100 дней чтобы принять себя

Игорь.

      Наши чувства взаимны! Моей радости не было предела. Весь вечер мы просто сидели рядом и разговаривали обо всём на свете. Из лагеря мы вернулись уже не друзьями, а парой. В городе мы каждый день проводили вместе, часто оставались друг у друга на ночёвку.       Сегодня мои родители были допоздна на работе, и Глеб пришёл ко мне. Мы поиграли в приставку и включили фильм. Я не следил за происходящим на экране. Просто наслаждался временем, проведённым рядом с ним. Он поцеловал меня. Я повалил его на спину и начал раздевать... Я поцеловал его в шею, оставив багровый засос. С его губ сорвался стон. Он обхватил мою шею руками.       И тут в комнату зашли родители. Их эмоции описать было не возможно.

Глеб.

      Мы сидели в гостиной, его родители буравили нас бешеными глазами. Тишина угнетала. Отец Игоря заговорил:       — Сын, мы не имеем права делать выбор за тебя и примем любой твой выбор. Но мы хотим, чтобы ты выбирал осознанно.       — Вам не стоит пока видеться, — продолжила мама моего возлюбленного. — Поэтому ты отправишься в колледж в Америку.       Мне показалось, что это просто кошмар, и я сейчас проснусь. Отец протянул Игорю брошюру:       «Мечтаешь о блестящем будущем?       Тогда добро пожаловать к нам.       100 дней и у вас аттестат!»       — В этом колледже есть ускоренный курс обучения, и через 100 дней ты вернёшься домой. Как раз обдумаешь своё решение.       Затем отец парня повернулся ко мне и сухо произнёс:       — До свидания.       Я встал с дивана и вышел из их дома. Неужели он уедет. Мы не сможем с ним видеться. От злости я со всей силой ударил фонарный столб. Костяшки пальцев были разбиты, по пальцам потекла кровь. Эта боль была спасением для меня, с ней я хотя бы мог справиться, а с эмоциями нет. По моим щекам текли слёзы. Я бросился бежать, не разбирая куда.       Когда сил бежать уже не было, я остановился и огляделся. Эмоции привели меня в старый, заброшенный парк. Мы часто гуляли тут с Игорем, как пара и как друзья. Целовались на лавочке. Ярость накрыла меня новой волной. Я ненавидел весь мир. Они не посмеют отнять его у меня. НЕ ПОСМЕЮТ!!!

Игорь.

      Я сидел за столом, пытаясь переварить информацию. Я не испытывал никаких эмоций и ненавидел себя за это... В комнату зашла мама.       — Сына, я понимаю, сейчас ты на нас злишься. Но потом ты поймёшь, что это для твоего же блага, — заговорила она. Я хотел возразить, но мама не дала мне этого сделать. — Я бы хотела попросить тебя пока не общаться с этим парнем.       Она вручила мне новый телефон, уже с сим картой, а мой забрала и ушла. В телефоне было всего лишь два контакта — это были контакты родителей. Я посмотрел на чемодан для вещей, а затем просто скинул пару полок одежды в чемодан и лёг на кровать. Тут на меня накатила волна гнева, я выкинул чемодан из окна: вещи разлетелись по заднему двору. Ударив кулаком стену, я упал на кровать без сил. Я провалялся так около трёх часов. Когда я всё–таки нашел в себе силы встать и переодеться, в окно ударил мелкий камушек, потом ещё один. Я выглянул в окно и увидел Глеба. Я сделал подобие каната из простыней и оставшейся в шкафу одежды, по которому он легко смог залезть ко мне в комнату на втором этаже. Я был жутко рад его видеть. Мы быстро обменялись телефонами и, обнявшись, долго болтали. А потом он поцеловал меня и поспешил удалиться, пока нас не спалили.

***

      Утро. Я понуро стоял на вокзале. Родители пытались меня подбодрить. И вдруг в толпе мелькнуло знакомое лицо. Я отошёл к туалету, где и встретился с Глебом.       — Привет, — прошептал, обнимая меня Глеб. — Пришёл проводить.       — Привет, спасибо.       Он улыбнулся и поцеловал меня. Мы слились в странном поцелуе. Я старался запомнить все детали его лица и сохранить его образ в своей голове. Карие глаза, чёрные, как ночь, волосы, пухлые слегка потрескавшиеся от частого закусывания губы, ставшие мне такими родными. Посторонние люди стали подглядывать в нашу сторону. А затем я услышал голос родителей. Они искали меня.       — Пока, — сказав это, Глеб растворился в толпе. Его голос звучал в моей голове, пока я садился в поезд и на протяжении всей поездки. Поезд тронулся, увозя меня всё дальше от Глеба...