Неправильная Малфой

Несколько дней только и разговоров было что о Миссис Норрис, и все из-за Филча, который вертелся вокруг того места, где заколдовали его кошку, словно поджидал виновного. Он тщетно пытался стереть надпись на стене при помощи «Универсального магического средства удаления беспорядка миссис Чистикс». Прятался в коридорах, кидался на школьников, ища случая учинить над ними расправу за «чересчур громкое дыхание» или «слишком счастливый вид». Джинни Уизли была сама не своя после несчастья с кошкой Филча. — Но ведь ты совсем не знала Миссис Норрис, — успокаивал ее Рон, — без нее даже лучше. Ну не расстраивайся. — От этих слов брата у Джинни задрожали губы. — Она очень любит кошек, — объясняла друзьям Ами. — Такого здесь никогда не случалось. Этого психа поймают и вытурят отсюда, можешь не сомневаться. Только хорошо бы он сначала наложил оцепенение на Филча. Джинни вдруг побледнела. — Шутка! — поспешила прибавить Ами. Гермиона тоже была выбита из колеи. Она всегда любила читать, а теперь и вовсе зарылась в книги. Как ни старались Ами, Гарри и Рон выведать, что с ней творится, все впустую. Кое-что прояснилось в среду. После урока зельеварения Северус оставил Гарри соскабливать со столов пробирочных червей, а Ами осталось подождать друга и заодно побеседовать с крёстным. Гарри закончил и они наскоро пообедали и поспешили в библиотеку, где их ждал Рон. По пути им встретился Джастин Финч-Флетчли из Пуффендуя, с которым они вместе работали на уроке травологии. Ами хотела было поздороваться, но Джастин, заметив Гарри, круто развернулся и убежал. Ами и Гарри нашли Рона в дальнем конце библиотеки, он измерял домашнее задание по истории волшебства: профессор Бинс задал сочинение длиной один метр на тему «Средневековая ассамблея европейских волшебников». — Просто беда, — сказал Рон, убрав рулетку. Свиток тут же свернулся. — Не хватает целых двадцати сантиметров... А Гермиона настрочила, да еще мелким почерком, целых полтора метра. — А сама-то она где? — поинтересовалась Ами, Гарри же взял рулетку и развернул свое сочинение. — Там. — Рон махнул рукой на длинные ряды книжных полок. — Какую-то книгу ищет. Наверное, решила поставить рекорд — прочитать к Рождеству всю библиотеку. Гарри рассказал, как от него шарахнулся Джастин Финч-Флетчли. — Ну и что! — ответил Рон, размашисто дописывая последние сантиметры. — Нашел о чем переживать. Я думаю, он просто придурок. Преклоняется перед Локонсом... Из-за стеллажей вынырнула явно расстроенная Гермиона. — Вся «История Хогвартса» выдана, — негодовала она и, подсев к друзьям, добавила: — «Запишитесь и ждите две недели»! Угораздило же меня оставить ее дома! И все из-за локонсовских книжек: просто не влезла в чемодан... — А я говорила эти книжонки зло, — проворчала Ами. — Зачем тебе «История Хогвартса»? — полюбопытствовал Гарри. — Затем же, зачем и всем. Прочитать легенду о Тайной комнате. — Что это за легенда? — В «Истории» эта легенда есть, — Гермиона закусила губу, — а в других книгах нет. Я ее совершенно не помню... — Гермиона, а Гермиона, — Рон в отчаянии глянул на часы, — дай мне почитать твое сочинение. — И не проси! — рассердилась Гермиона. — Что ты делал все десять дней? — Мне осталось всего пять сантиметров. Что тебе, жалко, что ли? Зазвенел звонок, и друзья побежали на историю волшебства; Рон и Гермиона всю дорогу препирались. Тоскливее этого предмета не было. Ами было гораздо интереснее изучать историю магии самой. Лекции читал профессор Бинс, единственный во всей школе учитель-привидение. Скука смертная, одно развлечение — мистер Бинс являлся на урок прямо из классной доски. Говорили, что этот древний сморчок и не заметил, как умер: пошел однажды на урок, а тело, так и осталось сидеть у камина в учительской. Сегодня, как всегда, профессор Бинс открыл записи и давай скрипеть, как немазаная телега; класс скоро впал в дремоту, изредка кто-нибудь очнется, запишет имя или дату — и снова спать. Скрипел он так с полчаса, и вдруг случилось нечто из ряда вон выходящее: Гермиона подняла руку. Профессор Бинс удивленно оторвал глаза от тетради, он как раз дошел до середины заунывной лекции о Международной конвенции волшебников 1289 года. — Да, мисс... э-э... — Грейнджер, профессор. Я хотела спросить вас о Тайной комнате, — отчетливо проговорила Гермиона. Дин Томас, тупо смотревший в окно, пришел в себя; Лаванда Браун, которая лежала на парте, скрестив руки и опустив на них голову, встрепенулась; Невилл и вовсе убрал руки с парты. Профессор Бинс замигал. — Мой предмет — история волшебства, — с хрипотцой на одной ноте проскрипел он. — Я, мисс Грейнджер, имею дело с фактами, а не с мифами и легендами. — Бинс сухо откашлялся, как будто разломал палочку мела, и продолжил: — В сентябре этого года подкомитет чародеев Сардинии... И снова запнулся: Гермиона опять подняла руку. — Да, мисс Грант? — Но, сэр, каждая легенда основана на фактах, верно? Профессор Бинс был ошеломлен до такой степени, что Ами показалось — никто никогда ни о чем его не спрашивал ни при жизни, ни после смерти. — Ну что ж, — протянул Бинс, поглядев на Гермиону, как будто первый раз ее видел. — В целом, может быть, вы и правы. Однако легенда, о которой вы спросили, сущая нелепица, выдумка, я бы даже сказал... Но деваться было некуда, весь класс навострил уши. Бинс рассеянно обвел учеников взглядом: на него вопрошающе уставились десятки глаз. — Ну, хорошо. — Бинс даже растерялся. — Дайте-ка вспомнить... Тайная комната... гм, гм... Комната тайн... Все вы знаете, что школа «Хогвартс» основана более тысячи лет назад — точная дата неизвестна — четырьмя величайшими магами и волшебницами своего времени. Наши факультеты носят их имена. Годрик Гриффиндор, Пенелопа Пуффендуй, Кандида Когтевран и Салазар Слизерин. Они вместе выстроили этот замок, подальше от глаз дотошных маглов: в ту пору обычные люди страшились волшебства, поэтому колдунам и ведьмам приходилось прятаться. — Он невидяще глянул на учеников и продолжал: — Довольно долгое время они жили в дружбе и согласии, искали способных молодых людей и учили их, как тогда могли, в этой самой школе. Ну а потом между Слизерином и остальными пробежала черная кошка. Слизерин требовал очень строгого отбора. Он считал, что секреты волшебства должны храниться в семьях чистокровных волшебников. Маглам он не доверял. В конце концов Слизерин и Гриффиндор совсем рассорились, и Слизерин покинул школу. — Профессор Бинс поджал губы, отчего его лицо стало похоже на мордочку старой сморщенной черепахи. — Вот и все, о чем повествуют летописи. Но с течением времени легенда о Тайной комнате затмила факты. Стали говорить, что Слизерин сделал в замке потайную Комнату. Так зародился миф. Согласно ему, перед тем как покинуть школу, Слизерин наложил печать заклятия на Комнату. С тех пор в нее никто не может проникнуть, заклятие снимет только наследник Слизерина, освободит заключенный в Комнате Ужас и выгонит с его помощью из школы тех, кто, по его мнению, недостоин изучать волшебные искусства. Бинс кончил, в классе воцарилась напряженная тишина. Ученики не сводили с Бинса глаз, ждали продолжения, а Бинсу эта чепуха порядком надоела. — Все это, разумеется, миф. Комнату искали, и не раз; искали самые сведущие колдуньи и маги. Комнаты не существует. Это всего лишь страшная сказка для глупцов. Гермиона снова подняла руку. — Сэр, а что это такое, «заключенный в Комнате Ужас»? — Легенда гласит, что это чудовище, которое будет повиноваться лишь наследнику Слизерина, — пояснил профессор Бинс сухим, шелестящим голосом. Ученики испуганно переглянулись. — Не бойтесь, никакой Комнаты нет. — Профессор Бинс зашуршал бумагами. — Ни комнаты, ни чудовища. — Но, сэр, — сказал Симус Финниган, — вы говорите, что Комнату сможет открыть только настоящий наследник Слизерина. Не значит ли это, что, пока он не явится, никто ее не найдет? — Глупости, Флаэрти, — рассердился профессор Бинс. — Этой Комнаты нет. Уж если ни один директор школы ее не нашел… — Простите, профессор, — пропищала Парвати Патил, — может, тут просто нужна черная магия, а у нас черных магов нет. — Если волшебник не прибегает к черной магии, мисс Пеннифезер, это не значит, что он не владеет ею, — повысил голос Бинс. — Повторяю: если уж предшественники Дамблдора… — Но, может, нужно быть в родстве со Слизерином, а ведь директор… — начал было Дин Томас, но тут уж профессор Бинс вышел из себя. — Все, хватит об этом! — отрезал он. — Это все миф, сказка, легенда. Зарубите себе на носу: Комнаты нет. Как нет ни малейшего доказательства, что Слизерин устроил в замке хотя бы потайной чулан для метел! Я сожалею, что рассказал вам эту глупую историю. И давайте вернемся к истинной истории, к твердым, надежным, проверенным фактам. Не прошло и пяти минут, как класс снова сонно оцепенел.

* * *

— Салазар Слизерин был явно чокнутый, — заявил Рон после урока. Они с Ами, Гарри и Гермионой пробирались сквозь толпу к своей башне, спешили оставить там портфели и идти на ужин. — Так вот кто, оказывается, заварил эту кашу с чистотой крови. Ни за какие коврижки не пошел бы на его факультет. Если бы Шляпа определила меня туда, я бы не раздумывая уехал домой… Гермиона понимающе кивнула, Ами грустно улыбнулась, а Гарри промолчал: от слов Рона у него все внутри похолодело. В толпе они столкнулись с Колином Криви. — Привет, Гарри. — Привет, Колин, — ответил Гарри. — Гарри, один мальчик из моего класса сказал, что ты… Но толпа подхватила его и понесла дальше, в Большой зал. Крошечный, легкий Колин все-таки успел издали крикнуть: «Пока, Гарри!» — и пропал из виду. — Что сказал мальчик из его класса? — поинтересовалась Гермиона. — Наверно, что я наследник Слизерина. — И у Гарри вдруг заныло сердце: он вспомнил, как после обеда от него, как от огня, умчался Джастин Финч-Флетчли. — Чего только не сочинят! — поморщился Рон. На винтовой лестнице в башне народу поубавилось. — Думаете, Тайная комната и вправду существует? — спросил Рон у Ами и Гермионы. — Кто знает? — нахмурилась Гермиона. — Дамблдор не смог оживить Миссис Норрис, и я думаю, заколдовал ее... ммм... не человек. — Пробормотала Ами. За очередным витком лестницы начинался тот самый коридор, где нашли Миссис Норрис. Все было как прежде, только на факельной скобе не было кошки, а у стены, где красовались слова «ТАЙНАЯ КОМНАТА ОТКРЫТА», стоял стул. — Это Филч поставил. Он здесь дежурит, — пояснил Рон. Сейчас коридор был пуст. Все четверо переглянулись. — Давайте поищем! Вдруг здесь остались какие-то следы, — предложил Гарри, бросил портфель и опустился на четвереньки. — Вот обугленное пятно! И вот... — Идите сюда, посмотрите, — позвала Гермиона. Гарри поднялся и подошел к окну, ближнему к надписи на стене. Гермиона указывала на верхнее стекло: по нему к едва заметной трещине куда-то спешила вереница пауков. За ней, словно струйка дыма, колыхалась длинная серебристая паутинка. Пауки явно торопились выбраться наружу. — Что это с ними? Никогда не видела ничего подобного, — заметила Ами. — Я тоже, — прибавила Гермиона, Согласен, — кивнул Гарри, — а ты, Рон? А, Рон? Гарри обернулся: стоя поодаль, Рон, казалось, вот-вот даст деру. — Ты чего? — спросил Гарри. — Я... пауков... боюсь, — выдавил из себя Рон. — Правда? — удивилась Гермиона. — Но ведь ты тысячу раз готовил из них зелья... — удивлённо приподняла бровь Ами. — Сушеные пауки еще ничего. А вот живые... — Рон боялся даже повернуть голову в их сторону. Ами с Гермионой хихикнули. — Ничего смешного, — огрызнулся Рон. — Когда мне было три года, я сломал древко у игрушечной метлы Фреда, а он рассердился и превратил моего плюшевого мишку в огромного косматого паука. Тебе бы так, поглядел бы я тогда... — сказал Рон, и его передернуло от отвращения. Гермиона едва сдерживала смех. Ами же не сумев этого сделать рассмеялась во весь голос. Гарри, чтобы отвлечь их обоих от пауков, спросил: — Помните, тогда здесь на полу была вода? Откуда она взялась? Кто-то ее потом вытер. — Помню. Вода была вот у этой двери. — Рон подошел к двери, протянул руку и тут же отдернул. — Ты чего? — удивился Гарри. — Туда нельзя. Это туалет для девочек. — Ну и что: он ведь не работает. — Гермиона подошла к двери. — Тут живет Плакса Миртл. Пойдемте посмотрим. — махнула рукой Ами. И, не обращая внимания на табличку «Туалет не работает», Гермиона распахнула дверь. Какой это был унылый и обшарпанный туалет! Под длинным, в разводах и пятнах, зеркалом тянулся ряд треснутых каменных умывальников. В мокром полу отражались тускло горевшие огарки свечей; краска на дверях кабинок облупилась и кое-где висела хлопьями, у одной дверь болталась на единственной петле. Приложив палец к губам, Гермиона проследовала к последней кабинке. — Здравствуй, Миртл, как дела? Гарри и Рон подошли поближе. Миртл парила над бачком, ковыряя прыщик на подбородке. — Это туалет для девочек, — сказала Миртл, подозрительно рассматривая Рона и Гарри. — А они не девочки. — Ну да, — согласилась Гермиона. — Мы просто хотели им показать, как тут... мило. Ами махнула рукой не то на тусклое зеркало, не то на мокрый пол. — Спроси ее, может, она что-нибудь видела? — шепотом попросил Гарри. — Что вы там шепчетесь? — Миртл подозрительно посмотрела на Гарри. — Мы не шепчемся, — ответил Гарри, — я только хотел спросить... — И почему это все шепчутся за моей спиной? — захныкала Миртл. — Если я умерла, то что, я и обидеться не могу? — Никто не хотел тебя обидеть, Миртл, — попыталась успокоить ее Гермиона, — Гарри только... — Ну конечно, никто не хотел обидеть! Я так настрадалась в жизни. И вот, пожалуйста — все началось сначала. — Мы хотели только спросить, не видела ли ты чего-нибудь необычного за последние дни? — не стала тянуть с вопросом Ами. — Во время праздника прямо напротив двери в твой туалет кто-то напал на кошку. — Может, кто-то здесь был? — прибавил Гарри. — Я никого не видела, — сокрушенно ответила Миртл. — Меня так обидели на празднике, что, вернувшись сюда, я хотела удавиться, а потом вспомнила, что я... что я ведь... — И так мертвая, — помог Рон. Миртл горестно всхлипнула, взлетела над бачком и нырнула прямо в унитаз, обрызгав друзей с головы до ног. Из водосточной трубы донеслись ее приглушенные стоны. Рон и Гарри разинули рты, Ами закатила глаза, а Гермиона разочарованно пожала плечами: — Между прочим, для Миртл это может считаться весельем. Ладно, пойдемте отсюда. Не успел Рон закрыть за собой дверь туалета, откуда доносились булькающие всхлипывания, как кто-то наверху громко заорал: «Рон!» Друзья подпрыгнули: на площадке стоял Перси Уизли, староста факультета. — Это туалет для девочек, — процедил он сквозь зубы. — Что вы там делали? — Ничего особенного, — пожал Рон плечами. — Искали улики. — спокойно ответила брату Ами. Перси раздулся, живо напомнив миссис Уизли. — Убирайтесь отсюда поживее... — Он спустился к ним и, замахав руками, стал теснить их к лестнице. — На что это похоже?! Все ужинают, а они снова здесь! — Ну и ЧТО? — Рон остановился и выдержал взгляд Перси. — Мы ведь кошку и пальцем не трогали! — Я сказал Джинни то же самое. Но она все еще боится, что вас выгонят из школы, у нее весь день глаза на мокром месте. Вы хоть бы о ней подумали! — переводил он взгляд то на Рона, то на Ами. — Что ты мне заладил про Джинни? Тебе ведь на нее плевать. — У Рона вспыхнули уши. — Ты просто боишься, что из-за этого тебя не сделают старостой школы. Ами схватила его за руку и отдёрнула назад. — Минус пять очков Гриффиндору. — отрезал Перси, трогая значок старосты. — Это вам хороший урок. И чтобы никаких больше расследований! Не то напишу маме. Перси повернулся и зашагал прочь, шея у него покраснела не хуже, чем уши у Рона. В общей гостиной Ами, Гарри, Рон и Гермиона сели подальше от Перси. Рон поставил в домашней работе несколько клякс на магических формулах, с мрачным видом взял волшебную палочку — хотел их вывести и нечаянно поджег свиток с сочинением. Свиток вспыхнул, Рон тоже. Махнул рукой и захлопнул учебник заклинаний, Гермиона, к удивлению Ами, последовала его примеру. — Кто же все-таки напал на кошку? — негромко спросила она, как будто продолжила прерванную беседу. — Кому нужно, чтобы в школе не было сквибов и маглов? — Правда, кто бы это мог так ненавидеть маглов? — с деланным недоумением ответил вопросом на вопрос Рон. — Ты о Малфое? — Гермиона вопросительно взглянула на Рона. — О ком же еще? Ты ведь слышала, как он сказал: «Вы следующие, грязнокровки», помнишь? Да ты взгляни на его крысиную рожу, спорю на что угодно, он... — Драко наследник Слизерина?! Рон не смеши, — не сдержала смех Ами. — Если бы этот идиот смог различить травы в подсобке крёстного это бы повергло меня в шок, а открыть тайную комнату? Да у него мозгов не хватит, — ели как успокоилась Ами. — А ваша семья? Ну точнее твоя прошлая семья, — Теперь и Гарри отложил книжки. — Ведь они все учились в Слизерине, Малфой постоянно об этом говорит. Да и ты Ами сама это знаешь. Может, они все Слизерину родственники? Люциус уж точно злой колдун. — У Малфоев много веков мог храниться ключ от Тайной комнаты, — прибавил Рон, — и переходить от отца к сыну. — Ну с учётом того, что отец ненавидел меня. Мне вполне могли что-либо не рассказать, но если он наследник слизерина.. — подумав пару секунд она продолжила, — Я получается наследница. Гермиона стукнула улыбающеюся подругу. — Но если это даже и так, то этого не докажешь, — нахмурился Гарри. — Ами ты можешь узнать у брата? — спросил Рон. — Я бы могла, но если спрошу просто так он явно что-то заподозрит. Начни эту тему допустим кто-то из: Крэба, Гойла, Забини или же Нотта. Я бы без труда выяснила всё что нужно, но боюсь они не будут об этом говорить. — Один способ есть, — прошептала Гермиона и бросила опасливый взгляд в сторону Перси. — Правда, он очень трудный и грозит большой неприятностью. Способ этот — нарушение всех школьных правил. — Недельки через три-четыре, когда созреешь, открой нам свой способ, — съязвил Рон. — Уже созрела, — спокойно ответила Гермиона. — Нужно проникнуть в общую гостиную Слизерина и помочь Ами выведать у самого Малфоя тайну, но, конечно, так, чтобы он не понял, что это мы. — А как это сделать? — недоуменно спросил Гарри под громкий смех Рона. — Очень просто, мальчики. Нужно только сварить Оборотное зелье, — самодовольно улыбнулась Ами. — Какое зелье? — хором воскликнули Рон и Гарри. — О нем рассказывал на одном из уроков Снегг… — прошептала Гермиона. — Делать вам нечего, кроме как Снегга слушать, — пробурчал Рон. — Вообще-то я готовила это зелье на дополнительных занятиях ещё в прошлом году, — всё ещё улыбалась она. — Это такое снадобье, которое превращает одного человека в другого. Можно превратиться в кого-нибудь из слизеринцев, и никто нас не узнает. Глядишь, Драко что и выболтает. — Что-то не по душе мне ваша затея, — нахмурился Рон. — А что, если мы так и останемся навсегда слизеринцами? — Глупости, — Гермиона нетерпеливо махнула рукой, — действие зелья скоро проходит. Только вот как достать рецепт? Снегг говорил, что он есть в книге «Сильнодействующие зелья». А она наверняка хранится в Особой секции школьной библиотеки. В Особой секции книги выдавали только с письменного разрешения учителя. — Ну и как мы получим разрешение? — уныло спросил Рон. — Кто поверит, что книга нам нужна просто так? Любой дурак поймет, что мы хотим что-нибудь такое сварить. — Глупости — хмыкнула Ами. — Нам не нужен рецепт. Я прекрасно его помню. Только вот где взять все ингридиенты...

