Стагнация человечности

Итак бодрствуйте, потому что не знаете, в который час Господь ваш приидет. От Матфея. 24:42 Генма опять был за рулем. Он, будто заправский водитель такси, выстроил наиболее быстрый маршрут к пункту назначения, уверенно управляясь баранкой руля. Неизменная зубочистка в зубах, бандана и хитрый взгляд с прищуром, время от времени поглядывавший в зеркало заднего вида, чтобы посмотреть, что происходило в салоне. Зажатый между Миори и Итачи младший Учиха был весь зеленый, и охранник хохотнул, пересекаясь с мальчишкой взглядом. Нет, он вовсе не пожалел о своем решении поехать на очередную вылазку, хотя сам относительно недавно благодаря счастливому стечению обстоятельств выбрался из передряги с мародерами. Просто Генма был не самым аккуратным водителем, зато ехал быстро и ловко, лихо входя в повороты. Саске укачало. В голове все ещё копошились мысли о том, что не согласись в тот момент спецназовец забрать его с собой, он бы не встретился с Итачи, но, что ещё хуже, остался бы в группировке под давлением Данзо. Учиха оказался в «Корне», как они себя называли, совершенно случайно. После того, как его товарищ оказался съеден бегуном прямо на глазах у подростка в темной подворотне одного из неблагополучных кварталов Конохи, мародеры спасли мальчишку и пообещали еду, воду и безопасное укрытие. Тогда он даже и не подозревал чем именно они занимались. Саске боялся Данзо, боялся и ненавидел, но прекрасно понимал, сбеги он от них, его шансы на выживание в резко опустевшем городе приблизились бы к нулю. Словно из-под земли на дороге вырос лежачий полицейский, и Ширануи, проигнорировав преграду, скорости не сбавил. Машина резко подскочила, заставляя Саске в панике вцепиться в сидящего рядом брата. Глаза скосились к носу, он из последних сил сдерживал вставший в горле ком. Дейдара же, ехавший в багажнике, стукнулся головой о крышу автомобиля. Гулкий удар прошелся по салону, и Итачи, не выпуская из своей руки трясущуюся ладонь младшего брата, обернулся посмотреть на своего нерадивого товарища. — Эй, шумахер, тебе кто права выдавал?! — вспылил студент, потирая ушибленную макушку и хватаясь за спинки сидений. В этот раз они ехали на Honda отца Ино, поскольку бак был полон, и им не приходилось беспокоиться о нехватке бензина. Однако Генма все же предложил заехать на заправку на обратном пути в лабораторию, или, на крайний случай, слить бензин из брошенных на улице машин. — Национальное полицейское управление, — мужчина кинул взгляд в зеркало заднего вида и усмехнулся. Тсукури пробубнил что-то в ответ и плюхнулся назад, глубоко оскорбленный подобным отношением к своей персоне. Мало того, что ему выделили место в багажном отделении, так ещё и за причиненный моральный ущерб никаких извинений не принесли. История их встречи с Итачи была, пожалуй, одной из любимых историй Дейдары. Вот только полицейский так это озвучил, что теперь недоделанный юрист выглядел посмешищем в глазах других людей. Учиха, как и обещал, поведал военным истинную причину хорошего знакомства парня с полицейским участком, и она не имела ничего общего с враньем Дея относительно его профессиональной занятости. Он не был курсантом и никогда не хотел быть им, зато вполне заслуженно мог получить звание самого невезучего человека на планете Земля. Вся его жизнь состояла из разного рода неудач и черных полос, которые сменяли одна другую, а сам парень скакал по ним с удивительной ловкостью. Несмотря на свое умение находить неприятности себе на голову, он всегда выходил сухим из воды. Возможно, Итачи был не прав, когда сказал, что Дейдара это тот, кто в фильме умирает первым. Нет, этот говнюк будет вляпываться во всевозможные беды, но переживет всех несмотря на свое божественное невезение. Словно старший аркан Дурак в колоде таро, Дейдара являлся живым воплощением фразы «в омут с головой». Тсукури не раз попадал в полицейский участок из-за самых глупых на свете происшествий. Случайно ввязался в уличную драку не по своей инициативе, задумался и