Счастье любит тишину

Это так странно. Обычно утро начинается в пол девятого с трели противного будильника и приятного запаха с кухни. Обычно не светит весеннее солнце, которое не греет из-за постоянно закрытых штор. На стенах обычно висят грамоты, несколько медалей и парочка милых детских фотографий в смешных разрисованных рамках. А посередине, обязательно, висит самая лучшая фотография, сделанная несколькими месяцами ранее. Это так странно. Сейчас с кухни не пахнет свежей выпечкой и не слышно будильника. Кровать не настолько мягкая и шторы не задвинуты. Госпожа Нам заходила проведать и ушла? Такого быть не может. Она бы обязательно разбудила. Сейчас часы показывают одиннадцать утра. Чонгук открывает глаза и начинает осматривать обстановку. Из головы совсем вылетело, что он ночует не у себя, а у одногруппника. Тэхён выглядит гораздо лучше, чем вчера, а у самого Чона раны болят меньше. У Чонгука в голове начинают работать шестерёнки и он думает: "Во сколько обычно встаёт Тэхён? Не будет ли он против, если я встану раньше и воспользуюсь ванной и кухней?" У Чонгука нет сменной одежды и готовить он практически не умеет. Выбор остаётся один — ждать пока Тэхён проснётся. — Если ты проснулся, можешь сходить в душ первый. — промямлил Тэхён, накрываясь одеялом по шею. Чонгук повернулся к нему. Вроде спит ещё. Может, мысли читать научился? Для Чона это все не привычно. Вставать в одиннадцать, быть не в своей комнате и спать с кем-то в одной кровати. Обычно у него происходит все по расписанию. Хоть он и выдуманный в голове, но так легче. Он знает что и во сколько у него будет; где и когда его будут ждать и во сколько заканчиваются занятия. Он не привык отменять что-то или идти против расписания. Он начинает сбиваться и теряться. Сложно жить без этого, если уже привык. — Как ты? — говорит Ким, повернувшись к нему лицом. — Я ночью не разговаривал? Иногда могу нести какой-то бред. — Нет, не разговаривал, — отвечает ему Чон. — Раны не так сильно болят. Как твоё самочувствие? Тэхён сразу не отвечает. Сначала он потягивается и встаёт с кровати, сразу переодевая ночную футболку на серую кофту без молнии. Чонгук же внимательно следит за ним. Не как извращенец какой-то, а как обычный человек. Всё-таки Тэхён парень, такой же как и он, стесняться им нечего. — Лучше. Вчера температура поднялась из-за того, что в холод выбежал в лёгких вещах. У меня слабый иммунитет, поэтому могу легко заболеть. Плюсом ко всему я не до конца вылечился с прошлого раза, — с полуулыбкой говорит он. — У тебя есть аллергия на что-то? — Чонгук выгибает бровь, — В плане еды. Я хочу завтрак приготовить, пока ты в душе будешь. — А, нет, вроде. — отвечает Чон, садясь на край кровати, — Можешь одолжить мне свою одежду, пожалуйста? Тэхён кивнул и двинулся к шкафу. У него не так разнообразно, но ему много и не нужно. У них с Чонгуком размер практически одинаковый, поэтому напрягаться в выборе особо и не приходится. Ким сразу достал новый чёрный спортивный костюм и кинул на кровать. — Тебе в чем будет удобнее, — спрашивает он, — в тапочках, — показывает на белые пушистые тапки, стоящие возле кровати, — или в носках, — кивает на стопку носков, лежащих в шкафу, — У меня пол холодный, поэтому босиком ты замёрзнешь. — Носки. Я не люблю тапки, — Тэхён понимающе кивает, а Чон разворачивает костюм и находит этикетку, — Он же новый. — Да, — подтверждает сказанное, — Мне его подарили на какой-то праздник. Но я его так и не надевал. Не люблю спортивные костюмы. Я больше по джинсам и свитшотам. — Чонгук мычит, берёт ножницы со стола, отрезает этикетку и выходит из комнаты, — Погоди, — Ким кидает ему полотенце, отправляя парня