* * *

В начале года Локонс устроил в классе схватку с корнуэльскими пикси, схватка кончилась не очень успешно. С тех пор он читал ученикам на уроках отрывки из собственных книг или разыгрывал взятые оттуда сцены, на его взгляд самые впечатляющие. Себя, волшебника, играл он сам, а на прочие роли обычно брал Гарри. И Гарри перед всем классом изображал то трансильванского крестьянина, страдавшего от заклятия Болтливости, то простуженного снежного человека, то вампира, который после встречи с Локонсом терпеть не мог крови и питался исключительно листьями салата. Ами каждый раз ели сдерживала смех смотря на эту картину. На очередном уроке защиты от темных искусств Гарри играл оборотня. — Чудесный вой, Гарри, очень натурально. Я бросился на него, повалил на землю и приложил к горлу волшебную палочку. Собрав последние силы, произнес сложнейшее заклинание Обращения, оборотень издал жалобный стон — ну-ка, Гарри, изобрази! Пронзительнее! Ага, вот так. Мех у него исчез, клыки уменьшились, и он превратился в простого смертного. Просто, но незабываемо, и для жителей той деревни я теперь герой. Избавил их от оборотня. Прозвенел звонок, и Локонс встал из-за стола. — Домашнее задание: сочинить стихи о моей победе над оборотнем из Вага-Вага. Автору лучших — экземпляр моей книги «Я — волшебник» с автографом. Ученики повалили в коридор, а Гарри прошел в конец класса к Ами, Рону и Гермионе. Не успели все четверо выйти из класса, как послышался голос сзади: — Завтра первый матч в сезоне? — обратился Локонс к Гарри. — Гриффиндор против Слизерина? Говорят, ты подаешь большие надежды. А я ведь тоже играл когда-то ловцом. Меня даже приглашали в сборную страны, но я отказался и посвятил жизнь спасению мира от темных сил. Однако я и теперь неплохо играю и, если хочешь, научу тебя паре хитростей. Всегда рад передать опыт начинающим... Ами хмыкнула и поспешила удалиться из класса. С каждым днём её все сильнее и сильнее раздражал Локонс, и она не в коем случае не собираюсь лишний раз слушать его болтовню. — Так, а теперь мне следует заглянуть к крёстному, — задумчиво произнесла Ами. — Пусть я и знаю рецепт наизусть, стоит взять мои записи, что бы приготовить зелье высшего уровня. Все четверо направились в сторону подземелий. — Мы тебя тут подождём, — остановился Рон в нескольких метрах от входа в кабинет зельеварения. — Неужели боишься братец? — усмехнулась Ами. Рон отвел взгляд, а сестра прыснула в кулак. — Северус ты тут? — заглянула за дверь Ами. — Я хотела взять свои записи про приготовление некоторых зелий, хочу повторить. Снегг стоял около стола рассматривая лист пергамента. Услышав голос крестницы он перевёл на неё взгляд и тут же улыбнулся. — Привет, — он отложил пергамент на стол. — Какие зелья ты хотела бы повторить? Насколько помню у меня оставались твои записи по двум зельям, — задумчиво произнес он. — Их как раз и хотела забрать, — ослепительно улыбнулась Ами. Северус кивнул и ушёл в сторону подсобки. Через пару минут он вышел с несколькими исписанными листами пергамента. — Спасибо! — обняла она крёстного забрав перед этим листы. — Увидимся на следующем занятие, — помахала рукой на прощание стоя уже у двери. Выйдя в коридор она радостно улыбнулась друзьям помахав нужными листами.  Ами положила листы себе в портфель и все четверо направились к выходу из подземелья. Они заперлись в туалете Плаксы Миртл. Рон сперва не хотел, но Гермиона его урезонила: какому нормальному человеку придет в голову зайти туда? Стало быть, никто им не помешает. Правда, Миртл, как всегда, ревела в своей кабинке, но какое им до нее дело, да, впрочем, и ей до них. Ами достала листы и отдала их Гермионе, что бы та прочитала и изучила.  Та взяв их принялась искать нужный с оборотным зельем. — Вот оно, — обрадовалась Гермиона, найдя заголовок «Оборотное зелье». — Какой сложный состав! — заметила Гермиона. — Златоглазки, пиявки, водоросли, спорыш — это еще куда ни шло, они есть в шкафу ингредиентов для зелий. А вот растертый рог двурога! Где его взять? Или вот еще тертая шкура бумсланга? А как быть с частицами того, в кого хочешь превратиться? — Вот и я про это.. — пробормотала Ами. — Шкура бумсланга у меня вроде где-то была и то боюсь её не хватит. — Что-что? — поморщился Рон. — Какие еще частицы? Стану я глотать ногти Крэбба! — К счастью, частицы потребуются в самом конце. — Гермиона как будто его не слышала. Рон надеялся на сочувствие Гарри, но Гарри тревожило другое. — Послушай, Гермиона, сколько же всего придется украсть! Шкуры бумсланга в школьном шкафу нет, так что же, взламывать личные запасы Снегга? Это уж как-то... Гермиона не выдержала и положила листы на пол. — Ну, как хотите. Раз вы трусите, — щеки у нее вспыхнули, глаза сверкнули, — я тоже не буду нарушать правила. Хотя мне кажется, что угрожать рожденным в семьях маглов — куда большее преступление, чем изготовление этого зелья. Но я вижу, вам все равно, кто их враг. — Вот это да! Сама Гермиона уговаривает нас нарушить школьные правила. Ладно, так и быть, я согласен на все... — махнул рукой Рон. — Только хорошо бы все-таки без ногтей! На лице Ами появилась усмешка после слов брата. Гермиона же успокоилась и снова подняла пергамент на уровень глаз. — А долго готовить это зелье? — спросил Гарри. — Водоросли собирают в полнолуние, златоглазки настаиваются три недели. Так что, примерно месяц — если достанем все необходимое, — спокойно ответила Ами. — Месяц? Да за месяц Малфой добрую половину маглов изведет! — вскричал Рон, но Ами презрительно сощурилась, и ему пришлось торопливо прибавить: — Ладно, другого плана у нас нет, значит — полный вперед!

* * *

Субботний день выдался пасмурный и тяжелый, вот-вот разразится гроза. К полудню вся школа потянулась на стадион. Ами и Рон с Гермионой подбежали к раздевалке пожелать Гарри удачи. Игроки переоделись в алые мантии Гриффиндора, и Вуд, по обыкновению, произнес речь для поддержания боевого духа команды. После чего все трое направились на трибуны, там они нашли Хагрида и сели рядом с ним. Через несколько минут послышался гул со всех сторон в поддержку команды гриффиндора: за них болели не только свои, но и Когтевран и Пуффендуй. Впрочем, и слизеринцы не сидели молча: встретили противника свистом и улюлюканьем. Судья мадам Трюк пригласила Флинта и Вуда обменяться рукопожатием, они обменялись — чересчур крепко и метнув друг в друга грозные взгляды. — По свистку! — крикнула мадам Трюк. — Три... два... один... Подгоняемые ревом толпы, четырнадцать игроков взмыли в свинцовое небо. Ами с самого начла игры, наблюдала только за одним игроком. Мальчишкой с тёмными волосами и шрамом на лбу. Хоть эта и была первая игра её родного брата, за Гарри она волновалась сильнее. Всё-таки в этой игре преимущество было на стороне слизеринцев, с их новыми скоростными мётлами, но девочке искренне болела за свой факультет. Неожиданно в сторону Гарри полетел большой черный мяч от которого он еле увернулся. Благо рядом пронесся Джордж, который сильным ударом биты послал бладжер в Эдриана Пьюси, но на полпути мяч повернул и снова устремился к Гарри. Тот резко сбросил скорость, а Джордж с силой отправил бладжер в Малфоя, но мяч снова развернулся, как бумеранг, и устремился к Гарри, целясь в голову. Прибавив скорости, Гарри помчался на другой конец поля, мяч со свистом за ним. Ами затаив дыхание не понимала что происходит. По правилам, бладжеры не гоняются за кем-то одним, а выбивают как можно больше игроков. На том конце поля мяч принял Фред Уизли. Гарри пригнулся, Фред изо всей силы ударил по мячу, и Гарри опять от него ушел. — Ура! — издал победный крик Фред. Он крикнул так громко что это услышала даже Ами несмотря на шум вокруг. Только она собиралась выдохнуть с облегчением, как неугомонный бладжер опять ринулся на Гарри, и тому снова пришлось удирать. Пошел дождь. Дальность виденья значительно уменьшилась, Ами почти перестала различать Гарри с остальными игроками гриффендора. Всматриваясь в перёд девочка задумалась: мяч явно был заколдован, но кто же мог так поступить это же совершенно против правил. Тут неожиданно из мыслей её вывел громкий крик: — Шестьдесят — ноль, ведет Слизерин. После оглашения счёта гриффиндорцы взяли тайм-аут. Спустя пару минут дождь усилился и время тайм-аута подошло к концу. Ами снова разглядела Гарри, который по свистку взмыл в небо и тут же бладжер со свистом рассекает воздух у него за спиной. Он поднимался все выше и выше, камнем кидался вниз, петлял, входил в штопор, взлетал зигзагом, описывал обороты. С разных сторон слышался хохот толпы. — Как они могут смеяться когда за Гарри гоняется явно заколдованный бладжер! — Воскликнула Ами. Гермиона и Рон мигом повернулись в её сторону. — О чём ты говоришь Ами? — удивлённо произнес Рон. До этого момента он был слишком увлечён игрой в целом, что бы заметить бладжер преследующий Гарри. — Сам посмотри! Этот мяч целиться только в Гарри! — Уизли махнула рукой в сторону друга, как раз в тот момент когда бладжер врезался тому в руку. — О боже! Воскликнула Гермиона, когда Гарри сжимая метлу только коленями начал стремительно падать. Зрители испуганно ахнули. Гарри шмякнулся оземь, сломанная рука неестественно изогнулась, метла откатилась в сторону. На трибунах свистели, орали, но трое друзей мигом направились вниз на поле к другу. К тому времени как они спустились Гарри валялся без сознания, а вокруг него столпились остальные члены команды. Постепенно и другие гриффиндорцы и проффесора окружили Гарри. Особенно отчаянно прорвался к нему Локонс после чего склонился над Гарри. Что касается бладжера Фред и Джордж боролись с ним, пытаясь, запихать в коробку. — О нет, только не вы, — простонал Гарри. Сразу после того как открыл глаза. — Что это он? — удивился Локонс и глянул на собравшихся вокруг гриффиндорцев. — Не волнуйтесь. Я сейчас его вылечу. — Не надо! — возразил Гарри. — Пусть уж лучше так... Гарри попытался сесть, но помешала невыносимая боль. Неожиданно щелкнула фотокамера. — Зачем снимать меня в таком виде, Колин? — запротестовал Гарри. — Лежи, лежи, — заботливо посоветовал Локонс, — сейчас я произнесу заклинание. Не бойся, мне не впервые. — Я лучше пойду в больницу, — сквозь стиснутые зубы прошептал Гарри. — Правда, профессор, — заметил Вуд и гордо улыбнулся: его ловец ранен, но победа за ними. — Здорово ты его поймал, Гарри. Красиво. — Отойдите подальше, — попросил Локонс, закатывая зеленые рукава. — Может, не надо... — выдохнул Гарри. — Профессор, Гарри прав лучше.. — Ами попыталась помочь Гарри. Но разве Локонса остановишь! Он повращал волшебной палочкой и направил ее прямо на сломанную руку. Гарри, зажмурившись, отвернулся, кто-то в толпе вскрикнул, Ами зажмурилась, а Колин Криви защелкал фотоаппаратом со скоростью пулеметной очереди. — M-м. Ну, ничего, — Локонс не терял присутствия духа, — такое бывает. Но перелома-то больше нет! А это главное. Сможешь доковылять до больничного крыла? Мистер и мисс Уизли, мисс Грэйнджер, проводите его, пожалуйста, а там мадам Помфри... э-э... приведет его в надлежащий порядок. Ами открыла глаза после слов Локонса, её взгляду представилась не самая приятная картина: из рукава Гарри выглядывало что-то вроде надутой резиновой перчатки телесного цвета. Девочка сразу поняла, что Локонс не вылечил перелом, он просто-напросто удалил из руки все кости. Закатив глаза и злобно посмотрев на Локонса у неё в голове пролетело куча идей как его заколдовать в отместку. Мадам Помфри, осмотрев Гарри, пришла в ярость. — Надо было сразу же идти ко мне. — Она пощупала мягкую, без костей, руку. — Срастить кости ничего не стоит, а вот вырастить новые... — Но Локонс же знает лучше что ему делать.. — пробурчала себе под нос Ами. — Но ведь вам это под силу? — с надеждой спросил Гарри. — Разумеется. Только предупреждаю: будет больно. — Мадам Помфри с озабоченным видом бросила Гарри пижаму. — Ночевать, молодой человек, придется здесь... Ами и Гермиона ждали за ширмой, а Рон помогал Гарри надеть пижаму: рука без костей лезть в рукав никак не хотела. — Ты и теперь станешь защищать Локонса? — упрекнул Рон Гермиону, протащив наконец ватные пальцы Гарри сквозь манжету. — Гарри ведь не просил убрать из руки кости. — Кто не ошибается? — возразила Гермиона. — Зато рука перестала болеть. Правда, Гарри? — Правда. Только теперь это вообще не рука. — Гарри упал на постель, и рука безжизненно шлепнулась рядом. — Герми ты серьёзно? Кто не ошибается? Да он просто..Агх — девочка взмахнула руками, — клянусь я его прокляну однажды! Гермиона укоризненно посмотрела на Ами и толкнула ту локтем в бок. Гермиона и мадам Помфри вышли из-за ширмы. Доктор держала в руках бутыль с наклейкой «Костерост». — У тебя длинная ночь впереди, — сказала она, наполнила стакан и подала Гарри. Из стакана валил пар. — Растить кости — занятие не из приятных. Хлебнув первый глоток, Гарри закашлялся. Мадам Помфри удалилась, недовольно ворча про опасный спорт и учителей-неумех. Ами, Рон и Гермиона остались с Гарри, подавали ему воду, чтобы запить снадобье — уж больно оно было гадкое. — Все-таки мы выиграли. — Рон расплылся в улыбке. — Классно ты схватил этот снитч! Видел бы ты Малфоя... он был готов тебя растерзать. — Знать бы, как он заколдовал этот мяч, — сдвинула брови Гермиона. — Хахаха, — неожиданно для всех во весь голос засмеялась Ами. — Он? Заколдовал? Не смеши меня Герми он бы никогда до этого не додумался, — делая вид, что вытирает слёзы улыбнулась Ами. — Вот сварим Оборотное зелье и всё узнаем — Гарри опустил голову на подушку. — Лишь бы оно было не такое противное, как эта гадость... — Ишь чего захотел! Это с ногтями-то слизеринцев! — поморщился Рон. — В этом Рон прав оно куда противнее чем ты себе можешь представить, — Уизли поморщилась вспоминая вкус зелья. Дверь палаты распахнулась, и ввалилась вся команда Гриффиндора, грязная и промокшая до нитки. — Ну, Гарри! Ну, пилотаж! — восхищался Джордж. — Ты бы слышал, как сейчас Флинт орал на Малфоя: снитч был у самого уха, а он его проморгал. Бедолага совсем скис. Друзья принесли сладости, пирожные и тыквенный сок, собрались вокруг Гарри и только начали угощаться, как в палату вошла грозная мадам Помфри. — Это что такое? — рассердилась она. — Больному нужен отдых. Ему десятки костей растить! Вон! Вон! Все вон!