вышел из магазина с пакетом орешков в руках, не заплатив за него (тогда он очень долго объяснял офицеру полиции, что он не намеревался ничего красть), помогал парковать машину однокурсника и случайно задел бампером проходившего мимо преподавателя. — Честно говоря, в какой-то момент мне начало казаться, что он попадал в полицейский участок намеренно, просто от скуки, — Итачи пожал плечами, рассказывая историю своим немногочисленным слушателям. Учиха быстро запомнил его в лицо. Он даже дел не заводил на него, поскольку юрист, в действительности, хоть и был ходячей катастрофой, настоящего вреда никому не причинял. Разве что только себе. Его жизнь была пороховой бочкой, на которой он сидел, крутился, расшатывал её, будто бы проверяя на прочность, при этом не подозревая, что именно станет триггером для взрыва на этот раз. Их отношения из постоянных встреч на рабочем месте Итачи переросли в редкие походы в бары, а затем и в крепкую дружбу. И, поскольку у Учихи не было других близких приятелей, он был искренне рад появлению Дейдары в своей жизни, хоть всячески это и скрывал. — М-да, интересный из тебя юрист, — присвистнул Генма, заворачивая на парковку перед зданием полицейского участка. Облака расползались по небосводу, наконец открывая вид на вечернее небо. Оно уже начало окрашиваться в розоватые и сиреневые тона, загоняя серые перья на горизонт небосвода. Они потратили на сборы куда больше времени, чем планировали, и теперь были вынуждены проводить операцию в медленно подкрадывающихся к ним сумерках. Но пути назад уже не было, а сама миссия обещала быть до подозрительного легкой. Большое здание полицейского участка возвышалось среди уже пожелтевшего парка. Его массивный силуэт чернел на фоне розового неба, а в огромных панорамных окнах плясали золотистые блики, словно кто-то пролил на землю мед. Света внутри не было, лишь некоторые окна одиноко горели, пока темнота угрожающе стучалась в другие, напирая и скалясь, будто бы не желая впускать внутрь посторонних. Итачи грустно смотрел на пустую парковку, а затем устремил взгляд на верхние этажи, где располагались офисы. Там было его рабочее место с крайне печального вида допотопным компьютером, который продолжал работать на одном лишь добром слове. Выудив связку ключей из наружного кармашка рюкзака, Итачи снял с неё маленький ключ и ловко бросил его в руки Дейдаре. Студент выскочил из багажника и вовремя успел среагировать, одной рукой поймав драгоценную вещицу. — Это ключ от служебных лестниц, — пояснил Итачи, а затем передал другу небольшую белую карточку. — А это ключ-карта от комнаты с конфискатом, умоляю тебя, не потеряй. Без неё дверь не открыть. — За кого ты меня принимаешь? — возмущенно фыркнул Дей, пряча оба ключа в задний карман джинсов. — Комната с конфискатом находится на втором этаже. Не помню, где точно, но можно посмотреть по карте, — он проигнорировал риторический вопрос друга. — Я беру на себя хранилище. Кто со мной? Саске без колебаний поднял руку, затем к ним присоединился Джирайя. — Отлично, значит я в команде с патлатым челкарем и таксистом, — ядовито процедила сквозь зубы Миори. — Чем вас моя компания не устраивает? — Тсукури поравнялся с военной, и та ткнула его прикладом автомата в грудь. Студент отскочил в сторону от испуга. Девушка хоть и была ниже ростом, но страх внушала не хуже бегунов. Она отказалась давать ему оружие, обосновав это тем, что после всего услышанного такому, как он, было опасно давать даже спички в руки. Отчасти, это было правдой. Дейдара и спичками один раз доигрался до полицейского участка, но это уже совсем другая история. Все шестеро вошли через парадный вход уверенной походкой, но увиденное заставило их застыть, не пройдя и пары шагов внутрь фойе. В здании стоял ужаснейший погром, размазанная по полу кровь не сулила ничего хорошего, так же, как и уже начавший разлагаться труп охранника прямо у входа. Запах гнили и крови неприятно ударили в нос, и Итачи тут же поднял респиратор. Паззл сложился прямо на его глазах. Никто