в душ, а сам наводит порядок в комнате. — На тебе очень хорошо сидит костюм, — говорит Тэхён, когда видит в дверях Чонгука, — Можешь забрать его. Он без дела тут лежит, а ты его хотя бы носить будешь. Старший достаёт из холодильника какие-то продукты и ставит их на стол. Чон садится на табуретку, которая находится ближе к двери и кладёт в рот кусочек нарезанного помидора. Тэхён ставит перед ним кружку с чаем, а сам садится напротив. — Ты извини, — говорит он, отпив немного, — Я в холодильнике не нашёл ничего такого, поэтому сделал тосты. Я гостей не ждал, поэтому не ходил в магазин. — Ничего, Тэ, все вкусно. — Я на это надеюсь. — Правда, — улыбается, — Я также завтракаю, когда один и вполне наедаюсь. — собеседник усмехается. — Хочешь, после завтрака помою посуду? — Было бы неплохо. Чонгук домывает посуду и идёт в гостиную, где видит сидящего на диване Тэхёна, листавшего что-то в телефоне. Чон вспоминает про свой телефон и идёт в спальню, там берёт свой зарядившийся за ночь телефон. Старший позаботился и об этом. Всё-таки Тэхён хороший. Хотя сначала ему показалось наоборот. Внешность бывает обманчива. Сокджин исключение. От него веет добротой, теплом и спокойствием. Неудивительно, почему он многим людям нравится. По Тэхёну же не скажешь. Он почти не показывает эмоции, из-за этого его можно посчитать злым человеком или эгоистом. Многие, кстати, так и считают. Они знакомы мало. Чертовски мало, чтобы делать какие-то выводы друг о друге. Но Чонгук чувствует, что с ним искренны, к нему относятся с добром, не желая насолить. Ведь правда, они знают друг друга всего ничего и Тэхён мог бы сделать что угодно. Но он ничего не сделал и, Чонгук надеется, что не сделает. — Ты всегда такой скромный? — спрашивает Тэхён, когда Чонгук садится рядом с ним, — Или это из-за меня? — Я ещё не влился в коллектив. Из-за этого могу казаться скромным. — Про коллектив понял, — поворачивается к нему, — Сейчас я спрашиваю про себя. Тебе со мной некомфортно? Чонгук вздыхает. — Нет. Вовсе нет. Мне приятно находится с тобой. — делает паузу, — Просто я не так быстро привыкаю к людям, — Ким садится в обратное положение и кивает, — Прости. — Я не какая-то истеричка, Чонгук. — говорит он серьёзным тоном, — Я не буду обижаться. Я не такой человек. — Я тебя обидел? — Ты не видел и искренне надеюсь, что никогда не увидишь, как я обижаюсь на тебя. Младший на это только кивнул. — На самом деле, — начинает говорить Чон, — Я довольно весёлый человек. В плане, если я привыкаю к людям, то могу творить какую-то дичь, за которую мне может быть потом стыдно. Госпожа Нам постоянно называла меня хулиганом из-за того, что я любил поспорить и словить приключений на пятую точку. — Сейчас ты такой же? — интересуется Тэхён. — Время от времени. Я практически не выхожу из дома . Раньше из-за травмы, сейчас вошло в привычку. Хотя, мне кажется, что, будь у меня клёвая компания, я бы дома появлялся редко. Просто, знаешь, хочется не на раз, а чтобы на долго. Хочется проводить дни напролёт у кого-нибудь на квартире, играя в дурацкие игры наподобие бутылочки, «правды или действия». Хочется кайфовать от проведённого вместе времени и хотеть ещё, а не возвращаться домой с чувством, что завтра лучше остаться дома. Тэхён понимает то, что ему рассказывают. Раньше, года так два назад, Тэхён сам был таким же. Мечтал о клёвой безбашенной компании, чтобы проводить целыми днями на улице, но сейчас всё изменилось. Он не любит шумные компании. Особенно если в ней только незнакомые люди. Для полного комфорта, ему нужно знать хотя бы одного или двоих, тогда он может быть будет чувствовать себя комфортно. — На самом деле, сейчас все думают, что