* * *

Проснувшись в воскресенье утром, Ами с Роном и Гармионой первым делом отправились на завтрак. — Надеюсь с рукой Гарри всё хорошо и кости успешно выросли, — произнесла Ами. — Не переживай, я уверен с ним все хорошо, — сказал Рон, после чего взял очередную булку. — Тем более мы же пойдём сразу к нему после завтрака? — Конечно надо пойти к Гарри, — ответила Гермиона, — но с другой с другой стороны, нам надо как можно скорее начать приготовление зелья. Всё же ночью обнаружили Колина — это уже серьёзно. — В этом ты права Гермиона, — кивнул Рон, — уверен Гарри нас найдёт, а чем быстрее мы приготовим это зелье, тем быстрее узнаем секреты Малфоя. — Немного злобно и загадочно улыбнулся он. — Хорошо, — немного погодя сказала Ами, — тогда сразу пойдём в туалет на третьем этаже. Все трое улыбнулись и одновременно кивнули. Друзья, как и договорись сразу после завтрака помчались на второй этаж, не забыв захватить из гостиной нужные вещи. Спустя минут тридцать сидя в кабинке туалета Гермиона помогала Ами с зельем и внимательно наблюдала за её действиями. Рон же сидел рядом высказывая различные теории насчёт тайной комнаты. Конечно же все они были довольно бредовыми. Неожиданно они услышали чей-то голос. — Это я, — сказал кто-то, плотно затворив за собой дверь. Все трое вздрогнули переведя взгляд на закрытую дверь кабинки. Рон уронил банку с водорослями, которую взял что бы рассмотреть. Гермиона испуганно ахнула и посмотрела в замочную скважину. Ами же просто замерла с последним пучком водорослей в руке, который собиралась добавить в котел. — Ну и напугал ты нас! Заходи скорее. Как твоя рука? — Затараторила Гермиона. — Как новая, — ответил Гарри и втиснулся в кабинку. Ами уловила взгляд Гарри, который был направлен на унитаз и стоящий на нём котёл, под которым потрескивали маленькие, не боящиеся воды костерки — конёк Гермионы. Он с трудом закрыл дверь. Тесновато, конечно, зато безопасно. — Мы хотели пойти к тебе сразу же после завтрака. Но потом решили немедленно заняться Оборотным зельем, — объяснил Рон. Гарри сразу же начал рассказывать им про Колина, которого вчера вечером обнаружили заколдованным, но Гермиона его перебила. — Мы все знаем. Слышали, как Макгонагалл говорила утром с профессором Флитвиком. Потому и решили поскорее заняться зельем. — Надо срочно выведать, не Малфой ли за этим стоит, — нахмурился Рон. — Малфой после матча в ярости. Вот и отыгрался на Колине. — Ну я всё ещё не верю что это может быть мой братец, но виновник явно из слизеринцев. — Но это еще не все, — продолжил свой рассказ Гарри, глядя, как Ами кидает спорыш пучок за пучком в дымящийся котел. — Ночью ко мне приходил Добби. Сидевшие на корточках Ами, Рон с Гермионой удивленно подняли головы. — Боже Добби?! — воскликнула Ами. — Он как с ним всё хорошо? Его не сильно достали в Мэноре? Все трое удивлённо уставились на неё. — В Мэноре? — удивлённо спросил Гарри. — Так подождите кто вообще такой Добби? — с туповатым лицом спросил Рон. — Добби это домовой эльф проживающий в Малфой Мэноре. Ну как проживающий.. скорее он там в качестве раба. Ведь домовые эльфы порабощены. Ты должен об этом знать братец. С самого детства он помогал мне после того как Оте.. тоесть Люциус наказывал меня. Я хотела освободить его сразу же после того, как смогу сбежать от туда, но к сожалению мне не выпало такого шанса, — Она печально вздохнула и направила свой взгляд в пол. — Не могу поверить, что Добби служит Малфоям, — ошеломлённо прошептал Гарри, — хотя это многое объясняет. И Гарри подробно рассказал все о том, что Добби сказал что тайную комнату уже открывали, так же о том что это Добби заколдовал мяч и проход на платформу девять и три четверти. Он прибавил еще и то, о чем, по его мнению, Добби умолчал. Рон и Гермиона открыли рты от удивления. Ами же была не сильно удивлена. Ни то что тайную комнату уже открывали, ни тому, что все неприятности подстроил Добби и что он так ужасно наказал себя. Уизли знала, что этот домовой эльф слишком перегибает палку, но всё же он весьма милый и заботливый. — А разве Тайную комнату уже открывали? — переспросила Гермиона. — Все сходится! — ликовал Рон. — В тот раз Комнату открыл Люциус Малфой. Он ведь тоже учился в Хогвартсе. Знать бы только, что там за чудище. Неужели все это время никто его не видел? Ведь оно явно рыщет по всему замку. — Может, это чудище-невидимка, — предположила Ами и палкой затолкала пиявок поглубже в кипящее варево. — Правда таких весьма мало, но я читала о таких. — Или, может быть, оно умеет маскироваться — например, притворяться рыцарскими доспехами. Я читала про упырей-хамелеонов. — подала голос уже Гермиона. — Поменьше бы вы читали, — заметил Рон, подсыпая сушеных златоглазок. Скомкал из-под них пакет и глянул на Гарри. — Так, значит, это Добби не пустил нас на поезд и сломал тебе руку, — покачал он головой. — Если он будет и дальше так тебя спасать, то, глядишь, чего доброго, и прикончит. Ами улыбнулась этой фразе, зная Добби это вполне могло бы быть.

* * *

К понедельнику известие, что на Колина кто-то напал и он парализованный лежит в больнице, облетело всю школу. Пошли самые невероятные толки, один страшнее другого. Первокурсники боялись ходить в одиночку, не ровен час кто-нибудь нападет. На Джинни Уизли лица не было, ведь она на уроках сидела рядом с Колином Криви. Фред с Джорджем пытались ее развеселить, но Ами думала, что они это делают совсем неправильно. То обрастут мехом, то покроются нарывами и выскочат из-за статуй. Она и Рон просили их перестать, но они совершенно не слушали. Остановились же они только тогда, когда Перси, разъярявшись настолько, что его, казалось, хватит удар, пригрозил написать матери, что Джинни из-за них страдает от кошмаров. В тайне от учителей началась повальная торговля талисманами, амулетами и прочими защитными предметами. Невилл Долгопупс запасся огромной луковицей, хорошо заточенным красным кристаллом и гнилым хвостом тритона, хотя гриффиндорцы убеждали его, что ему ничто не грозит — ведь он чистокровный волшебник. — Да, но первый был Филч, — дрожал от страха Невилл. — А ведь все знают, что я тоже почти сквиб.