не отвечал на телефонные звонки совсем не потому, что участок в срочном порядке эвакуировали. Никто не отвечал, потому что развернувшаяся здесь кровавая баня не оставила никаких шансов несчастным сотрудникам правоохранительных органов на спасение. Бегуны добрались до участка раньше, чем кто-либо успел помочь полиции. Вот и подвох всплыл, не могло же все быть так легко. Операция значительно осложнилась, и сам Учиха заметно помрачнел. Он обернулся на побледневшего Дейдару, который в ужасе озирался по сторонам. Миори же, видевшая подобную картину в токийском институте, лишь тихо выругалась, снимая автомат с предохранителя. — Значит, действуем по плану «Б», — она повернулась к Генме и Дейдаре. — Ведем себя тихо, двигаемся медленно. Если видите или слышите что-то, говорите мне. — Можно мне теперь оружие дать? — зашипел на неё студент. — Обойдешься. Итачи повел всю команду в направлении служебной лестницы, где обе группы, наконец, разминулись. Под строгим надзором Джирайи первая группа двинулась вниз к подвалу, а вторая начала подниматься на второй этаж. Миори шла впереди, выставив автомат перед собой и прислушиваясь к каждому доносившемуся наверху шороху. Свет на лестнице зажегся автоматически, среагировав на движение, но второй этаж был практически полностью погружен в темноту. Из окон проливались розовато-оранжевые лучи закатного солнца, а из приоткрытых дверей некоторых кабинетов выползали тонкие полоски света. Лучше, чем ничего, но искать в этом полумраке переключатель, чтобы осветить весь этаж полностью, времени не было. Постояв в дверном проеме минуту другую, лейтенант рукой подала сигнал, заставляя следовавших за ней новоиспеченных напарников продолжить движение. Под ногами хрустели осколки стекла, почти везде кровь была высохшая, старая, но чем дальше они продвигались внутрь этажа, тем больше Миори находила ещё совсем свежих пятен, таких, словно кого-то рвало кровью прямо на кафельный пол. За миниатюрной фигурой военной возвышался идущий за ней по пятам Дейдара, закрывал эту странную вереницу Генма. Словно на уроке физкультуры, все трое выстроились по росту. — А почему вы командуете? Вообще-то я вас сопровождаю! — агрессивно зашептал Дейдара, чуть приблизившись к девушке. Та резко развернулась, заставляя парня отскочить на пару шагов назад и врезаться в охранника. — Потому что я старший лейтенант, — отрезала Миори, выпрямляясь и оглядываясь по сторонам. Тсукури медленно развернулся и посмотрел на застывшего позади Генму. —Фюрер…, — презрительно прошептал он, пальцем указав на военную. Генма его, впрочем, не услышал. Его взгляд был устремлен в перпендикулярно идущий им коридор. Они стояли прямо на своеобразном перекрестке, подсвеченные одним лишь несчастным потухавшим на горизонте солнечным светом, и в этом свете в соседнем коридоре вырисовывался силуэт неподвижно спрятавшегося в тени бегуна, привлекшего внимание охранника. Ширануи не был уверен засек ли бегун их или нет, поскольку тот не подавал никаких признаков активности, не двигался и не издавал ни единого звука. Генма аккуратно дотянулся до плеча лейтенанта, заставляя ту обернуться, а затем опасливо указал на затаившееся в перекрестном коридоре нечто. Дейдара проследовал взглядом за рукой охранника, не сразу заметив бегуна. Но стоило ему сфокусировать взгляд на скрючившемся чудовище, как он, громко охнув, отступил назад, прямо в осколки стекла. Треск разлетелся эхом по пустым коридорам, и бегун вышел из своего «спящего режима». Завертел головой, изогнулся и зарычал так громко, что у всех троих в ушах заложило. — Бегом, бегом! — заорала Миори, хватая студента за шкирку и толкая его вперед себя. Дейдара рванул с места ради своей драгоценной жизни, разбежавшись, словно спортсмен-бегун на Олимпийских играх. Теперь он уже не сдерживал своих громких возгласов, несся вперед, не особо разбирая дороги, пока за его спиной раздавалась автоматная очередь. Он бы и продолжил бежать по прямой, если бы поравнявшийся с ним охранник не затолкнул его в первый