Love me now

Джин отказался признать, что был несколько разочарован тем, что Чимин принял душ самостоятельно. Он хотел сам помыть Чимина, но подросток прыгнул в душ прежде, чем он успел что-то сказать. Омеге не потребовалось много времени, чтобы появиться в мешковатых тонких тренировочных штанах и рубашке, Чонгук чуть не упал, когда узнал в ней свою собственную. Розовые волосы Чимина, как сахарная вата, все еще были немного влажными, они становились темнее и сохли, превращаясь в его естественные кудри. Независимо от того, сколько раз они с Тэ говорили ему, что им нравятся его кудрявые волосы, Чимин всегда расчесывал их или выпрямлял. Чимин сидел на полу, скрестив ноги, и выглядел как всегда невинно. Трудно было подумать, что меньше двадцати минут назад он вел себя как чертова порнозвезда. Джин прочистил горло: "Хорошо. Нам нужно понять, что это значит для всех нас. Ты хочешь быть только с Намджуном? Ты просто согласился со всем, что произошло?". Наклонив голову, Чимин сказал: "Вы все мне нравитесь". Намджун почувствовал легкое самодовольство от того, что это его рук дело, но ему также было не по себе, потому что это, несомненно, было больно. Хосок на мгновение смутился: "Ты хочешь быть... со всеми нами?". "Как эта штука. Как она называется? Когда много людей состоят в отношениях?"-спросил Тэ. "Ты имеешь в виду полиаморию?"-Юнги поднял брови. "Да! Вот оно! То есть, нам всем нравится Чимин, это очевидно. Если мы ему тоже нравимся, может быть, мы все смиримся с этим или хотя бы попробуем?"-спросил Чонгук. Джин поджал губы, он никогда не задумывался об этом. "Я уже был в поли-отношениях", - сказал Юнги, - "это требует много общения и координации". "Что ты думаешь об этом, Минни?" - Намджун повернулся к подростку. "Я не против, если всем остальным это нравится", - сказал он, пожав плечами. "Что, если кто-то из нас начнет ревновать?"-спросил Хосок. "Вот тут-то и приходит на помощь координация", - сказал Юнги, - "ты следишь, чтобы у всех было равное время с ним, чтобы никто не чувствовал себя обделенным". После долгих разговоров, установления правил и границ они решили пойти в свой любимый ресторан. За два часа, прошедших с момента их возвращения с экзамена, температура упала. Чимин почти сразу же начал дрожать, несмотря на свое плотное пальто. Пальто Хосока было длинным, поэтому он расстегнул его и позволил Чимину проскользнуть под него, прижав его к себе, чтобы попытаться согреть. Чимин был такого маленького роста, что даже не доставал до плеча Хосока, поэтому, наверное, странно было видеть две пары ног при одном видимом теле. Они смогли занять свое любимое место на верхнем этаже - столик напротив большого окна, из которого открывался вид на оживленные городские улицы. Вскоре к столику подошел обслуживающий персонал и принял их заказ. "Что вам принести, мисс?" - спросила она у Чимина. Вместо того чтобы поправить ее, Чимин улыбнулся и сделал заказ. "Она назвала тебя "мисс", тебя это не беспокоит?"-спросил Джин. Чимин покачал головой: "Я не против. Иногда мне это даже нравится". Они все мысленно отметили это.