* * *

На второй неделе декабря профессор Макгонагалл составила список желающих остаться в школе на Рождество. Среди них были Ами, Гарри, Рон и Гермиона. Драко, рассказала им Ами, тоже решил остаться. Очень подозрительно, зато легче будет применить Оборотное зелье и выудить из него тайну. Зелье было уже наполовину готово: не хватало только рога двурога и шкуры бумсланга. Как и сказал Ами шкура бумсланга у неё была, но мало. Она наскребла на две меры, а на третью не хватило. Ингридиенты хранились в кабинете Снегга. А по мнению троих друзей, лучше встретить лицом к лицу чудище из Тайной комнаты, чем попасться в лапы профессора зельеварения. Ами же совершенно этого не боялась, если что она оправдается перед крёстным, но лучше было этого избежать. У него явно появятся вопросы или он вообще догадается. Пусть Ами ничего не будет, но вот Гарри точно могут обвинить во всех смертных грехах. — Надо придумать отвлекающий манёвр, — в четверг утром заявила Гермиона. — Его урок после обеда. Вот тогда и можно залезть к нему в кабинет. — задумчиво проговорила Ами. У Гарри с Роном эти слова восторга не вызвали. — Красть буду я с Ами, — спокойно предложила Гермиона. — Если вы попадетесь, вас исключат из школы. А за нами пока никаких провинностей не числится. Тем более Ами его крестница ей вообще ничего не будет. Ваша задача — устроить минут на пять небольшой переполох. Гарри нервно хихикнул. Ами примерно понимала, о чём он сейчас думает. Для них с Роном устроить переполох на уроке Крёстного! Да это хуже, чем тыкать палкой в глаз дремлющего дракона. Уроки зельеварения проходили в одном из больших подземных залов. Сегодняшний ничем не отличался от предыдущих. Снегг дал задание приготовить Раздувающий раствор. На столах поблескивают латунные весы и банки со всякой гадостью, между столами парят котлы. Снегг рыщет по классу, отпуская колкие замечания в адрес гриффиндорцев, слизеринцы одобрительно хихикают. Второй любимчик Снегга Драко Малфой исподтишка швыряется в Гарри и Рона сушеными рыбьими глазами, а Рон с Гарри знают: если они ответят тем же, наказание им обеспечено. У Гарри раствор вышел какой-то жидкий. Снегг ехидно посмеялся над его «водичкой», но Гарри и бровью не повел — ждал условного знака от Ами и Гермионы. Снегг перешел к очередной жертве, Невиллу Долгопупсу, и тут Гермиона едва заметно кивнула. Гарри мгновенно спрятался за свой котел, достал из кармана хлопушку и поджег ее волшебной палочкой. Хлопушка зашипела, заискрилась. Гарри прицелился и отправил ее точно в котел Гойла. Раздался взрыв. Варево Гойла окропило весь класс. Ученики закричали. Малфою залило лицо, и нос его стал надуваться как воздушный шар. Гойл тыкался во все стороны, закрыл ладонями глаза, выросшие размером с тарелку. Снегг старался утихомирить класс, понять, что произошло. Девочки тем временем юркнули за дверь. — Тише! ТИШЕ! — кричал Снегг. — Пострадавшие, подойдите ко мне, я дам Уменьшающее снадобье. Когда узнаю, кто это сделал... Пока Гермиона искала нужные ингредиенты, Ами тихонько наблюдала из-за двери. Правда ей стоило больших усилий что-бы не рассмеяться во весь голос при виде Драко, который спешил к столу крёстного, согнувшись под тяжестью носа величиной с дыню. За ним выстроилось еще пол класса: у кого рука выросла с хорошую дубину, у кого губы раздуло, так что слова не выговоришь. Пока крёстный разбирался со всем, Гермиона нашла всё необходимое и девочки тихонько прокрались обратно в класс. Спрятав ингредиенты запазуху. Лекарство против опухлости подействовало: щеки, носы, руки вернулись к своему естественному состоянию. Снегг подошел к котлу Гойла и извлек оттуда кусок обгоревшей хлопушки. Класс испуганно притих. — Тот, кто это сделал, — прошипел Северус, — может распрощаться со школой. Бросив взгляд на Гарри Уизли увидела как тот постарался изобразить на лице искреннее недоумение, так как Северус буравил его подозрительным взглядом. Прозвеневший десять минут спустя звонок Рон и Гарри приняли с огромным облегчением. — Он знает, что это сделал я, — сказал Гарри друзьям, когда они шли в убежище Плаксы Миртл. — Даю голову на отсечение, знает. — Не парься, — положила ему руку на плечо Ами, — если что я возьму вину на себя. Мне крёстный ничего не сделает, хотя вполне может разочароваться, — она печально произнесла вторую часть фразы, — или вовсе не поверит. Войдя в кабинку, Ами бросила в котелок порошки, добытые с таким риском, и стала энергично размешивать кипящее варево. — Ну вот и все, осталось подождать две недели, — улыбнулась она. — Снеггу не доказать, что это ты сделал, — уверила Гармиона Гарри. — Она права. Так что пусть злится сколько хочет. — улыбнулся Рон. — Мне все равно, от него так и так добра не жди, — сказал Гарри, глядя, на котёл в котором булькало Оборотное зелье. Войдя через неделю в Большой зал, четверо друзей увидели у доски объявлений кучку учеников, читающих очередной пергамент. Симус Финниган и Дин Томас замахали руками, подзывая их к доске. — Открывается Дуэльный клуб! — объяснил Симус. — Сегодня первое собрание. Как раз кстати! — Хочешь вызвать на дуэль чудовище? — пошутил Рон. Впрочем, новый клуб его тоже заинтересовал. — Ты что Рон. Чудовище это слишком мелко? — драматично сказала Ами, — как насчёт того что бы вызвать на дуэль Северуса? — улыбнулась она. Симус побледнел и казалось уменьшился раз в пять от страха. — Идея неплохая, — сказал Рон Ами, Гарри и Гермионе по пути в столовую. Друзья с ним согласились. В восемь часов все четверо вошли в Большой зал. Обеденные столы были убраны, под бархатно-черным потолком горели свечи, вдоль одной стены возведены золотые подмостки. Собралась чуть ли не вся школа — в руках волшебные палочки, лица взволнованны. — Интересно, кто будет тренером? — сказала Гермиона, продираясь сквозь галдящую толпу поближе к подмосткам. — Может, Флитвик? Говорят, в молодости он был чемпионом по дуэлям на волшебных палочках. — Ну не знаю, как по мне лучше Дамб... — начала Ами и осеклась, огорчённо вздохнув и зажмурив глаза: на подмостки вышел Златопуст Локонс в великолепной лиловой мантии, сопровождаемый Северусом в черном будничном одеянии. Локонс взмахнул рукой, требуя тишины. — Подойдите поближе! Еще! Всем меня видно? Всем меня слышно? Прекрасно! Профессор Дамблдор одобрил мое предложение создать в школе Дуэльный клуб. Посещая клуб, вы научитесь защищать себя, если вдруг потребуют обстоятельства. А мой жизненный опыт подсказывает — такие обстоятельства не редкость. Читайте об этом в моих книгах. Ассистировать мне будет профессор Снегг, — белозубо улыбнувшись, вещал Локонс. — Он немного разбирается в дуэлях, как он сам говорит, и любезно согласился помочь мне. Сейчас мы вам продемонстрируем, как дуэлянты дерутся на волшебных палочках. О, не беспокойтесь, мои юные друзья, я верну вам профессора зельеварения в целости и сохранности. — Вот было бы здорово, если бы они прикончили друг дружку! — шепнул Рон Гарри. Ами зло посмотрела на брата. — Рон я согласна с тем что было бы хорошо если бы Северус избавился от Локонса, — с задорной улыбкой произнесла она, — но не забывай что твой ненавистный профессор зельеварения мой крёстный, — уже более зловеще прошептала Ами. Снегг глянул на Локонса, криво усмехнувшись. А Локонс продолжал улыбаться. "На месте Локона я бы на край света убежала, — подумала Ами — крёстного ведь он тоже наверняка очень сильно достал" Дуэлянты повернулись друг к другу, изобразили приветствие: Локонс поклонился, всячески крутя и вертя руками, Снегг раздраженно кивнул. На манер шпаг подняли волшебные палочки. — Обратите внимание, как держат палочки в такой позиции, — объяснял Локонс притихшим ученикам. — Насчет «три» произносятся заклинания. Ни один из нас, конечно, не собирается убивать соперника. — Я бы не был таким уверенным, — улыбаясь, пробормотала Ами, глядя, как осклабился крёстный. — Раз, два, три... Палочки взметнулись, и Снегг воскликнул: — Экспеллиармус! Блеснула ослепительно яркая молния, Локонса отбросило к стене, он съехал по ней и распластался на подмостках. Малфой и другие слизеринцы захихикали, Ами же просто довольно улыбнулась. Гермиона встала на цыпочки и в испуге прижала ладонь ко рту. — Он жив? — прошептала она. — Да хоть бы и нет! — дружно ответили Ами и Рон с Гарри. Локонс с взъерошенными кудрями кое-как поднялся на ноги. — Отличный посыл! — сказал он. — Профессор Снегг применил заклинание Разоружения, и, как видите, я лишился моего оружия. Благодарю вас, мисс Браун! Без палочки я как без рук. Браво, профессор Снегг, браво! Вы уж простите меня, проще простого было бы разгадать ваш замысел и отразить удар. Но ученикам очень полезно увидеть... — Снегг позеленел от злости, и Локонс поспешил добавить: — На этом показательная часть окончена. Перейдем непосредственно к учебной тренировке. Я сейчас разобью вас на пары. Профессор Снегг, будьте любезны, помогите мне. Против Джастина Финч-Флетчли Локонс поставил Невилла, а Снегг подошел к Гарри с Роном. — Подходящий случай разбить неразлучную парочку. Уизли сражается с Финниганом. Поттер... Гарри, недолго думая, встал против Ами. — Э-э, нет! — возразил Снегг с холодной улыбкой. — Мистер Малфой, подойдите сюда. Посмотрим, как знаменитый Гарри Поттер сразится с вами. А вы, мисс Уизли, встаньте против меня. Мисс Грейнджер же встанет против мисс Булстроуд Драко, высокомерно улыбнувшись, встал, куда сказано. Плотная, с тяжелой челюстью девочка, точь-в-точь злая колдунья из книги «Отпуск с ведьмами», заняла место против Гермионы. Гермиона улыбнулась ей, но та презрительно вздернула нос. Ами же улыбнулась и встала напротив крёстного. Довольно давно она не сражалась с ним, наверное последний раз это было ещё до её приезда в Хогвартс. — Обменяйтесь приветствиями! — скомандовал с подмостков Локонс. Ами, не сводя глаз с крестного, кивнула. — Палочки на изготовку! Насчет «три» попытайтесь разоружить противника. Только разоружить, никакого насилия. Ами улыбнулась, они с крёстным явно не будут следовать этому и проведут настоящий бой. Хотя при этом девочка была уверена что Северус будет поддаваться ей. —Раз... два... три! Ами направила палочку на крёстного и не проронив не слова из её палочки вылетела тонкая желто-белая молния, но Северус отбил заклинание, после чего направил на неё палочку и произнёс: — Экспелиармус Ами уверено направила палочку собираясь отбить заклинание, но отвлеклась на Локонса, который испуганно завопил: — Я сказал, никакого насилия! Вспомнив о своем поединке Ами повернулась обратно, но было уже поздно и её палочка вылетела из рук. Она впала в ступор осознавая что произошло. Спустя секунд пять около неё уже стоял Северус протягивая ей палочку. — Ты всё так же легко отвлекаешься на всякую ерунду, но вот свои способности к невербальной магии явно улучшила. — улыбнулся он ей. Ами забрала из рук крёстного свою палочку после чего перевела взгляд на безуспешно надрывался Локонса пытающегося остановить бой Гарри и Драко. — Прекратить! Сейчас же прекратить! — кричал он. И тут тяжело вздохнув и помотав головой вмешался Северус — применив соответствующее заклинание. — Фините инкантатем! — приказал он. И ноги Гарри прекратили выписывать кренделя, а багровый Драко перестал умирать от смеха. Тут Ами неожиданно поняла что вся сцена сражения была окутана зеленоватой дымкой. Оглядевшись она увидела как Невилл и Джастин лежали на полу, почти бездыханные. Рон поддерживал бледного как мертвец Симуса и приносил ему извинения за действия своей палочки-инвалидки. Гермиона с Милисентой все еще сражались, правда врукопашную, побросав палочки на пол. Ами поспешила на помощь и еле оттащила Гермиону, с другой стороны ей помогал Гарри оттаскивая от Гермионы ее противницу: она была раза в два тяжелее его. — Ох, ох, ох! — бегал от одного дуэлянта к другому Локонс. — Вставайте, Макмилан! Осторожнее, мисс Фосетт! Крепче прижмите, Бут, и кровь остановится... Пожалуй, лучше начать с защиты. — Он растерянно взглянул на Северуса, но, увидев в его глазах стальной блеск, справился с собой и сказал твердым голосом: — Приглашаю двух добровольцев. Долгопупс, Финч-Флетчли, не хотите ли попробовать? — Неудачная мысль, профессор Локонс, — подошел Снегг, похожий в своей черной мантии на огромную, зловещую летучую мышь. — Долгопупс самым простым заклинанием способен натворить таких бед, что останки Финч-Флетчли придется нести в больницу в спичечном коробке. Розовощекий, круглолицый Невилл залился краской. — Тогда может быть мисс Уизли и Поттера? — улыбнулся он. — Боюсь Амелина уложит его за пару секунд, и это будет явно не самое простое заклинание. А нам же не нужно, что бы Поттер пострадал, не сумев отразить её атаки. Я бы предложил Малфоя и Поттера, — коварно усмехнулся Снегг. — Вот и отлично! — Локонс взмахом руки пригласил Драко и Гарри в центр зала. Толпа расступилась. — Драко делает выпад волшебной палочкой, а ты, Гарри, ответь ему вот таким приемом. И Локонс стал рисовать в воздухе узор, но выронил палочку. Ами с крёстным одновременно усмехнулись, Локонс поднял палочку и укоризненно покачал головой: — Ишь, проказница! Как расшалилась сегодня! Ами заметила как Северус что-то шепнул на ухо Малфою, тот с гаденькой улыбкой кивнул. По всей видимости Гарри тоже это заметил и попросил Локонса повторить защитный прием. Локонс похлопал Гарри по плечу. — Понял прием? Повторить сможешь? — Уронить палочку? Но Локонс уже не слушал. — Три... два... один! Драко мгновенно взмахнул палочкой и крикнул: — Серпенсортиа! Раздался звук, похожий на выстрел. На глазах ошеломленного Гарри из палочки Драко вылетела длинная темная змея и шлепнулась на пол. Зрители, стоявшие впереди, отпрянули в ужасе. Кто-то истошно закричал. Ами же немного зло посмотрела на крёстного, который отвел взгляд сделав вид, что он не при чём. После чего наигранно произнёс: — Стойте смирно, Поттер, — Я ее сейчас уберу. — Нет уж, позвольте, я! — вмешался Локонс и устремил на змею свою палочку. Но змея не исчезла, она взмыла в воздух и опять шлепнулась на пол. Зашипела, скользнула к Джастину Финч-Флетчли, приподнялась на хвосте и разинула пасть, готовясь к броску. Ами закатила глаза, но уже в следующею секунду разинула рот от удивления. Гарри рванул с места и заговорил на парселтанге. Большая змея сразу после этого опустилась, свилась в кольцо, точно пустой садовый шланг, и уставилась неподвижным взглядом на Гарри. Он улыбнулся и посмотрел на Джастина, явно ожидая, благодарности, но тот, как и все смотрел на него с удивлением и страхом. — Устроил тут представление! — воскликнул тот и пулей выскочил из зала. Северус подошел к змее, взмахнул волшебной палочкой, и змея растворилась в маленьком черном облаке. Ами перевела взгляд на крёстного который сощурившись смотрел на Гарри, явно о чем-то размышляя, после чего дернула друга за мантию. — Идем! — прошептала ему на ухо она. — Скорее идем отсюда. И повела Гарри из зала. Рон и Гермиона не отставали от них ни на шаг. У дверей толпа расступилась, как будто шел прокаженный. Гарри явно не мог ничего понять. Троица же шла будто воды в рот набрав, каждый из них пытался осмыслить то что они только что увидели и услышали. И только в общей гостиной, усевшись в кресла, они набрались смелости заговорить. — Так ты, значит, змееуст, — сказал Рон. — Кто-кто? — не понял Гарри. — Змееуст. Змееязычный волшебник. То есть умеешь говорить со змеями. Почему ты нам этого не сказал? — Нервно и строго произнесла Ами. — Я говорил с ними всего два раза. Первый раз в зоопарке. Напустил удава на Дадли. Удав мне сказал, что никогда не был в родной Бразилии. И я, непонятно как, выпустил его на волю. Я тогда еще не знал, что я волшебник. — Удав тебе сказал, что никогда не был в Бразилии? — вытаращил глаза Рон. — И ты его понял? — А что тут такого? Каждый волшебник понял бы. — Ничего не каждый. Понимать змей — очень плохо. — Ну не так уж и плохо, — пожала плечами Ами, — я всегда хотела этому научиться, — призналась она. — Но в данной ситуация Рон прав в этом нет совершенно ничего хорошего. — По-моему, ничего плохого! — возмутился Гарри. — Да что с вами? Если бы я не закричал на змею, она бы укусила этого несчастного Финча. — Так ты велел ей не трогать Джастина? — одновременно спросили брат с сестрой. — Я приказал ей убраться прочь. Вы что, не слышали? — Я слышал, как ты говорил по-змеиному, только не понял что. А Джастин, наверное, решил, что ты науськиваешь ее на него. Испугался и убежал, — ответил Рон. — Нет, он конечно тот ещё трус, — улыбнулась девочка вспомнив его лицо когда он убегал. Рон грозно посмотрел на сестру. — Молчу-молчу, — развела она руками и закатила глаза. — Выходит, я говорил совсем на другом языке? — спросил Гари явно не веря своим ушам. — Да разве такое может быть? Говоришь на чужом языке, а слышишь, что на своем. Рон покачал головой. Настроение у них троих было похоронное. А Гарри по-прежнему недоумевал. — Да объясните же мне толком, что такого ужасного я сделал. Я ведь спас Джастина, помешал змее напасть на него. Не все ли равно, как мне это удалось? — Не все равно. Ведь на змеином языке знаешь кто говорил? Салазар Слизерин. Именно поэтому змея на гербе его факультета, — сказала Гермиона. Гарри был несказанно удивлен. — Да, это так, — подтвердила Ами. — Именно поэтому я так хотела научиться этому в детстве, чтобы Люциус признал меня. — А теперь вся школа будет думать, что ты его пра-пра-пра-правнук! — воскликнул Рон. — Но это не так! — сказал Гарри, ощущая нарастание паники. — Как теперь это доказать? — уныло заметила Гермиона. — Слизерин жил тысячу лет назад. Все может быть. * * * К утру легкий снегопад, начавшийся ночью, превратился в настоящую вьюгу. И последний урок травологии в семестре был отменен: профессор Стебль хотела потеплее укутать мандрагоры (надеть на них носки и шарфы), а это была сложная процедура, которую она никому бы не рискнула доверить. А сейчас было нужно, чтобы мандрагоры поскорее выросли, ведь без них целебный настой для Миссис Норрис и Колина Криви не приготовишь. Вместо урока четверо друзей отправились в общую гостиную Гриффиндора. Ами села рядом с Гарри у камина уткнувшись в очередную книгу по зельеварению. Крёстный задал ей подробный реферат о зелье к следующему дополнительному заданию. Рон с Гермионой играли в волшебные шахматы. Гермиона заметила, что Гарри расстроен, и проворонила своего коня. Слон Рона сбросил его с доски. — Гарри, если тебя это так волнует, — сказала она, — пойди найди Джастина и поговори с ним. Гарри вышел сквозь проем с портретом дамы и отправился на поиски Финч-Флетчли. Гермиона Рон и Ами остались в гостиной. Прошло уже довольно много времени, а Гарри всё не возвращался. Переведя взгляд со строк в книги сначала на окно за которым во всю силу бушевала пурга, а после на часы весящие над камином Малфой произнесла: — Что-то Гарри уже давно нет. — Да, ты права, — отвлеклась от шахматной доски Гермиона. Пока девочки размышляли о том стоит ли пойти искать его или ещё подождать, а Рон только отвлёкся от шахматной доски заметив, что Гермиона отвлеклась, в гостиную зашли двое первокурсников. — Невероятно он действительно оказался наследником Слизерина! — сказал один из них. — Бедный Джастин, — покачал другой головой — ещё и Почти Безголовому Нику досталось. Все трое перевели взгляд на вошедших. Ами вскочила с дивана забыв про книгу и та с грохотом упала на пол привлекая внимание второкурсников. Малфой же поспешила подойти к ним. — О чём вы только что говорили? Произошло новое нападение? — Мы только что слышали как Пивз носился, по коридорам крича про то что Гарри Поттер напал на Джастина и Почти Безголового Ника. Первокурсники ушли в сторону спален, а троица, переглянувшись, рванула в сторону выхода из гостиной.

* * *

Двойное нападение на Джастина и Почти Безголового Ника обратило страхи в настоящую панику. Удивительнее всего было то, что особенно взволновала школу расправа с Почти Безголовым Ником. Все спрашивали друг друга: у кого могла подняться рука на бедное привидение, какая страшная сила сумела поразить того, кто и так уже мертв? Все билеты на экспресс Хогвартс — Лондон, уходящий накануне Рождества, были мгновенно раскуплены: из школы ожидалось массовое бегство. — Вижу, мы тут будем одни, — оценил ситуацию Рон в разговоре с Ами, Гарри и Гермионой. — Наша четвёрка и слизеринцы — Малфой и его компашка — вот и все, кто останется. Веселые будут каникулы. Крэбб и Гойл всегда и во всем подражали Малфою, захотели они и остаться с ним на каникулы. Остальные же, как знала Ами просто не захотели возвращаться, поскольку на приёме честь нового года не было бы всех, да и к тому же им ничего не грозит. Честно сказать она была рада, что брат и Забини остались в школе на Рождество. Ведь совсем недавно она подготовила для них подарки, которые несомненно хотела вручить. Взглянув же на Гарри стало понятно, он безумно рад тому что все разъехались. Ведь народ то и дело шарахался от него в коридорах, словно он отрастил клыки или плюется ядом. Фред и Джордж, однако, обратили гнетущий страх в забаву. Увидев Гарри, они все бросали и важно вышагивали впереди него, громко крича: «Дорогу наследнику Слизерина! Идет самый наизлодейский колдун...» Перси решительно осудил их поведение. — Этим не шутят, — холодно заявил он. — Ушел бы ты с дороги, Перси, — вздыхал Фред. — Не видишь, Гарри торопится... — Его ждет в Тайной комнате чашечка чая и приятная встреча со своим клыкастым слугой, — добавлял Джордж, радостно фыркая. Джинни тоже не находила в этом ничего смешного. — Перестаньте, пожалуйста, — жалобно умоляла она каждый раз, когда Фред во всеуслышанье спрашивал Гарри, кого еще он собирается погубить, а Джордж махал здоровенной головкой чеснока, притворяясь, что защищается от колдовства. Ами же обычно не могла сдержать смеха и сложившись пополам чуть ли не плакала. Гарри вовсе не возражал; ему было легче от того, что хотя бы Фред с Джорджем относились к мысли, что он может быть наследником Слизерина, не иначе как со смехом. Да и Ами смеющиеся я до слез наблюдая за этой картиной, вызывала у него улыбку. Но их кривляния весьма раздражали Драко: завидев их, он буквально зеленел от злости. — По-моему, его так и распирает признаться, что это он — настоящий наследник, — высказал догадку Рон. — Ты ведь знаешь, как он ненавидит тех, кто хоть в чем-то его превосходит. А тут что получается: вся грязная работа ему, а слава — тебе. — Рон хватит, не переусердствуй с подозрениями Драко, — прищурилась смотря на него Ами. — Скоро это все кончится, — убежденно заявила Гермиона. Ей уже изрядно надоели споры брата с сестрой. — Да ты права, — вздохнула Уизли — Оборотное зелье почти готово. Неделя-другая, и мы будем знать правду.

