5
28 сентября 2021 г., 18:31
***
Северусу на мгновение стало жаль Драко: лицо этого новоявленного героя-любовника выглядело так, будто он вот-вот рухнет в обморок, даже губы посинели. (Сделавшись прямо под цвет выразительных волос мисс Беннет.) — Мэри, мне жаль, но… Мисс Беннет старательно вздернула одну бровь. (Должно быть, долго тренировалась перед зеркалом.) Северусу почудилось в этой странной гримасе что-то знакомое. — Солнце мое, о чем ты? Яростный скрип белоснежных зубов Малфоя было слышно не только на всем (довольно длинном) побережье Крита, но, возможно, и на материке. — Мэри, ты!.. Кхм… «Солнце». Северус вспомнил обещанный тустеп. Или кадриль. Кажется, веселье уже началось, а он и не заметил. Вот это мисс Мэри! Стадо разъяренных бизонов при ее появлении должно в ужасе с громким топотом скрываться за горизонтом. А бедный Драко и не знал, что играет с огнем! Срочно захотелось громко зааплодировать. Жаль, леди Диана вряд ли оценит настолько эксцентричную выходку, даром, что в данный момент ее прекрасное лицо было совершенно спокойно и даже безмятежно, словно лик луны, отраженной зеркальной поверхностью лесного пруда в ясную летнюю ночь. («Не податься ли мне в поэты? — мелькнуло в голове.- Говорят, им неплохо платят. Или в сочинители любовных романов».) Драко, видимо, тоже вспомнил о леди Диане и о правилах приличия, а также о том, что он уже не мальчик, но практически муж. Ну и что, что голос у него слегка подрагивал и едва не дал петуха? — Дорогая Диана, позвольте вам представить протеже моей матушки и мою подругу детства, мисс Мэри Беннет. У нее такое свежее, типично американское чувство юмора. И она просто ОБОЖАЕТ розыгрыши! Северусу захотелось зааплодировать второй раз — на этот раз Драко. Все-таки Малфои — это не только блондинистые волосы, спесь — до небес и белые павлины. Малфои — это качество высшей пробы! Как Драко ловко вывел себя из-под обстрела! Во-первых, свалил все на матушку, во-вторых, подруга, в отличие от невесты, нечто, не представляющее опасности для нынешней возлюбленной. У кого в детстве не было подруг? — Очень приятно, мисс Беннет. Я могу называть вас Мэри, дитя мое? — в игру вступила Диана. Посторонитесь, дилетанты, за доску с магическими шахматами садится настоящий гроссмейстер! В этот момент бедняжка мисс Беннет должна себя почувствовать именно той, кем и является: чрезвычайно юной, плохо одетой и совершенно невоспитанной самозванкой непонятного происхождения. (Что для леди Дианы какая-то там Америка? Снейп подозревал: для нее и англичане до сих пор всего лишь не слишком цивилизованные потомки древних бриттов.) — Вы можете называть меня как вам будет угодно, мадам. Родители всегда настаивали, что со старшими следует быть почтительной. А вы подруга матушки Драко? Один-один! За неимением возможности аплодировать Северус едва не разразился похожим на карканье смехом. Мисс Мэри, определенно, играла с огнем, но делала это с дерзостью прирожденной огнепоклонницы, которые, как известно, босыми танцевали на раскаленных углях. Только вот огонь — достаточно опасная штука. Хотя понимать это ты начинаешь как раз с возрастом, успев заполучить пару-тройку не уничтожаемых никакими зельями шрамов от ожогов. Стараясь действовать незаметно, Северус проверил закопанную под валяющейся рядом рубашкой волшебную палочку. Не было уверенности, что хотя бы одно из известных ему заклинаний поможет против гнева леди Дианы, но так просто сдать ей синеволосое чудовище он не планировал. То, как он легко и небрежно выбрал сторону в намечающемся нешуточном противостоянии, несколько озадачивало и даже пугало. Но не слишком. Похоже, находиться слишком близко к смерти в последнее время вошло у него в привычку. Однако… Может