Нежданчики

Джет приземлился мягко и почти неслышно. Брок к тому моменту и выспался, и накурился всласть, и прогуляться по округе успел, и впихнуть в отчего-то мрачного Джека остатки купленного в последней забегаловке перекуса. Когда аппарель опустилась и Барнс как-то излишне весело сбежал вниз, Брок молча встал рядом с Джеком. Тот с интересом смотрел на небритого плечистого мужика с длинными взлохмаченными тёмно-каштановыми волосами и светлыми глазами, одетого в чёрные штаны и чёрную кожаную куртку без левого рукава. Серебристо-стальной протез — анатомически точная копия руки из причудливой формы пластин, с красной звездой на плече, впечатлял. — Когда ты мне написал и попросил забрать, я даже удивился, — расплылся в улыбке Барнс, от души хлопнул «Брока» по плечу и перевёл взгляд на второго стоящего рядом с ним человека. — А теперь я немного в шоке и даже не немного… эт кто? — он ткнул пальцем в грудь Брока. — На меня похож, только… маленький. — А ебётся, как большой, — оскалился Брок, прекрасно представляя, как сейчас выглядит. Как там Джек говорил? Как злой котёнок? — Так! — Барнс отступил на шаг. — Брокки, детка, что происходит? — Ещё раз меня так назовешь, руку вырву и в жопу вставлю, — пообещал Брок, сложив руки на груди. — Обломись, — покачал головой Джек, начиная забавляться. — Привет, папа. Мы тут телами махнулись нечаянно. Лицо Барнса сделалось абсолютно неподражаемым, он отступил ещё на шаг, тряхнул головой, даже ущипнул себя. — Бро-ок, если это шутка, то совершенно не смешная, — процедил он. — Да разве тут кто шутит? — усмехнулся Брок, сунул в рот очередную сигарету, за которую он в очередной раз потом попросит у Джека прощения, и закурил. — Всё очень серьёзно, принцесска. — О-ху-еть! — Принц Гильбоа Джонатан Бенджамин, — представился Джек. — Ну, ни хрена не принц, по лицу видно. — Он указал сначала на Брока, а потом на Барнса. — Кто на нас колданул, я не представляю, самая вероятная кандидатура отпала. Так что привет, папочка. Королеву трахнуть ты успел, как насчет спиздить миллион? Барнс хлопнул глазами, покосился на того, кто выглядел как Брок, говорил его голосом, но очень уж явно им не был, и приблизился ко второму. — Бывал я в Гильбоа, давно. Спал там с одной горячей штучкой, но ребёнок… Он обошел Брока по кругу, коснулся живой ладонью его затылка, погладил вполне ласково. — Надо же. И не думал, что моё семя хоть в ком-то прорастёт. — То есть ебался ты только в путь, но о детях тебе никто не рассказывал? — фыркнул Брок, сбросил со своей головы его руку. — Молодец ты! — Ох, Брок, не тебе бы об этом говорить, — усмехнулся Джек и объяснил озадаченному Барнсу: — Мы проснулись не в своих телах после того, как познакомились в клубе и трахались всю ночь. Но зато мне не пришлось мучиться похмельем. Средний палец в исполнении этого тела выглядел не так внушительно, как если бы Брок был самим собой, но сдержаться не вышло. — Теперь верю, что ты здесь, — гоготнул Барнс, сграбастал Брока в объятия и даже в висок чмокнул, после чего перевёл взгляд на Джека. — А что ты там говорил про миллион? — Ну, ебать — так королеву, украсть — так миллион, — объяснил Джек, покачиваясь с пятки на носок. — Королеву ты выебал — мою мать. А что насчёт миллиона? — Так, хорош пиздеть, — нахмурился Брок, прихлопнул очередного пытавшегося пристроиться ему на руку комара. — Полетели отсюда, а? Домой хочу, сил моих больше нет отдыхать в этих Европах. Лицо Барнса снова сделалось очень сложным, он отлепился от Брока, в два шага оказался рядом с Джеком, даже в глаза ему заглянул. — Ты правда мой сын? — Можно проверить, — ответил Джек. — Но у меня есть результаты анализа ДНК, которые утверждают, что мой отец — не король Сайлас Бенджамин. А моя мать рассказала, как провела бурную ночку с мужиком с железной рукой, который отзывался на позывной Актив. Не скажу, что для меня это стало ожидаемой новостью, зато я хоть понял, отчего в моей жизни всю дорогу творился такой невероятный пиздец. Итак: Джек Бенджамин, майор армейской разведки Гильбоа. — И он изобразил лёгкий поклон. Ничего не говоря, Барнс дёрнул его на себя, сжал в объятиях и так замер, тяжело дыша. Чтобы не портить атмосферу своими не очень уместными комментариями, Брок занялся перетаскиванием вещей в джет, чтобы, когда Барнса попустит момент нежности, можно было стартануть и ни о чём не думать. Джек, который оказался намного ниже Барнса, уткнулся в его плечо, ощущая, как глаза пекут внезапные слёзы. Сайлас никогда не обнимал его так искренне и горячо. Вообще, кажется, не обнимал. Барнс гладил его по спине, ерошил волосы, но отпускать и не думал, лишь тихо-тихо шептал что-то на другом языке: — Syn, synochek. Эмоции Джека пробили даже дубленую шкуру Брокова тела, и он обхватил Барнса обеими руками, тихо плача обо всей своей угробленной юности и проёбанной ради чужих целей молодости. Встрепенулся Барнс только тогда, когда тело в его руках перестала колотить нервная дрожь, а дыхание выровнялось. Он чуть отстранился, улыбнулся Джеку тепло, даже ласково и коснулся