***

Их новые отношения были идеальными в течение нескольких дней, пока не произошел первый инцидент. Хосок был ревнивым. Это только усугубляло ситуацию, когда рядом с ним находился кто-то, кто тоже ревновал. Когда они с Чонгуком увидели, как Чимин бежит к мальчику-бете, визжит, когда его крепко обнимают и кружат на руках, им это не понравилось. Они молча наблюдали, как эти двое обмениваются номерами, но когда бета начал гладить волосы Чимина и положил руку ему на шею, они вмешались. "Привет", - сказал Хосок, проходя между ними и отстраняя Чимина, чтобы обнять его за шею. Бета был ошеломлен этим, его глаза расширились: "Привет". Чонгук наклонился, чтобы обнять Чимина сзади, но тот закатил глаза, прекрасно понимая, что они делают. "Это мой друг Джей Джей, он был в первом детском доме, куда я попал", - сказал им Чимин, незаметно впиваясь ногтями в руку Чонгука, пока тот не отпустил его. Испуганный суровыми взглядами, Джей Джей отступил назад: "Э... мне пора идти. Было приятно повидаться с тобой. Может быть, мы сможем поговорить позже". Он убежал с виноватым выражением лица, оглядываясь через плечо, чтобы убедиться, что они не идут за ним. Оба альфы крепко взяли Чимина за руки и повели его прочь. Они не ответили ни на один из его вопросов, и вскоре Чимин обнаружил, что у него очень плохое настроение. Он вырвал свои руки из их захвата, удивив их обоих, и с хмурым видом прошагал мимо них. Джин, Юнги, Намджун и Тэ растерянно переглянулись, когда в квартиру вошел омега, совершенно взбешенный тем, что двое альф следовали за ним и звали его по имени. У них отпали челюсти, когда он захлопнул перед их носом дверь своей спальни. Он никогда так себя не вел. Конечно, время от времени он бывал немного грубым, топал ногами и дулся, пока они, наконец, не уступали, потому что никогда не могли ни в чем отказать своему милому мальчику. Конечно, он нередко отнекивался, но таков был его характер. Он был кем угодно, но только не нахалом. Крошечный, но могучий. "Что вы двое сделали?"-спросил Юнги. Они сели и объяснили, что произошло. "Чонгук! Ты же знаешь, как Чимин относится к этому!"-сказал Тэ. "Этот парень был слишком близко!"-вмешался Хосок. Джин подскочил от внезапного голоса позади него: "То, что мы теперь одно целое, не означает, что ты можешь выбирать, с кем я могу говорить, а с кем нет", - сказал Чимин, пылая огнем в глазах. "Это не то, что мы пытались сд...". "Именно это вы и сделали!"-огрызнулся Чимин. Он видел, как оба альфы ощетинились, инстинкты подсказывали им, что нужно показать свое превосходство, но Чимин был слишком зол, чтобы беспокоиться. "Мне не нужно ваше разрешение, чтобы общаться с другими людьми". Хосок знал, что Чимин прав, но альфа-часть его души твердила, что он должен заставить омегу подчиниться. Он отказался ее слушать. Если Чимин и подчинится ему, то только по собственной воле. Собравшись с силами , Хосок извинился:" Мне очень жаль. Ты прав". Чимин заметил, как напряглись плечи мужчины, и его гнев угас. Было видно, с каким трудом Хосок пытается держать себя в руках. Он шагнул вперед, опустив голову в объятьях Хосока. "Прости за грубость", - пробормотал он, уткнувшись в рубашку альфы. Он почувствовал, как Хосок расслабился, и его рука поднялась, чтобы погладить его волосы. Чимин хотел сказать им, почему это так беспокоит его, но слова давались ему с трудом. В глубине души он знал, что они не осудят его, но, выросший в мире, где он не мог никому доверять, он боялся открыться. Он не осознавал, что издает разочарованный скулеж, пока Хосок не отстранился и не наклонился к нему. Погладив его по лицу, он спросил: "Что случилось?". "Я хочу поговорить о том, почему я чувствую себя так, как я чувствую себя в отношении определенных вещей, но мой мозг всегда говорит "нет" и не позволяет мне", - нахмурился он в разочаровании. Намджун, который все это время наблюдал за ним и обращал внимание на язык тела Чимина, решил задать вопрос, который его интересовал. "Чимини, а раньше кто-нибудь пытался удержать тебя от общения с другими людьми?". Широко раскрытые глаза Чимина обратились к нему. Он прикусил губу и посмотрел вниз, прежде чем кивнуть. "Ох, Ангел", - Хосок поднял Чимина, обнимая его. "Прости, я понятия не имел". "Все в порядке", - сказал Чимин, обхватывая руками шею Хосока, а ногами - талию мужчины, прижимаясь к нему, как коала, и не отпуская, пока его не заставили поесть.