* * *

Наконец семестр завершился, и тишина, глубокая, как снег на полях, опустилась на замок. На Ами от нее веяло не унынием, а мирным покоем, и она наслаждалась свободой, дарованной гриффиндорским начальством всем, кто остался в Хогвартсе. Можно было на всю катушку веселиться колдуя то тут, то там, никого не сердя и не пугая, и, практиковаться в поединках на волшебных палочках. Фред, Джордж и Джинни тоже предпочли остаться на каникулах в школе — дома им грозило путешествие с родителями к Биллу в Египет. Перси, который не опускался до «детских игр» и редко показывался в общей гостиной, с важностью сообщил им, что остается на Рождество лишь потому, что его долг как старосты — помогать преподавателям в это неспокойное время. Утро Рождества пришло в холоде и белизне. Ами проснулась от того, что кто-то не жалея сил толкал её. Открыв глаза девочка увидела перед собой подругу, которая старательно будила её. — Вставай скорее! — увидев что подруга открыла глаза Гермиона, перестала толкать её. — С Рождеством Ами! — Ага, с Рождеством, — зевая ответила Уизли. Встав с кровати Ами быстро переоделась и схватив все свои подарки и те что собиралась подарить друзьям, помчалась вместе с Гермионой в комнату Гарри и Рона. — Подъем! — сказала Гермиона, раздернув портьеры на окнах. — Гермиона, тебе не положено сюда заходить, — проворчал Рон, прикрывая глаза от света. — И тебя с Рождеством. — Гермиона бросила ему подарок. — В прошлом году это тебя что-то не волновало братец, — подла голос Ами, которая до этого стояла оперевшись об дверной проём, — с Рождеством придурок. — в Рона полетел ещё один подарок. — Мы уже как час встали, а точнее меня разбудила Герми. Кстати я добавила в зелье златоглазок. Оно готово. Гарри сел, сразу проснувшись. — Ты уверена? — Ты сомневаешься в моих знаниях зельеварения? — подняв одну бровь спросила Ами? Тем временем Гермиона отодвинула безмятежно спящую крысу Коросту и села на край постели. — Я.. — начал было Гарри, но его перебили. — В любом случае — да, абсолютно. — Ами прошла в комнату и плюхнулась на свободную кровать. — Если мы и впрямь собираемся что-то предпринять, лучшего времени, чем сегодняшний вечер, не найти. — подала голос Гермиона. В этот миг в комнату влетела Букля с маленьким пакетиком в клюве и приземлилась к Гарри на кровать. — Привет! — радостно встретил ее Гарри. — Мы опять друзья? Букля в знак расположения клюнула его в ухо самым дружеским образом — этот подарок оказался гораздо лучше принесенного в клюве. Пакет, который, как выяснилось, прислали Дурсли, содержал зубочистку и короткое письмецо, где они интересовались, не сможет ли Гарри остаться в школе и на летние каникулы. Наконец все четверо принялись распаковывать свои подарки предварительно обменявшись ими. От родителей Ами получила свой фиолетовый вязаный свитер и яблочный пирог, Крёстный прислал ей новый набор склянок и баночек для зелей и пару редких ингридиентов. От Гарри она получила целую коробку кислых шипучек, Гермиона подарила ей книгу про редкие и сложные зелья, Рон же преподнёс сестре коллекционную фигурку Дамболдора. С братом и Блейзом они договорились обменяться подарками сегодня в гостиной Слизерина.

* * *

Невозможно было не отдать должное великолепию рождественского пира в Хогвартсе. Его оценили даже те, у кого сердце замирало от страха в ожидании минуты, когда придется хлебнуть опасного зелья, хоть немного облегчало только то что его готовила Ами — любимца и ученица Снегга. Большой зал выглядел изумительно. Там было не только множество покрытых инеем рождественских елей и пышных гирлянд из омелы и остролиста, но и чудесный волшебный снег — сухой и теплый, — падающий с потолка. Под руководством Дамблдора собравшиеся исполнили его любимые рождественские гимны, громче всех ревел Хагрид, голос его креп после каждого бокала яичного коктейля. Перси не заметил, как Фред заколдовал его значок старосты. Ко всеобщему удовольствию, на нем появилась надпись «Дурачина», и бедняга Перси безуспешно пытался выяснить, над чем это все смеются. Ами, как и все остальные члены семьи включая Гарри появилась на празднике в новом джемпере, сидевший за столом слизеринцев Драко осыпал обновку Гарри язвительными насмешками, Ами же просто улыбнулся. Дождавшись, пока Рон и Гарри проглотят третью порцию рождественского пудинга, Ами и Гермиона увели их из зала, чтобы составить подробный план вечерней кампании. — Нам еще надо достать какую-нибудь частицу — волосы или ногти — тех, в кого хотим превратиться, — сообщила Гермиона обыденным тоном, словно речь шла о покупке мыла в соседней лавке. — Для этого лучше всего подходят Крэбб и Гойл — боюсь остальных вы сыграть не сможете, да и если вы сморозите что-то не то можно спихнуть на их несообразительность. Да и говорить в основном буду я. И еще надо куда-то деть настоящих Крэбба и Гойла, пока мы говорим с Драко. А то вдруг явятся в самый неподходящий момент. — Я все продумала, — невозмутимо сказала Гермиона, словно не замечая ошарашенных лиц друзей. И она показала им пару больших шоколадных кексов. — В них впрыснуто легкое снотворное. Надо только куда-то их подложить, чтобы Крэбб и Гойл заметили. Вы же знаете, какие они обжоры. Увидят — обязательно съедят. И тут же уснут. А вы их спрячете в чулан, где стоят швабры, и вырвете у того и у другого по нескольку волосков. Рон и Гарри потрясенно переглянулись. — Гермиона, по-моему... — Это может плохо кончиться... — Да не парьтесь всё будет хорошо, — зловеще улыбнулась Ами Рон и Гарри с надеждой взглянули на Гермиону, но у неё глаза горели стальным блеском, какой бывал иногда в глазах у профессора Макгонагалл. — Зелье не подействует без волос Крэбба и Гойла, — пожала плечами Ами — Вы хотите говорить с Драко или нет? — Хорошо-хорошо, — кивнул Гарри. — А как же ты Гермиона? Ты-то у кого достанешь волосы? — Я уже запаслась! — Гермиона достала из кармана крохотную бутылочку, в ней был один-единственный коротенький волосок. — Помните Милисенту? Мы с ней боролись во время дуэльной тренировки. Она еще хотела меня задушить. Этот волос остался у меня на мантии. На Рождество она уехала домой, но я скажу слизеринцам, что надумала вернуться. Ами зевнула и пошла взглянуть как там оборотное зелье. По Гарри и Рону было видно, что они сильно сомневаются в успехе данного плана. Но всё же после рождественского чая затаились в пустынном холе. Ами же направилась в гостиную, что бы забрать подарки для слизеринцев. Гермиона же побежала сразу в туалет. Зайдя в туалет он был наполнен дымом, который валил из кабинки, где сидела Гермиона. Ами постучалась и зашла внутрь, после чего через несколько минут послышался стук в дверь кабинки. — Ами, Гермиона? Ами открыла задвижку и увидела Гарри с Роном, которые неотрывно переводили взгляд то на зелье тяжело булькающие в котле за спиной девочек, то на три стеклянных стакана стоящих на готове на туалетном сиденье. — Достали? — спросила она шепотом. Гарри показал ей волосы Гойла. — Отлично. А я утащила мантии из прачечной. — Ами помахала пакетом в руках. — Когда вы станете Крэббом и Гойлом, вам потребуются размеры побольше. Все четверо посмотрели в котел. Зелье походило на жирную, черную, вяло кипящую грязь. Ами поморщилась вспомнив его ужасный вкус. — Уверена, что никаких ошибок нет, — сказала Гермиона, еще раз перечитывая пергаменты с заметками Ами. — Да не сомневайтесь, всё сделано в лучшем виде. Сами собой вы станете ровно через час после того, как его выпьете. — А теперь что делать? — понизив голос, спросил Рон. — Разольем по стаканам и добавим волосы. — вздохнула Ами беря в руки один из стаканов. Она налила в каждый стакан по изрядной дозе не очень аппетитного пойла. Затем взяла бутылочку с волосом и вытряхнула его в первый стакан. Зелье громко зашипело, словно закипевший чайник, и грязно вспенилось. Через секунду оно стало ядовито-желтым. — Ух ты! — воскликнул Рон. — Вот она, истинная сущность Милисенты Булстроуд. Спорим, оно и на вкус такое же противное. Ами усмехнулась и с улыбкой повернулась в сторону мальчиков держа в руках два стакана с оборотным зельем. — Теперь вы бросайте. Гарри с Роном бросили в стаканы каждый по волоску. Зелье забулькало, запенилось: Гойлово стало болотно-зеленого цвета, Крэббово — мрачного темно-коричневого. Рон с Гермионой протянули руки к стаканам, но Гарри остановил их. — Погодите, — сказал Гарри. — Вместе пить здесь нельзя. Превратившись в Крэбба и Гойла, мы все тут вряд ли поместимся. Да и Милисента не фея. — Отличная мысль, — заметил Рон, отпирая дверь. — Разойдемся по отдельным кабинкам. Все разошлись по кабинкам лишь Ами совсем вышла оперевшись о стену дожидаясь когда её друзья превратятся в Слизеинцев7 — Готовы? — спросил Гарии. — Готовы! — раздались в ответ голоса Рона и Гермионы. — Раз... два... три! Через несколько минут послышался низкий скрипучий голос Гойла из кабинки в которой был Гарри. — Эй, как вы там? — Нормально, — послышалось глуховатое ворчание Крэбба. Дверь одной из кабинок открылась и Ами увидела как от туда выходит Гойл. Он подошёл к треснутому зеркалу и посмотрел на свое отражение. Ами подошла к нему и принялась разглядывать со всех сторон. — Шикарно, вылитый придурок Гойл, — она улыбнулась. Дверь кабинки Рона отворилась. Ами и Гарри посмотрели на Рона, а тот смотрел на Гарри. Да, если не считать бледности и несколько одурелого вида, Рон был неотличим от Крэбба — начиная со стрижки «под горшок» и кончая длинными, как у гориллы, руками. Решив что с бледностью надо что-то делать, Ами подошла к Рону. — Ты слишком бледный, будто огромного паука видел, — она взяла его за шёки и принялась щипать и тискать, что бы придать и румянца. — Ами, прекрати, — отмахнулся от неё Рон и подошёл к зеркалу. — Это невероятно, — пробормотал он, уткнувшись в него приплюснутым носом Крэбба. — Невероятно! — Пойдемте скорее, — поторопил Гарри друзей, ослабляя браслет часов, который врезался в толстое запястье Гойла. — Нам еще надо отыскать гостиную слизеринцев. Я на одно надеюсь: встретим по дороге кого-нибудь и за ним увяжемся... — Гарри ты забыл что ли? Я же специально договорилась с Драко и остальными что приду сегодня поздравить их с Рождеством и обменяться подарками. Поэтому всё что вам нужно делать это подыграть мне, — немного подумав она добавила — и не удивляться если что. Тут Рон, пристально всматриваясь в Гарри, неожиданно сказал: — Ты себе не представляешь, как странно видеть думающего Гойла... Он постучал в дверь Гермионы: — Ты что там копаешься? Пора идти... Ему ответил напряженный высокий голос: — Я... Я не пойду. Ступайте одни. — Гермиона, мы знаем, что Милисента Булстроуд уродина — никому и в голову не придет, что это ты. — Нет... В самом деле... Думаю, что я не пойду. А вы двое поторопитесь, не теряйте время. Троица переглянулась. Взгляд Гарри был озадаченным, а Ами взволнованным. — Вот это больше похоже на Гойла, — заметил Рон. — Именно так он выглядит, когда учитель его о чем-то спрашивает. Уизли закатила глаза и дала не сильный подзатыльник брату. Тот айкнул и начал тереть затылок. — Гермиона, с тобой все в порядке? — спросила Ами через дверь. — Все хорошо... Я в норме... Идите. Ами посмотрела на часы Гарри. Пять минут уже прошли надо было идти. — Объяснишь, когда вернемся, ладно? — сказал она. Ами осторожно приоткрыла дверь, убедившись что никого нет, она вышла первой, а за ней направились Гарри с Роном. — Не маши руками, — Услышала Ами негромкий голос Гойла за спиной. — Что? — Крэбб всегда их держит, как будто они у него прилипли к телу. — Вот так? — Так лучше. Спустились по мраморной лестнице, ведущей в подземные помещения. Вокруг ни души. Ами уверена пошла по запутанным коридором подземелья больше похожих на лабиринт. Через пару поворотов Ами спустилась вниз по каменным ступенькам в темноту. Гарри Рон старались поспеть за подругой, ведь тела Кребба и Гойла были не слишком приспособлены к быстрому темпу, да и ступая по полу, громадные ножищи Крэбба и Гойла будили особенно звучное эхо, что весьма раздражало. Приятели чувствовали, что дело оказывается сложнее, чем они рассчитывали. Переходы подземных лабиринтов были пустынны. Троица уходили все глубже и глубже под школу, постоянно проверяя по часам, сколько у них осталось времени. Пришло уже довольно много времени пусть Ами примерно помнила, где находится гостиная Слизерина, добраться до неё оказалось сложнее чем она думала. Неожиданно впереди показалось какое-то движение. Из боковой двери появилась неясная фигура. Они поспешили подойти ближе — и сердца у них екнули. Это был вовсе не слизеринец. Это был Перси Уизли. — А ты что здесь делаешь? — изумленно спросил Рон. Ами толкнула Рона в бок. Дав понять тому что это он сказал зря. Перси же первым делом напустил на себя оскорбленный вид. — Вот уж не ваше дело, — сказал он твердо. — А ты что тут делаешь Ами? Да ещё и в компании слизеринцев? — Я обещала Драко и парочки друзьям со Слизерина прийти к ним и поздравить с Рождеством отдав подарки. А по пути нашла этих двух, они умудрились потереться. — закатила глаза Ами сделав очень недовольный вид. Перси кивнул после чего перевёл взгляд обратно на Рона. — Крэбб, если я не ошибаюсь? — Ну... в общем, да, — ответил Рон. — Отправляйтесь-ка в вашу гостиную, — продолжал Перси сурово. — Небезопасно вот так попусту блуждать по темным коридорам в эти дни. — Ты-то блуждаешь, — возразил Рон. Перси расправил плечи: — Я — староста. Никто не осмелится на меня напасть. Позади них внезапно отозвался эхом чей-то голос. К ним неторопливо шествовал Драко. Ами улыбнулась ему, ведь была несказанна рада его видеть. — Вот вы где, — сказал он, растягивая слова в своей обычной манере. — Вы что там, обжирались в Большом зале? Я вас искал, хотел показать кое-что забавное. — Драко перевёл взгляд за спины повернувшихся к нему Гарри и Рона, — о привет сестрёнка, а ты почему с ними? Малфой метнул уничтожающий взгляд на Перси. — А ты что делаешь у нас внизу, Уизли? — спросил он с усмешкой. Перси задохнулся от возмущения. — К старосте следует проявлять большее уважение, — заявил он. — Ваше поведение предосудительно! Малфой вновь ухмыльнулся и жестом приказал Рону и Гарри следовать за ним. Ами поспешила за братом. — Я как раз шла к вам, когда нашла этих двух аболдуев, — Ами кивнула в сторону Гарри и Рона идущих сзади, — ты представляешь они умудрились потеряться, — с улыбкой усмехнулась она. — Кстати с Рождеством братец! — И тебя с Рождеством, — кивнул Драко Завернув за поворот Драко произнес: «Этот Питер Уизли слишком задается...» — Перси, — машинально поправил его Рон. Ами кинула на него сердитый взгляд. — Да какая разница. Я замечал, он тут шныряет даже среди ночи. Держу пари, он возомнил, что шутя поймает наследника слизерина. — Драко презрительно фыркнул. — Согласна, по пути сюда я видела Когтевранку. Они походу решили что если поймают наследника, станут героями школы, — саркастично произнесла Ами разводя руками. Рон и Гарри обменялись взглядами. Ами им казалась другой, сейчас она действительно походила на Малфой. Дракой задержал шаг у голой, в потеках влаги каменной стены. — Какой там новый пароль? — спросил он у Гарри. — Эээ... мммм... — промычал тот. — Вспомнил, «чистая кровь»! Часть стены уехала в сторону, открывая проход. Ами и Драко уверенно шагнули внутрь, Гарри и Рон — за ними. Общая гостиная Слизерина была низким длинным подземельем со стенами из дикого камня, с потолка на цепях свисали зеленоватые лампы. В камине, украшенном искусной резьбой, потрескивал огонь, и вокруг, в резных креслах, виднелись темные силуэты слизеринцев. Посмотрев на несколько кресел в отдалении от камина Ами увидела сидящих там Блейза, Нотта и Пенси. — Идите к ним, — распорядился Малфой, махнув рукой в сторону тех трёх. — Сейчас пойду принесу — отец мне кое-что сегодня прислал. Ами пошла в сторону кресел. — Сейчас следите за тем что говорите — шепнула она Гарри и Рону. — С Рождеством ребята! — ярко улыбаясь она села в кресло рядом с Блейзом. Троица слизеринцев одновременно перевели взгляд на Ами. — С рождеством львёнок! — задорно улыбнулся Нотт. — С Рождеством Ами, — улыбнулся Забини. — С Рождеством, — более вяло ответила Пенси. — Львёнок? — удивленно посмотрела девочка на Нотта, — Это что-то новенькое. — Ну а кто еще если не львёнок? — всё так же задорно улыбался Нотт. — Не слишком ли ты своевольничаешь с моей сестрой? — спросил появившейся Драко держа в руках газетную вырезку. —а вы чего стоите? — повернулся он к Гарри и Рону, которые всё это время стояли рядом с креслом куда села Ами. После слов Малфоя они сели в два свободных кресла напротив подруги, а Драко сел рядом с сестрой. — Ну что же теперь время подарков, — улыбнулась Ами. Девочка раздала всем по свёртку, исключая Гарри и Рона. Ей же тоже каждый из них отдал по свёртку. — Ну чего ждёте открывайте. Драко принялся распаковывать свой подарок и обнаружил там значок в виде серебряной змейки с маленькими изумрудами вместо глаз. Пенси же получила нечто похожее только серебряный кулон с маленькой серебряной змеёй. Ами знала что ей однозначно понравиться такой подарок, ведь она восхищалась Драко и явно не ровно к нему дышала. — Мне идёт? — спросил он прицепив значок на мантию. — На все сто, — улыбалась Пенси. — Ну только потому что это подарок нашего львёнка, иначе было бы, как всегда, ужасно. — шутлива закатил глаза Нотт. Драко на это только недовольно хмыкнул. — Так, а у меня там что, — он быстро принялся распаковывать свой подарок и обнаружил внутри серебряный перстень со змейкой. — Ты что ли парный набор на нас всех купила? — улыбнулся он и посмотрел на Забини в руках которого были серебряные запонки в виде змеи, — точно набор, — усмехнулся он. — Ну может и парный.. — загадочно ухмыльнулась Ами. — Ладно хватит вам давай свои подарки открывай, — подал голос Драко. Ами открыла первый сверок в нем оказалась довольно редкая книга которую она давно хотела, но никак не могла найти. Поблагодарив Блейза Ами продолжила распаковку. От Нотта ей досталась рычащая игрушка льва, от Пенси диадема. Поблагодарив их она открыла последний свёрток в котором была красивая и явно дорогая накидка. — Драко с чего это вдруг? Она мне безумно нравиться, но ты раньше никогда не дарил мне одежду. — Раньше не было необходимости. Ты же теперь живёшь с этими Уизли не хватала того что бы тебе пришлось еще носить старую потасканную одежду, — фыркнул Драко. Рон который до этого сидел довольно тихо, сжав кулаки. — Кстати что я вам показать то хотел обхохочетесь! — сказал Драко и начал читать в слух вырезку из газеты которую всё время держал в руках. — «Расследование в Министерстве магии. Артур Уизли, глава Отдела по противозаконному использованию изобретений маглов, был сегодня оштрафован на пятьдесят галлеонов за магические манипуляции с магловским автомобилем. М-р Люциус Малфой, председатель попечительского совета Школы чародейства и волшебства «Хогвартс», где эта заколдованная машина была ранее в этом году разбита, потребовал сегодня отставки м-ра Уизли. — Уизли подрывает репутацию Министерства, — сказал м-р Малфой нашему корреспонденту. — Вне всяких сомнений, его нельзя допускать к составлению законов, а его смехотворный Акт о защите маглов следует незамедлительно упразднить. М-р Уизли от комментариев отказался, а его жена пригрозила репортерам, если они не уберутся, спустить на них домашнего упыря». — Ну как? — спросил Драко убирая вырезку. — Умрешь со смеху! Все Слизеринцы улыбнулись посмеиваясь. Ами же укоризненно посмотрела на Драко. — Ха-ха-ха, — уныло рассмеялся Гарри. — Артур Уизли обожает маглов, готов сломать волшебную палочку и перенять у них все, что можно, — заметил Малфой с презрением. — Глядя на всех этих Уизли, в жизни не скажешь, что они чистокровные! Физиономия Рона — точнее сказать, Крэбба — исказилась от бешенства. Ами только собиралась упрекнуть брата, но не успела он заметил злого Рона. — Что это с тобой, Крэбб? — раздраженно покосился он7 — Желудок схватило, — пробурчал Рон. — Иди в больничное крыло и побей там от моего имени грязнокровок, — фыркнул Малфой и продолжал: — Странно, что «Ежедневный пророк» еще не накатал репортажа о нападениях в школе. Наверное, Дамблдор хочет замять эту историю. Если нападения в ближайшее время не прекратятся, его уволят, как пить дать. Отец всегда говорил: Дамблдор — худшая из напастей. Он любит грязнокровок. Правильный директор никогда бы не принял в школу таких, как Криви. Малфой сделал вид, что фотографирует, и зло, но очень похоже изобразил Колина: — Поттер, можно, я сделаю твое фото? Дай мне, пожалуйста, свой автограф. — Копания Слизеринцев разразилась смехом, а Ами лишь закатила глаза. —Можно, я вылижу твои ботинки, Поттер? — Потом он взглянул на Крэбба и Гойла прибавил: — Да что такое сегодня с вами обоими? Хоть и с опозданием Гарри и Рон без энтузиазма хихикнули. Но Малфой был удовлетворен, ведь Крэбб и Гойл всегда туго соображали. — Святой Поттер, друг грязнокровок, — протянул Малфой. — Нуль без палочки, вот он кто. А еще говорят, что он наследник Слизерина! — Драко не переусердствуй всё-таки он мой друг, — укоризненно посмотрела на брата сестра. — Знаю, знаю, эх, но он уж точно не наследник Слизерина, — закатил глаза Драко. Рон и Гарри слушали, затаив дыхание: Драко вот-вот выдаст свою тайну. Но тот произнес для них совсем неожиданное: — Хотел бы я знать, кто этот наследник. Я бы ему помог... — Это точно — подал голос Нотт, — если бы знали было бы гораздо веселее. Было очевидно, что для них это секрет. У Рона отвалилась челюсть, отчего лицо Крэбба стало еще глупее. Малфой ничего подозрительного не заметил, Гарри же мгновенно сообразил, что на это сказать: — Но ты, наверное, прикидывал, кто за этим стоит? — обратился он к Драко — Я ничего не знаю, сколько раз повторять тебе, Гойл! — рыкнул на него Малфой. — А отец помалкивает. Комнату открывали последний раз пятьдесят лет назад, задолго до его учебы здесь. Но ему все известно. Это очень большая тайна. И он боится, если я буду много знать, то могу нечаянно проболтаться. Но одно я знаю: когда Комнату в последний раз открыли, был убит кто-то из грязнокровок. Спорим, и в этот раз ухлопают, хорошо бы задаваку Грэйнджер! — кровожадно произнес он. — Драко! — Ами ткнула брата в бок. — Ай! — воскликнул тот потирая ушибленное место Рон сжал гигантские кулаки Крэбба. — Кстати ты мне не рассказывал про это. — обиженно посмотрела Ами на брата, — дай угадаю Люциус запретил — Гарри лишь отвел взгляд — эх ладно что с тебя взять. — покачала она головой, — лучше расскажи знаешь ли ты того, кто тогда открыл Комнату, его поймали? — спросил он Малфоя. — Да, конечно... Его исключили. Может, он до сих пор в Азкабане. — В Азкабане? — недоуменно переспросил Гарри. — Азкабан — это тюрьма для волшебников. Честное слово, Гойл, до тебя сегодня доходит, как до жирафа. Ами с Ноттом и Блейзом переглянулись и Тео попытался изобразить жирафа вышло у него надо сказать так себе и Ами рассмеялась с этого представления. Малфой беспокойно поерзал в кресле. — Отец не велит мне в это впутываться. Пусть наследник делает свое дело. Всю эту нечисть давно пора гнать из школы. Но самим лучше держаться подальше. Отцу тоже сейчас несладко приходится. Вы ведь знаете, на той неделе Министерство магии устроило обыск у нас в замке. Ами зловеще усмехнулась. — Ничего особенного не нашли. У отца есть очень ценные штуки для ритуалов черной магии. — А те что хранятся под полом большой гостиной? — спросила Ами — Да те самые, помните как в детстве мы туда залезли? Слизеринцы и Ами улыбнулись друг другу предавшись детским воспоминаниям. Тут Ами перевела взгляд на Рона и увидела как он побагровел, даже волосы налились красным, нос его медленно становился длиннее — отпущенный им час истекал. Девочка незаметно махнула Гарри и Рону дав понять что пора уходить. Они переглянулись и с ужасом на лице вскочили со своих мест. — Скорее за лекарством для желудка! — крикнул Рон, и друзья, не мешкая, помчались прочь из чужой гостиной. Оставшиеся переглянулись. — Что это с ними? — Медленно моргая с изумлённым лицом спросил Блейз. — Видимо, как обычно, обожрались пирожных — пожала плечами Ами — впрочем мне тоже пора идти. Не хватало что бы Перси застукал меня в коридоре. Попрощавшись со всеми Ами забрала подарки и направилась к выходу. Выйдя из гостиной она увидела в конце коридора убегающих друзей и поспешила за ними. Дойдя до чулана за дверью которого доносились удары, она обнаружила две пары ботинок у двери. Девочка открыла дверь и от туда вывалились Крэбб с Гойлом. — Что происходит? Почему ты здесь? — с тупым выражением лица спросил Гойл. — Для начала обуйтесь, а потом я объясню. — спокойно произнесла она убирая подарки по разным карманам и доставая из одного палочку. Крэбб и Гойл недоверчиво посмотрели на неё, но всё же выполнили приказ. После чего как только они встали Ами направила на них двоих палочку. — Простите, но так надо, — она пожала плечами — Обливиэйт — произнесла Ами до того как они что-то сообразят, после чего поспешила удалиться. Первое, что услышала Ами зайдя туалет Млаксы Миртл был крик Гермионы. — Уйдите, пожалуйста! Стоящи впереди Гарри с Роном переглянулись. — В чем дело? — спросил Рон. — Ты ведь уже вернулась в норму? У нас с Гарри все в порядке, как надо. Неожиданно сквозь дверь кабины появилась Плакса Миртл. Никогда еще Ами не видела ее такой счастливой. — У-ух! Что вы сейчас увидите! — ее круглое прозрачное лицо сияло восторгом. — Невозможный кошмар! Щелкнула задвижка, и перед ними, рыдая, предстала Гермиона с натянутой на лицо мантией. — Что случилось, Гермиона? — встревоженно спросила Ами подойдя ближе, чем надо было сказать знатно испугал Гарри с Роном, которые не заметили как она вошла. — Может, у тебя остался уродливый нос Милисенты? — спросил Рон Ами взглянула на него со злостью от чего Рон нервно сглотнул. Гермиона сдернула мантию, и Рон, попятившись, задом врезался в раковину. Все лицо у нее покрывала черная шерсть. Глаза горели желтым огнем, а из волос торчали заостренные ушки. Ами прикрыла рот рукой, она сразу поняла что произошло и почему Гермиона стала такой. — Это был кошачий волос! У Милисенты Булстроуд, должно быть, есть дома кошка! А зелье животных обратно в человека не превращает! — Да-а... — только и вымолвил Рон. — Тебе придумают гадкое прозвище, — радовалась Миртл. — Не расстраивайся, Гермиона, — поспешно вмешался Гарри. — Сейчас же идем в больничное крыло. — засуетилась Ами, — Мадам Помфри никогда не задает лишних вопросов... Да и заодно там Крэбба с Гойлом встретим. Рон с Гарри вопросительно на неё посмотрели. — Что? Я стёрла им память о сегодняшнем вечере и немножко её поправила внушив что у них болят животы. — фыркнула Ами, — спасибо хоть сказали бы. — С-спасибо, — заикаясь произнёс Рон. Ему впервые Ами показалась до ужаса страшной, но в то же время величественной.

