Создатель кукол

― Мистер Холмс, мы сочтём Ваше поведение за неуважение к суду, если Вы не сядете немедленно. Шерлок собирался возразить простым фактом, что он не должен был слушать судью, который воровал деньги из фондов Суда, когда он почувствовал, как рука Мейнарда схватила его за плечо и опустила обратно на место. Он чувствовал, что инспектор вздохнул сзади, и Холмс закрыл глаза. Это было скучно. Эта судебная повестка была скучной. ― Ваша честь, — вступил Мейнард, стараясь говорить так, чтобы не заставить судью вспыхнуть, — Вы должны простить мистера Холмса, он официально не является частью расследования в отношении ребёнка. ― Тогда какого чёрта он здесь делает? — Судья был не в настроении шутить. ― Это не повестка по делу; это слушание, решающее, как поступить с девочкой. ― Именно так, Ваша честь, — сглотнул Шерлок. ― Так почему бы Вам не разрешить мне сказать, что делать с ней? Мейнард повернулся и посмотрел на Шерлока: его глаза испускали тот же предостерегающий тон, который всегда следовал его голосу, когда он говорил со своим консультирующим агентом. В кабинете судьи тёмные цвета древесины почти заставили Шерлока разразиться смехом: комната сделана так, чтобы выглядеть такой старой, королевской и важной, хотя на самом деле не значила ничего. Детективы не могли ничего сделать. Ничто не останавливало преступность в Лондоне, и всё же все они стоят вокруг и обсуждают, что делать с маленькой девочкой. И в то время как Шерлок бы скорее экспериментировал с новым оборудованием, теперь он имел доступ к больнице Святого Барда ― он был вызван туда для маленькой девочки. ― Похититель или Создатель кукол, как он любит себя называть, вернётся за ней. Он выбирает детей неслучайно; он мелочный, особенно когда дело доходит до выбора детей. Каждый из них во время жизни показывал некоторые качества, которые следовали вдоль линий характера и руководствуясь которыми они и были одеты, когда их находили. ― Как маленькая девочка Бо Пип, — вмешался Мейнард, — её семья занималась содержанием овец рядом с Эдинбургом. ― Вы нашли в этом переодевании смысл, — сказал судья быстро и нетерпеливо. ― Он вернётся за ней, — сказал Шерлок. ― Я могу гарантировать, что он вернётся за ней. Он не сможет ужиться с мыслью, что часть его «Сказочной коллекции» упущена. Он перфекционист; она нарушила его коллекцию. Ничто его не остановит, чтобы добыть её тело. ― Именно поэтому я предлагаю поставить ей в защиту свидетелей, — заявил Мейнард. ― Ей должна быть предоставлена ​​защита от государства. Она должна находиться под наблюдением, и только государство может дать ей… ― На самом деле, ты не прав, — Шерлок смело выпрыгнул вперёд. ― Единственное, что может быть сделано, чтобы поймать его. И она ― единственный след, который у нас есть к нему. ― Постойте, — запнулся судья. ― Вы предлагаете разрешить ему украсть её? ― Да. Двое других мужчин начали скандалить. ― Шерлок, — крикнул Мейнард, — ты не можешь говорить серьёзно. Она умрёт, если мы передадим её. ― Она не умрёт. ― Ты не можешь гарантировать этого! ― вскрикнул Мейнард. ― Могу, если буду там, чтобы поймать его. ― А что если он сбежит? Тогда у нас будет ещё один мёртвый ребёнок и серийный убийца на свободе. ― Я не дам ему уйти. Но мне понадобится что-то, что приведёт его ко мне. Девочка будет единственным, чем мы пожертвуем; если мы упустим этот шанс, то другого, возможно, не будет. ― То, что ты советуешь, ― это сделать из неё приманку. ― Точно, — равнодушно отозвался Шерлок. Мейнард же подумал, что этот человек не имел никаких эмоций вообще. ― Это именно то, что нам нужно сделать, и не смей возражать, Мейнард. Я вам говорю, что она единственная связь, которая у нас есть. Ты знаешь, что он был осторожен; нет другого пути, позволяющего проследить его движения, его действия или его местонахождение. Единственное, что мы знаем о нём, это то, что он, вероятно, работает на транспортных судах по всей Великобритании и поднимает тяжёлые вещи. Это единственный способ, разрешающий ему добираться с детьми в Северную Ирландию, Англию, Уэльс и пропадать без вести. Этого нам недостаточно, чтобы начать. Он знает, что он делает, и если мы не остановим его с помощью неё ― он вернётся. ― Абсолютно нет! ― закричал судья. Шерлок решительно уставился на него. ― Мы не позволим использовать девочку в качестве приманки. Тем не менее, Мейнард, я отвергаю ваше ходатайство, которое предполагает дать этой девочке защиту правительства. ― Что?! ― Мейнард продолжил кричать вместо того, чтобы повернуться к толстому судье, сидящему напротив. ― Майкл, ты шутишь? ― Я здесь сужу, это я судья Карлифф, — продолжил судья, — и, нет, я не шучу. Нет никакой гарантии, что этот, так называемый «Кукольный создатель», вернётся за ней. Кроме того, если он действительно умён, то он затаился глубоко и будет держаться от неё подальше. ― Но он не умён, — цинично отозвался Шерлок, сидя на стуле; он знал, что эта битва закончена, — он ― гений. Он психологически сломленный гений. И это его игра. ― Молчите, мистер Холмс. Мейнард, девочка будет в достаточной безопасности в любом детском доме. Конечно, её приёмная семья, предполагаю, когда они получат её, будет поставлена в известность о её положении, и они смогут позаботиться о безопасности так, как сами сочтут нужным. До этих пор нет никакой необходимости размещать в её защиту свидетелей. ― Но… ― Мейнард начал было протестовать, но, глядя на Шерлока, который спокойно сидел, уставившись в окно, понял, что в этом споре не было никакого смысла. Если Шерлок чувствовал, что это безнадёжное дело, то он понимал, что было слишком. Возвращаясь к судье Карлифф, он позволил гневу взорваться только вспышкой в ​​глазах. ― Если с ней что-нибудь случится ― кровь будет на твоих руках на этот раз, судья Карлифф, — и с этими словами он покинул комнату. Наступила тишина, а Шерлок продолжил смотреть в окно. ― Какого черта ты всё ещё здесь, ненормальный? ― Карлифф дразнил; он уже слышал истории от других прокуроров Скотланд Ярда, что сумасшедшего гения, который мог видеть всё, так уже называли. Шерлок бросил взгляд, который заставил судью почувствовать себя в не очень простой ситуации. ― Ничего; мне просто стало интересно, почему у Вас все взятки спрятаны в нижнем ящике Вашего стола. Это ужасная идея ― хранить эти деньги так близко к месту, где Вы работаете. Даже если этот ящик словит взгляд, именно Ваш взгляд, заставьте себя отвести глаза. Вы и вправду должны быть более осторожными относительно того, где Ваше внимание во время заседаний. Зрачки Карлиффа расширились от удивления и страха. ― Не волнуйтесь, — продолжил Шерлок. ― Я нем, как рыба. Делайте с девочкой, что хотите ― мне плевать. Но то, что сделает Создатель кукол дальше, уже будет на Вашей совести. С этими словами он встал и вышел из комнаты, слушая, как судья скользнул рукой в нижнюю часть стола и потянулся к скрытым наличным в его отсеке. «Дураки,  — подумал Шерлок, — они все дураки, если позволяют Создателю кукол уйти. Всё для жизни одной маленькой девочки.»