Спаси живую душу

Даламар едва встает, отчаянно цепляясь за мантию Шалафи. Рейстлин его учится ловить, не осознавая этого. Китиара на них из-за дверей своей комнаты смотрит и головой качает. Она знает, что через несколько минут разругается с братом. Просто потому что причинит боль Даламару. Рваные раны на его руках и ребрах начинали кровоточить все сильнее, сами они никогда бы не зажили, а отвар из трав, которые заставляют уснуть практически мертвым сном, организм эльфа бы просто не выдержал. И так тянули слишком долго, пока сбивали температуру. Рейстлин перехватывает перепуганный взгляд Даламара и медленно обнимает его. Ученик вздрагивает, но медленно прижимается к Черному Магу. Не смей зарыдать, он и так за тебя переживает. И Китиара не горит желанием причинять тебе боль. Она хочет помочь. —Мне страшно, Рейстлин — шепчет Даламар, утыкаясь носом в худое плечо. —Мне тоже… — выдыхает Маджере —Но только так мы хотя бы физически поможем тебе.

***

Едва дыша от ужаса Даламар ложится на колени Рейстлина. Он чувствует, как Китиара закатывает рукав его мантии. Буквально слышит, как нить проходит в ушко иглы, как стекает с вымоченных бинтов раствор. Эльф смотрит на девушку. В ее глазах застыли слезы. Она тоже не хочет доводить его снова. Но грань Смерти слишком близка. И избежать этого нельзя. Даламар вздрагивает, когда игла протыкает кожу и тихо, почти неслышно, скулит, когда нити стягивают края раны. Он смотрит на Рейстлина. Прямо ему в глаза. —Все хорошо, ученик — голос Черного Мага дрожит — ты молодец. Еще немного три раны на ребрах осталось. Даламар неверяще кивает, сдерживая слёзы. Кит завязывает узел и обрезает нить. Лбом прижимается к здоровой части руки эльфа. Шепчет: —Прости меня… Но как только игла касается раны на ребрах Крик разрезает стены Палантасской Башни. А Китиара вскрикивает и хватается за щеку, которая вмиг оказывается рассечена.