5 раз, когда Макото и Бьякуя жалели о связи и 1 раз, когда они были ей рады

— Наэги, — шепчет голос, когда Макото выходит из раздевалки. Макото поворачивается, чтобы посмотреть. Бьякуя машет ему рукой, оглядываясь по сторонам, чтобы убедиться, что вокруг никого нет. — Э-э… Бьякуя? — спрашивает он, подходя ближе. — Ты хочешь войти и… — он морщится, — еще раз осмотреть тело? Он качает головой, отчего его запах волнами слетает с него, а волосы развеваются. — Мне и не нужно. У меня есть зацепка. Глаза Макото расширяются. — Правда? — Да, и я хотел бы показать вам. Пойдем со мной. — одну руку он держит вытянутой, а другую заложил за спину. В этот момент он похож на принца из сказок. Макото берет его под руку и позволяет вести. Он снова оказывается в библиотеке. Он хмурится. — Бьякуя, мы в самом разгаре расследования. Я понимаю, если ты хочешь немного расслабиться, но лично я хотел бы иметь как можно больше информации, чтобы быть готовым к судебному разбирательству. — Просто доверься мне, — Тогами улыбается. Он стряхивает руку Макото и неторопливо направляется к маленькой двери в задней части библиотеки. Открыв ее, он жестом приглашает Макото войти. Задняя комната, которую он показал, достаточно велика для трех человек, так что там достаточно места, но когда Тогами входит внутрь и закрывает дверь, Макото чувствует, что они стоят прямо друг против друга. — А… Бьякуя? — снова спрашивает он, но голос его дрожит. «Бьякуя очень, очень высокий», — замечает Макото. Или, может быть, Наэги просто коротышка. А может быть, и то и другое. Комната настолько мала, что уже до краев наполнена запахом сосен и океана. Макото подходит чуть ближе и наклоняется к нему. Он начинает тянуться к пуговицам на воротнике Тогами. — Это досье, — говорит Бьякуя, выводя его из транса, — строго конфиденциально, — он указывает на папку на столе, которую Макото не заметил. — Эту вещь видели только представители правоохранительных органов и… очень влиятельные люди. Макото хмурится и засовывает руки в карманы, чтобы не наделать глупостей. — А что в нем? — Посмотри сам. Я думаю, ты найдешь это весьма поучительным. — Тогами ухмыляется. От первого взгляда Макото едва не падает в обморок. Он никогда не был сильно испуган видом крови (что является благословением теперь, когда ему пришлось исследовать два очень окровавленных тела), но места преступления в папке иначе как ужасающими не назвать. — Что… какого черта? — спрашивает он, покачиваясь на слабых ногах. Он сердито смотрит на Тогами. — Это, по-твоему, шутка? Он подходит к Макото сзади, чтобы посмотреть на него. Когда он снова поднимает руку, его предплечье касается плеча Макото. — Вот, — говорит он ровным голосом. — Видишь, как подвешены все тела? Не кажется ли тебе, что это слишком похоже на наш случай? Макото вспоминает, как они нашли Чихиро, ее руки были подняты, как будто она была распята. Ее ноги были на несколько дюймов выше пола, благодаря расположению. — Ты хочешь сказать… это одно и то же дело? — тихо спрашивает он. — Все эти дела принадлежат одному серийному убийце, — объясняет Тогами. — Его образ действий очень узнаваем, — он проводит пальцем по Y-образному расположению тела жертвы. — Значит, это имитация убийства? — полагает Макото. Макото чувствует спиной грудь Тогами. Он движется навстречу давлению: — Помни — эта информация никогда не была обнародована. Макото пожимает плечами. — Что это значит? Соль наполняет воздух, заставляя Макото вздохнуть. — Это значит… это не какая-то имитация убийства. Никто не мог имитировать то, чего не знал. Макото застывает. — Но это же… Тогами поправляет очки. — Это работа настоящего Убийцы Се. Он скрывается в группе. И Макото соглашается. Он доверяет. Он слушает. Он верит. Он идет на запах океана. Только в середине процесса, когда Тогами не прижимается к нему, используя свой запах, как салонный трюк, Макото наконец замечает несоответствия в его истории. — Подожди, — медленно произносит он. — Когда ты показывал мне эту папку… Разве ты не говорил, что ее видели только влиятельные люди? — Точно, — кивает Тогами. — А это значит, что никто из нас не смог бы воспроизвести его, если бы не был Убийцей Се. — Но… разве семья Тогами не одна из самых могущественных в мире? Маска Тогами наконец трескается. В тот момент, когда становится ясно, что Бьякуя на самом деле не убийца, Макото приходится бороться с желанием оставить свое место в круге и ударить его по глупому, заносчивому носу. Тогами поджимает губы. — Мако- — Какого хрена! Все смотрят. Он прерывает суд, и Макото обычно не из тех, кто ругается. Он считает этот случай оправданным. — Макото, — снова говорит Тогами, надевая свою самую харизматичную улыбку. — Тебе не кажется, что ты слишком остро реагируешь? — Слишком Остро Реагирую? — шипит и переспрашивает Макото. — Кем ты себя возомнил? Переделываешь место преступления? Оскверняешь тело Чихиро? — Я бы так это не называл… — Как бы ты это ни называл, это было неправильно! — кричит Наэги. — И кроме того, этика… вздернуть тело мертвой девушки, когда она и так уже достаточно настрадалась… ты пытался сорвать суд! Ты мог убить нас всех, если бы тебе это удалось! Тогами поправляет галстук. — Ну, я ведь еще не сделал этого, не так ли? Я бы не позволил этому зайти так далеко. — Тогда как далеко? Как далеко твое "далеко"? Я… я не могу поверить, что я… — связан с… — застрял с кем-то, кому так не хватает сострадания! Улыбка Тогами дрогнула. — Я… подумал, что это будет интересно. — Это было бессердечно и только! — кричит Макото, надрывая горло. Тогами отводит взгляд. И, невероятно, но он говорит: — Мне жаль. Макото на мгновение замирает. Затем, уже тише, он говорит:  — Ты обманул меня. Ты использовал против меня свое альфа-очарование. Чтобы заставить меня поверить в твою ложь. — Что? — Бьякуя будто задохнулся, его глаза широко распахнулись. — Нет, нет, я этого не делал, — он облизывает губы. — А если бы и делал… это было не намеренно, Макото. Я думал… ты был бы лучшим способом направить процесс в мою сторону. Это не имело никакого отношения к… — Хватит, — вздыхает Макото, потирая виски. — Хватит. Просто… Боже. Я не могу поверить, что должен это говорить, но, пожалуйста, не делай этого снова. Тогами выглядит уязвленным. — Мне жаль, — снова говорит он. Похоже, это рекорд. — Я не мог представить.… как это повлияет на тебя. По какой-то причине, услышав его слова, Макото почувствовал себя так, будто его сбил грузовик. И когда он смотрит в глаза Тогами, он может сказать, как сильно он хочет, чтобы он никогда этого не делал. Ради него. Макото сглатывает. Бьякуя с самого начала нуждался в уроке эмпатии, но он может сказать, что Тогами, наконец, готов принять это. Это еще не делает его хорошим человеком. Но это уже кое-что.