Я буду тонкой нитью...

***

      Прошло добрых три дня, как Минг не виделся с господином Смитом. Его горячее сердце стало трепыхать от беспокойства и проворачивать болезненные кульбиты, в попытке отогнать от себя дурные мысли.       Не могло самое страшное произойти так быстро. Но пока он не убедится в этом сам - ничего предпринимать не может. Сначала необходимо проверить свои неутешительные догадки, а после связаться с подлинными лицами.       Нынешний личный слуга Принца второпях направился прямиком к охранникам, которых обычно можно увидеть по обе стороны от входа в покои бывшего Принца Тёмного леса. Подлетев, он стал расспрашивать, могут ли они впустить его, как порученного самим Королём близкого прислугу Кая, в покои сейчас. Охрана тут же протестовала с одной и той же фразой: «Было велено никого не пускать внутрь. Приказ его Величества».       И так третий раз…       И Минг третий раз задаёт те же вопросы. Почему нельзя? Что хоть известно? Связано ли это с заразой, раз никому не велено? Можно ли чем-то помочь? Когда наступит «можно»?       Но и этот град вопросов переживательного Минга был окончен молчанием охраны, которая, должно быть, намеренно делала вид, что Минга здесь нет. Как содержательно и мило с их стороны, однако.       Добился ровным счётом ничего и от других прислуг, что попадались по дороге. Все как один отвечали, что ни видывали, ни слыхивали новоиспечённого супруга Короля за последние три дня.       Что ж, это плохой знак. Если бы его наблюдения не совпадали со множеством, то можно было бы это оправдать… возможным заболеванием?       Ох, ну конечно… Нужно лететь с этим к лекарям! Они были последними, кто посещал покои господина Смита.       Возможно, именно ответ лекарей подтолкнёт его к дальнейшим действиям.       Вдохновившись зацепкой, Минг быстрее ветра взметнулся к отдалённому крылу, где вся его крыша была усажена цветущим садом с невероятно красивой композицией. Именно это место он первым делом показал Принцу, когда тот только уживался.       Пролетев чуть ниже, крылатый пробрался в помещение через овально-образную раму, украшенная ухоженными лианами с белыми маленькими цветками, он как можно тише спустился прямо перед лекарями, что до этого были увлечены своими исследованиями по выращиванию новых видов полезных растений.       — Минг? Доброе утро. Твой приход к нам для всех приятная неожиданность. Есть какие-то жалобы?       На него тут же обратил внимание добродушный старичок с пепельными волосами и небольшой бородкой. Обладатель небесных глаз расправил плечи и взмахнул своими бледноватыми, усеянные рыжеватыми мелкими пятнышками, крыльями, этим самым отходя от долговременного сидячего положения.       Главный лекарь жестом дал понять остальным своим коллегам, что не стоит отвлекаться от своего занятия, что они и сделали, вновь опустив голову к заметкам и к колбочкам.       — Пэйон, — Минг с уважением поклонился в знак приветствия, кладя ладонь на уровне солнечного сплетения, как принято у крылатых. — Я хотел расспросить вас по поводу Принца. Я не видел его три дня, а охрана не пускает меня в его покои. Стоит ли мне волноваться? Прошу вас, Пэйон, развейте мои навязчивые беспокойства и дурные мысли.       Старик сверкнул своими глазами так, будто знал наперёд, зачем к нему пожаловал прислуга Принца.       — С твоего позволения развею, — бесстрастно начал лекарь, улыбнувшись и спрятав предплечья в длинных рукавах белой мантии. — Причина, по которой ты не мог долгое время не видеть Принца, была в его недомогании.       — Недомогании?       — Именно. Жаркий и повышенной влажностью климат не сразу смог принять к себе вампира, проживающего до этого всю свою жизнь почти у начала границы Севера. Принцу Каю понадобится долгое время, чтобы освоиться в наших краях без осложнений.       — Но ведь первые дни господин чувствовал себя относительно недурно. Он вёл себя как обычно, и отдышки у него выявлено не было. И никаких предпосылок об ухудшении здоровья у него не наблюдалось. Вы уверены, что дело только в этом?       Минг наконец взглянул на лекаря и понял, что на время забылся. Ой как забылся. Лицо Пэйона больше не выглядело умиротворённым, а до этого тёплая улыбка - исчезла. Слова прислуги заставили того посерьёзнеть и с небольшим усилием расправить плечи и выдохнуть, чтобы вернуть непоколебимость.       Который раз ты не можешь запомнить. Здесь он не Господин!       — Минг, я понимаю, ты переживаешь за Принца, — как ни в чём не бывало продолжил тот. — Но и это явление можно объяснить.       