быть, они все еще немного поживут. Северус прокашлялся. — Мэри, дорогая… — Хм, «дорогая» — это было очень тонко или нет? Для тех, кто любит намеки. — Так уж случилось, что именно леди Диана в самом скором будущем станет миссис Малфой. «Если она спросит, как давно успел овдоветь Люциус, я врежу по ней Ступефаем. Всему есть предел». Драко нахмурился и закусил губу, Диана продолжала улыбаться, холодная, прекрасная и самую чуточку смертоносная. Тайное (новость о серьезности малфоевских чувств) в одно мгновение сделалось явным, но гром не загрохотал, и земля не разверзлась у Северуса под ногами. Так, чего доброго, он и сам вдруг поверит, будто правда — лучшее лекарство от бед. — Северус! Мы еще ни о чем таком не говорили! Я даже еще не просил ее… — Или не лучшее? Бедный Драко во всяком случае, похоже, был на грани сердечного приступа. Леди Диана покинула диван и внезапно оказалась маленькой и очень изящной рядом с высоким и худым Малфоем. Почему Северус раньше не обращал внимания на ее весьма скромный по нынешним меркам рост? Божественное величие застило глаза? — Дорогой, просто на всякий случай: да. — Да? — Да. Мой ответ на любой твой вопрос. Или даже просьбу. — Да?! Северус молча, но очень цепко ухватил мисс Мэри за руку и выволок из комнаты. А еще наложил на двери гостиной запирающие чары. Очнутся — снимут. А сейчас им лучше не мешать. Так-то. — Думаю, скоро о помолвке объявят официально… — задумчиво пробормотала мисс Беннет. Мэри. — Матушка Драко будет в шоке. Северус ухмыльнулся. — Они смирятся. Когда до них дойдет, с кем именно решился связать свою судьбу их непутевый отпрыск. Простите, Мэри, не то чтобы я недооценивал вашу семью, но леди Диана… — Она действительно та, кем кажется? — А кто она, с вашей точки зрения? «Ну же, удиви меня, девочка!» — Бывшая богиня. Диана-охотница, она же Артемида. Если, конечно, боги бывают бывшими. В точку! — Думаю, боги, которым давно не поклоняются, вполне бывают. — И все-таки они — боги. — И как вы поняли, что?.. — Просто увидела. — Феноменально! По-моему, даже Драко до сих пор не разглядел. Хотя и смотрит на нее во все глаза. — Смотреть и видеть — это очень разные вещи. — Кто-то мне совсем недавно говорил об этом… — Северус, вы можете себе представить? Настоящая богиня! Глаза мисс Мэри горели восторженным огнем. Несмотря на вполне здравый ум и развитую интуицию, она еще пребывала в том блаженном возрасте, когда чудеса кажутся чем-то совсем естественным. Северус поймал себя на том, что тонет. Вовсе не в море, а здесь, возле накрепко запечатанных заклинанием дверей в гостиную. На миг даже показалось, что тонет он не один. — Мэри… Прохладная ладонь легла ему на грудь, и сердце радостно толкнулось ей навстречу. Вдруг шибануло по нервам острое осознание собственной наготы. Он ведь так и не соизволил надеть рубашку, когда ворвался в гостиную, чтобы обвинить Драко в охоте на дельфинов. Или не только на дельфинов? Во всяком случае, рубашку вместе с сандалиями и волшебной палочкой он до сих пор сжимал в руках. Юная леди и старый полуголый зельевар! Античный барельеф «Сатир и нимфа». Хотя какая из Мэри нимфа? Локти, коленки… Волосы синие… И все же… Отпечаток ее ладони горел у Северуса под кожей — возле самого сердца или даже на сердце. Мерлин, какой стыд! Северусу на мгновение захотелось стать дельфином. Веселым, вольным, красивым. Совершенным. Настолько, что его все время хочется трогать — по поводу и без. А кому может быть нужен, а уж тем более интересен старый, потрепанный жизнью фестрал? — Мисс Беннет, простите, мне надо… — Куда же вы, Северус? — Я вернусь. Если, конечно, ему будет, к кому возвращаться. Давненько он так не бегал! Его взлет по лестнице на второй этаж напоминал то самое, ставшее