Глава 5. Раскрытие
20 августа 2021 г., 21:00
Кеко выглядит разъяренной. Она смотрит на Монокуму так, словно сама готова вырвать детали из его живота.
— Что ты с нами сделал? Со всеми нами?
— Будет совсем не весело, если я тебе все расскажу, правда? Вы, ребята, должны сами разобраться во всех этих загадках, — Монокума хихикает.
Макото крепче сжимает фотографии. Та, которую дали ему, классная фотография. Тогами, занятие в бассейне. Ясухиро, еще одна фотография в классе. Аой, все в спортивной одежде.
(Он не может перестать смотреть на это. На то, как нежно Тогами смотрит на него с того места, где он сидит у дорожки, наблюдая за его жалкой попыткой бежать с искренней улыбкой и большими голубыми глазами.)
— Не могу поверить, что ты пытался обмануть нас, — фыркает Ясухиро. — Эти фотографии — чертовски грязный способ обмана! К тому же редактирование слишком сложное!
— Не думаю, что… они редактировались, — Макото качает головой.
— Что? — спрашивает Аой. — А как еще он мог их сделать? Они абсолютно фальшивые! Ничего подобного ведь не было, верно? Униформа, дружелюбие… Даже Мукуро на них есть! А мы не встречались с ней, пока она не умерла!
Она щурится на фотографии.
— Не помню, чтобы я их делала.
— Вот именно! — Ясухиро кивает.
— Но… это не делает их фальшивыми, — он поднимает голову. — Разве не так?
Монокума хихикает, прикрываясь пушистой лапой.
— Эти фотографии на сто процентов настоящие!
— Подожди, я не понимаю, — говорит Ясухиро, почесывая подбородок. — Мы их не делали… Но они настоящие?
— Нет, — твердо говорит Макото. — Мы не помним, как мы делали их. Но мы их делали.
— Э-э, я не понимаю, — говорит он, поднимая бровь. — Сегодня в твоих словах нет особого смысла, Макото.
Макото смотрит на Кеко.
— Я на правильном пути, не так ли?
— Ты абсолютно прав, — Она кивает, ее глаза опасно блестят. — Это не имеет отношения к тому, произошло ли это — это имеет отношение к тому, почему мы не помним.
— И это потому, что… мы все забыли, — медленно произносит Макото. — На самом деле эти снимки — не единственное, что мы забыли. Я бы сказал… мы провели много времени в этой школе.
— Н-но что это значит? — спрашивает Токо, сдвинув брови. — Мы проводили здесь время? Но мы не помним?
— Эти воспоминания, — говорит Кеко, — были потеряны для нас. Я бы сказала, что все наши воспоминания об этой школе были потеряны.
— Как это возможно? — спрашивает Тогами. — Все мы получили амнезию в одно и то же время, и все мы забыли одинаковое до секунд количество времени? Что могло стать причиной этого?
— Это был не несчастный случай, — размышляет Макото. — Они не просто потерялись. Наши воспоминания забрали.
Монокуму, кажется, сильно развеселило это заявление, его смех перешел в кашель.
— Ну? — нетерпеливо спрашивает Макото. — Что ты хочешь сказать, Монокума? Эти фотографии, то видео с нами, мы не помним всего этого по какой-то причине. Верно?
Монокума ухмыляется своей жуткой, кривой усмешкой.
— Очень хорошо. Очень хорошо.
— Так как же ты это сделал? — Макото подначивает. — Как ты мог удалить эти особые воспоминания? Ты даже заставил Кеко поначалу забыть о своем таланте, просто потому, что тебе так было легче. Как тебе это удалось?
— О, пожалуйста! Это едва ли самая интересная часть, — говорит Монокума, играясь с голосом. — Какая разница, как я это сделал? Разве ты не хочешь узнать более пикантные подробности?
— Пикантные?.. — неуверенно откликается Макото.
Монокума наклоняется вперед.
— Все вы были друзьями. Лучшие друзья — сплоченная группа. И вы убили друг друга! — он снова разражается безумным смехом, хлопая себя лапой по животу. — Разве это не смешно?
— Нет, совсем нет, — Макото скрипит зубами.
— О, но это так! — Монокума хихикает. — И знаешь, что еще?
— Давай, — говорит Тогами, поправляя очки. — Я больше не в настроении слушать твои россказни.
Выражение лица Монокумы полно каких-то эмоций, которые невозможно описать.
— Это относится и к тебе, дорогой Бьякуя!
— Прошу прощения? — Тогами вздрагивает при упоминании своего имени.
Монокума вытирает свой пуговичный глаз, хотя слез там нет, как бы он ни смеялся.