главное — иметь побольше друзей. Достаточно и одного-единственного, но своего. — Говорит старший, подпирая рукой щёку. — Компания — это хорошо, даже, я бы сказал, отлично, но иногда получается не всё так радужно, как хотелось бы. Я тоже хотел себе крутую компанию, с которой проводил бы дни напролёт. Но потом что-то изменилось и я понял, что меня устраивает один мой самый близкий друг — Сокджин и несколько любимых книг на полке. — И тебе правда весело? Не хочется сделать что-то такое, за что потом может быть стыдно? — по-детски интересуется Чонгук. — Мне правда весело. Сейчас я больше по спокойной обстановке, нежели по громкой музыке или играм на желания. — У меня слишком много мыслей, которые не дают мне спокойно отдыхать и чувствовать тот самый кайф от тишины. Меня просто изнутри словно сжирают. Может это одна из причин, почему я хочу себе друзей. — Умей контролировать их. Старайся отвлечься на что-то. — Тэхён встаёт с дивана и идёт к столу, с которого берёт чёрную тетрадь на спиральках, — Когда у меня бывает такое, я постоянно рисую. — Чонгук внимательно слушает и пролистывает клетчатые страницы, не торопясь, словно пытаясь запомнить все детали. — Что-то незамысловатое. То, что первым приходит на ум. — он показывает два последних листа в тетради, где были обычные линии красного и чёрного цвета, — Иногда это просто обычные линии. — Это выглядит не как обычные линии, а так, словно ты был в бешенстве в то время. — Ким усмехается. — Но всё-таки все рисунки красивые. Я люблю рисовать, поэтому во многих твоих увидел определённые эмоции. — Ты прав. — Тэхён заглядывает в чужие глаза, — В каждом рисунке есть какое-то чувство. — он видит, что Чон остановился на рисунке треснувшего шара, — Этот я нарисовал около полторы недели назад. — И что ты чувствовал тогда? — Свободу. Ким молчит, а Чонгук и не спрашивает ничего. Старший пару секунд сидит, а потом забирает тетрадь, которую ему протянули и кладёт обратно на стол, пряча её под стопкой книг. Тэхён предлагает приятелю посмотреть парочку фильмов, чтобы скоротать время до вечера, но Чонгук упрямится, заставляет выпить чай с клюквой, которую Ким так ненавидит, и только после этого соглашается на просмотр. Перед просмотром, пока была реклама, старший вспоминает про мази и идёт к аптечке в спальне, чтобы взять оттуда мазь и обработать ей заметные и большие раны на теле Чонгука. Младший же думает о том, как он будет выкручиваться с недругом, ведь, денег он ему не должен. А отдавать их просто так, чтобы отстал, Чонгук не намерен. Может Сону этого и добивается, зная, что он ему ничего не должен, но денежек то, почти халявных, получить хочется. Парень сильно не парится из-за этого. Всякое бывает и если постоянно думать, то можно сойти с ума. Мысли тянут вниз, заставляя опускаться по колено в зыбучие пески, которые затягивают тебя вниз, пока ты окончательно не утонешь. Чонгук тонуть не намерен. Ни в таких мыслях, ни в каких других. Пока Чонгук был на грани между реальностью и мыслями, Тэхён принёс из кухни еду, которую они, скорее всего, съедят ещё до половины фильма. Ну, так постоянно происходит просто. — Я хочу пончик, — выдаёт Чонгук, посреди просмотра фильма, — с шоколадом. Тэхён перестаёт хрустеть чипсами, запивает колой и смотрит на парня, который теребил рукава своей, точнее, тэхёновой, толстовки и сделал губы уточкой. — Время девять, Гук. — говорит Тэхён, смотря на дисплей телефона. — Сейчас вряд ли что-то будет работать. — Я с балкона видел небольшой супермаркет. Он тут близко. Ты должен, наверное, знать. — Ты правда хочешь его? — Ким заинтересованно смотрит из-под чёлки. — Правда, — поджимает губы, — Но ничего. Завтра