* * *

В больничном крыле Гермиона провела несколько недель. Рождественские каникулы окончились, все вернулись в школу, и исчезновение Гермионы породило целую волну слухов. Кое-кто был уверен, что и она подверглась нападению. От желающих навестить ее не было отбоя, и мадам Помфри пришлось поставить вокруг ее кровати ширму, ведь у Гермионы все еще вместо лица была кошачья морда. Появиться перед всеми в таком виде! Девочка этого бы не перенесла. Ами, Рон и Гарри навещали ее каждый вечер. А когда начался семестр, они приносили ей все домашние задания. — Если бы у меня выросли кошачьи усы, я бы устроил себе еще одни каникулы, — заявил Рон как-то вечером, сваливая кипу книг на столик возле кровати Гермионы. — Не говори глупостей, Рон. Ты бы отстал от класса, — живо отвечала Гермиона. С лица у нее исчезли черные волосы, глаза снова становились карие, и настроение ее заметно улучшилось. — Она права, а после этого ты бы по всюду ходил за мной и ныл умоляя объяснить все что не понимаешь, — усмехнулась Ами. Рон угрюмо посмотрел на издевающеюся над ним сестру. — У вас нет ничего нового? — шепотом спросила Гермиона, чтобы не услышала мадам Помфри. — Ничего, — уныло ответил Гарри. — Я был так уверен, что это Малфой, — в сотый раз посетовал Рон. — А я вам говорила он бы не додумался до такого, хотя то что Люциус в курсе я не удивлена. — А это что у тебя? — спросил Гарри, увидев обрамленную золотой каймой карточку, торчащую из-под подушки. — Просто поздравительная открытка, — поспешно ответила Гермиона, пытаясь затолкать ее подальше, но Рон оказался проворнее. Он извлек открытку из-под подушки, раскрыл и прочел вслух: «Мисс Грэйнджер с пожеланиями скорейшего выздоровления от преисполненного сочувствия профессора Златопуста Локонса, Кавалера ордена Мерлина третьей степени, почетного члена Лиги защиты от темных сил, пятикратного победителя конкурса журнала «Ведьмин еженедельник» на самую обворожительную улыбку». Брат с сестрой укоризненно посмотрел на Гермиону: — И ты спишь с этим под подушкой? — отвращено спросила Ами. От неприятного разговора Гермиону избавила мадам Помфри, явившаяся с вечерней порцией лекарств. — Вы видели более скользкого типа, чем Локонс? — возмущался Рон по дороге в гриффиндорскую башню. — Полностью согласна Рон. Он так бесит обсолютно ничего не знает, но приэтом кичиться своими достижениями. Как он вообще мог всё это совершить?! Он же полный бестолочь! — никак не могла успокоиться Ами. Пора было сесть за уроки. Снегг столько им задал — не переделать и к шестому курсу. Ну или так казалось многим. Ами разумеется уже всё сделала. Только Рон, повернувшись, спросил у Ами сколько крысиных хвостов добавляют в Дыбоволосое зелье, как друг с третьего этажа долетел гневный вопль. — Это Филч, — узнал голос Гарри. Друзья бросились вверх по лестнице, напряженно прислушиваясь. — Думаете, еще на кого-то напали? — испуганно спросил Рон, остановившись на полдороге. — Ну или кто-то опять над ним прикалывается. — пожала плечами Ами. А Филч продолжал бушевать: — Опять для меня работа! Убираться здесь всю ночь! Как будто других дел нет! Ну уж дудки, всему есть предел. Немедленно иду к Дамблдору! Шаги его затихли, и было слышно, как где-то вдалеке хлопнула дверь. Друзья завернули за угол. Филч, похоже, только что покинул свой наблюдательный пост. Они опять стояли на том месте, где кто-то напал на Миссис Норрис. Друзья сразу поняли, почему так разошелся Филч: в коридоре стоял настоящий потоп, и вода, кажется, все прибывала. Текло из-под двери туалета Плаксы Миртл. Вопли Филча стихли, их сменили стенания Миртл, эхом отражавшиеся от каменных стен. — А с ней-то что? — вздохнул Рон. — Наверное опять кто-то назвал страшной, — закатила глаза Ами. — Пойдем посмотрим, — предложил Гарри. Приподняв полы мантий выше щиколоток, друзья перебрались по воде к двери с табличкой «Туалет не работает» и, как обычно, не обратив на нее внимания, вошли. Плакса Миртл рыдала громко, надрывно, как никогда. В туалете было темно, свечи затушило потоками воды, заливающей стены и пол. — В чем дело, Миртл? — спросил Гарри. — Кто там? — отозвалась несчастная Миртл. — Пришли швырнуть в меня чем-нибудь еще? Гарри дошел вброд до ее кабинки. Уизли же остались стоять в сторонке, не кого из них не привлекала идея подходить ближе и общаться с Миртл. Они уже во всю натерпелись и наслушались её рыданий за то время когда готовили зелье. — Это почему я должен в тебя чем-то швырять? — спросил он. — Откуда я знаю! — заголосила Миртл, появляясь из сливного бачка с очередной волной, обрушившейся на пол. — Я тут сижу, занимаюсь своими делами, никому не мешаю. И вдруг в меня начинают швыряться книгами! — Но с тобой же ничего не случится, — резонно возразил Гарри. — Книга просто пролетит сквозь тебя, и все. Сказав эти слова, Гарри тут же раскаялся. А Уизли стоящие сзади были готовы ныть от досады. Миртл взмыла вверх и истошно завопила: — Значит, надо швыряться в бедную Миртл? Она все равно ничего не чувствует! Десять баллов тому, кто попадет ей в живот! Пятьдесят — кто угодит в голову! Чудесная игра! Но мне она что-то не по нутру! — А кто все-таки в тебя швырялся? — спросил Гарри. — Понятия не имею. Я здесь сижу, предаюсь мыслям о смерти, а эта штука пронзает мою макушку. — Миртл свирепо посмотрела на друзей. — Вон она, под раковиной, ее туда смыло. Рон и Гарри нагнулись и увидели небольшую, тонкую книжку. Она была в потрепанной черной обложке и мокрая насквозь, как все в туалете. Ами же наблюдала за ними стоя на том же месте, что и до этого. Гарри хотел было поднять ее, но Рон схватил его за руку. — Ты что, спятил? Это опасно. — Опасно? — удивился Гарри. — Что тут опасного? — Согласна какая разница хватайте эту книжонку и пойдём от сюда пока Филч не вернулся. — Вы что с ума сошли. — Рон боязливо поглядывал на находку. — Папа говорит, есть даже книги, которые Министерство конфискует. Одна, например, выжигала людям глаза. Были еще «Сонеты колдуна», прочитаешь их и будешь до смерти говорить в рифму. А у одной старой ведьмы в Бате нашли знаешь какую книгу — откроешь ее, да так и будешь всю жизнь читать. Ходишь — читаешь, ешь — читаешь. И все приходится делать одной рукой, в другой-то книга. А... — Ладно, я понял, — прервал его Гарри. Ами закатила глаза Рон слишком сильно переживал, да и книжка выглядела слишком безобидно. Она лежала на полу, невзрачная и промокшая. Гарри обошел Рона. — У меня предчувствие: заглянем в нее, и разгадаем все тайны. — С этими словами он нагнулся и поднял книжку. Ами подошла к Гарри и через его плечо взглянула на открытую книгу. Она сразу поняла, что это дневник, по первой странице на которой еще можно было разобрать имя — Т. Н. Реддл, написанное расплывшимися чернилами. — Стой-ка. — Рон с опаской подошел сзади и заглянул через другое плечо Гарри. — Мне это имя знакомо... Пятьдесят лет назад Т. Н. Реддл получил награду за особые заслуги перед школой. — Откуда ты знаешь? — удивленно спросил Гарри — Ты явно не любитель читать историю Хогвартса, да и вообще что-либо читать. — ошеломлённо взглянула на брата Ами Рон метнул недовольный взгляд на сестру после чего продолжил: — Оттуда, что Филч заставил меня целый час полировать его памятную табличку. Ну, когда из меня полезли слизняки. Вы бы стирали столько времени слизь с чьей-нибудь фамилии, тоже бы небось запомнили. Гарри тем временем разлеплял набухшие от воды страницы. Они были совершенно чистые. Нигде ни одного слова, ни одной самой обычной записи, вроде «День рождения тетушки Мэйбл» или «Зубной в 15.30». — Он в нем никогда ничего не писал, — сказал Гарри разочарованно. — Эх какое упущение, мы не смогли взглянуть на древние записи какого-то школьника, — с сарказмом произнесла Ами, разводя руки в стороны. — Но почему его кто-то выкинул? — почесал в затылке Рон. Гарри перевернул черную обложку и на внутренней стороне виднелся адрес магазина на Воксхолл-Роуд в Лондоне. — А владелец дневника, видимо, был маглом, — заметила Ами. — Да верно, — кивнул Гарри, — Иначе он не смог бы его там купить. — Нам это ничего не дает. — Рон пожал плечами и, понизив голос, прибавил: — Попадешь в нос Плаксе Миртл, запишем тебе пятьдесят баллов. Гарри все же спрятал дневник в карман.