уже легендарным, исчезновение из Хогвартса накануне Последней битвы. Снейп знал, что и на смертном одре не сможет забыть исполненный ненависти, направленный на него взгляд Поттера. Поттер, Поттер, Поттер… Вечная константа его неказистой жизни. А ведь когда-то казалось: он уже отдал все долги. Северус фыркнул, стряхивая со щек мыльную пену. Шампунь пах чужими, напоенными солнцем травами. Надо честно признаться, работа над рецептами леди Дианы значительно расширила его собственные профессиональные горизонты. К все еще запертым дверям гостиной он спустился демонстративно неспешно, полностью отмытый от морской соли, высушенный специальным заклинанием и от шеи до пят закованный в привычную броню своей школьной черной мантии. Больше никаких маггловских фривольностей! — Профессор Снейп, сэр! — прозвучало чуть насмешливо. Мисс Мэри Беннет все еще была там, где он ее оставил: сидела в мягком кресле, явно трансфигурированном из какого-то менее удобного предмета интерьера, вертела в руках стакан апельсинового сока. Почему-то местные домовики слушались ее беспрекословно. — Я вернулся. На ее довольно невыразительных в обычном состоянии губах расцвела улыбка. Северусу сто тысяч лет никто так не улыбался — тепло и искренне. Словно его и впрямь рады видеть. — И… что теперь? Чтобы, не дай Мерлин, не показать собственной растерянности, Снейп дернул уголком рта. Пусть тот, кому очень хочется, разгадывает значение получившейся гримасы. — Ну… Вообще-то, я все еще жду обещанный мне тустеп. Или, на худой конец, кадриль. — Кадриль — парный танец. Его танцуют в салуне веселые ковбои, перегнав строптивых быков на дальние пастбища, крепко обнимая за талию девушку в широкополой шляпе. Вы будете моим партнером, Северус? — Если вы где-нибудь раздобудете широкополую шляпу. — Первый курс чар Трансфигурации… — пробормотала себе под нос мисс Мэри, и вот уже в ее руке вместо бокала с соком обнаружилась белая шляпа с огромными полями. — Называется «стетсон». Сделать вам такую же? — Благодарю, — слегка испуганно пробормотал Снейп. — Я обойдусь. Боюсь, этот фасон не подойдет к моей мантии. — Хорошо, — мисс Мэри покладисто пожала плечами, нахлобучивая ужасную шляпу на затылок. С синими волосами смотрелось… смело. — Тогда пойдем в сад? Не здесь же нам с вами танцевать. Да и места маловато. И Драко, думаю… в ближайшее время отвлекать не стоит. — Вы очень добры. — А в Салемской школе ведьм меня считали мелкой засранкой. «Удивительное дело, — подумал вдруг Северус, — именно из бывших засранцев частенько вырастают самые настоящие герои. Например, тот же Поттер…» Сад наступил слишком быстро. Или это в размышлениях о Поттере скрывалась какая-то сжимающая время магия? Снейп усмехнулся. Вот бы подкинуть задачку Отделу тайн! Чем они нынче там, интересно, занимаются, бездельники? — Ну-с, потанцуем? — мисс Мэри изобразила нечто странное бровями из-под полей своей впечатляющей шляпы. Северус пожал плечами. — Но вы помните, что я не специалист в данном вопросе? И садовые дорожки — это не бальный зал Хогвартса. — Ничего, — махнула рукой Мэри. — Мы с вами не очень толстые, уместимся и на дорожках. «Не очень толстые — небольшое преувеличение, — хмыкнул Снейп. — Или преуменьшение?» В это время заиграла музыка. Нечто залихватское и ритмичное полилось из черного, явно маггловского прибора, отчего ноги сами собой пустились в пляс. Из инструментов Северус различил только гитару и лихо отбивающие ритм ударные. Этого вполне хватило, чтобы обнять мисс Мэри за узкую талию в то время, как ее руки решительно легли ему на плечи. Он тут же отчаянно пожалел, что надел мантию, а не остался в синих штанах. В джинсах. Проклятая мантия, Мордред ее дери, ужасно мешала! Давно Северус так