куплю схожу, когда домой пойду. Тэхён не двигается, а потом вдруг встаёт, обтирая руки об спортивные штаны и идёт в прихожую, начиная надевать на себя куртку и шарф. Чонгук рванул следом и непонимающе смотрел на старшего. — Ты куда? — Ты же пончик хотел. — шнурует ботинки. — Хотел, но время же позднее. Сам говорил. — Тэхён зевает, поправляет шарф и надевает капюшон. — Не придумывай ерунды. Раздевайся. — Вот незадача, — притворным голосом говорит он. — А я уже оделся! Младший кривит лицо, а Тэхён усмехается, доставая из уличного рюкзака карту с ключами. Повернув голову он видит Чонгука. Только не в одном спортивном костюме, а уже в куртке, обутого и с шапкой на голове. — Ты куда? — он был поражён. — С тобой. Это же я хочу пончик. Поэтому, по сути, должен идти я, а не ты. — Тэхён хочет возразить, но его шарф натягивают кверху, и парень идёт к двери, открывая замок. — Пошли быстрее, пока единственный магазин работает. Ким уверен, что это не единственный поступок Чонгука, от которого у него будут глаза лезть на лоб. Тэхён очень редко выходит на улицу в позднее время суток. Хотя летом он готов вообще дома не появляться. А в другие времена года всё не так. Весной, как сейчас, слякоть, которая раздражает больше, чем ворчащие бабульки, неприятно хлюпает под ногами. Ты не знаешь в чем выйти на улицу, чтобы тебе было комфортно, и не жарко и не холодно. Осенью наступают резкие холода, из-за чего Тэхён постоянно находится дома в постели с температурой под тридцать восемь. Тогда от куратора знатно влетает из-за того, что парень учится на бюджете, и часто болеет по неделям. Иногда это преподносят так, словно он просто сидит дома и ничего не делает. Но Ким же не виноват в том, что у него слабый иммунитет. И как это объяснить — без понятия. Хоть с градусником на лбу ходи. Хотя, и тогда придерутся. — Ты про этот супермаркет говорил? — спрашивает Тэхён у младшего, когда они подходят к магазину с яркой вывеской. Чонгук в ответ кивнул. — Я сюда пару раз только заходил в экстренных ситуациях. — Они идут не спеша по магазину, где вместе с ними присутствует персонал: кассирша за своим местом, охранник, который успел вздремнуть чуток и несколько покупателей, — Обычно я закупаюсь в супермаркете, который находится дальше. Чон находит витрину с выпечкой, где замечает три последних пончика. Два с клубникой и один, как будто для него, с шоколадом. Он берёт пакет, берёт один пончик и кладёт его в пакет, радостно шурша им возле Кима. — Словно для меня остался. Последний. С шоколадом. — с блеском в глазах говорит младший. Но потом его охватила паника. — Тэ, пошли от сюда, пожалуйста. — Что случилось? — Тэхён обеспокоенно смотрит на младшего, — Ты увидел кого-то? — Я... Не уверен, но мне показалось, что я увидел Сону. — сказал он, зажмурившись. — Давай купим и уйдём. Пожалуйста. Ким кивает, берёт из рук Чонгука пакет, а второй рукой прихватывает его под локоть, чтобы тот не отставал. Младший просит прощения и просит оплатить Тэхёна, обещая перевести деньги, когда они вернутся в квартиру. На что Тэхён ответил, что он угощает и никакие деньги не возьмёт, но Чону это не понравилось. Ему вообще вся ситуация не нравилась. Он чётко увидел между отделами Сону. Его чёрные кудрявые волосы, зелёную куртку. Но потом, когда он позвал Тэхёна, Сону словно испарился. Но был ли он там вообще? — Чонгук. Названный сжал чужую руку настолько, насколько его тело могло быть сильным в данный момент. Тэхён понял по реакции, что это тот самый и обернулся первым, заведя Чонгука назад себя, не отпустив руку. — Не трогай его. — И не собирался. — Сону поднимает руки вверх, мол, я безоружен и сдаюсь. Он выглядел по-другому, не