Соседи поневоле

— КТО ПРОЖИВАЕТ НА ДНЕ ОКЕАНА? — Мммм, Генрих, бляха-муха, отвали! Мне сейчас не до твоих дебильных шуточек! Дай поспать! Я поздно вчера лёг! — ГУБКА БОБ, КВАДРАТНЫЕ ШТАНЫ! — Нахер пошёл, кому говорю! Засунь этого Губку Боба себе в задницу! — ЖЁЛТАЯ ГУБКА, МАЛЫШ БЕЗ ИЗЪЯНА! — Я сказал, блять, отвали! Четыре тридцать утра, сука, нахуй! Совесть поимей! — КТО ПОБЕЖДАЕТ ВСЕГДА И ВЕЗДЕ? В этот момент, фюрер не выдержал и запустил в рейхсминистра книжкой, попав точно в лоб. Гиммлер очень сильно обиделся, поскольку ожидал совсем не такой реакции. — Ну чего ты? , — выпятив губы, спросил он. — Я хотел тебя повеселить, у меня настроение сегодня хорошее. — А у меня — нет! Я сегодня злой! , — пробурчал Гитлер, отвернувшись к стенке. — Поэтому, ваше величество, попрошу вас съебаться из моих покоев! — А чего ты такой злой? , — недоумевал Генрих. — ДЕЙСТВИТЕЛЬНО, НАХУЙ, ПОЧЕМУ ЖЕ Я ЗЛОЙ ТАКОЙ? МОЖЕТ ПОТОМУ, ЧТО Я ХОТЕЛ ПОСПАТЬ, А МЕНЯ В ПОЛ ПЯТОГО РАЗБУДИЛ УСАТЫЙ ДОЛБОЁБ? — Вы чё орёте? , — злобно вопросил Муссолини, войдя в спальню. — Вы вообще в курсе, который час? Люди спят! Если к нам сейчас будут стучать соседи и полиция, то это — не мои проблемы! Это у вас будут проблемы! Большие, большие проблемы! — А при чём тут я? , — разозлился Адольф. — Ты это нашему дорогому Гиммлеру говори! Это он у нас главный ебанат! — Сам такой, бляха-муха! Нахуй иди! , — заорал рейхсминистр, повалив фюрера на пол. — Заебал уже постоянно обзываться! — А вы заебали постоянно орать с утра пораньше! Вот вы нахуй и идите! ОБА! , — взорвался Бенито, и ушёл, хлопнув дверью. Немцы так и остались стоять в недоумении, с широко открытыми глазами. Адольф хотел что-то сказать, но вместо него ответил его желудок. — Блин… что-то кушать хочется. У нас есть чего-нибудь съестное? , — поинтересовался он, посмотрев на товарища голодными глазами. — Не могла же Кюриха свалить и оставить нас без завтрака?! — Адольф, блять, ты — раб желудка! Постоянно жрать хочешь! , — воскликнул обвиняющим тоном Гиммлер. — Вечно что-то в рот суёшь! Тебе пофиг, что, лишь бы съедобное было! — А чего ты осуждаешь? , — обиделся фюрер. — Еда, между прочим — самое главное! Вот сам посуди — человек без телевизора может прожить да хоть всю жизнь, а без еды… — Не трожь телек, блять! Я без новостей жить не могу! , — напал рейхсминистр. — Хотя… Ладно, убедил, еда всё-таки важнее! А что же ты хочешь? Гитлер задумался. Он вообще считал себя настоящим гурманом, поэтому от него можно было ожидать чего угодно. Не прошло и минуты, как мужчина выдал: — Вишнёвый пирог хочу! Я его так давно не ел! , — и облизнулся. — Давай такой испечём! — Стоп, стоп, стоп! В смысле, испечём? Так я ж готовить не умею! , — растерялся Гиммлер. — Может, проще уже пиццу заказать? — Я не понял? , — нахмурился Адольф. — Кто из нас фюрер — ты или я? Конечно, я! Чьи приказы должны исполняться? Мои! Так что давай бегом готовить! — Ты глухой? Я же тебе сказал, что НЕ УМЕЮ, БЛЯТЬ, ГОТОВИТЬ! — Ничего не знаю! Шагом марш на кухню! , — приказал Гитлер, и Гиммлеру ничего не оставалось, как поплестись за ним.