— Вы с Макото… вы терпеть не могли друг друга, когда только началась эта игра в убийство! Ты обращался с ним как с грязью! — он насмешливо смотрит на Макото. — Не то чтобы я мог винить тебя.
— Эй! — протестует Макото.
— Но… О, это просто заставляет меня смеяться до упаду, — продолжает Монокума, как будто не слыша Макото. — Ну, тогда я начну с Киотаки! Вы ведь его видели, не так ли? То, как он впал в отчаяние? Это потому, что он был связан с Мондо!
— Мы знаем, — говорит Макото, чувствуя, как холод скребет его сердце. — Это было… ужасно, — апатия превращается в ярость. — И ты сделал это с ним! Тебе не нравилось делать нас чужими друг другу и натравливать друг на друга — ты должен был выкинуть еще один трюк! Как ты можешь быть таким жестоким?
Монокума только смеется.
— Ты действительно не понимаешь, Макото?
— Что ты хочешь этим сказать? — рычит Тогами.
Монокума разражается неистовым, неудержимым смехом, который эхом отражается от стен зала суда. Наэги хочется заткнуть уши и убежать.
— П-прекрати! — скулит Токо. — Перестань издеваться над нами! Что тут такого смешного?
Смех затихает, и Монокума, не дрогнув, смотрит Макото прямо в глаза.
— Я их не связывал.
— Что ты такое… — по телу Макото пробегает дрожь.
— И я так же не связывал тебя и Бьякую.
Брови Аой взлетают вверх.
— Вы двое…?
— С тех пор, как мы проснулись в первый день, — наконец признается Макото. — Но мы думали… что это был план Монокумы.
Монокума медленно качает головой, преувеличенно пожимая плечами.
— А я-то думал, ты соединишь все точки, Макото, — Он ухмыляется. — Мне не нужно было делать это.
— Что… это значит? — костяшки пальцев Макото побелели от его хватки на дереве.
Глаза Монокумы сверлили дыры в душе Наэги.
— Вы сами это сделали.
Колени Макото подкашиваются. Он едва не ударяется головой о перила, но внезапно руки Бьякуи обхватывают его, поддерживая. Макото смотрит на него широко раскрытыми глазами. Тогами стискивает зубы и помогает Макото подняться. Он не возвращается на свое место в круге.
Монокума устраивает из-за этого настоящее шоу. Он смеется и указывает на них с каким-то более маниакальным, чем обычно, выражением.
— Теперь ты видишь? Ты этого не помнишь, но во время учебы в этой школе вы оба влюбились друг в друга! Это было так мило и сопливо! А теперь… теперь вы просто ненавидите друг друга!
— Это… неправда, — говорит Бьякуя. — Даже когда я вел себя так, будто Макото ниже меня… — он бросает взгляд на Макото и тот понимает, что Тогами говорит правду. — Я был в некотором роде влюблен в него.
Сердце Макото колотится.
— Честно говоря, я был… смущен своим увлечением, — добавляет Бьякуя, оглядываясь на их похитителя. — Когда он должен был ненавидеть меня.… он поддержал меня. Ему было все равно, хороший я человек или нет, — он снимает очки, и без них его глаза кажутся такими нежными. — Он наполняет меня надеждой. Никто никогда не был в состоянии сделать это прежде.
Монокума имитирует тошноту, разрушая момент.
— Господи! Я даже не могу помешать тебе делать глупые заявления о любви, стирая твою память! Насколько это неубедительно? Потом ты скажешь мне, что снова сблизился бы с ним, будь у тебя такая возможность.
— Ты мне противен, — Бьякуя усмехается, поправляя очки на переносице. — Ты знал, что то, что случилось с Киотакой, могло случиться с Макото или со мной.
— Ага-а-а! — Монокума соглашается, вытягивая последнюю «а». — И это было так забавно! Единственное, что могло бы сделать это лучше, — это если бы ты действительно ненавидел Макото и убил его, только чтобы случайно начать мучить себя своей связью! Блин, вот это была бы великолепная трансляция!
— Вот и первая загадка, — вздыхает Кеко. — Ты украл наши воспоминания о школьной жизни — и в результате пытался заставить бывших друзей и забывших друг друга пар убивать друг друга, как дополнительный слой к этой убийственной игре.
— По-моему, все правильно! — Монокума усмехается. — И это сделал я, так что ты совершенно права.
Макото на мгновение закрывает глаза. Он чувствует руку Бьякуи на своей спине, прежде чем запах океана доносится до него.
Полный решимости, Макото поднимает голову и открывает глаза.
— Мы не проиграем тебе, Монокума. Мы зашли слишком далеко.