***

После еще нескольких подобных инцидентов психическое здоровье Чимина начало ухудшаться. Плохие воспоминания всплывали в памяти, кошмары снились все чаще, тревожность резко возросла. Ему было трудно даже встать с постели. Когда ему это надоело, он решил обратиться к человеку, который, скорее всего, сможет его понять. Юнги сидел на диване с компьютером на коленях и был настолько поглощен тем, что печатал, что не заметил, как к нему подошел маленький розововолосый мальчик. "Юнги-хён?" - раздался тоненький голосок, нарушивший его сосредоточенность. "Что случилось, малыш?" - спросил он, увидев обеспокоенное выражение лица подростка. Он тут же отодвинул ноутбук в сторону. Сочинение могло подождать. Чимин был важнее. Омега закусил губу и избегал зрительного контакта. Он что-то пробормотал, его лицо покраснело. "Чимини, тебе нужно говорить громче", - сказал Юнги, наклонившись вперед и протянув руку, чтобы наклонить подбородок Чимина вверх. "Посмотри на меня", - сказал он, довольный тем, что мальчик сразу же послушался. "Скажи мне, что не так". Чимин неловко заерзал под его взглядом. "Ты можешь помочь мне найти психотерапевта?" - спросил он, нервно теребя пальцами подол рубашки. Юнги улыбнулся и кивнул: "Конечно" . Чимин облегченно вздохнул, напряжение спало с его плеч, когда Юнги заключил его в объятия. "Эй, Чимини?" "Мм?" " Я горжусь тобой".

***

Юнги провел несколько дней, просматривая терапевта за терапевтом, пытаясь найти того, кто, по его мнению, будет достаточно хорош для его малыша. В конце концов, он сузил список до трех врачей и предоставил Чимину выбрать того, к кому он хотел бы обратиться. Он не удивился, когда Чимин выбрал врача-женщину. Подросток так нервничал перед своей первой встречей с женщиной, что Юнги в конце концов согласился находиться с ним в комнате, а не ждать снаружи. Он взял с Чимина обещание сказать ему, если он захочет, чтобы он ушел, чтобы поговорить с врачом наедине. Он также дал ему понять, что все в порядке, если он решит, что она ему не нравится, и захочет уйти домой. Чимин был благодарен Юнги за то, что тот не рассказал об этом остальным, а сказал, что использует время, проведенное с Чимином, чтобы сводить его в новый ресторан, который только что открылся. Он не солгал, когда сказал это. Он планировал сводить туда Чимина после первого сеанса, если тот будет готов. Он не был бы шокирован, если бы Чимин решил, что после этого он просто хочет пойти домой. Придя в кабинет врача, Юнги с удовольствием отметил, что атмосфера в нем скорее успокаивающая, чем корпоративная. Верхний свет был мягким и золотистым, стены - приятного бледно-желтого цвета. По сравнению с обычными офисами это было очень успокаивающе. Секретарша вручила Чимину планшет и ручку, велев ему заполнить приложенную бумагу. Юнги действительно старался не лезть не в свое дело, но не мог удержаться от того, чтобы не взглянуть на бумагу. Сердце заныло, когда он увидел, как подросток обводит эмоции, которые испытывал в последнее время, и записывает мысли, о которых думал. Вы бы никогда не догадались, что за его ослепительной улыбкой скрывается столько боли. Доктор Чхве была бета-женщиной около 50 лет. Она была немного ниже Юнги даже на каблуках, а ее темно-каштановые волосы длиной до плеч слегка завивались на кончиках. Несмотря на морщины на лице, у нее все еще была добрая, домашняя улыбка. Она спокойно поприветствовала их, представившись. "Добрый вечер, меня зовут доктор Чхве. Полагаю, вы Чимин?" - спросила она, повернувшись к подростку, который нервно кивнул и вцепился в руку Юнги. "Кого вы сегодня привели с собой?"