губами его лба. — Летим отсюда, а то этот говнюк нам обоим потом все нервы истреплет. — О, поверь, я не меньший говнюк, — улыбнулся Джек и вытер лицо ладонью. — Принц же, не хвост собачий. — Справимся, — покивал Барнс и отлепился до конца от Джека, подтолкнув того в сторону аппарели. Брок уже вовсю обустраивался, бросив вещи на одно из сидений. — Занятный самолёт, — сказал Джек, оглядывая джет изнутри. — Никогда таких не видел. Даже на авиасалонах. — Я тоже не видел, — заметил со своего места Брок, поболтал в стакане захваченным из пентхауса Джека виски. — Мы обычно летаем на чём попроще. — Тони погонять дал, — пожал плечами Барнс. — Он хоть в курсе, что ты эту детку увёл? — фыркнул Брок. — А должен быть? — Моя жизнь превратилась в дурацкую комедию, — взялся за голову Джек. — Сначала я поменялся телами со случайным любовником, потом узнал, что мой отец — мне вовсе не отец, тайно перешёл границу, хотя имею полное право пересечь её открыто, а теперь ещё выясняется, что я лечу в Штаты на угнанном самолёте неизвестной конструкции и непонятно кем сделанном! — Что значит неизвестно кем? — удивился Брок и постучал пальцем по эмблеме на чехле сидения. — Старк бы свои носки сожрал, услышь он о том, что о его компании хоть где-то да не знают. — Старк? — изумился Джек. — Тот самый, который Старк Индастриз? И ты угнал у него самолёт? — Он повернулся к Барнсу. — Мда… украсть миллион — это не твой уровень, определённо. Ты ворочаешь суммами побольше. — Размах Барнса просчитать невозможно, — покивал Брок и посоветовал Джеку: — Сядь и пристегнись. Эта птичка, скорее всего, летает как истребитель. Тем временем аппарель бесшумно поднялась. Джет тихо загудел. Джек послушно пристегнулся и пожалел, что иллюминаторы здесь предназначены только для пилотов. Он ещё ни разу в жизни не летал на самолетах и очень хотел посмотреть на землю с такой высоты. Весь полёт Брок благополучно проспал в своем кресле, убаюканный мерным гудением двигателей и половиной бутылки вискаря. Барнс его даже пледом укрыл, когда в первый раз вышел из кабины. Зато проснуться пришлось под вопли. — О, Старк пропажу обнаружил, — зевнул Брок, чуть не вывихнув челюсть. — Сегодня домой сразу, всё остальное потом. Согласен? — Да, — кивнул уставший Джек. Лететь в самолёте оказалось совсем не так здорово, как ему казалось. Впрочем, с сексом в первый раз точно так же было. — Старк на… отца в суд не подаст? — Максимум, что грозит Барнсу, — это гневный взгляд и месячный запрет на приближение к ангарам и прочим мастерским, — махнул рукой Брок. — Мстители — народ вообще оригинальный. Ими управлять невозможно, как и судиться. Тем более что Барнс ничего не сломал и даже не поцарапал птичку. Получается, что даже обкатал. Новая ж совсем разработка. Стоило джету сесть, как звук ругани усилился. В салон ворвался разгневанный мужик, обжёг двоих пассажиров взглядом и процедил сквозь зубы: — Рамлоу! Что-то я даже не удивлён! И помчался в кабину. — Так, валим. Брок тут же подорвался, словно и не дрых всего пару мгновений назад, и уже стоял с вещами у выхода. — Не тормози, валим, пока отвлёкся. — О господи, — рассмеялся Джек и следом за Броком зашёл в безумно современный и суперскоростной лифт. — Мы хоть куда прилетели? — Манхэттен, Нью-Йорк. Я в Квинсе живу, но сейчас ночь, может, и без пробок доберёмся, — поведал Брок и хлопнул себя по лбу. — У меня ж шаром покати. Пока едем, продуктов закажу, а то даже воды нет. Они спустились вниз, в огромный помпезный холл, где было полно народу, и вышли на улицу. Джек окинул взглядом улицу, людей, дома и восторженно улыбнулся. Он в Нью-Йорке! — Это Манхэттен? — спросил он. — Он самый, он самый. — Брок снова зевнул и махнул рукой, заметив у соседнего здания жёлтую машину такси. — Считай, вырвался ты из-под опеки одного родителя, чтобы попасть к другому. Машина резко затормозила рядом с ними. Водитель в тюрбане златозубо улыбнулся и кивнул, предлагая садиться назад. Джек с волнением сел в знаменитое нью-йоркское такси. — Нам долго ехать? — спросил он у Брока, жадно глядя в окно. В машине было непривычно тесно, пахло благовониями и какой-то незнакомой едой, тихо играло радио — незнакомые инструменты и незнакомый язык. — Минут сорок, — ответил Брок, сразу уткнувшись носом в телефон. — Ночь, пробок быть не должно таких сильных, так что доберёмся с ветерком. Возвращаться Броку всегда нравилось, особенно сейчас, когда он не был уверен, что выгребет из этой истории с целыми руками и ногами. Слишком всё было зыбко. Упрись Джек рогом и откажись уезжать, ещё неизвестно, бросил бы там его Брок. Скорее, наоборот, остался, чтобы поддержать и хоть как-то помочь, даже без надежды на то, что это дрянное заклятие обратимо. Джек улыбнулся и принялся любоваться городом, его яркими ночными огнями, устремлёнными ввысь небоскрёбами, рекой, мостом… Да, пусть при проектировании и постройке Шайло Манхэттен и взяли за образец, столица Гильбоа была лишь бледной, несовершенной копией великолепного оригинала. Здесь гудела жизнь, и Джек всем телом чувствовал её ток.