафна пробормотала что-то себе под нос. Она намеренно попросила более высокий процент, чем заслуживала, предполагая, что Гарри откажется. Вместо этого он только пожал плечами. Он ни капельки не был наивным… ему просто всё равно. Это бесило. «Шашки, а не шахматы… шашки, а не шахматы», — подумала Дафна про себя. Она остановилась и заговорила:
— Гарри, ты должен договориться о лучшем проценте после того, как я сделаю первоначальное предложение. Ты убил эту чёртову штуку и заслуживаешь более шестидесяти процентов.
Гарри оглянулся с растерянной улыбкой на лице.
— Я думал, что мне положено сорок процентов!
Дафна вспыхнула.
— Хорошо, — пробормотал Гарри, расправляя плечи и притворяясь серьёзным. — Семьдесят на тридцать, и я не приму меньше. Если это всё ещё несправедливо, просто скажи своему отцу, что я намеренно дал тебе больше в качестве жеста доброй воли за помощь мне с Волан-Де-Мортом.
— Ты идиот, но сделка твоя, — с ухмылкой сказала Дафна, протягивая руку для рукопожатия. Она намеренно проигнорировала тот факт, что она была идиоткой, которая договорилась о снижении доли с шестидесяти процентов до тридцати.
— Приятно иметь с тобой дело, — сказал Гарри, пожимая ей руку. — Так когда ты сможешь поговорить с родителями?
— Завтра я пошлю им письмо и узнаю, смогут ли они приехать в замок в субботу, чтобы обсудить всё. Я просто скажу им, что речь идёт о большой возможности для бизнеса. Теперь, когда василиск в игре, это даже не будет ложью. Тогда мы с тобой сможем встретиться в субботу вечером, когда Добби и Винки, надеюсь, смогут аппарировать змею. И мы сможем разобраться ещё с клятвой.
Гарри кивнул, соглашаясь с планом.
— Только убедись, что везде, где ты с ними будешь разговаривать, нет портретов. Они всё расскажут Дамблдору.
— Верное замечание. Я бы никогда не задумалась об этом. — Она прожила в замке более пяти лет и никогда не думала о том, чтобы следить за своими словами перед портретами. Скучная жизнь привела к этой беспечности… с которой теперь Дафна должна покончить. Общение с Гарри Поттером было совсем не скучным.
В конце концов они поднялись по трубе и вышли из туалета. Гарри специально поблагодарил Миртл, которая по долгу службы не пускала никого внутрь, пока они находились в Комнате. Он даже сказал ей, что они вернутся в субботу, из-за чего Миртл застенчиво улыбнулась, прощаясь с ними. Она даже была мила с Дафной. Странно.
Когда они вошли в холл, Гарри быстро спрятал их под плащ и вытащил старый пергамент, постучав по нему палочкой и шепнув:
— Торжественно клянусь, что замышляю шалость и только шалость. — Внезапно пергамент ожил, и оказалось, что это карта Хогвартса, на которой подробно указано местонахождение всех, кто находился внутри.
«Определённо не скучно», — подумала Дафна, пока они тихо шли к подземельям.