так, как вчера. Иначе. Не по внешности, но по его интонации голоса и взгляду. В голосе нет насмешки и издевательств. — Чон, можно тебя на минутку? — Ещё чего. — усмехнулся Ким, сильнее сжимая руку Чонгука. — Ты вчера его чуть не убил. Покалечил и бросил на земле умирать от холода и боли, а сам ушёл. Я вчера чуть не расплакался от того, насколько мне было больно за него. После этого всего ты хочешь поговорить с ним? Ты серьёзно больной. Сону делает глубокий вдох, прикрывая глаза. — Чонгук, хотя бы выслушай меня, пожалуйста. — он игнорирует чужое присутствие, — Я хочу извиниться. Сегодня утром я увидел, как моя бывшая рылась в моём кошельке, пока меня не было в комнате. Ты прав был насчёт неё. Я не умею извиняться, потому что крайне редко это делаю и, возможно, не заслуживаю твоего прощения, но мне действительно жаль. Я правда очень сильно накосячил. Ты как никто другой знаешь, что в порыве злости я всякое натворить могу. Ты много раз в школе оттаскивал от меня малолеток и прикрывал перед директором и отцом. Я благодарен буду тебе за это всю жизнь. — Чонгук разжимает руку Кима и выходит изо спины, чтобы лучше видеть парня, — Правда, прости меня. Ты хороший парень и мне правда очень жаль. Ты можешь не прощать меня. Это дело твоё. Но моя совесть теперь спокойна, потому что я сказал тебе то, что должен был. Сону зависает чуток, смотря на Чона, который внимательно слушал его и, кажется, принял искренность слов. — Я прощаю тебя, Сону. — Спасибо, Чонгук. — он искренне улыбается ему. В это «спасибо» Сону вложил столько благодарности, сколько смог. Он слегка, еле заметно, кланяется в сторону Тэхёна в знак уважения и разворачивается в противоположную сторону от них. Тэхён заметил этот поклон. Чонгук поход в магазин за пончиком ожидал совсем не таким. Он думал, что они с Кимом спокойно под разговоры дойдут, и также спокойно вернутся обратно в квартиру. Тем более, Тэхён не выпил таблетки. Хотя, Чонгук сам не лучше. Ким ему целые сутки твердил, чтобы он мазал раны с синяками, но тот же всё знает и сам разберётся. Да, разобрался. Теперь идёт и думает, как ему стыдно. Больного заставил идти с ним за шоколадным пончиком, нахватался проблем по дороге, так и Ким ещё, кажется, чувствует себя виноватым в ситуации. Но вот только в чём? Чонгука, как старший, он загородил собой, в разговор особо не влезал. Почему он так чувствует себя? — Не так я представлял поход в магазин. — усмехается старший. — Ты уверен, что он не соврал тебе и был искренен? Чонгук шмыгает носом, поправляет съехавшую на глаза шапку, и выдыхает, выпуская еле заметный пар изо рта. — Сону конкретный кретин, но он не соврал. Бывали моменты, когда нам удавалось поговорить нормально наедине и он в каждом нашем разговоре упоминал, что я единственный человек, перед кем он может в будущем извиниться. — Тэхён складывает губы в удивлённом «о» и кивает. — Чтобы ты понимал, он даже перед своей девушкой не извинялся никогда. — Ладно. Возможно, ты прав. — и больше он не сказал ничего. Чонгук опустил уголки губ вниз. Тэхён не хочет лезть в его личную жизнь? Тогда, почему недавно он интересовался? Все так странно. Возможно, не для тех, кто Тэхёна знает давно или хорошо с ним знаком. Чон же о нём знает мало. Все эти ситуации, разговоры произошли чересчур быстро. Ему вообще кажется, что всё что произошло слишком. Если бы не та ситуация с Сону, они бы дружили сейчас? Общались бы и проводили бы время вместе? Кажется, что нет. В университете возможно, но за пределами стен вряд ли. У Тэхёна есть друзья, а Чонгук просто новый одногруппник, который хотел отсидеть оставшиеся годы за партой-невидимкой. Желательно. Он не знает какой