* * *

Гермиона покинула больничное крыло в начале февраля — без усов, без черной шерсти и без хвоста. В первый же вечер возвращения в Гриффиндор Гарри показал ей дневник и друзья рассказали, как он был найден. — А ведь в нем, возможно, скрыто что-то очень важное, — сказала Гермиона, внимательно рассматривая дневник. — Как по мне обычная старая безделушка, — пожала плечами Ами — Если и скрыто, то очень надежно. И, наверное, такое, чего стоит стесняться, — хмыкнул Рон. — Объясни, Гарри, почему ты его не выбросил? — Кстати да, на кой чёрт ты постоянно таскаешь его с собой, — повернулась к нему Ами. — А я хотел бы знать, почему его кто-то выбросил, — сказал Гарри, — и за какие такие особые заслуги Реддл получил награду. — Да за что угодно. — Рон поднял глаза к потолку. — Может, набрал тридцать СОВ или спас профессора от гигантского спрута... Или убил Миртл, а это кому угодно принесет славу... Ха-ха, это точно — усмехнулась Уизли. По сосредоточенному взгляду Гермионы было понятно, что она не разделяет мнение брата с сестрой, точно так же как Гарри считая это чем то важным. — Ты до чего-нибудь додумалась? — полюбопытствовал Рон. Но ответил ему Гарри: — Значит, Тайная комната была открыта пятьдесят лет назад, верно? Это сказал Малфой. — Ага, — кивнула Ами. — И этому дневнику пятьдесят лет. — Гермиона, волнуясь, постучала по черному переплету. — Ну если так задуматься может в этом и есть какой-то смысл, — хмыкнула Ами. — И что? — спросил Рон. — Ох, Рон, да очнись же ты! — с жаром воскликнула Гермиона. — Еще мы знаем, что открывшего Комнату в прошлый раз исключили из школы пятьдесят лет назад. И Т. Н. Реддл получил награду за особые заслуги полвека назад. А что, если он получил награду за то, что поймал наследника Слизерина? Можно допустить, что в этом дневнике содержится все: где находится Комната, как ее открыть и что за создание там живет. А тот, кто сейчас устраивает нападения, уж точно не хочет, чтобы это было всем известно, согласны? — Блестящая теория, Гермиона, — кивнул Рон, — с одним маленьким «но»: в дневнике вообще ничего не написано. — С этим согласна. Но Гермиона уже доставала из сумки волшебную палочку. — Существуют невидимые чернила, — прошептала она — Я уже п... — начала была Уизли, но Гермиона уже трижды коснувшись палочкой дневника, произнесла: — Апарекиум! Ничего не произошло. — Говорю же я уже проверяла, в нём абсолютно ничего не проявляется. Но не обескураженная неудачей Гермиона снова полезла в сумку и вытащила что-то вроде ластика ярко-красного цвета. — Это Обнаружитель, — пояснила она. — Я купила его в Косом переулке. Гермиона с силой потерла «Первое января». Дневник не поддавался. — Говорю вам, тут нечего искать, — сказал Рон. — Реддл получил дневник в подарок на Рождество и просто поленился делать в нем записи. — Полностью согласна с Роном, на него даже мои зелья не подействовали, так что к сожалению если там что-то и есть мы это навряд ли узнаем.

* * *

Было видно что Гарри не даёт покоя этот дневник и само имя Тома Редлла, но видимо решив что с дневником ничего не поделать раз даже Гермиона с Ами ничего не смогли сделать на следующий день он предложил отправиться в Зал почета, разведать, нет ли там каких-нибудь подробностей о награде Реддла. Гермиона мигом воодушевилась этой идеей намеренная доказать свою правоту, Рон был настроен весьма иронично и пошёл просто так за компанию, заявив друзьям, что Залом почета он сыт по горло. Ами тоже больше пошла за компанию, решив что зал почёта им не слишком поможет, но все же она была настроена не так скептично как Рон. Признав что в нём и правда может быть какая нибудь информация. Сверкающая золотом табличка с именем Реддла помещалась в угловом шкафу. На ней ничего не было сказано, за что Реддл был так отмечен. — Это хорошо, а то б она была раз в десять больше и я бы полировал ее до сих пор, — пошутил Рон. Однако друзьям удалось найти имя Реддла на старой медали «За магические заслуги» и в списке старост школы за последние сто лет. — Он похож на Перси. — неожиданно заявила Ами. По всей видимости Рон думал так же, ведь он недовольно сморщил нос. После чего произнёс: — Староста факультета. Староста школы... наверняка еще и учился лучше всех по всем предметам. — Ты говоришь так, словно это плохо, — слегка обиделась Гермиона.

* * *

В Хогвартсе опять стали радоваться солнцу. Нападений больше не было, настроение у всех поднималось, оживала в сердце надежда, что сгустившиеся было тучи пройдут стороной. Мадам Помфри радостно докладывала, что мандрагоры становятся нервными и замкнутыми, а это значит, что они вступают в переходный возраст. — Вот юношеские прыщи сойдут, и мы снова их пересадим, — случайно услышала Ами, как она добродушно делилась новостями с Филчем. — А после этого нарежем и приготовим настойку. Так что в скором времени Миссис Норрис будет опять с вами... Возможно, наследник Слизерина, кто бы он ни был, устал или ему просто надоело. Должно быть, становится все рискованней открывать Тайную комнату, ведь вся школа настороже. Да и чудище, наверное, решило погрузиться в спячку на ближайшие пятьдесят лет... В любом случае это мало заботило Ами. Крёстный загрузил её заданиями по самое не хочу, да и пришло время вернуться к усиленному изучению продвинутой магии, которую она отложила на время приготовления оборотного зелья. Остальные же ученики приободрились и успокоились, после прекращения нападений. Только Эрни Макмилан из Пуффендуя не разделял общего благодушия. Он по-прежнему был убежден, что Гарри виновен, он же сам себя выдал на открытии Дуэльного клуба. А еще и Пивз подливал масла в огонь — вылетит в людный коридор и, приплясывая, горланит: Гарри Поттер, ты злодей, Убивец духов и людей! Златопуст Локонс, похоже, считал прекращение нападений своей личной заслугой. Ами как-то подслушал его разглагольствования о собственных доблестях. Макгонагалл вела гриффиндорцев на урок трансфигурации, Локонс шел рядом. — Думаю, Минерва, что жертв больше не будет, — говорил Локонс, подмигивая и постукивая себя пальцем по носу. — Полагаю, Комната на этот раз закрыта окончательно. Преступник осознал, что я изобличу его, это лишь дело времени. С его стороны весьма разумно именно сейчас прекратить злодеяния, пока я не взялся за него основательно. Да, между прочим, вы ведь тоже понимаете, школе нужен сейчас какой-то праздник, который поднял бы моральный дух. Долой воспоминания о бедах прошлого семестра! Сейчас я не могу сказать больше, прибавлю только, что знаю, какой дорогой нужно идти... Он еще раз изящно постучал себя по носу и зашагал прочь. Представление Локонса о празднике воплотилось в жизнь в Валентинов день, четырнадцатого февраля. Накануне Ами засиделась в гостиной до глубокой ночи практикуя беспалочковую магию, а когда она прибежала в Большой зал, немного опоздав на завтрак. В первую минуту ей показалось, что она ошиблась дверью. Рядом с ней остановился точно такой же ошеломлённый Гарри. Стены зала были сплошь увиты пышными, ядовито-розовыми цветами, с бледно-голубого потолка сыпались конфетти в форме сердечек. Они переглянулись и подошли к своему столу — Рон сидел с таким видом, как будто его вот-вот стошнит, что до Гермионы, она то и дело хихикала. — Что тут происходит? — спросил Гарри, сел за стол и начал сковыривать с жареного бекона сердечки. — Согласна, что за розовое недоразумение тут творится? — спросила Ами садясь рядом с Гермионой. Рон молча указал на преподавательский стол — не мог говорить из-за переполнявшего его отвращения. Локонс, в омерзительной розовой мантии в тон цветам, жестом требовал тишины. Преподаватели по обе стороны от него сидели с каменными лицами. Ами со своего места видела, как дергается щека у профессора Макгонагалл. Северус же выглядел так будто его заставили выпить самое противное снадобье приготовленное Долгопупсом. — С Днем святого Валентина! — возгласил Локонс. — Для начала позвольте поблагодарить всех — а их сорок шесть человек, — кто прислал мне к этому дню поздравительные открытки! Я взял на себя смелость устроить для вас этот маленький сюрприз. Но это еще не все! Локонс хлопнул в ладони, и в зал вошла процессия мрачного вида карликов. Правда, это были не обычные карлики: у каждого в руке была арфа, а за спиной — золотые крылышки. — Представляю вам моих любезных купидончиков, валентинских письмоносцев! — лучезарно улыбался Локонс. — Сегодня они будут ходить по школе и разносить валентинки. Веселье только начинается! Я уверен, и мои коллеги захотят внести лепту в наш праздник! Давайте попросим профессора Снегга, пусть он покажет нам, как сварить Любовный напиток! А профессор Флитвик в этот праздник пламенеющих сердец мог бы рассказать кое-что о Приворотных средствах. Он знает о них, старый проказник, больше любого чародея! Профессор Флитвик спрятал лицо в ладонях. Взглянув на Крёстного Ами разразилась громким смехом. По одному его взгляду было видно, что он силой вольет стакан яда в глотку первого, кто обратится к нему за Любовным напитком. — Гермиона, скажи, ведь тебя нет среди эта сорока шести? — взмолился Рон по дороге на первый урок. Но Гермиона вдруг увлеклась поисками расписания в своем портфеле и ничего не ответила. Ами ясно поняв что это означает была готова биться головой об стену. На сколько бы Гермиона не была умной в такие моменты она казалась Уизли невероятно тупой. Ну правда сколько можно было говорить что этот прохвост совершенно бестолковый индюк. На протяжении всего дня карлики с валентинками бесцеремонно сновали из класса в класс, к вящему раздражению преподавателей. Перед обедом один такой сумел поймать Ами входящею из дверей кабинета. К несчастью карлика девочка была совершенно не рада тому что ей послали валентинку. Купидон был заколдован, а Ами пригрозила всем собравшимся зевакам во круг пообещав что заколдует и посыльного и заказчика, да ещё и в стакан тыквенного сока обязательно подольёт какое-нибудь зелье. Мальчик же что послал её эту валентинку был второкурсником Когтеврана. Ами не задумываясь подвесила его верх ногами, после чего поспешила удалиться пока на шум не пришёл Перси. Пусть ему и почти не досталось, но это стало хорошим предупреждением для других. На следующий день Гарри рассказал невероятную новость Ами и Гермионе. На дневник на самом деле было наложено заклинание заключавшее в нем память Тома пятидесятилетний давности об открытии тайной комнаты. Оказалось если написать что-то в этом дневнике чернила пропадут, а Редлл ответит тебе. Так он показал Гарри свои воспоминания, о том как монстр Хагрида убил ученицу пятьдесят лет назад. По всей видимости это он открыл тогда тайную комнату. Ами, Рон, Гарри и Гермиона давно знали, что Хагрид питает непонятное пристрастие к чудовищным, уродливым созданиям. В первый год их жизни в Хогвартсе он пытался вырастить дракона в своей маленькой лесной хижине, а уж его громадного трехглавого пса, которого он нежно окрестил Пушок, они точно не скоро забудут. И Гарри был уверен: если еще мальчишкой Хагрид услыхал легенду о чудовище, скрывающемся в замке, то бесстрашно полез бы куда угодно, лишь бы взглянуть на него хоть краешком глаза. А дальше... Возможно, ему стало совестно держать зверя в клетке, и он решил выпустить его, дать возможность поразмять бесчисленные ноги... Но Ами было ясно — Хагрид никогда, ни при каких обстоятельствах не мог бы никого убить. Гарри уже почти жалел, что проник в тайну дневника. Рон с Гермионой снова и снова требовали от него всех подробностей путешествия по закоулкам памяти Реддла — Гарри тошнило от бесконечных пересказов и разговоров, которые за ними следовали. Ами же упорно засела за книги, ей было слишком любопытно что это за заклинание такое. — Реддл мог поймать не того человека, — утверждала Гермиона. — Возможно, был какой-то другой монстр, нападавший на людей. — Согласна, не похож Хагрид на того из-за кого убили человека. — вылезла из-за книги Ами. — Да сколько же тут, по-вашему, этих монстров? — хмуро спрашивал Рон. — Мы знаем, что Хагрида когда-то давно исключили из школы, — печально признавал Гарри. — И нападения после этого прекратились, иначе Реддл не получил бы особой награды… Рон подошел к делу с другой стороны: — Реддл был тогда чем-то вроде Перси. Кто его просил доносить на Хагрида? — Но ведь чудище кого-то убило, — возразила Гермиона. — И если бы школу закрыли, Реддл вынужден был бы отправиться в какой-то магловский приют, — добавил Гарри. — Я не виню его за то, что он хотел остаться здесь. Рон подергал себя за губу, потом нерешительно спросил: — Ты ведь встретил Хагрида в Лютном переулке, да? — Он покупал средство от плотоядных слизней, — поспешно ответил Гарри. Трое замолчали, а Ами и не вылезала из-за книги. Молчали долго. Наконец Гермиона, запинаясь, высказала то, о чем они все сейчас думали: — Может, нам следует пойти и поговорить с самим Хагридом? — Радостная будет встреча, — хмыкнул Рон. — Привет, Хагрид, скажи-ка нам, ты в последнее время не напускал на школу никого ужасного и волосатого? Порешили все-таки ничего Хагриду не говорить, если только не будет нового нападения. И чем дольше не появлялся тот загадочный бестелесный голос, тем сильнее становилась надежда, что им никогда не придется спрашивать Хагрида, почему его исключили из школы. Минуло уже почти четыре месяца с тех пор, как Джастин и Почти Безголовый Ник оцепенели, и теперь чуть ли не все уверились, что злодей, кто бы он ни был, сгинул совсем и никогда больше в Хогвартс не явится. Пивзу окончательно наскучила песня «Гарри Поттер, ты злодей», а Эрни Макмилан смягчился до такой степени, что как-то на травологии вполне вежливо попросил Гарри передать ему корзинку с прыгающими поганками. В марте несколько мандрагор закатили в теплице номер три шумную, безобразную вечеринку, чрезвычайно порадовав профессора Стебль. — Раз они стали лазать друг к другу в горшки, значит, они совсем созрели, — объяснила она на уроке. — И скоро мы сможем вернуть к жизни тех несчастных в больничном крыле.

