Для всех, но не для меня

      Мама сразу же заметила. Антон и не пытался скрыть. Где-то по дороге Антон потерял и телефон, и ключи от дома. Подросток пару раз ударил в дверь. Открыл Сергей Вячеславович, но у Шаста не было сил злиться. Педагог позвал мать Антона, а самого парня подхватил под руку, аккуратно заводя домой.       — Что, пришёл? — ещё из-за угла недовольно выкрикнула недовольно мама. Стоило ей только взглянуть на сына, красного от мороза, в изодранной одежде и уставшем виде, она подбежала к Антону. Приземлившись перед ним на колени, женщина начала аккуратно ощупывать парня в поисках ранений. — Тоша, Тоша, что с тобой?       Увидев обеспокоенный вид матери, её трясущиеся руки, слёзы на глазах, Антону самому стало ещё хуже. Пробормотав что-то, Антон прикусил язык, чтобы не заплакать. Перед Сергеем Вячеславовичем плакать было бы унизительно.       — Спокойно, сейчас я тебя положу на диван, — спокойно заговорил учитель литературы. Мама сразу же соскочила, начала носиться, что-то искать. А Сергей, всё так же поддерживая Антона под локоть, вёл до дивана. Шастуну даже казалось, что он сам не держится на ногах, а его полностью тащит педагог. — Вот так, ложись, — аккуратно, словно ничего такого не произошло, Сергей Вячеславович опустил Шаста на диван, не брезгуя грязной одеждой подростка. — Ты переодеться сам сможешь? Мне тебе помочь?       — Я сам, — проговорил Антон и в доказательство приподнялся с подушки, но в ответ тело заныло, и подросток не смог даже поднять головы.       Ничего не говоря, Лазарев аккуратно снял с подростка мокрую верхнюю одежду.       — Спать хочешь?       — Да.       — Придётся потерпеть. Я сейчас скорую вызову, — сосредоточенно говорил учитель. Антон хотел поблагодарить его, но сил всё не хватало. Мама влетела в комнату, начала переодевать Антона, протирать его, но Шаст уже не контролировал это. Он действительно хотел спать, очень хотел спать.

***

      Утро было раннее, ещё не было солнца, только небольшие просветы кое-где. Арс проснулся в прекрасном настроении. Впервые за долгое время после приезда из Питера ему удалось выспаться. Без волнений об Антоне, без мыслей о работе. Он приподнялся и выглянул в окно — это теперь была его привычка. Выглядывать в окно, смотреть, проснулся ли Антон, попытаться уловить его худую тень, танцующую под какую-то музыку или сосредоточенно слушающую что-то в телефоне. Шастун не отличался особой внимательностью, потому в окно не смотрел, но это было даже на руку Арсу.       Попов вновь внимательно посмотрел в соседское окно. Но Антон, видимо, ещё спал. Что ж, неудивительно, у Шастуна сегодня единственный выходной от школы. Психолог взял в руки телефон, увидел пропущенный звонок от Антона вчера, в восемь вечера. Арсений улыбнулся, скучая по голосу подростка. Нет, они разговаривали и в школе, и по дороге домой, но это были дежурные разговоры, просто, чтобы не быть в тишине. А Попов скучал по тем искренним, чистым разговорам, когда он, например, был в Питере, а Антон грустный звонил ему.

***

      Попову не хватало Антона, там, в Питере. Тем более Арс знал, как Антон нежно и с любовью относится к Петербургу, так что теперь этот город только напоминал о Шастуне постоянно. Потому, как только появилась возможность, Попов позвонил подростку. Шли долгие гудки, Арс даже подумал, что Антон не ответит, но нет, Шаст поднял трубку.       — Привет. Ты занят? — сразу же спросил Арс, догадываясь, что Шастуну может быть не до разговоров.       — Нет, я уроки делал… точнее, уже доделал, — как-то слишком тяжело и грузно ответил Антон. Обычно, когда он разговаривает, всегда придерживается очень радостного и участного тона. Арс сразу понял, что что-то не так.       — Понятно, — замолчал буквально на полсекунды Арс. Затем сразу же выпалил. — Ты расстроен чем-то?       — Нет, всё хорошо, — Арс нахмурился. Он сразу понял, что подросток врёт. Допытывать, конечно, Антона он не станет, но всё равно расстроится. Попов хотел бы считать, что Антон доверяет ему. — Точнее, да, расстроен, но не хочу об этом говорить. — Арсений тяжело выдохнул, опускаясь на диван. Хотя бы не обманул. Но улыбнуться Арсений не смог. Почему-то стало так горько, что Антон там сейчас один справляется со всеми своими проблемами. От одного лишь представления, как Антону может быть тяжело, у Арса в груди кололо.       — Тоша… Как же я хочу сейчас быть рядом… — словно бы размышляя, сказал Попов. Однако, осознав, что мысль произнесена вслух, Арсений немного напрягся — как это воспримет Антон? Подросток некоторое время молчал, а потом, словно преодолевая смущение, тихо проговорил.       — Я тоже очень скучаю. Мне тебя не хватает.       Они замолчали на некоторое время, а потом продолжили обычный разговор наслаждаясь тем, что действительно могут быть вместе даже через расстояние, даже по телефону. После прощания Арсу стало легче