характер у Кима, не знает, что он предпочитает в еде, цветах и музыке. Чон не интересовался, какой его любимый фильм и чем он любит заниматься в свободное от учёбы время. Чонгук не знает ничего о нём. Это настораживает. Тэхён сам не рассказывает ничего, а он и не наседает. Младший плох в разговорах и это, наверное, самая его нелюбимая сторона. Порой он может болтать без умолку, а в большинстве случаев, например, как сейчас, он не знает о чём поговорить и чём разбавить разговор. По сути разговаривать можно обо всем. Просто люди боятся открыться. Боятся начать разговор с того, что им нравится или интересно, а после почувствовать себя неловко, если собеседник будет молчать после своего краткого ответа. Везде есть страх, который мешает всем во всём. Представьте: Вам безумно нравится человек и Вы идёте ему об этом говорить, а когда замечаете его, разговаривающего с кем-то другим, вдруг думаете, что это самая плохая идея из всех. Тогда Вас коконом окутывают паника и страх. А потом Вы вовсе отбрасываете эту мысль. Через какое-то время, может быть, через год или два месяца, Вы узнаете, что тогда этому человеку тоже нравились, но сейчас у вас разные дороги, у обоих есть вторые половинки, а на сердце скребут кошки. Слышите, да? Сердце разбивается. Просто представьте, если бы не страх, то Вы бы могли начать встречаться и ваша жизнь имела бы другие повороты. Это все так не справедливо! — Я утром домой пойду. — прерывая тишину, говорит Чонгук. — Хорошо. — Тэхён бросает на него секундный взгляд. — Твои вещи чистые. Я тебе зашил, как ты, наверное, мог заметить, угол кармана на куртке. Он был немного порван. — Спасибо. До дома старшего им оставалось немного, но они шли медленно, не торопясь. Неизвестно, то ли от того, что Тэхён хочет побыть с ним подольше наедине, то ли от того, что ему хочется подышать свежим прохладным воздухом. Но если так смотреть, то наедине они останутся и дома. Ким же живёт один. А вот второй вариант более чем подходит. Только Чонгуку немного грустно стало. Он впринципе быстро к людям не привязывается, да и не привязывался никогда. Спокойно мог отпустить человека, если тот хотел прекратить общение, мог сказать прямо в лицо то, что думает и отказать кому-то в чём-то. Но сейчас всё по-другому. Парень и сам понять не может, что именно. Просто с Тэхёном хочется общаться, дружить и проводить время вместе. Также хочется, чтобы он поинтересовался, почему Чонгук решил уйти в воскресенье, а не в понедельник, как Тэхён предлагал недавно. Но Ким просто согласился. А это, неожиданно для него самого, заставило загрустить. Чонгук прокашливается, вдыхая побольше воздуха, а потом медленно его выдыхая. — Как твои раны? Ещё болят? — Немного, но не так критично, как казалось бы. — с полуулыбкой отвечает младший. — Они быстро сойдут, а синяки, к моему счастью, не заметны. — Боишься реакции родителей? — Ну... Как сказать, — парень вздыхает и смотрит в сторону. — Я больше за Госпожу Нам переживаю. Она практически вырастила меня. — Она твоя бабушка? — в ответ отрицательное кивание головой. — Понятно. Хорошо, когда о тебе беспокоятся не только родители. Чонгук остановился и посмотрел на старшего. У того, как и всегда, взгляд нечитаемый. Смотрит в глаза напротив и своих не отводит, а у Чонгука пламенный ураган пронёсся внутри. Тэхён смотрит глубоко и, в какой-то степени, тяжёло. Он это понял ещё в университете. Под таким пристальным, изучающим взором невозможно что-то делать. Даже дыхание сбивается. Нет, Чонгук не влюбился. Что за глупости? Просто он впервые видит и ощущает такой взгляд на себе. Но Ким правда человек нечитаемый. Невозможно предугадать, что он сделает или скажет. Не