* * *

На пасхальных каникулах второкурсникам подкинули новую тему для размышлений. Надо было выбрать предметы для третьего года обучения, к чему Ами с Гермионой отнеслись со всей серьезностью. — От этого зависит наше будущее, — сказала последняя Рону и Гарри, когда они вчетвером принялись изучать список новых предметов, помечая их галочками. — Полностью согласна, да и тут всё слишком интересное что бы выбирать, — простонала Ами. — Я бы хотел отказаться от зелий, — заметил Гарри. — Нельзя, — мрачно возразил Рон. — Все старые предметы остаются. — Если бы позволили что-нибудь выкинуть, я бы вычеркнул защиту от темных искусств. — Но это очень важный предмет! — возмутилась Гермиона. — Важный, если бы его преподавал не Локонс, — уперся Рон. — Я у него ничему не научился. Нет, хотя научился — что будет, если выпустить на волю корнуэльских пикси. Ами не смогла сдержать громкий смех, и вытирая подступающие слёзы произнесла: « — Это уж точно предмет полезный и нужный вот только Локонс всё портит.» Невилл Долгопупс был завален письмами, содержащими противоречивые советы родных колдунов и колдуний, какие предметы больше всего пригодятся в жизни. Растерянный, сбитый с толку, он читал список предметов, высунув язык, и смущенно спрашивал окружающих, что труднее — арифмантика или изучение древних рун. Дин Томас, который, как и Гарри, вырос среди маглов, поступил просто: закрыв глаза, тыкал волшебной палочкой в список и помечал те предметы, на которые угодил. Гермиона ничьих советов не слушала, а взяла и записалась сразу на все новые курсы. Ами поступила точно так же не сумев выбрать. Гарри растущему в семье маглов помочь никто не мог, да и не похоже было что его родственников обрадует такой разговор. Правда, нельзя сказать, что он остался совсем без напутствия: Перси Уизли жаждал поделиться с кем-нибудь жизненным опытом. — Самое главное, Гарри, понять, чего ты сам хочешь, — сказал он. — И лучше задуматься о будущем как можно раньше. Поэтому я рекомендовал бы тебе предсказания. Говорят, что маггловедение — легкий предмет, но я считаю, что волшебники должны иметь ясное и исчерпывающее представление о немагической части общества, особенно если им предстоит работать в тесном сотрудничестве с маглами. Вспомни моего отца — ему постоянно приходится иметь дело с маглами, их бизнесом, изобретениями. А вот мой брат Чарльз всегда любил работать на свежем воздухе и выбрал уход за магическими существами. Нужно использовать свои сильные стороны, Гарри. Ну и, конечно, склонности. Но единственным предметом, к которому у Гарри лежала душа, был квиддич. И он записался на те же курсы, что и Рон: споткнется на чем-нибудь — рядом плечо друга.

* * *

Поздним субботним вечером Ами и Гермиона сидели в гриффиндорской гостиной в одиночестве, Гермиона кропела над трудом «Толкование древних рун», а Ами всё сидела за очередной книгой про всевозможные заклинания. Неожиданно в гостиную вбежали запыхавшиеся Рон с Гарри. — Дневник Реддла исчез, — воскликнули они в один голос. Девочки моментально отложили книги, Гермиона пришла в ужас, а Ами скорее была невероятно раздосадована этим. Она так и не успела до конца изучить что ж за заклинание было на него наложено. — Ведь получается, что украсть мог только кто-то из гриффиндорцев — больше никто не знает пароля... — прошептала Гермиона. — Да, верно, — вздохнул Гарри.

* * *

Утро следующего дня встретило их ярким солнечным светом и легким прохладным ветерком. — Идеальные условия для квиддича! — Вуд стоял у гриффиндорского стола и, бурля энтузиазмом, нагружал омлетом тарелки своей команды. — Гарри, иди скорее сюда, тебе необходимо хорошо подкрепиться! Ами оглядела стол, где почти не было свободных мест, и задумалась кто же из них может быть новым владельцем дневника? Гермиона настаивала, что надо заявить о краже, но Ами, как и Гарри была не согласна. Пришлось бы тогда рассказать всю историю с дневником — ведь мало кому известно, за что исключили Хагрида полвека назад. А ей не хотелось говорить что-то подобное про Хагрида который всегда был к ним добр, да и ворошить эти темные дела не было никакого желания. Выйдя из Большого зала, друзья отправились к себе в башню взять снаряжение для матча, и тут другая, более веская причина для тревоги добавилась к растущему списку неприятностей. Едва они успели поставить ногу на ступеньку мраморной лестницы, как Гарри неожиданно остановился и вскрикнул. Рон Ами и Гермиона аж отпрянули от него. — Голос! — воскликнул Гарри, озираясь вокруг. — Я только что опять слышал его! А вы слышали? Рон, широко открыв глаза, отрицательно покачал головой, а Ами с Гермионой замерли переглянувшись. — Ты об этом же думаешь? — спросила Гермиона. — Да, — кивнула Ами, — мальчики у нас есть идея мы в библиотеку. И они умчались вверх по лестнице, оставив мальчиков стоять в недоумении. Добежав до входа в библиотеку они остановились вокруг было необычайно тихо. — Никогда не думала что тут может быть так жутко, — поежилась Ами — Сейчас не время валять дурака, нужно быстрее найти нужную книгу, — строго посмотрела Гермиона на подругу. Уизли лишь кивнула в ответ после чего двое поспешили зайти в библиотеку, направившись в отдел, где хранились книги про магических созданий. Ами взяла первую попавшеюся книгу про различных чудишь и монстров, но в ней не было того чего они ищут. Ещё через несколько книг, она попала в точку. — Герми смотри! Это оно Гермиона подошла к подруге и взглянула на открытый разворот в котором было написано: «...из многих чудищ и монстров, коих в наших землях встретить можно, не сыскать таинственней и смертоносней Василиска, также еще именуемого Король Змей. Сей гад может достигать размеров воистину гигантских, а срок жизни его — многие столетия. На свет он рождается из куриного яйца, жабой высиженного. Смерть же несет путем диковинным, небывалым, ибо, кроме клыков ужасных и ядовитых, дан ему взгляд убийственный, так что ежели кто с ним очами встретится, тотчас примет кончину скорую. Особливо боятся Василиска пауки, сторонятся елико возможно, ибо он есть враг их смертельный; сам оный Василиск страшится лишь пения петушиного, ибо гибельно оно для него...» — А не кого он не убил потому что, никто до сих пор не смотрел ему прямо в глаза, — повернувшись к подруге произнесла Ами. — У тебя есть с собой перо и чернила? — Нет, но есть это, — Герми достала из сумки зеркало, — смотри только через него. Ами кивнула и взяв книгу поспешила к столам за которыми обычно выполняли домашнее задание ученики, за ними были перья с чернилами. Взяв одно из них она написала на странице "Трубы". — Отлично теперь пойдём. — Гермиона вырвала эту страницу из книги. Девочки поспешили выйти из столь пустой и жуткой по виду библиотеки смотря исключительно в небольшое зеркальце в руках Гермионы, как неожиданно Ами остановилась перед самым выходом и жестом показа Гермионе молчать. Гермиона сначала вопросительно посмотрела на подругу, а после тоже прислушалась, как будто где вдалеке было слышно странный скользящий звук. Обе сразу догадались что этот звук издавал василиск, просмотрев друг на друга через зеркало девочки поспешили уйти. Уже выйдя из библиотеки Ами заметила через зеркала внизу стены отверстие из которого на неё смотрели два больших желтых глаза, не успев опомниться она оцепенела.

* * *

Команды вышли на поле под громкие аплодисменты. Оливер Вуд поднялся в воздух для предварительного облета голевых шестов; мадам Трюк выпустила мячи. Пуффендуйцы, одетые в желтое, сгрудились в кучу — уточнить напоследок игровые ходы. Гарри уже вскочил на метлу, как вдруг появилась профессор Макгонагалл и бегом пересекла поле, держа в руках громадный фиолетовый мегафон. Сердце у Гарри екнуло. — Матч отменяется! — крикнула профессор Макгонагалл в мегафон, и переполненные трибуны взорвались шумом, криками, свистом. Оливер Вуд без промедления приземлился и с безумным видом бросился к профессору Макгонагалл, все еще сжимая в руке метлу. — Но профессор! — воскликнул он. — Нам надо играть… Кубок… Гриффиндор… Профессор Макгонагалл, не замечая его, продолжала кричать в мегафон: — Всем ученикам вернуться в свои гостиные. Там получите дальнейшую информацию. И пожалуйста, поскорее! После чего она опустила мегафон и жестом подозвала Гарри: — Тебе, Поттер, лучше пойти со мной. Недоумевая, в чем его сегодня подозревают, Гарри увидел, как из ропщущей толпы выбежал Рон. Он их догнал по пути в замок. К удивлению Гарри, профессор Макгонагалл не посчитала присутствие Рона лишним. — Пойдем и ты с нами, Уизли. Шедшие поодаль ученики шумно высказывали недовольство отменой матча, многие были явно обеспокоены. Рон и Гарри поднялись по мраморной лестнице вслед за профессором. На сей раз она повела их не в кабинет, а в больничное крыло. — Вас это очень расстроит, — произнесла профессор Макгонагалл непривычно мягким тоном, когда они подошли к двери больницы. — Было еще одно нападение… Двойное нападение. У Гарри внутри все похолодело. Профессор Макгонагалл толкнула дверь, и они вошли. Мадам Помфри стояла между двух кроватей на которыйх.. — Девочки! — охнул Рон. Ами и Гермиона лежали необычно тихо, глаза их были открыты и словно остекленели. — Их нашли у двери библиотеки, — сказала профессор Макгонагалл. — Вы, случайно, не знаете, что значит вот это? — Она показала маленькое круглое зеркальце. — Оно лежало возле них на полу. Рон и Гарри покачали головами, не сводя глаз с девочек. Никто из них не мог поверить в то что они сейчас увидели, а ещё удивительнее было то что одной из жертв стала Ами. Она была чистокровной волшебницей, да и к тому же кровной родственицей Малфоев, которые с головы до ног были истинными слизеинцами. — Я провожу вас в гриффиндорскую башню. — Профессор Макгонагалл тяжело вздохнула. — Мне предстоит разговор с учениками. Но не упели они выйти как в больничное крыло ворвались Снегг и за ним Малфой. — Где она! — воскликнул Драко осматривая койкинайдя взгядом сестру подбежал к ней. — Как такое могло произойти кто посмел напасть на мою сестру чистокровную волшебницу. — негодовал Драко. Дальнейшие слова и действия Снегга и малфоя Гарри с Роном увидеть не смогли, Макгонагалл увела их из больничного крыла. Когда все собрались, профессор начала свою нерадостную речь: — Все ученики возвращаются в гостиные своих факультетов до шести часов вечера и больше их не покидают. На уроки будете ходить в сопровождении преподавателя. Никто не пользуется туалетной комнатой без провожатого. Все матчи и тренировки временно отменяются. Никаких передвижений по вечерам. Переполненная гриффиндорская гостиная выслушала это строгое предписание, не проронив ни слова. Профессор свернула пергамент, по которому читала, и закончила речь собственными словами: — Вряд ли стоит добавлять, что я давно не была так расстроена. Если преступника не поймают, школа, по всей видимости, будет закрыта. Я настоятельно прошу: все, у кого есть хоть какие-то подозрения, без промедления подойдите ко мне и сообщите, что вам известно. Профессор Макгонагалл протиснулась сквозь проем с полной дамой, который тут же сомкнулся. И вся гостиная загалдела. Особенно всем стало тревожно от того что напали на чистокроную волшебницу, теперь никто не был уверен в своей безопасности.

* * *

Ами открыла глаза поморщившись от света ламп, оглядевшись она обнаружила что лежит на одной из коек в больничном крыле, рядом на соседней кровати сидела Гермиона. — Ами ты как в порядке? — воскликнула она увидев как подруга поднимается что бы сесть. — Да. А ты? — улыбнулась она подруге. — Я тоже. Видимо Гарри с Роном справились. — Да, а как иначе. Как же Рон без любимой сестры, которая помогает ему с домашкой. Гермиона улыбнулась со слов подруги, они обе несомненно были невероятно рады, что всё наконец закончилось. Хотя надо сказать Ами было весьма любопытно кто же оказался наследником Слизериана. Довольно скоро очнулись от оцепенения и все остальные, Мадам Помфри бегала от койки до койки, проверяя всех пациентов. Неожиданно дверь больничного крыла открылась и внутрь зашёл Рон, таща под рука Локонса. — Ами, Гермиона! — радостно воскликнул он, как только увидел их. — А вы что делаете здесь в столь поздний час молодой человек. — повернулась к нему на секунду мадам Помфри, после вернувшись к осмотру Колина. — Мадам Помфри, боюсь у профессора Локонса некоторые проблемы с головой. Профессор Дамболдор сказал мне привезти его к вам. Рон рассказал невероятную историю о том как Локанс стер себе память попутно рассказав девочкам о том как они с Гарри, пошли за пауками в лес и Арагог поведал им, где умерла последняя жертва василиска, как они догадались, что Плакса Миртл и есть эта жертва и что вход в Тайную комнату не где-нибудь, а в ее туалете. Так же о том как через дневник Том Редлл, а точнее Лорд-волондеморт через дневник контролировал Джинни и пытался вернуться, что Фоукс прилетел к ним в тайную комнату на помощь, что Гарри победил Василтска и спас Джинни, и что Дамболдорр решил устроить пирушку в честь этого. — Тоесть Локонс больше не будет нашим учителем какое счастье, а ты Гермиона не верил что он из себя ничего не представляет. — Ну видимо я ошиблась, — промямлила Гермиона. Вскоре все кто был в больничном крыле за исключение Мадам Помфри и Локонса, которому придётся провести некоторое время в больничном крыле, а после отправиться на лечение. Ами бывала в Хогвартсе уже на нескольких праздниках, но никогда еще ничего подобного не видела: многие были в пижамах, а торжество растянулось на целую ночь. И сколько же радости эта ночь принесла всем! Как только девочки увидели в толпе Гарри мигом набросились на него с объятиями и восторженным криком: «Ты победил, Гарри!». После чего накинулись с объятиями уже на Ами, на удивление это были Слизеринцы. Тео и Блейз обнимали подругу с возгласами «Слава богу ты жива!». Драко был более сдержан и просто причитал, хорошо что ты очнулась иначе бы я убил всех этих гриффиндорцев которые не сумели защитить тебя. Было ясно что за этот год Ами сдружилась со своими старыми друзьями из Слизерина. Все расселись по своим столам и праздник начался. А в половине четвертого внезапно появился Хагрид и с таким жаром хлопнул Гарри и Рона по плечам, что те ткнулись носом в тарелки с бисквитом со взбитыми сливками. Вслед за этим профессор Макгонагалл сообщила, что по случаю столь отрадных событий дирекция сочла возможным отменить годовые экзамены («Как жаль!» — огорчилась Гермиона), и прибавила, что четыре сотни баллов, полученные Гарри и Роном, обеспечили Гриффиндору Кубок школы еще на один год. А тут еще Дамблдор объявил, что, к сожалению, профессор Локонс не будет больше преподавать защиту от темных искусств, он потерял память и едет лечиться — ликование школьников разделили и несколько профессоров. — Вот жалость, — проворчал Рон, уплетая пончик с джемом. — Он только-только начал мне нравиться...

* * *

Остаток семестра растворился в ослепительном солнечном сиянии. Хогвартс постепенно вернулся к своим обычным будням — правда, с небольшими изменениями. Отменили занятия по защите («У кого, у кого, а у нас практики по защите было навалом», — утешал Рон огорченную Гермиону), исключили из Попечительского совета Люциуса Малфоя. Драко перестал разгуливать по школе с таким видом, будто весь Хогвартс — его вотчина. Вид у него теперь всегда был обиженный и угрюмый. Зато Джинни, напротив, сияла от счастья. Быстро, слишком быстро наступило время отъезда. И наши друзья — Ами, Гарри, Рон, Гермиона, Фред, Джордж и Джинни — заняли купе в экспрессе Хогвартс — Лондон. До начала каникул остались считанные часы — ученикам пока еще можно колдовать, и вся компания самозабвенно отдалась любимому занятию. Играли во взрывающиеся карты, пускали последние оставшиеся у близнецов хлопушки и обезоруживали друг друга с помощью заклинаний. У Ами это получалось мастерски. Почти у самого вокзала Кингс-Кросс Гарри вдруг кое-что вспомнил: — Джинни, а помнишь, ты видела: Перси делал что-то такое, чего потом очень стеснялся и просил тебя никому не рассказывать? Что это было? — Конечно, помню. — Джинни хихикнула. — У Перси завелась подружка. Ами и Фред, вставшие за книгами, уронили целую связку — прямо на голову Джорджу. — Что-что? — воскликнули они в один голос. — Староста Когтеврана, Пенелопа Кристал, — объяснила Джинни. — Это ей он писал письма все прошлое лето. В школе они встречались тайком. Я как-то вбежала в пустой класс, а они там целуются. Потому он и был не в себе, когда на нее... ну... понимаете... когда на нее напали. Вы ведь не будете его дразнить, не будете? — спросила она с тревогой. — Я и не думаю об этом! — сказал Фред, который выглядел так, будто его день рождения наступил раньше. — Конечно, не будем, — захихикал Джордж. — Как так вообще можно, он же наш старший брат. — улыбалась Ами. После чего они заговорчески переглянулись. Экспресс замедлил ход и остановился. Гарри достал перо, кусочек пергамента и повернулся к Ами, Рону с Гермионой. — Это номер телефона Дурслей, — сказал он Рону, дважды наскоро написал номер, пополам разорвал пергамент и вручил друзьям половинки. — Прошлым летом я объяснил вашему отцу, как пользоваться телефоном, он научит вас. Позвоните мне: два месяца говорить только с Дадли — я этого не вынесу! — А ты расскажи дяде с тетей, какой подвиг совершил, — сказала Гермиона, когда они окунулись в людскую толчею перед заколдованным барьером, — и они будут тобой гордиться. — Гордиться? С ума сошла! Они знаешь как расстроятся! Столько раз дорогой племянник был на волосок от гибели и уцелел! Да они взбесятся! И друзья, на этот раз без помех, прошли сквозь барьер в мир маглов.