***

      Антон проснулся, когда уже был день. Его растормошила мама, испугавшись, что он не спит.       — Вчера врачи сказали, что ничего страшного нет. Только ушибы и синяки, — произнося это, мама понимала, что страшное тут на самом деле есть. Её до сих пор, кажется, трясло, а ещё Антон догадывался, что она почти не спала этой ночью.       У Шастуна в горле пересохло. Он попытался что-то сказать, но вместо этого только прохрипел. Мама устало кивнула на это, подала ему стакан воды и продолжила говорить:       — Но ты простыл, — она замолчала. Все её мысли, кажется, приходили только к тому, что же произошло. Но она всё не решалась спросить. Антон, освежив в горло, сказал сам.       — У меня не было закурить. Они на меня набросились, мне не удалось убежать. Если бы не мужчина, избили бы до смерти, наверное, — мама слушала каждое слово с напряжённой внимательностью, однако, услышав последнее предложение, она по-детски закрыла уши. Её вновь затрясло. Антону было тяжело смотреть на мать и понимать, что это волнение за него довело её до такого.       Немного тряхнув головой, мама спросила:       — Какой мужчина?       — Не знаю, проходил мимо, спугнул их.       — Так почему же он тебя не проводил?       Антон пожал плечами, приподнимаясь на подушках. Сегодня сделать это было уже проще. Мама тяжело вздохнула и ушла, сказав, что сейчас принесёт завтрак.       Антон остался один со своими мыслями. И ему опять стало страшно. Действительно, если бы не тот мужчина, Антон сейчас мог бы умереть. Шастун посмотрел на свои руки, затем на свою комнату. Воспалённому воображению не составило труда отчётливо представить картинку смерти подростка. Не так страшно Антону было умирать, как боялся он за своих близких, за Диму, за маму, за Арсения.       «Я их люблю», — промелькнула мысль в голове сначала один раз, потом второй, пока Антон окончательно не убедится в её правдивости. «Да, люблю, и Арса люблю, и Диму, и маму… Я люблю Арсения. Арсения Попова». Антон улыбнулся. У него тут же появились силы, он захотел встать с кровати, пойти к Арсу и сказать ему это. «Как можно скорее, нужно скорее сказать ему».       В комнату зашла мама. Заметив хорошее настроение сына, тоже улыбнулась:       — Тебе получше?       — Однозначно да, — твёрдо сказал Антон. — Можно мне встать?       Мама нахмурилась. Поставила тарелку с очень вкусно пахнущей кашей на прикроватную тумбочку.       — Тебе советовали как можно больше отдыхать.       — Ладно, — Антон был сейчас не в том настроении, чтобы спорить. — Тогда… Можно я позвоню Арсу?       — Арсению? — переспросила мама, словно не ожидала такого вопроса. — Да. Да, конечно, — она достала из кармана халата телефон, разблокировала его. — Вы стали настоящими друзьями с ним, да?       Эти слова словно привели Антона в чувства. Точно, они с Арсом просто друзья. Да, достаточно близкие, да, между ними много всего, но это только дружба. Антон нахмурился. Признаваясь у себя в голове Арсению в любви, Антон говорил с ним не как с другом. А как с кем? — сразу же возник ответ вопрос в голове. Неужели Антон видит в Арсении своего… парня? Это же даже глупо звучит. У них такая разница в возрасте. Почти десять лет. А как мама отреагирует? Антон ещё не встречался с парнями, хоть и сумел признать свою ориентацию.       С другой стороны, Антон часто замечал в себе симпатию к Арсению. Если говорить честно, с самого первого взгляда на Попова Антон понимал, к чему всё придёт. На подкорке, где-то очень глубоко, но он чувствовал, что относится к Арсу нежнее, чем к просто другу. Шастун никогда бы не задумывался (даже в теории) над отношениями с Димой, считая это полнейшим бредом и несуразицей. Но с Арсением по-другому. Антон не только задумывался, но и считал, что если они будут вместе, то в их общении ничего особо не изменится. Оно останется таким же нежным, заботливым, как и сейчас.       Шаст не мог точно сказать, видит ли взаимность в Арсении. Шастуну упрямо казалось, что Попов просто считает нужным быть таким нежным и аккуратным с Антоном, всё-таки Шаст сложный подросток. Иногда, только иногда в Арсении было что-то, что заставляло Антона подозревать, что Арс испытывает что-то подобное, но в основном, от Арса была только дружеская забота.       Мама сказала что-то и вышла, оставив телефон с набранным номером Арсения. Антон взял его, но вместо звонка написал короткое сообщение: «Приходи, ты мне нужен».

***

      Арсений был не дома. Ему нужно было разобраться с некоторыми делами в городе, когда на телефон пришло сообщение. Попов, признаться честно, ждал сообщения или звонка от Антона, но написала его мама. «Приходи, ты мне нужен». Арсений сначала искренне задумался, чего это мама Антона такое пишет, но потом решил, что написано сообщение Антоном. Однако, чтобы лишний раз не гадать, Арсений позвонил маме Антона. Трубку, вопреки ожиданиям, взяла действительно мама Антона.       — Здравствуйте, Арсений, — уставшим голосом сказала женщина.       — Добрый день. Что-то случилось?       — Да, к сожалению. Антона угораздило как-то, избили его, — Арс невольно соскочил с дивана, на котором сидел.       — Как? Что случилось?       — Вы не заняты? — спросила мама Антона и, получив отрицательный ответ, предложила приехать к ним домой и рассказать всё лично. Попов нехотя согласился. Не то чтобы он не хотел ехать к Антону, просто он знал, что по дороге туда измучает себя предположениями и волнениями. Попов написал Серёже Матвиенко, чтобы тот предупредил Диму, что Антон не будет выходить на связь некоторое время и отправился к Шастуну.