Песнь о скалах и фьордах

Эи кажется расслабленной: она не принимает властной позы, не нуждаясь в визуальном подтверждении собственной силы, но, наоборот, устраивается как можно удобнее, опирая руку на подбородок, словно бы ожидая, что ей сейчас расскажут невероятно интересую, но долгую историю. Ничего, что говорило бы о том, что в ее личную резиденцию ворвались Фатуи, отношения с которыми после смерти Синьоры оставались напряженными достаточно, чтобы быть на тонкой грани до открытого конфликта - так или иначе, но Царица не могла проигнорировать то, что ее дипломатку и предвестницу очень тонко нашинковала сама ее величество Сегун. То, насколько сама Царица была связана с врывом, впрочем, было вопросом открытым. Она подавила зевок. С каким-то спящим весельем, едва отражающимся на безэмоциональном лице, Эи разглядывала стоящего перед ней Скарамуша, отчего-то выглядящего немного недовольным. Или не немного - его эмоции, по правде говоря, было крайне сложно различить. - Это хоть было санкционировано твоей госпожой? - к слову поинтересовалась она, разглядывая его достаточно пристально, чтобы можно было посчитать, что ей хотелось разглядеть нечто вполне определенное. Скарамуш выдал что-то среднее между рычанием и раздраженным стоном. - Разумеется, нет, - ответил он таким тоном, как если бы Эи была полной идиоткой, - так что вот это, - он развел руками, - было абсолютно необязательным. - Почему же необязательным? - удивилась Эи. - Не полагал же ты, что я любезно позволю им послушать наш с тобой разговор? Пол в зале был с аккуратной закономерностью устлан растерзанными тонкими лезвиями Электро бойцами Фатуи, от мала до велика: казалось, что все они полегли одновременно. Скарамуш пренебрежительно фыркнул. - Разумеется, нет. За кого ты меня держишь? Их задачей было потом передать Царице, что я посещал тебя, а не убивал Одиннадцатого или, скажем, устраивал восстание против нее. Он был один из тех немногих, кто обращался к Эи, Сегун Райден, великому Электро архонту, на "ты". И та на это лишь закатывала глаза, словно бы находя не стоящим внимания. - Что же, - легко сказала Эи и тонко улыбнулась, - теперь это твоя проблема. Вместе с этим, мы можем поговорить в конфиденциальной обстановке, не прибегая к перемещению в мое подсознательное. - Что же, - Скарамуш ухмыльнулся, - мне даже не пришлось встревать в ваши политические распри, чтобы забрать гнозис. Эи взглянула на него с полным умиротворения вежливым интересом. - Гнозис - символ в куда большей мере, чем источник силы, - насмешливо заметила она, - не знаю, зачем их собирает твоя госпожа, но мне он был ни к чему. Яэ могла с тем же успехом подарить его первому встречному. Никакой разницы. - Та часть, где она отдала гнозис за Путешественника, прошла мимо тебя? - с ложной задумчивостью уточнил Скарамуш. - Разве это не предательство тебя, Эи? Она лишь поморщилась. - Какое плоское мышление. У Яэ были свои и, пожалуй, имеющие смысл доводы. Если называть ее поступок предательством, то таковым можно назвать и твой, - шутливо добавила она, явно выглядя так, словно - словно? - ситуация была полностью под ее контролем. Скарамуш, зеркаля ее, также подпер подбородок ладонью. - Ты о том, как ты выбросила меня, а потом меня нашли Фатуи? - Не говори как травмированный брошенный ребенок, - отбрила Эи, выглядя развеселенной. - Но мне было бы выгодней выглядеть именно так, разве нет? - вторя ее тону, заметил Скарамуш, на что она только пожала плечами: - Как бы то ни было очевидно, но есть причина, почему разумные отказываются от того, чтобы быть неукоснительно последовательными.