выходит никогда. Многие думали, что он начнёт скандал из-за ссоры со своей бывшей девушкой, но он просто развернулся и ушёл, не обратив на её крики о прощении никакого внимания. Нельзя сказать, что Тэхён безэмоциональный человек, но и также нельзя сказать, что чувств много. У него всегда всё сдержанно. Может быть поэтому у него нет близких друзей, помимо Сокджина? Тот тоже ведёт себя сдержанно в этом плане и, кажется, их это сближает. — А о тебе разве не беспокоятся? Хотя бы мама, бабушка с дедушкой. Разве нет? — С мамой у нас тугие отношения, которые не хочет налаживать ни она, ни я. Про отца и речи быть не может. — Тэхён поправляет свои волосы и надевает обратно капюшон, который съехал из-за ветра. — Моей бабушки на этом свете нет уже лет шесть, а дедушку я вовсе не застал. Умер от болезни. Старый организм отказался принимать нужные таблетки и он скончался на больничной койке. Поэтому, Чонгук, да, обо мне никто не беспокоится. — Хëн... Прости меня! — младший поджимает губы, но не плачет. — Я не знал всего этого! — Не извиняйся. Я, правда, не люблю на такие темы разговаривать, но тебе же не говорили об этом. — Чон смотрит на него растерянно, а старший с улыбкой открывает подъездную дверь, пропуская его в подъезд. Это так неожиданно... Сегодня ты можешь обнимать своего родного человека, разговаривать с ним, а завтра можешь узнать, что его не стало этой же ночью. В один момент. Раз и все. Ты не можешь рассказать ему о своей небольшой победе, не сможешь обнять его и нарезать с ним салат для всей семьи. Чонгук не видел и не знает о смерти своих близких. И он этому очень рад. Но за Тэхёна у него болит сердце. Парень вырос быстро и, наверное, не успел ощутить полный вкус бездельничества и свободы. Он, кажется, не знает каково это, когда мама будит тебя в фартуке, и уже с комнаты ты чувствуешь запах горячих блинчиков. Тэхён, наверное, не знает как это, когда папа забирает тебя со школы и вы идёте с ним в ваш любимый магазин, где втихоря от мамы он покупает тебе чипсы и прочие, как она любит говорить, гадости. Тэхён, возможно, многого не знает, но Чонгук уверен, что в нём до сих пор живёт ребёнок, который хочет получить любви и ласки. Может из-за этого сейчас старший молча стоит и наливает им обоим горячий шоколад, а не просит Чона чем-то помочь. — Губу не жжёт? — прохрипел Тэхён. — У тебя там ранка на нижней. От горячего может жечь. Чонгук мотает головой и потихоньку отпивает содержимое, тут же мыча от наслаждения. Такой вкусный горячий шоколад он пил в кофейне рядом с его домом. Он туда с бывшими одноклассниками любил забегать перед тем, как идти домой. Помниться ему, они соберутся возле двери кофейни, дождутся всех пятерых и компанией идут внутрь. Заказывают постоянно похожие друг на друга заказы и под тихий смех девчонок слушают истории Нами о том, как он обнаружил своего кота в своём шкафу, до этого подняв на уши всю семью о том, что его Мурзик сбежал через окно. Надо же такое придумать, чтобы кот сиганул с восьмого этажа... Такое на ум придёт только человеку, который не обнаружил своё домашнее животное. Нами тоже понять можно! Он всего лишь испугался! — У тебя получился очень вкусный горячий шоколад, хëн! — искренне хвалит он. — Я такой пробовал только в кофейне. — Спасибо. — улыбается, тут же пряча улыбку за кружкой. — Ты не устал? Можешь идти спать. Постельное бельё я поменял ещё с утра, когда ты мыл посуду после завтрака. Поэтому можешь не волноваться насчёт того, что ты будешь спать в использованном постельном белье. — Пока нет. Не хочу спать. — Чонгук вытирает мокрые от воды руки об одноразовое полотенце. — А ты? — Я обычно поздно засыпаю. Если болею