Старческий бархатный голос с приятной хрипотцой не произвёл на верного слугу успокоительного эффекта. Он не должен расслабляться тогда, когда с ним готовы поделиться, возможно, важной информацией.       — Вся прелесть состоит в их уникальном строении организма: много слухов было упущено на ветер о том, что вампир - единственный в своём роде, кто может приспособиться к любому климату всех Королевств. Однако, слухи - на то и слухи, чтобы их можно было вовремя развеять. Это миф, скрывающий факт об их имеющейся уязвимости. Если они могут с лёгкостью пережить излюбленный им холод, как их сердце и душа, то уж точно перед нашим палённым солнцем они станут беззащитными.       Минг со скрываемым ужасом расслышал, с каким наслаждением говорит лекарь об слабости вампиров… которой нет. И это наводит больше вопросов и подозрений. Пора разобраться во всём и начать что-то делать.       — Возможно, вы правы, Пэйон, — он должен был обо всём догадаться с самого начала. Ведь в любом уважаемом себя замке, помимо своей семьи, Король имеет очень тесные и крепкие связи с лекарями. — Надеюсь, что Принцу станет завтра намного лучше, и я смогу его увидеть…       — Это навряд ли, — непривычно своей манере поведения перебил его старик, но тут же склонил голову в знак прощения. — Пойми правильно, Минг. Принцу необходимо больше времени, чтобы он смог в большей степени адаптироваться к нашим особенностям климата. Единственное, что ты можешь сделать полезное для него - довериться его силам и позволить придти в себя и отдохнуть столько, сколько ему потребуется.       Минг кивает, притворяясь, что согласен с суждениями на вид добродушного старика, и хотел было удалиться, как шершавая, тёплая ладонь мягко опустилась на его плечо. О нет… это плохо… только не сейчас… не здесь… нужно сматываться!       — Не огорчайся, Минг, — приятной хрипотцой заговорил тот, словно болтливый старик рассказывает своему любимому внуку новую поучительную историю в период его молодости. — Совсем скоро ты встретишься с Принцем. Дай ему время.       Тот снова кивает как болванчик и как можно деликатнее ретируется с зала, объясняя свою спешку тем, что у него осталось ещё много обязанностей за спиной, и на вылете с овально-образной рамы прощаясь с растерянным таким поступком главным лекарем.

***

      Минг подобно снежному кому врывается в свою комнатушку, кубарем прокатившись до самой стены, в которую врезается чуть ли не плашмя, а после скатывается по ней вниз к полу. На последних секундах около его силуэта проявлялась тёмная дымка, и вместо юного Эльфа-дворецкого предстал совершенно другой образ.       Светло-серые птичьи крылья растворились в тёмных драконообразных крыльях, а светлая макушка сменилась на тёмную, на которой выросли спиралью небольшие рога.       При очень комичном приземлении получилось так, что голова оказалась на полу, а нижняя часть туловища опиралась на стену, вверху. При таком положении Минг во всей красе увидел привычную трансформацию некогда человеческих ног на лапы представителей кошачьих. На лицо незамедлительно упал львиный пушистый хвост, щекоча носовые проходы и в конечном счёте вызывая чих. Что ж, это было последнее оповещение о конце его перевоплощения.       — Надеюсь, меня никто не успел увидеть, — прошептал Минг, воровато оглядывая свою комнатушку, а после на раму, из которой так нелепо влетел сюда.       Вытряхнув пыль с одежды, дворецкий подорвался к своему маленькому письменному столику. Доставая заранее приготовленные чернила, перо и бумажонку, Перевёртыш начал с усердной торопливостью вычерчивать иероглифы, понятные только ему и адресатам.       Когда с тайным посланием было покончено, дворецкий свернул бумагу в свёрток и надеждно заклеил край воском, поставив маленькую печать соответствующего герба - главное доказательство того, что послание отправляет кто-то из своих.       Отодвинув маленькую прикроватную тумбочку, заслонявшая ранее отверстие в стене, Минг из кармана вынул несколько кубиков сахара и подложил ближе к отверстию. Долго ждать не пришлось, и из норки высунулся любопытный мокрый нос, а позже и мордочка зверька.       На спине морской Норки была прикреплена кожаным ремешком капсула для письма.       — Убедись, чтобы это послание было передано только командиру разведки. Эти сведения - не терпящие отлагательств! Как видно, дойдут до самого Короля Рэя! — указывал на свёрток Минг любопытному зверьку, что осознанно глядел на своего угостителя.       Когда свёрток был надежно припрятан в капсулу, Норка, на прощание что-то уверенное проскулив, юркнула обратно в туннель - выполнять своё поручение.        — Удачи тебе, — бросил Минг ей в след, пододвигая тумбочку в изначальное положение.