не танцевал! Собственно, а когда именно он танцевал в последний раз? Почему-то вспомнился Святочный бал во время Турнира трех волшебников. И неуклюжий Поттер, с загнанным видом топчущийся на ногах своей партнерши. А с кем тогда танцевал сам Северус? С Минервой? И почему он без конца вспоминает Поттера? Пока сидел в своем туманном (и дождливом, да) Альбионе — не вспоминал. Или талантливо делал вид, что не вспоминает? Перед кем, интересно, притворялся? Перед самим собой? Они оба путались в шагах (или не знали их вовсе), сломали несколько довольно колючих розовых кустов, взаимно оттоптали друг другу ноги, но при этом улыбались столько, что заболела кожа на скулах. У Снейпа, непривычного к подобному выражению лица, определенно заболела! А вот с дыхалкой надо что-то делать. Всего один бодрый танец, и он уже пыхтит, как старая загнанная лошадь. — Северус, вам понравилось? Мэри смотрела пристально. Шляпа куда-то подевалась, очевидно вернувшись в свое естественное состояние при помощи отменяющего заклятия (а он и не заметил), над губой блестела капелька пота. На мгновение Снейп зажмурился: ему вдруг показалось, что в синих, переливающихся неестественными оттенками маггловских красок волосах радостно бьется море. — Профессор? («Не называйте меня профессором!») Северус пожевал нижнюю губу. Честно говоря, он был не силен в комплиментах и в светских беседах. На память почему-то пришел Альбус. Вот уж кто мог уболтать любого! Или любую. Что бы, интересно, он сказал, оказавшись в столь нестандартной ситуации? Думай, Снейп, думай! У тебя на плечах все-таки голова, а не пустой котел для варки зелий! Ну?! — Бесподобно, дорогая леди! Высший класс! — Откуда взялся этот пошлейший «высший класс»? Жаргон, достойный Поттера и его компании. А вдруг девица обидится? Девица не обиделась, напротив — просто расцвела в ответ. Уф. Десять баллов Слизерину! Или — ладно! — даже двадцать. За находчивость и театральное мастерство. А от танца завтра будут ныть все мышцы. Даже те, о существовании которых он раньше не подозревал. Или не будут? В конце концов, пережил же он каждодневные сеансы плавания. И катание на дельфине. За воспоминаниями о дельфине вполне закономерно пришли другие. Словно на солнце наползли тучи и притянули за собой ледяные осенние дожди. Повеяло не то Хогвартскими подземельями, не то вечной промозглой слякотью Тупика Прядильщика. — А меня сегодня пытались убить, — зачем-то уронил он. И вправду — зачем? Слова упали на белый песок дорожки, как что-то мерзкое… Полуразложившийся труп фестрала? Полупротухшие останки флоббер-червей? — Убить? — рот Мэри приоткрылся, будто она хотела сказать что-то еще, но не нашла слов. — Убить вас? Зачем? «Хороший вопрос», — мысленно вздохнул Снейп, а вслух ответил просто: — Не знаю. А может, это пытались убить не меня. — А кого? — Дельфина. — Дельфина? Рядом с вами в тот момент, когда вас хотели убить, находился дельфин? Казалось, факт наличия где-то рядом со Снейпом такой загадочной морской твари, как дельфин, произвел на мисс Мэри гораздо большее впечатление, чем сам факт коварного покушения. Сколько ей? Ровесница Драко? Стало быть, двадцать один? Двадцать два? Никак не больше. Снейп поморщился, словно у него внезапно разболелся зуб. А он, старый дурак, размечтался о чем-то, танцевать вздумал, скакал тут… как хромой кентавр. — В нашей, — он кивнул в сторону сверкающего чуть в отдалении моря, — бухте периодически появляется самый настоящий дельфин. Не приходилось сталкиваться? Мисс Мэри помотала головой. — Я… не очень хорошо плаваю, если честно. Поэтому ухожу купаться подальше. Не хочется периодически нарываться на всяких… критиков. Интересно, кто ее так достал? Не любящий моря Драко? Гойл? Нотт? Северус