попавшийся кабинет. Следом влетела Иида, захлопывая дверь и включая внутри помещения свет. Где-то за дверью пронесся бегун, его уродливая туша на секунду промелькнула в стеклянном окне, а затем скрылась из виду. Его рычание и крики становились все тише, пока, наконец, не удалились от них совсем. Миори, стерев со лба пот, развернулась к Тсукури и схватила его за ворот кофты. — Я, блять, четко сказала, не шуметь! Что непонятного? — её карие глаза, направленные на парня снизу вверх, были полны звериной ярости, и Дейдара весь покрылся мурашками. — Я случайно! — он вскинул руки, и военная отпустила его, отходя на пару шагов назад. — Ты его подстрелила? — спросил Генма, приземляясь на край офисного стола, пытаясь восстановить дыхание. — Да, несколько раз точно попала. Но эти уебища живучие, парой выстрелов их не взять, — она опасливо приблизилась к окну и выглянула в коридор. — Срань какая. Ладно, нам нужно найти карту. Она должна быть где-то на этаже. Потом спокойно и медленно дойдем до комнаты с конфискатом. — Сколько их здесь, интересно… — Не ебет. Мы сюда не на зачистку пришли, — Миори отошла от окна и посмотрела на беспокойно вертевшегося на одном месте Тсукури, а затем, раздраженно вздохнув, вопросительно уставилась на него. — Ну что ещё? Он в панике хлопал себя по карманам джинсов и кожаной куртки. Эмоции проносились на его лице волнами, то исчезая, то накатывая с новой силой. Притворяясь, будто бы не услышал вопрос Миори, парень продолжал крутиться на одном месте, не прекращая свои бессмысленные движения рук. За этим театром одного актера наблюдать девушка не собиралась, а потому, выпустив автомат из рук и оставив его болтаться на ремне, она приблизилась к Дейдаре и со всей силы треснула его по плечу раскрытой ладонью. Она прикрикнула на него, не слишком громко, но переходя с шепота на привычный тон голоса. На повторный вопрос студент издал нервный смешок. Его глаза забегали из стороны в сторону, а лицо перекосило в недоумении. Губы расползлись в напуганной усмешке. — Я, это… Кажется, потерял ключ-карту, пока бежал, — выдавил он из себя, отступая от девушки на шаг назад. С трудом сдерживая порыв гнева и чувствуя, как внутри неё все закипает, военная сжала губы в тонкую линию. Она шумно выдохнула через нос, ноздри расширились от злости. — Я тебя убью, клянусь, — процедила сквозь зубы лейтенант. — У тебя было одно гребанное задание! Дейдара и Миори принялись яростно шипеть друг на друга, первый в попытке оправдаться, вторая же, желая запугать и отчитать юношу за его бесполезность. Она уже сто раз пожалела, что согласилась быть с ним в команде, могла ведь настоять на том, чтобы пойти вместе с Итачи, но, вместо этого понадеялась на сознательность Тсукури, что в итоге вышло ей боком. Впрочем, не факт, что этого бы не случилось, будь на её месте майор Огата. Проблема ведь была в студенте-юристе, а не в ней. Криками и руганью ситуацию уже было не спасти, но успокоиться она не могла. Их часть операции была с треском провалена по неосторожности Дейдары. Такая невыносимая глупость злила её ещё больше, и Миори никак не могла перестать крыть студента трехэтажными матерными выражениями, такими, какие парень никогда прежде в своей жизни не слыхал. Они бы так и продолжали шепотом орать друг на друга, если бы внимание девушки на себя не привлек Генма. — Успокойтесь. Если это автоматические двери, то разве здесь не должно быть какой-нибудь системы, которая могла бы разблокировать их удаленно? — спросил он, загораживая собой Тсукури от военной, волнуясь, как бы та действительно не прихлопнула его прямо здесь. — У нас-то в лаборатории ведь тоже система с карточками. Суйгецу её настроил. — Это все, конечно, замечательно, но белобрысого айтишника с нами нет, — продолжала злиться Иида, бурно жестикулируя. — Ты знаешь, как это сделать? — Ну, я видел, как Суйгецу настраивал двери. Насколько я понимаю, системой можно управлять с компьютера. Генма оглянулся вокруг. Помещение, в котором они оказались по чистой случайности, оказалось