-спросила Чхве. "Мин Юнги", - ответил он, протягивая свободную руку. Она схватила ее в крепком рукопожатии, после чего пригласила их в комнату. "Могу я узнать, какие отношения связывают вас двоих?" - спросила она, позволив им сесть первыми, прежде чем устроиться на своем месте. "Это необходимо знать?"-спросил Юнги, приподняв бровь. "Вовсе нет. Знание того, кто будет участвовать в системе поддержки, а также их роли в жизни того, кто обращается за помощью, конечно, полезно, но не является абсолютно необходимым для ответа, если он не удобен", - сказала она. "Хотя я лечу клиентов всех возрастов и гендерных статусов, я специализируюсь на подростковых омега-травмах, то есть на молодых омегах, переживших травматический опыт. Моя цель - предоставить инструменты, которые помогут им справиться и преодолеть последствия этих переживаний", - мягко сказала Чхве. Именно по этой причине Юнги выбрал ее. Она сосредоточилась именно на том, в чём так отчаянно нуждался Чимин. Юнги был очень рад заметить, что с течением времени Чимин стал более спокойным. Мальчик больше не нервно дрыгал ногой и перестал играть с рукавами своего мягкого свитера. От него больше не пахло корицей. Он всегда так пах, когда нервничал или боялся. Юнги чувствовал только сладкий клубнично-ванильный аромат Чимина, и ему хотелось повсюду брать подростка с собой, как свой личный освежитель воздуха. "Чимини, хочешь, я уйду ненадолго, чтобы ты мог поговорить с ней наедине?" - спросил он. Чимин на мгновение выглядел встревоженным, испуганным потерять свой якорь, но с обнадеживающим выражением лица мужчины и беззаботным присутствием женщины Чимин глубоко вздохнул и кивнул. Юнги улыбнулся, успокаивающе положив руку на бедро Чимина, прежде чем встать и выйти из комнаты. "Тебе семнадцать лет?"- спросила она. Он кивнул, опустив голову. "Откуда ты?" "Пусан", - тихо сказал он. "Как тебе удалось оказаться здесь, в Сеуле?" "Я некоторое время жил в Тэгу, но сейчас я учусь здесь". "Ты планируешь поступать в колледж?". "Я учусь в колледже". "Вы написали в анкете, что ваш день рождения в октябре". "Я закончил школу досрочно и получил стипендию", - застенчиво сказал он. Улыбка украсила ее губы: "Это очень впечатляет. Что ты изучаешь?" "Я специализируюсь на музыке, а также на танцах и уголовном правосудии". Брови Чхве почти достигли линии ее волос. Интересно. Они продолжали разговаривать весь оставшийся час, превысив время почти на двадцать минут. Чимин так и не рассказал о причинах своей учебы, и впервые в жизни Чхве было трудно читать язык тела. Очевидно, он научился контролировать его, и она была очень впечатлена. Они договорились о регулярных встречах, и Чимин покинул офис, чувствуя себя в десять раз легче, чем когда вошёл. Юнги крепко обнял подростка, положил руку ему на шею и похвалил его, а затем кивнул Чхве.