***

      Как только письмо дошло до рук командира, тут же поступил приказ всем разведчикам (а всего их было трое, включая Минга) немедленно собраться в одном месте, которое было обговорено заранее на любые случаи дела королевской важности.       Минг, незаметно покидая замок, с тяжёлым грузом на сердце ловил себя на одной и той же мысли, что он так и не свиделся с Принцем Тёмного леса. Складывалось ощущение, что того в замке никогда и не было, а его и Короля помолвка считалась не более, чем сном спившегося рудокопа.       Дворецкий под прикрытием не то от холода, сколько от жгучей досады стискивает зубы, почти доходя до назначенного места. Ночь сегодня в самом деле холоднее обычного… для острова Авариэль уж точно. Как бы эта самая прохлада не символизировала с его внутренним состоянием: слишком туманная и неприятная до дрожи костей история выходит.       Исчезновение Принца с согревающим взглядом Минг чувствовал буквально на себе. Даже не смотря на вечно пылающее солнце днями и на то, что по сущности господин Смит считается хладнокровным кровососом. Аура Принца не вселяла в других даже внушающую свежесть, что уж говорить о морозе…       Его ждали на гальке у моря под огромными пальмами и деревом Диви-Диви, которые позволяли разведчикам полностью скрыться от патрулирующих Эльфов под плотной лиственностью.       Как только он приблизился к своей разведывательной группе и поприветствовал каждого, галька под чужими сапогами протестующе щёлкает и из тени вышел командир, сверкая опасными рубинами. В его руке было то самое письмо. При виде своего свёртка, Мингу показалось на обычно тёплом пляже ещё холоднее.       — Наши всеобщие подозрения к большому сожалению оправдались раньше, чем мы рассчитывали, — под фоновый шум волн прорезался твёрдо уверенный женский голос. — Господин Кай в плену у крылатых тварей. Теперь мы не знаем, где его держат, и жив ли с момента собственного исчезновения.       Трое Перевёртышей закивали в знак согласия, принимая свой истинный облик.       — Не думаю, что Король воспользовался случаем и на месте прикончил господина; с его стороны это было бы слишком глупо и поспешно, а, как нам всем хорошо известно, Король Морро далеко не из глупцов, — сказал один из разведчиков. — Минг, ты находился ближе всех нас к юному Господину, ты мог что-то заметить. Неужели нельзя больше ни за что зацепиться?       Минг на секунду растерялся, ведь он особо не рассчитывал по второму кругу проговаривать все свои волнующие и страшные подозрения о возможном покушении на Господина. Но вся группа повернулась к нему, молча ожидая. Видимо, они тоже надеются узнать что-то новое и обнадёживающее.       Но… Минг, пожалуй, их расстроит.       — Всё, что я думаю об этой ужасной ситуации, прописано в этом письме. Ничего более доложить я не в силах, ведь весь день у меня ушёл на поиски господина Кая.       — Мы тоже, знаешь ли, без дела перья не сушили на солнце! — непроизвольно принимая на свой счёт, отозвалась девушка Перевёртыш, но её пыл усмирил командир, запустив стрелу мимо головы существа прямо в ствол пальмы, что стояла позади неё.       Краешек уха девушки начал кровоточить. Развед группа с напряжением и в то же время с благоговением посмотрела на красноволосую девушку, державшая арбалет в одной руке.       — Отныне никому не позволю поддаваться эмоциям во время наших серьёзных переговоров. Все вы должны помнить, к чему приводили пылкие споры и хаотичные высказывания, — командир опустила арбалет, но не спешила убирать его в крепление, каждого обводя рубиновыми льдинками. — Прошу, соблюдайте субординацию.       Вот это истинный вампир! Одного взгляда хватает, чтобы каждого здесь пробило холодом и внушило безоговорочным страхом! Совсем не те ощущение, который одаривает юный господин, если тот удостоит любого взглядом       — Виновата, командир Чен. Больше такого не повториться, — девушка Перевёртыш опустила голову в знак почтительности. Посмотреть снова в ледяные глаза Вампира она явно больше не решиться.       Минг успел посочувствовать своей хорошей знакомой, но время тратить впустую им ни в коем случае не положено.       — Подытожим то, что мы смогли узнать за всё время здесь нахождения, — сразу перешла к делу Чен, и после этого другой Перевёртыш, прикидывавшийся во время операции стражником в замке, стал всё выкладывать как на духу.       Минг старался не упустить из докладов своих приятелей каждую мелочь, но навязчивая тревога всё не хотела покидать его нутро и сердце, переживая за Господина.       Кая Рэя Смита - Принца III Тёмного Леса - необходимо найти, чтобы предотвратить попытки возобновления той самой страшной войны, о которой не могут забыть годами все Королевства. Если же выясниться, что его нет в живых… для Королевства вампиров и острова Авариэль настанут тёмные времена во второй раз.       Выслушав доклады каждого лазутчика, командир Чен обещала дописать письмо со всеми подробностями и отправить его прямиком Королю Рэю, а как только дождутся ответа - ждать дальнейшее распоряжение Скайлор. На том и было решено, лазутчики возвратились по своим местам, а Чен, что под конец стала мрачней обычного, в своё временное убежище.