***

— Так, сейчас всё найдём! Что нам нужно для начала… мука, масло, яйца… — перечислял про себя Адольф. — А давай в пирог добавим яйца одного очень приставучего немца! Их как раз нужно два! , — перебил его Генрих, за что получил по голове. — Ай! За что? Я же пошутил! — Пошёл нахуй! Так, давай помогай лучше! , — скомандовал Гитлер. — Иди, бери миску, насыпай в неё чуть-чуть муки! Гиммлер достал самую огромную миску, которая там была и высыпал всю пачку. Его тупость взбесила Адольфа окончательно. — Ты, блять, дебил? Я попросил ЧУТЬ-ЧУТЬ, а ты, ебанат, насыпал ВСЮ ПАЧКУ! — Да что тебе не нравится? Так зато пирога бльше получится! , — оправдывался Генрих. — Ладно, похуй! Теперь доставай сливочное масло и добавляй в муку! С этим точно каждый дурак справится! , — подстёбывал товарища фюрер. — В жопу пошёл! , — отрезал Гиммлер, положив масло в миску. — Так, теперь двести грамм саха… АДОЛЬФ, БЛЯТЬ, ЧТО ТЫ ДЕЛАЕШЬ? КУДА ТЫ СТОЛЬКО СЫПЕШЬ? ХУЛИ ПОЛ ПАЧКИ? ЖОПА ПОТОМ У КОГО-ТО СЛИПНЕТСЯ! — Ну и что? Это же мой пирог! Мне его и есть! , — спокойным голосом ответил мужчина, перемешивая тесто. — Ты лучше, вместо того, чтобы орать, пойди и принеси вишни. И духовку включи. Гиммлер взял со стола фонарик и осторожно направился в подвал. Хотя… это ему только так казалось, что он делал это осторожно. На самом же деле, он не заметил одну ступеньку, подскользнулся и упал с лестницы, заорав, как потерпевший. — СУ-УКА, КАК БО-ОЛЬНО! , — вопил он не своим голосом. — АДОЛЬФ, БЛЯТЬ, ВЫТАЩИ МЕНЯ ОТСЮДА! «Господи, дай мне сил перетерпеть этого долбоёба!», — закатил глаза фюрер и спустился за товарищем. — Генрих, ну что с тобой такое? Неужели нельзя всё нормально делать?

Через полчаса

— Фух! Ну всё, пирог будет готов через сорок минут, — выдохнул Гиммлер, сняв с себя фартук. — Пойдём пока, чего-нибудь поделаем. — Ну уж нет! Я лучше останусь здесь и буду следить! Ещё не хватало свою же еду испортить! , — отказался Адольф и сел на пол у духовки, уперевшись в неё лицом. — Люди, вы что там, пирог печёте? , — послышался из спальни голос Черчилля. — Смотрите, дом не сожгите! — Не каркай, сука! , — крикнул Гитлер. — Я знаю, что я делаю! Прошло пять минут. Фюрер до сих пор сидел у духовки, не отрывая глаз от пирога. Ему было пофиг на всех и вся — его беспокоил только он. — Бляха, ну чего так долго? , — простонал Адольф, проехавшись лицом по духовке. — Сколько можно уже? Прошло двадцать минут. Адольф всё никак не мог успокоиться — гладил духовку, разговаривал с ней, продолжал смотреть в упор, закатывал глаза, царапал дверцу, а время всё волочилось… — Ну как специально, ё-моё! , — прошипел он про себя. Прошло ещё десять минут. На кухню зашёл Гиммлер и то, что он увидел, сильно его рассмешило. Гитлер настолько долго и усердно ждал, что… заснул! Заснул на полу! Внезапно, на духовке сработал таймер и фюрер подскочил, как ошпаренный. — А? Что? Ни с места! Хенде хох, блять! Дойче зольдатен! ЪУЪ, СУКА! Застрелю, нахуй! , — заорал он, заставив Генриха упасть на пол от смеха. — А ты чё ржёшь, дебил? На нас напали, а ты ржёшь! — Это ты дебил! , — сквозь хохот ответил Гиммлер. — Просто таймер сработал, а ты вопишь, как резаный! Думал, опять война началась? Тебя хлебом не корми, дай только войну развязать! — А… пирог что, уже готов, что ли? , — недоумевал мужчина, открывая духовку. — Ой, и правда, готов! Какой красивый! И мой! Наконец пожру нормально! — Ты никого не забыл, обжора? , — обиделся Генрих. — Ничего, что мы вместе его готовили? Я, походу, и рядом не стоял, да? — Ладно, ладно, попрошайка, тебе тоже дам немного! , — махнул рукой Гитлер, отрезая товарищу кусочек. Они были просто счастливы, и это чувство нельзя было сравнить ни с чем. Чувство, когда понимаешь, что все старания не зря.