***

Когда они приехали домой, Чимин прижался к Юнги, купаясь в тепле и целуясь. В многоквартирном доме были проблемы с системой отопления, и омега был настолько чувствителен к температуре, что дрожал, прежде чем Юнги затащил его в постель. Чимин удивленно пискнул, когда Юнги внезапно перевернулся и оказался между его ног. Мужчина пытался скрыть свою бушующую эрекцию с тех пор, как они оказались в постели, и подросток застонал, когда Юнги погладил его по шее. Поцеловав его, Юнги выпустил свои феромоны и усмехнулся, когда омега ответил взаимностью и смешал их запахи. Мятная сосновая хвоя и клубничная ваниль. Чимин застонал, когда Юнги углубил поцелуй и прижался к нему. Он потянул за край рубашки альфы, пытаясь приподнять ее. Юнги практически сорвал ее, швырнув куда-то в другой конец комнаты, и просунул руку под безразмерную рубашку Чимина, проводя пальцами по подтянутому животу подростка. "Хён ..." - заскулил Чимин, - "пожалуйста" . "Пожалуйста, что? Что ты хочешь, чтобы я сделал, малыш? " - ухмыльнулся он, поцеловав мальчика в подбородок. Чимин подавился словами, громко застонав, когда Юнги начал оставлять отметины на его шее. " Скажи мне, что ты хочешь" , - приказал Юнги. Он отстранился и увидел, что младший кусает губу. " Трахни меня" , - сказал он, краснея от смущения. От этого у Юнги пробежала дрожь. Увидеть нечто, похожее на воплощение невинности и чистоты, говорящее что-то столь восхитительно греховное, вызвало у него невероятное возбуждение. Сняв с Чимина рубашку, он набросился на его красивые розовые соски, облизывая и покусывая их, пока подросток извивался под ним. Он быстро расправился с остальной одеждой мальчика, и Чимин начал думать, что он будет постоянно краснеть, пока Юнги молча разглядывал его тело. Его милый маленький член обрамляли большие бедра, на теле не было ни единого волоска. Крошечная талия переходила в широкие бедра, кожа была нежной и совершенно безупречной. Так было до Юнги. Он знал, что другие не будут в восторге от того, что он пометил Чимина, но он также был удовлетворен тем, что он был первым из них, кто получил его. Чимин перестал заботиться о том, чтобы оставаться сильным и независимым, и бессовестно начал попрошайничать. Он приехал в колледж в середине ноября, а уже была середина января. За это время у него не было сексуального контакта ни с кем, кроме единственного раза с альфами. Он привык тайком уходить из дома и ложиться в постель с тем, с кем хотел. Его жестоко наказывали, но он был маленькой сукой и все равно делал это, просто чтобы позлить. Юнги наклонился, чтобы открыть ящик прикроватной тумбочки и взять маленькую бутылочку лубриканта и презерватив. Налив немного жидкости в руку, он растёр её между пальцами, чтобы разогреть. Наклонившись, он поцеловал Чимина, просунув руку между ног подростка, чтобы обвести пальцами его дырочку. Юнги садистски ухмылялся, дразня мальчика под собой до дрожи. Чимин облегченно вздохнул, когда Юнги наконец-то погрузил в него палец. Вскоре за ним последовал второй, растягивая его на манер ножниц. Юнги покусывал его ключицу, посмеиваясь, когда подросток выгибался, когда он поглаживая маленький клубок нервов. К ним присоединился третий палец, и Чимин застонал, потянув Юнги за волосы. "Хён! Пожалуйста", - задыхался он от нетерпения. Юнги хмыкнул ему в шею, затем убрал пальцы и сел. Он приподнял бедра Чимина, подложив под них подушку, и потянулся за презервативом. Чимин схватил его за руку: "Не нужно". Он продолжил, глядя на поднятые брови Юнги: "Я омега, я не могу заразиться или передать что-то". "Ты все еще можешь забеременеть, Чимин", - сказал он. "Вот для чего нужны противозачаточные средства", - пропел он. Юнги хмыкнул, размазывая смазку по своему члену и встал в позу. "Ты уверен, малыш?" - спросил он. Чимин посмотрел на него: "Клянусь богом, если ты не вставишь свой ч... ах!" Он был прерван, когда Юнги начал входить в него. Юнги прекрасно знал, что на самом деле ему не нужно было подготавливать Чимина, так как тело омеги физически меняется под партнера, но он знал, что будет больно, если он просто проникнет в него, не растянув его. Даже подготовив его полностью, он все равно действовал медленно, внимательно следя за реакцией Чимина на любые признаки дискомфорта. Они оба застонали, когда Юнги наконец начал двигаться, проведя рукой по груди Чимина. Он начал с медленных толчков, удерживая бедра подростка на месте, а затем ускорился, и Юнги был на седьмом небе от того, что Чимин так горячо и плотно обхватил его, приятный и податливый под ним. Оглядываясь назад, он должен был подумать о том, что другие соседи по квартире все еще там, потому что Чимин был громким.

***

Джин лежал на кровати, собираясь вздремнуть, когда услышал крик омеги. Испугавшись, что его малыш пострадал, он чуть не упал, порываясь встать, но остановился, прислушавшись. Сквозь стену он услышал приглушенное: "Сильнее, пожалуйста, хён!". Когда его сердце перестало биться так быстро, а страх утих, Джин обнаружил, что у него сильный стояк. Он сел обратно на кровать, придвинулся к стене и прижал к ней ухо, чтобы послушать сладкие стоны подростка, когда он ласкал себя. Тэхён и Чонгук отреагировали очень схоже: они вскочили со своих мест и помчались к двери Юнги, откуда доносились крики, кипя от ярости на любого, кто посмел обидеть их мальчика. Не успели они ворваться в комнату, как перед дверью появился Хосок. Тэ уже собирался крикнуть ему, чтобы он убрался с дороги, но тот прижал палец к губам, чтобы успокоить их. "Юнги-хен!"-Чимин громко стонал через дверь. Чонгук не мог не почувствовать легкую зависть, что Юнги первым оказался рядом с Чимином, в то время как Намджун, который также прибежал, вздохнул с облегчением, обнаружив, что с подростком всё более чем в порядке. Не желая мастурбировать, стоя рядом друг с другом и глядя на закрытую дверь, они вернулись в свои комнаты, чтобы заняться своими "делами". Внимательно слушая и поглаживая себя, они представляли, какие звуки издаст подросток, когда наступит их очередь.