постом охраны. Небольшая офисная комнатушка с большими матовыми экранами бездушных компьютеров, что наблюдали своими невидимыми глазами за нарушителями порядка. Серая стена, увешанная схемами и написанными чьим-то кривым почерком списками, стул со сломанным колесиком, стол, заваленный бумагами, под которыми прятались круглые кофейные пятна. Все выглядело так, словно время в полицейском участке остановилось, а люди просто исчезли, испарились, оставив после себя только бездушные следы. И хоть ощущение чужого присутствия в затхлом пыльном воздухе было до боли ощутимым, кроме них живых здесь не было. Во всяком случае, людей. Миори нетерпеливо махнула рукой на Генму, призывая того к активным действиям, и тот метнулся к компьютерам. Раз освещение работало, значит, электричество было, значит и компьютер включить не должно было быть проблемой. Офисный стул громко и протяжно заскрипел под охранником, не желая сдвигаться с места — сломанное колесико не вращалось. Кое-как подвинув себя к рабочему столу, мужчина нажал кнопку включения на системном блоке, и в ответ ему по комнате разлетелся одобрительный гул. Иида машинально перезарядила автомат, оглядываясь на дверь в надежде, что бегун был достаточно далеко и не уловил доносящийся с поста охраны шум. Экран компьютера вспыхнул перед глазами охранника, и через секунду на голубо-зеленоватом фоне выплыла строка для ввода пароля. Это было ожидаемо, однако вызвало цепную реакцию у всей троицы. Генма шумно вздохнул, привлекая к себе внимание Тсукури. Тот навалился руками на стол, заглядывая в светящийся глаз компьютера так, будто в первые в жизни видел систему безопасности. Суматоха около рабочего стола заставила военную бросить беглый взгляд через плечо на своих напарников, шепотом переговаривавшихся у неё за спиной. — Лейтенант, а вы можете как-то с Итачи связаться? — студент обернулся на караулящую дверь девушку. Она кротко кивнула и сняла рацию с пояса, прося вторую группу выйти на связь. Через несколько напряженных секунд сквозь волны белого шума прорвался бархатный и на удивление спокойный голос офицера, и Дейдара бесцеремонно выхватил аппарат из рук Миори. — Какой пароль? — сходу спросил студент в рацию. — Какой пароль? — вопросом на вопрос отвечал Итачи, явно огорошенный и не подготовленный. Тсукури не хотелось в очередной раз позориться перед другом, признаваясь ему в том, что он не справился с единственной возложенной на его плечи задачей. Впрочем, за каждой его неудачей следовала удача, и, если бы не его странная полярная карма, то они бы ещё час потратили на поиски поста охраны. Набравшись сил, он замямлил в рацию беглые оправдания. — Это уже неважно, — запротестовал парень, когда Учиха принялся крайне разочарованным голосом отчитывать друга. — Ты мне лучше скажи, ты знаешь, какой пароль от компьютера поста охраны? — Честно, не знаю. У нас не было универсальных паролей, на каждом ПК — индивидуальный. Попробуйте поискать в ящиках стола, документах… Может, ежедневниках. — Да тут бумажек — жопой жуй! Мы целый день ковыряться в них будем! — завыл студент в рацию. — Ну так я в чем виноват? — Итачи был раздражен и недоволен, и его можно было прекрасно понять. Миори начала успокаивать себя тем, что из комнаты с конфискатом они все равно вряд ли бы вынесли нечто стоящее и ценное, скорее так, по мелочи. Карманные ножи и нелицензированные охотничьи ружья уже были бы хорошей добычей, но она не надеялась даже на подобный исход. В конце концов, она окончательно потеряла интерес к диалогу Дейдары и Итачи, вяло сползая по двери на пол, к груди прижимая автомат. Не дожидаясь четких инструкций и прямых сигналов к действию, Ширануи сам принялся копаться и раскидывать документы по столу, глазами бегая по тысячам маленьких буковок, что словно назойливые мушки сверкали в ярком свете монитора. Они перелетали с листка на листок, и огромное количество информации с трудом проходило через призму сознания охранника, но он продолжал искать хоть что-то, отдаленно напоминавшее пароль.