покачал головой и внезапно решился на чистосердечное признание: — Я тоже плаваю не ахти. По счастью, свидетелем моего позора стал не кто-то из бывших учеников, а весьма впечатляющий парень с хвостом и плавниками. И кучей острых зубов, — добавил он, помолчав. — Впрочем… Простите, но мне пора. Зелье для леди Дианы не станет ждать. «Да я настоящий мастер тактических отступлений!» — Отлично! Я давно хотела спуститься в здешние подвалы! — Напрасно все-таки он забыл, какой… хм… настойчивой липучкой может быть при желании мисс Мэри Беннет. — У вас ведь лаборатория в подвале? Что оставалось Северусу? Только молча кивнуть. В подвале, так точно. Буквально рядом с винными погребами Малфоев. Драко туманно намекнул, что вилла стоит над целой сетью подземных пещер, то ли природного, то ли искусственного происхождения, по степени запутанности схожих со знаменитым Лабиринтом. Часть этого подземного кружева переделали, всерьез окультурив и приспособив под хозяйственные нужды, а часть так и осталась в своем первозданном состоянии. «Вполне возможно, — довольно равнодушно обронил Малфой, чьи мысли, без сомнения, в тот момент были заняты совсем не пещерами (или все-таки пещерами, но… хм… в иносказательном смысле), — что где-то тут скрыты тайные ходы, соединяющие одно с другим. Хотя мне о них ничего не известно». Северусу тогда, помнится, подумалось, что Драко всегда был начисто лишен любопытства, если дело не касалось Поттера. Снейп вздохнул. — С удовольствием проведу для вас экскурсию. От мисс Мэри при желании он мог сбежать. Но куда убежишь от себя самого? Пришлось покорно таскаться за ней, словно послушный домовой эльф, с «Люмосом» наперевес. Экскурсия затянулась. Подвалы оказались огромными, а любопытство мисс Мэри — практически неиссякаемым, точно она и впрямь поставила перед собой цель отыскать хотя бы один тайный ход в пещеры. Ничего не вышло, зато Снейпу в какой-то момент стало мерещиться, что еще немного, и они оба превратятся в призраков, чтобы навеки поселиться среди замшелых бутылок и дубовых бочек, подобно печально известной Плаксе Миртл из Хогвартского туалета для девочек. Будут до упаду нюхать вино, пугать спускающихся в подвал слуг (а также Гойла) и танцевать тустеп. Или кадриль. Он хмыкнул. — Ну и напоследок — самая скучная часть нашей экскурсии — лаборатория. Тут, честно говоря, смотреть совсем нечего. Думаю, вы успели продрогнуть и стосковаться по солнцу. А на склянки с различными ингредиентами вдосталь налюбовались в школе. — Ох, — притворно вздохнула мисс Мэри, чья кожа и впрямь от холода уже покрылась — правда, весьма симпатичными! — мурашками. Очевидно, в промозглом подвале мантия Снейпа имела определенные преимущества перед легкомысленным сарафаном. — Боюсь, в школе я была не самой примерной ученицей. Во всяком случае, зельеварение мне не давалось. Когда твой отец неприлично богат, преподаватели относятся к твоим слабостям и промашкам с некоторым… снисхождением. Понимаете? Снейп не понимал. Слово «снисхождение», а также все производные от него отсутствовали в его словаре. Но согревающие чары для мисс Мэри, когда стало понятно, что так просто высвистнуть ее из подвала не удастся, все-таки изобразил. Хвала Мерлину, в этот раз обошлось без внезапных магических выкрутасов. — Спасибо, вы очень добры. Добр? Северусу вдруг показалось, что он попал в какую-то параллельную вселенную или же в чей-то дурной сон. Снейп — и доброта. Поттер бы хохотал до упаду. — Простите, мне действительно надо работать. Леди Диана очень требовательная… заказчица. — А что именно вы для нее варите? Если это, конечно, не секрет. Секрет? Северус попытался как можно точнее припомнить формулировки контракта. Нет, определенно, никаких Нерушимых клятв и