Любовь – она такая... Любовь!

Перед глазами плыло от слез, в ушах звенело. – Почему… За что… – теперь я окончательно сидела на холодном мраморном полу. – Кейтлин?! Кейти! Феликс, Алек, отпустите ее, пока я вам руки не оторвал! Передо мной появился темный, размытый силуэт. Руки тотчас же отпустили, и они безвольными плетями повисли вдоль тела. Холодные большие ладони легли на мои разгоряченные, явно покрасневшие от слез щеки, стирая влагу, а такой родной голос что-то шептал очень-очень близко. – Mia cara… Amata… Что случилось? – неожиданно ладони, державшие мое лицо в добровольном плену, напряглись, а через секунду меня окутал такой пленительный и невероятно долгожданный аромат старых книг, дорогого мужского парфюма с тонким, едва различимым запахом крови. – А-аро? – прямо передо мной чуть расплывались яркие малиновые глаза. – Аро! – уже не сдерживая ни себя, ни рыдания, кинулась ему на шею, зарываясь лицом в мягкие распущенные волосы цвета вороного крыла. Меня резко подняли вверх и подхватили под коленки, прижав к твердой прохладной груди, литые мускулы которой отчетливо ощущались сквозь черный шелк рубашки. Во мне как будто что-то переклинило. Я резко отстранилась, широко распахнутыми глазами осматривая его лицо, а после стремительно приблизившись, поцеловала. Аро ответил мгновенно, прижимая меня еще ближе к своему телу. Яркий, наполненный эмоциями соленый поцелуй воссоединил две души, чуть не потерявшие друг друга. – Ох! – кажется, это были мама и тетя Элис. – А у нас скоро свадьба! – раздался женский голос со стороны тронов. – Чур, подготовкой занимаюсь я! Как-никак свадьба единственного братца! – и еще один. – Это с какой стати? – тетя Элис, полная праведного возмущения. – Я тоже хочу поучаствовать. Это же свадьба моей дочери! – Женщины… – а это уже все мужчины, кроме Аро, ведь он был занят мной и моими губами. – Дурдом, – оторвавшись от меня, прошептал любимый, а потом вновь накрыл губы в нежном поцелуе. Где-то через пятнадцать минут компания, включающая меня на руках у Аро, категорически отказавшегося отпускать мою персону от себя даже на метр, двух правителей, их жен и мою семью, перебралась в личную библиотеку старейшин. Как только все расселись, Аро, с сидящей мной у него на коленях, начал этот серьезный разговор. – Что произошло? – Я увидела Вашу смерть, когда Вы направлялись к нашему дому через лес. Не понимаю, что произошло с моим даром. – Ничего не произошло. Ты, Элис, просто не совсем верно истолковала временной промежуток. Я собирался навестить ваш клан через два дня, – закончил любимый и, поджав тонкие губы, оглядел каждого из клана Калленов, остановив свой малиновый взор на мне. Рука на моей талии сжалась чуть сильнее, но так, чтобы не причинить боль. – Я невероятно рада, что ошиблась, – облегченно выдохнула тетя. – Нам нужно разобраться с этими вампирами. Как они посмели даже думать о нападении на правящий клан! – начал Кайус. – Нам не нужны такие проблемы. – Элис, ты позволишь? – Да, конечно, владыка. Тетя Элис сама встала и подошла к нашему креслу, чтобы Аро не пришлось вставать, и протянула ему руку. Пока любимый просматривал воспоминания тети, я оглядывала здесь присутствующих. Их улыбки и глаза, в которых плескался едва сдерживаемый смех. От этого мое лицо все больше наливалось румянцем. Хотелось скрыться от этих оценивающих со стороны Вольтури взглядов. Из-за этого я начала ерзать на коленях у правителя. Он тут же напрягся. – Спасибо, Элис. Я все понял, – когда тетя отошла от нас, Аро наклонился и рокочуще-мурчащим тоном прошептал в мое ушко. – не стоит этого делать, la mia аlba. Не нужно меня провоцировать. Я замерла, боясь пошевелиться, словно кролик перед удавом. Но это был какой-то приятный страх, с которым переплелись предвкушение и любовь. Дальше нам предстояло выяснить, кто же должен был напасть на правителя, и у кого настолько сильная ненависть к клану Вольтури.