***

Холодные подвальные помещения полицейского участка недалеко ушли от вирусологических лабораторий, и могли бы потягаться с ними за звание наиболее устрашающего в условиях зомби-апокалипсиса интерьера. От стен веяло холодом, а мертвенно-бледный свет от расположенных под потолком цилиндров ламп растекался по звенящему подозрительной тишиной коридору, словно ядовитый газ. Он отражался от белых стен и полов, отчего в глаза неприятно резало, но Итачи старался не обращать на это внимание. Повесив рацию назад на ремень брюк, он уверенно шёл впереди, петляя коридорами и проходя некоторые служебные помещения. То тут, то там на белоснежных стенах выступали кровавые следы, а тянущаяся по полу через весь коридор алая змея никак не заканчивалась. В конце концов, когда до раздражения ослепительные белые стены сменились серыми, Итачи остановился. Застыл на небольшой развилке, силясь вспомнить, какой из путей вел в служебное хранилище. Его голову теперь занимала не только задача проложить правильный маршрут, но и волнение за позорно потерявшего ключ-карту друга. Дейдара, впрочем, решил избежать упоминания их короткого спринта по этажу от бегуна, дабы ещё сильнее не пугать офицера. — А если тут зараженные есть? — взволнованный шепот Саске заставил Итачи занервничать ещё сильнее. Он, опустив пистолет, развернулся к брату и постарался успокоить того мягкой улыбкой и глупыми заверениями, в нынешних обстоятельствах звучащими крайне ненадежно. Следы крови вокруг них говорили сами за себя, однако, несмотря на внешние доказательства, зараженные никак не выдали свое присутствие за все время плутания Учих и майора по подвальному этажу, убеждая их в том, что здесь, внизу, они были в относительной безопасности. Конечно, Саске боялся бегунов. И Итачи тоже, хоть и всячески храбрился перед младшим, лишь бы тот не впадал в панику. Джирайя был единственным из них троих, кому в большей степени было плевать на человекоподобных тварей. Он был уверен в своих силах, а точнее, в ещё ни разу не подводившем его автомате, поэтому держался максимально непринужденно, при этом будучи крайне сосредоточенным. Он был на своем месте. Итачи вновь подошел к развилке и высунулся из-за угла. Слева лампочки не горели, из-за чего часть коридора утопала во мраке, не позволяя как следует рассмотреть обстановку. И поскольку проход справа выглядел более приветливо, старший Учиха посчитал этот путь более безопасным. Накаленный от напряжения воздух звенел в ушах, когда он медленно, с тяжело бьющимся сердцем в груди ступал по кафельному полу, держа пистолет в вытянутых перед собой руках, готовый в любой момент не поскупиться на патроны. Эхом по коридору пролетело гортанное рычание, медленно перешедшее в визг. Итачи побледнел, застыл на месте, расфокусированным взглядом смотря в пустоту. Тусклые белые лампы подсвечивали дорогу перед ним, которую он выбрал лишь по причине наличия света, вот только прятавшаяся в конце коридора тварь не входила в его расчеты. Серая, почти полностью облысевшая голова высунулась из-за поворота, и офицер только сейчас понял, как близко он находился к словно из-под земли выросшему зараженному. Потрескавшаяся кожа на лице, под которой виднелись потемневшие сосуды, абсолютно стеклянный взгляд, подернутый мутной пленкой, и нечеловеческий оскал. Багровая кровь липкими слюнями свисала с подбородка, уголки рта будто бы были порваны. Они впервые так близко видели бегуна, и вид его вселял сильнейшую панику даже в видавшего многое майора. Тот стоял, закрывая их вереницу, позади всех. Раскрыв рот от ужаса и удивления, он пялился на медленно выползавшее из-за поворота существо, лишь отдаленно напоминавшее человека. Офицер принялся медленно пятиться назад. Бегун, очевидно, не мог сфокусировать свой чувствительный к яркому свету взгляд на нем, хоть и смотрел прямо на дрожащую фигуру Итачи. Он и думать забыл о том, в какой стороне находилось хранилище. Плевать, сейчас ему хотелось одного — как можно скорее убраться подальше от зараженного. Смотреть в глаза смерти было физически невыносимо, так, что сердце в горле застревало, а пол под ногами становился зыбким. Наткнувшись спиной на Саске, он почувствовал, как тот, вцепившись ему в куртку, медленными шажками тянет за собой в скрытый мраком коридор позади них. Уперевшись пятками в пол, офицер упрямо затормозил, не