***

      Доходя до знакомой двери, звякнув тяжёлым чёрным, подобно вороньему крылу, ключом, Король Морро внезапно остановился.       А нужно ли ему это переживать снова? Никаких новых эмоций он не получит от одной и той же процедуры. Начало надоедать. Коллекция вампирских клыков давно собрана, даже нашли своё место в неё лишная пара резцов, что добыл первым же днём заточения его «супруга».       Выстроилось впечатление, что он стал навещать кровопийцу в силу привычки. Если раньше он жаждал надрывные выкрики, горькие слёзы и страдальческие стоны, то последние трое суток заходил машинально и без причины.       — «Наверно, для того, чтобы не расслаблялся», — говорил внутренний голос, а сам Сторм уже не видит в этом смысл.       Единственное, на что бы он смотрел вечно - горящие в темноте ненавистным огнём глаза.       Рука по своей воле быстро расправляется с замком, врываясь в камеру. От лишнего и внезапного шума вампир лениво приподнял голову в его сторону, просыпаясь.       Крылатый Эльф встал напротив закованного цепями шатена, который пытался сфокусировать на нём взгляд и отойти от сонного состояния. «Ведь… нужно снова готовиться к худшему»       В мрачном и холодном помещении стояла тишина. Эльф и Вампир - заклятые враги в прошлом и настоящем - молча сверлили друг друга глазами. Если Король просто исследовал тело, лицо, в принципе состояние юноши, то тот взглядом проклинал, сжигал на месте и давил. «Как же он похож…»       Бывший Принц Тёмного Леса внезапно поменялся в лице, поражённо уставившись на него. Морро вопросительно приподнял бровь.       «Он только сейчас понял, что я стою перед ним или же… он умеет читать мысли?»       «Это плохо»       Никто не должен знать о его страхах и переживаниях. Никто. Особенно он.       Сторм ретировался с помещения, позабыв запереть дверь на ключ, только хлопнув ей. Как это вышло глупо, совсем несвойственно его характеру.       Завидев двух стражников, он первым делом отдал приказ следить за камерой, где сидит ни в чём непонимающий бывший Смит. Не дожидаясь, когда те отдадут честь и двинуться к камере, он возвращался в свои покои.       Его впервые накатила тревога из-за этого кровопийцы. Он непростой. Не такой, каких он встречал за всю свою несладкую жизнь. Собственно, именно поэтому он его и выбрал на растерзание, чтобы утолить своё любопытство. И не только.       Его поразило быстрое восстановление этого парня. Сколько бы он увечий не оставлял - они за ночь пропадали бесследно. Это выводило из себя, он должен был видеть на белой коже тёмно-синие пятна и красные рубцы. Должен был видеть плоды своих стараний, ведь именно это истинная причина, вынуждающая обманом заточить в недо-камеру отпрыска ненавистного ему Короля.       Он бесился, когда заставал кровопийцу абсолютно здоровым. Посещал его каждый вечер, и все они заканчивались для обоих одинаково. Разве что методы пыток менялись для разнообразия, когда Сторму стало наскучивать. Парнишка даже верещать перестал, одно дело, что протяжно мычит, сдерживаясь, да глазами дыры в нём сверлит. Порой Королю казалось, что тот насмехался над ним. Видите ли, зачем стараешься? Всё равно придёшь и увидишь меня целёхоньким.       Бесовщина! Какое право имеет смеяться надо мной?! Что за тёмная магия в нём заточена, чтобы исцеляться с невероятной скоростью?       Как только элегантная тёмная мантия скрылась за поворотом, двое стражников уже стояли рядом с запертой ими же камерой, карауля. По ту сторону донёсся приглушённый звон цепей.       — А кто там? — спросил один из них, кивая на дверь.       Второй глянул на него, изогнув бровь, но всё же сказал.       — Точно, тебя же недавно сюда направили. То, что находится в той камере - строжайшая политическая тайна. Об этом никто из лишних знать не должен.       — Но… я ведь не лишний? — слова первого стражника были наполнены большой надеждой и нескрываемым любопытством.       — Что ты, — разговор начинает понемногу приподнимать настроение старшего стражника. — Если бы ты давал повод сомнений, тебя бы здесь и не было. Однако, сложилась у нас с тобой сейчас одна несостыковочка, — мужчина начал перебирать правую часть своих усов большим с указательным пальцами, принимая улыбку довольного кота, которого только что сытно накормили. — Как так интересно вышло, что стоишь здесь, сторожишь… а что именно сторожишь - не знаешь. Как это прикажете понимать?       Тот, что помоложе, запоздало понимает, как его от натиска вопросов прошибает в холод, начиная с нутра. Тем временем в голове образовалась предательская пустота, что ещё больше наводило панику. Он непроизвольно вздрогнул, таращась на сослуживца, который от его перемены мимики не сдержался и вдоволь рассмеялся.       — Видел бы ты сейчас своё лицо, вот умора, — голос с хрипотцой эхом разнёсся по, казалось бы, всей темнице, что вынудило некоторых заключенных, заточённых в соседних камерах, зашевелиться.       — Расслабься, так я… развлекаюсь. Всё верно, что ты не знаешь. Об этом доложили только старшим.       — И кто же в итоге там закован? — эльф не унимался. Возможно, это именно то, о чём он подумал, и ради чего они все здесь находятся.       Старший эльф оглядел сперва всю темницу, каждый поворот, настенный факел и тёмный закоулок. Убедившись в том, что ни заключенный, ни другие сослуживцы не смогут их подслушать, перешёл на шёпот.       — А ты как думаешь? По всему замку уже все слухи распустили о том, что нигде не видать того клыкастого. Был-жил, да испарился! Только вот нашему народу распустили, что тот, мол, сильно захворал: климат наш его не принял, вот и не видит его никто. На самом же деле, — старший страж интригующе замолк, снова воровато оглядев помещение, и взглядом указывает на дверь, что они сейчас охраняют по приказу Короля.       Перевёртыш шокировано округлил глаза и приоткрыл рот. Так вот где держат господина Смита. В темнице! Что ж, это большая удача, что его сегодня распределили именно сюда, но доложить об этом командиру Чен получиться только через эту ночь и плюсом переждать день - дальше их сменит другая стража. Нельзя терять столько времени! Нужно как можно скорее сообщить, что господин Кай жив! И в относительной безопасности… он надеется на это.       Старший говорил что-то ещё, но это уже никак не относилось к Принцу, поэтому в основном кивал в удачные моменты как болванчик, а сам строил в голове способы, как передать важную новость командиру через своих.       Конечно, сейчас он ничего не сделает. В этом месте под надзором находятся не только заключённые, но и сами стражники по одной простой причине, что здесь охраняют невероятно важную фигуру в лице Принца Королевства Тёмного Леса. Порядки ожесточились вместе с контролем, а значит нужно вести себя осторожно, стараясь не наводить лишних подозрений.       Эта новость может кардинально поменять всё стратегическое отношение. «Хладнокровная верхушка» с самого начала не могла довериться Крылатым, что преждевременно распространило своих заранее подготовленных шпионов по всему острову. И, как бы не хотелось это признавать, учитывая громкое объявление всему мистическому миру о великом союзе Эльфов и Вампиров, они оказались правы в своём большом сомнении.       Не прошли и недели, как юного господина заточили в камеру, параллельно разглашая во всеуслышание о том, что в их супружеской жизни всё в порядке. Король Рэй придёт в ярость, узнав, как обошлись с его родным сыном после такой пышной и торжественной церемонии заключения брака.       Дело пахнет жаренным. Всё происходящее может возобновить страшную войну, которую необходимо избежать. Чтобы Король не решил, а они своё отработали и не будут впутывать себя в этот конфликт. Перевёртыш для себя решил твёрдо: как только загорится шнур пороховой бочки, он заберёт своих товарищей и уплывёт в эпицентр на поиски лучшей жизни. Отдавать свою жизнь за Короля он не намерен, также как и за его отпрыска.