***

Юнги вбивался в крошечное тело под ним, восхищаясь тем, как красиво выглядит Чимин с его губами, припухшими от поцелуев, и ярко-красным румянцем на щеках, громко постанывая. Юнги слегка сдвинулся, чтобы лучше видеть его, и стал входить в него сильнее. Реакция была мгновенной: спина Чимина выгнулась дугой, голова запрокинулась назад, глаза закрылись, рот открылся в беззвучном крике, когда он кончил на живот. Глаза Юнги расширились от осознания того, что Чимин только что кончил совершенно не трогая себя. Прижав подростка к себе и вбиваясь в него изо всех сил, Юнги почувствовал, что уже близок к концу. Чимин застонал под ним, ошеломленный перевозбуждением и отчаянно пытаясь найти хоть что-то, за что можно было бы ухватиться. "Черт, ты так хорош для меня, малыш. Так хорошо. Ты такой красивый, Чимини", - говорил он мальчику на ухо, хваля его, пока двигал бедрами. С несколькими последними сильными толчками он вошёл как можно глубже и зарычал, когда его настиг самый сильный оргазм в его жизни. Омега под ним громко закричал, всхлипывая, когда он кончил во второй раз, наполненный его спермой. Юнги с любовью поцеловал его, нежно вытирая слезы с пухлых щек плачущего подростка. Прижимаясь к Чимину, он дал им обоим прийти в себя, после чего неохотно выдохнул и перекатился на бок, чтобы снять свой вес с мальчика, прежде чем он мог раздавить его. Чимин заскулил, как только он пошевелился, ненавидя отсутствие физического контакта. Он затих, когда Юнги притянул его к груди и стал ворковать, потирая опухшие красные глаза. "Мой маленький Чимини, ты был таким хорошим для меня", - прошептал он в пушистые розовые волосы. Ему удалось заставить Чимина выпить небольшое количество воды, после чего он удовлетворенно вздохнул, когда Чимин прижался к нему, придвинувшись настолько близко, насколько это было физически возможно. Юнги натянул одеяло на них двоих, не обращая внимания на собственный дискомфорт. Ему все еще было жарко, но он знал, что Чимин, скорее всего, замерзнет и начнет дрожать - это обычное явление для омег после сильного выброса адреналина. Они оставались так некоторое время, Юнги гладил волосы Чимина и шептал ласковые слова, пока младший не заснул. Юнги не заставил себя долго ждать, окруженный запахом мальчика и чувствуя такую привязанность, какой не испытывал никогда прежде. Он полностью осознал, что Чимин теперь его якорь, и он сделает все, чтобы сохранить его в безопасности.

***

Юнги получил несколько крайне неодобрительных взглядов, когда остальные увидели состояние шеи Чимина, ругая его за то, что Чимину придется прятать ее на уроках. Юнги был очень расстроен, что его шедевр придется скрывать, но Чимин ждал как можно дольше, чтобы сделать это, наслаждаясь тем, что видит следы собственности каждый раз, когда ловит взгляд своего отражения. Они были удивлены, увидев, насколько мастерски Чимин владеет косметикой. В считанные минуты темные засосы на его коже стали совершенно незаметны, даже при внимательном осмотре. Иногда он пользовался подводкой, подчеркивая глаза и сводя альф с ума, но чтобы такие яркие отметины полностью исчезли - это было впечатляюще. Зная о способности Чимина скрывать их, они использовали любую возможность пометить его, просто чтобы увидеть, как он ходит по квартире, выставляя их напоказ.

***

Когда был созван семинар в колледже для второкурсников, младших и старших курсов, они неохотно оставили своего омегу одного в квартире, пообещав вернуться как можно скорее и пытаясь поцеловать хмурое лицо парня. Чимин ненавидел одиночество. Некоторое время он дулся, бродя вокруг и пытаясь найти себе занятие помимо учебы. В конце концов он решил применить свои художественные таланты и начал рисовать шесть альф, добавляя как можно больше деталей. Его прервал стук в дверь менее чем через двадцать минут после ухода остальных. Ему показалось странным, что они вернулись так скоро или что они постучали в дверь, а не открыли, но он подумал, что, возможно, один из них забыл ключ или какую-то вещь. Он уже собирался посмотреть в дверной глазок, но вспомнил, что Чонгук разбил линзу удивительно неудачным броском во время игры в дартс. Не видя сквозь треснувшую линзу, Чимин открыл дверь. и почувствовал, как его кровь застыла, когда он увидел, кто это на самом деле.