то, естественно, часам к двенадцати я уже второй сон вижу. Сейчас же я чувствую себя более чем нормально. Тэхён убирает вымытую посуду в шкаф, а Чонгук уходит в гостиную. Старший, как ответственный, на данный момент, за здоровье и лечение Чона, прихватывает мазь, а сам выпивает таблетки, которые он должен пить в течение ещё нескольких дней. Младший снимает с себя толстовку, а Ким садится рядом, но мазь не открывает. — Перед тем, как смотреть фильм, я сходил в душ. Можешь мазать. — Тэхён кивнул, начиная медленными и плавными движениями размазывать содержимое тюбика. — Хëн, а если бы не вчерашняя ситуация, мы бы смогли общаться, как сейчас? — Не знаю. Я редко с кем знакомлюсь самостоятельно. Обычно меня Джин со всеми знакомил, поэтому у меня много знакомых. — Зачем ты прибежал туда? Ким заканчивает втирать мазь на груди и под пристальным взглядом Чонгука встаёт, закрывая тюбик. Отнеся его обратно в аптечку, он моет хорошо руки и возвращается обратно, смотря на младшего. — Так поступил бы любой адекватный человек. Или, по-твоему, я должен был после услышанного лежать в кровати, попивая горячий чай с лимоном? — выгибает бровь. — Не представляю и, честно, представлять не хочу, что было бы с тобой, если бы я не пришёл. — Чон все время смотрел на него, внимательно слушал и не спускал глаз с него. Серьёзность Тэхёна была не наигранной, а переживание за его жизнь отдавало чем-то тёплым, семейным. Словно они знают друг друга всю жизнь и живут под одной крышей. — Да, ты прав. Прости, глупость сморозил. Знал, что ты так ответишь, но всё равно решил спросить. — Ты так быстро меняешься. — В смысле? — Несколько дней назад ты глаза на меня боялся поднять, сейчас же сам смотришь, не прерываясь. — чонгуковы щеки приобрели слегка розоватый оттенок. Неужели настолько было заметно? — У тебя так быстро стирается стена между стеснительным и уверенным человеком. Впервые общаюсь с такими. — Это плохо? — Вовсе нет. Просто не успеваешь улавливать смену эмоций. Вчера ты боялся ложиться со мной спать, а сейчас я ловлю на себе прожигающие взгляды. — Неправда! Это я постоянно вижу и чувствую на себе прожигающий и тяжёлый взгляд! — Видимо не одному Джину иногда тяжело с моими гляделками. — усмехается, оголяя немного передние зубы. Чонгук соглашается. Тэхён, спустя какое-то время простой болтовни, предлагает пойти спать, ибо часы показали половину второго ночи. Чонгук, под чужим командованием, идёт расправлять кровать, а сам Ким идёт принимать душ. Младший валится на кровать и понимает, как его тело расслабилось. Он, сам того не замечая, целый вечер ходил напряжённым, из-за чего сейчас чувствует некую тяжесть и блаженство одновременно. Обычно девушки чувствуют то же самое после того, как целый день проходят на каблуках или высокой подошве, а придя домой, снимают обувь и просто валятся на кровать. Тэхён возвращается минут через десять, и за это время Чон успел отвернуться к стене и задремать. Старший тихо переодевается в пижаму, выключает свет и ложиться рядом, пытаясь не разбудить парня скрипящей под ним кроватью. Он укладывается на бок и прикрывает глаза, пытаясь потихоньку уснуть без всяких надоедливых мыслей. — Тэ. — шепчет Чонгук всё так же лёжа на боку. — Спишь? — Засыпал. — еле слышно бубнит старший. — Что-то случилось? — У тебя есть Instagram? — Есть, Чонгук. — выдыхает, просовывая правую руку под подушку. — Покажешь его? — Вряд ли. — Почему? — привстаёт он, пытаясь увидеть лицо Тэхёна в темноте, которое всем своим видом показывало, что оно хочет спать, а не вести диалог. Но ответа не следует. Лишь тихое сопение Тэхёна и недовольное фырчанье Чонгука были слышны в ночной тишине небольшой комнаты.