особых запретов. К тому же он не думал, что даже наиковарнейшему шпиону (а мисс Мэри на такового вовсе не походила) удастся где-нибудь отыскать нужные ингредиенты без вмешательства неких божественных сил. Скажем, концентрированный лунный свет. Что касается упрощенного варианта, то над ним еще только предстояло поработать. Снейп аккуратно раскатал на столе пергамент, которому, по самым скромным подсчетам, было приблизительно столько же лет, сколько и европейской цивилизации, начал объяснять и неожиданно увлекся. Ужасно давно он был лишен возможности поговорить о чем-то, что его действительно волнует, с заинтересованным собеседником. Последний раз… во времена профессора Слизнорта, кажется? Лорда, конечно, тоже можно было назвать заинтересованным, но его интерес к зельеварческим талантам Северуса всегда выглядел несколько однобоко. — Профессор? Похоже, он чересчур глубоко погрузился в воспоминания. Ее встревоженные глаза были близко. Слишком близко. И какого Мордреда она все время зовет его «профессор»?! — Думаю, вам пора. — А я думаю, нет. Как выяснилось, не только глаза были близко. Губы… Губы оказались ближе всего. «Я всего лишь человек», — подумал он за миг до того, как прижаться к ним своими холодными, явно не предназначенными для поцелуев губами. Он никогда не мнил себя таким уж великим специалистом по поцелуям. Если честно, его опыт в этой части практически стремился к нулю. Секс… пусть стыдный, быстрый и не всегда добровольный с его стороны, в анамнезе имелся, поцелуи — нет. Тут Снейпа можно было считать натуральным девственником — хоть приманивай на него единорогов. Впрочем, похоже, мисс Мэри (Мэри-Мэри-Мэри!) в этом не слишком-то отличалась от него. Впрочем, они быстро учились. Сначала, правда, все внутри Северуса сжималось от ужаса в ожидании какого-нибудь чудовищного подвоха. Ведь не может же эта прелестная… (ладно, не особо прелестная, но уж оригинальная и яркая — совершенно точно!) юная дева всерьез… что?.. хотеть его — немолодого, уродливого, нищего зельевара, пахнущего, по вполне меткому выражению одной его знакомой дамы, «горечью и старыми ботинками»? Но мгновения длились и длились, поцелуи делались дольше и глубже, в дело пошли языки и самую чуточку — зубы, и Мэри была ни капли не похожа на ту, что собирается издеваться и лгать, даже напротив — в его объятиях она казалась невероятно живой и подвижной, как ртуть или… дельфин. Совсем настоящей. Что-то щелкнуло в сознании Снейпа. Что-то важное. Или нет? Дельфин… — Мэри, где вы поранили ногу? Кажется, она произнесла сквозь зубы несколько слов, которых ни в коем случае не полагается знать леди. Снейп деликатно сделал вид, что не заметил. — Северус, это обязательно обсуждать прямо сейчас? Он постарался говорить спокойно и мягко, хотя ни покоя, ни мягкости не было в его дрожащем от едва сдерживаемой страсти теле. — Обязательно. Сейчас. Вздох. — Я поцарапала ногу о скалы. Когда купалась. Я же говорила: из меня так себе пловец. Северус… — Да? — Который час? У меня… кажется, с утра были дела. — Темпус! Три двадцать семь. Какие дела, Мэри? Давайте сначала обработаем вашу рану? У меня есть подходящие зелья… — Северус… Мне надо идти. Я… ужасно опаздываю. Прости… Определенно, никто не бегает так быстро, как чем-то испуганные молодые девушки. Испуганные девушки с поцарапанной о скалы ногой, которая наверняка болит. Значит, мисс Мэри Беннет была испугана. Интересно, чем? Что ты натворил, Снейп? И стоит ли ее догонять? Даже в лучшие свои годы Северус не угнался бы за ней, не используя магию. Даже если бы захотел. А он не хотел. Зелье леди Дианы требовалось все же довести до ума. А еще… Еще требовалось как следует подумать. На трезвую голову. Хотя как скоро его голову можно будет снова назвать относительно трезвой, оставалось загадкой. В том числе, и для него самого.***