желая следовать за братом. Он надеялся вернуться назад тем же путем, которым они и пришли, пока на периферии зрения не возник ещё один бегун. Он будто бы следовал за ними, отрезая им путь отступления и не отставляя Джирайе и его комнате никакого другого выбора, кроме как нырнуть с головой в полную неизвестности темноту. Джирайя выстрелил первым. Преследовавший их по пятам бегун завыл, выплевывая кровь и поднимаясь с четверенек на обе ноги. Пол под его конечностями взорвался оттенками красного, и на вторую автоматную очередь он успел увернуться, забегая за угол. Итачи, не теряя времени, прицельно выстрелил по преграждавшему ему путь вперед бегуну, попав в плечо и лишь раззадорив зараженного. От полного животной ярости дикого рыка и визжания у офицера заложило в ушах, и он с трудом успел среагировать вовремя, когда в один прыжок зараженный значительно сократил расстояние между ними, загоняя глубже в темноту, клубившуюся позади. Горячие гнилое дыхание опалило его кожу, и в одну секунду перед глазами полицейского пронеслась вся его жизнь. И тогда он развернулся. Развернулся и побежал прямо в голодный мрак. Саске уже мчался впереди. Итачи видел, как в свете установленного на автомате майора фонарика мелькал его силуэт прежде, чем он остановился, резко и неожиданно, вынуждая Итачи завалиться на пол в панике. Рычание позади усиливалось, ему вторила автоматная очередь. В панике младший Учиха принялся шарить руками по стене перед собой, с облегчением осознавая, что перед ним находилась дверь. Под подушечками пальцев он почувствовал холод металла, а затем нащупал и электронный замок рядом с ручкой. — Итачи, дай ключ-карту! Здесь дверь! — закричал Саске, опуская взгляд на жавшегося в угол и перезаряжавшего пистолет брата. Старший Учиха почти ничего не слышал. Он видел лишь, как скачет в темноте кружок белого света. Он рассекал густую темноту, подсвечивая бегущих следом за ними бегунов. Глаза Итачи расширились от ужаса, когда он заметил ни одного, ни двух, а уже трех зараженных, кравшихся в темноте. Они шипели, визжали, их крики напоминали человеческий плач. Джирайя, продолжавший отстреливаться от них, пытался экономить стремительно кончавшиеся патроны. — Там ещё несколько, — майор пятился, теперь стреляя прицельно в ближе всех подобравшегося к ним бегуна; тот с леденящим душу воем завалился на землю, трепыхаясь в предсмертной агонии и заливая все перед собой мутной темной кровью. — Если мы в тупике… — Здесь есть дверь! — Саске вновь сорвался на крик, пытаясь привлечь внимание старшего брата. Глаза полицейского скользнули вверх, и во вспышке света он с трудом разобрал мелкую надпись на огромной металлической двери. Служебное хранилище. Пересиливая себя, он подскочил на ноги, дрожащими руками сдернул с шеи связку ключей и провел по замку карточкой. Тусклый зеленый огонек вспыхнул над дверью, и оба Учихи навалились на неё, раскрывая и падая внутрь хранилища. Джирайя, тратя остатки патрон на подобравшегося слишком близко к ним бегуна, завалился внутрь. Тварь успела запрыгнуть следом за ним в самый последний момент, ровно тогда, когда Итачи из последних сил принялся толкать дверь. Уродливая костлявая рука бегуна прошлась в каких-то жалких сантиметрах от полицейского, цепляя лишь висевшие на его ремне кобуру и рацию. Дверь с грохотом закрылась, освещение зажглось само, среагировав на движение, а бегун, полностью обездвиженный чередой агрессивных выстрелов, упал на пол рядом с шумно дышащим майором. — Вы в порядке? Вас не задело? — Учиха даже не обратил внимание на порванный ремень, тут же подбежал к спецназовцу, дабы поскорее убрать его от мертвого бегуна. Джирайя с заляпанным кровью респиратором поднялся на ноги, громко и выразительно выругался, срывая средство индивидуальной защиты со своего красного лица. Несколько секунд они слушали лишь свое собственное рваное дыхание и биение сердце, после чего за металлической дверью раздался визг вперемешку с рычанием, и со звонким грохотом чья-то туша навалилась на дверь. Металл завыл, и Итачи отпрыгнул вглубь помещения, понимая, что потерял кобуру и рацию. Обернувшись вокруг себя, он заметил их лежащими на полу в луже крови прямо рядом с ещё дергавшимся бегуном. — Ну, хотя бы, — он шумно выдохнул и всадил свой последний патрон в голову бегуну, не оставляя тому никаких шансов, — мы нашли хранилище.