Из подземелий он выполз, когда уже совсем стемнело. Мантия привычно пахла дымом, а руки — полынью. («Горечью и старыми ботинками».) И только драгоценнейший ингредиент — экстракт лунного света — не оставил на нем ни малейшего следа. Закономерно. На что Северусу Снейпу такая тонкая материя, как лунный свет? С него вполне довольно полыни. (И горечи.) День выдался долгим. Сейчас бы поспать… — Северус? Мерлин! Драко. Пришел звать на ужин? Нет, нет и еще раз нет. Сон важнее. Но когда это Малфои всерьез считались с чьим бы то ни было мнением? — Северус, нам надо поговорить. Сначала — приложить Ступефаем. Потом до утра спрятать где-нибудь в погребах. Мечты, мечты! — Это не может потерпеть до завтра? — До завтра? Нет. Завтра… — Малфой выглядел решительным и слегка испуганным. Странное сочетание! — Мы с Дианой решили объявить о нашей помолвке. В узком кругу. — Сердечно поздравляю. А при чем тут я? — Северус! Ты и есть один из этого узкого круга! Фактически, представитель моих родителей. Отлично! Просто феноменально прекрасно! Именно данный ход, если что, и сделает его ответственным за все грядущие безобразия. И перед Малфоями, и перед родней невесты. Это уже даже не нянька, а просто… как это у магглов?.. жертвенный агнец. От фестрала — до агнца, мои поздравления, профессор! — А сами родители в курсе? Драко хватило совести покраснеть. — Я надеялся, что ты… Тут уже покраснел сам Северус. А потом побледнел. От злости. Определенно, в прежние времена только три человека могли вызвать у него подобный шквал ярости: Лорд, Дамблдор и Поттер. Теперь вот… младший Малфой. Можно ли считать сей факт прогрессом и движением вперед? Драко, во всяком случае, попятился. Отлично! У паршивца, похоже, не окончательно отбило инстинкт самосохранения. Снейп стремительно выбросил вперед руку, ухватил беглеца за плечо, втащил обратно в комнату и швырнул в кресло. — Послушайте меня внимательно, мистер Малфой! Если у вас вдруг возникли странные иллюзии на мой счет, например, вам показалось, что я сильно изменился за последние годы и мной можно вертеть, как вашей душеньке угодно, а я даже не посмею размазать вас по доскам этого роскошно отполированного пола, то… Вы заблуждаетесь. И чем скорее вам удастся осознать сей прискорбный факт, тем лучше. Кивните, если слышите меня. Только что без всякого колдовства изображавший сидящую в кресле прекрасную каменную статую Драко кивнул. Резко дернулся острый юношеский кадык. — Отлично. Тогда запоминайте: сейчас вы используете имеющийся у вас портключ — у вас ведь есть свой портключ? — и навестите родителей. Там вы четко и внятно ознакомите их со сложившейся ситуацией и со своими планами на будущее. И если… — подчеркиваю: если! — вы окажетесь достаточно убедительны, я буду ждать, когда Люциус или Нарцисса лично выйдут со мной на связь. И только заручившись их абсолютной поддержкой, я продолжу разговаривать с вами дальше на эту тему. Во сколько у вас с леди Ди завтра запланирована вечеринка? — Диана предложила отметить на яхте. Завтра в шесть. — Яхта. В шесть, — кивнул Снейп. — У вас еще масса времени. Ах да! Учитывая дальность расстояния, пергамента с магическими подписями Люциуса и Нарциссы будет вполне достаточно. Мистер Малфой, вы свободны. На негнущихся ногах Драко покинул комнату Снейпа. И даже не пожелал своему бывшему профессору и практически крестному спокойной ночи, невоспитанный мерзавец! С чувством честно выполненного долга, Северус разделся и заполз под одеяло. Умываться и чистить зубы не было ни сил, ни желания. Наверное, поэтому на губах ощущался легкий привкус пепла, полыни и совсем чуть-чуть — лунного света.
