Красный вереск

От беседки остались лишь треснувший фундамент, да мелкая пыль мрамора. Наверное, потратив какое-то количество безграничного времени, Эммануэль смог бы её восстановить. Или нет? Вампир подошёл ближе и пнул носком туфли несколько мелких крошек. Где-то пять или шесть веков назад ему уже приходилось чинить свою собственность: Бартош повздорил то ли с Томасом, то ли с каким-то другим вампиром, и сгоряча ударил по беседке замысловатым древнеславянским проклятием. Эммануэль сначала потратил суток так двадцать только на то, чтобы разобраться с природой проклятия, ещё десять — на разработку контрзаклинания, а затем очень долго собирал пазл, не забывая при этом отвлекаться на то, чтобы как следует надрать задницу безумному Бартошу. «Но Барти тогда и разрушил всего лишь две колонны, да оградку» — рассеянно подумал Эммануэль, поднимая с влажной земли самый острый кусочек мрамора. Когда-то он лично демонтировал беседку из усадьбы потомков виконта Мирьё, предварительно стерев память непутевым наследникам и заодно прибрав к рукам несколько произведений искусства. Именно в этой беседке, летней ночью, в разгар приёма виконта, они с Ринитой впервые поцеловались, сбежав от занудных бесед. Эммануэль всегда был сентиментален, привычка эмоционально привязываться к вещам не исчезла и после обращения — так он решил, что напоминание о той ночи будет достойным подарком любимой женщине на столетнюю годовщину их отношений. Кажется, ещё при установке беседки они с Бартошом ухитрились повздорить из-за издевательских комментариев последнего. Эммануэль хмыкнул. Кусочек мрамора отправился в карман мантии. Вампир развернулся и направился в сторону поместья. Судя по отдалённому шороху и лёгкому запаху, так прочно въевшегося в его суть, Ринита была в теплицах. Эммануэль слегка замедлил шаг и пошевелил ушами. Никакой реакции. Бойкот продолжался. Вампир слегка закатил глаза, но всё же не стал останавливаться и продолжил путь. Эта не первая ссора за несколько веков, не первые увлечения и далеко не первые драмы. Возможно, он был слегка… импульсивен с Гермионой, но всё же Ринита начала первой. Эммануэль лишь ответил, не более того. Тем более… — Пс-с, Ману! Эммануэль досадно поморщился, услышав позади свист и панибратский оклик. Как говорится, вспомни Бартоша — вот и он… — Эй, kurwa, я к кому обращаюсь? Эммануэль издал тихое рычание и всё же остановился. Он обернулся, едва сдерживаясь, чтобы не бросить в мерзавца каким-нибудь особо замысловатым проклятием. Сам же нарушитель спокойствия беспечно парил в воздухе, глядя на него с ухмылкой. — Тебе что ли не только морду подправили, но и уши забили дерьмом? — поинтересовался Бартош. — Эм-ма-ну-эль, — медленно процедил вампир. — Эммануэль. Это моё имя, а не «Ману» и прочие собачьи клички. К оборотням так обращайся, не ко мне. — Ха, к оборотням я обычно не обращаюсь, там не до разговоров обычно, — гоготнул Бартош и резко спланировал вниз, приземлившись прямо перед Эммануэлем. — А вот к тебе есть разговор. «Да знаю я» — подумал про себя Эммануэль, но всё же покачал головой: — Я занят. — Чем? Шляешься по саду и страдаешь по беседке? Лучше бы Риниту взял в теплице, было бы больше… — Бартош, отвали, — рыкнул Эммануэль и отвернулся. Треснувшаяся кожа на щеке натянулась, напоминая о травме. Он непроизвольно бросил взгляд на культю товарища, обмотанную шелковым шарфом — несмотря на все усилия вампиров, включая Иакова, и даже консультаций в Мунго, потерянную в битве кисть так и не удавалось вернуть на место. Видимо, Бартош опять вляпался в вампирический спарринг, после которого магия вновь перестала работать. — А я как раз по этому делу, — Бартош ухватился целой рукой за плечо Эммануэля и помахал культёй перед его лицом. — Я тут нашёл интересный сплав, хочу с тобой проконсультироваться. — Я не специалист по сплавам для магических протезов, уж прости… Острые ногти Бартоша тут же впились в его плечо, наверняка проткнув ткань мантии. — Дело в том, что я уже назначил встречу в твоём отеле с продавцом, — голос вампира прозвучал неожиданно мягко для такой железной хватки. — Понимаю, что без спроса, но человечек боится подставы в Лютном, с маггловским миром заморачиваться лень, ну тащить сюда посторонних — сам понимаешь… Бартош ещё сильнее сдавил его плечо и уставился на него своими жуткими глазами без зрачков. В голове тут же стало неприятно пусто. «Pierdole, Ману, кончай тупить». Эммануэль дёрнулся, пытаясь развеять бронебойную магию Бартоша и одновременно вырваться из крепкой хватки. — Чтоб тебя… Merde… — прошипел он. — Назначай встречу через два часа, в главном…. — Упс, — с фальшивым сожалением произнёс Бартош. — Я забыл уточнить — встреча начнётся через десять минут. Жду тебя. Паршивец как всегда быстро аппарировал: кулак разъярённого Эммануэля встретил только воздух.

***

Через полчаса, едва восстановив своё душевное равновесие, Эммануэль наконец-то объявился в своём личном номере. Точнее, одном из них, в котором обычно проходили такие «неформальные» встречи и к которому имели доступ несколько членов общины. Пару других комнат Эммануэль держал исключительно для своих личных «неформальных встреч» разного сорта. Бартош уже был тут, развалившись на диване. — Я уже решил, что ты умер по дороге, — раздраженно сказал он. — Вроде бы и обрадовался, а потом даже расстроился — кто ещё будет меня так раздражать. — И я рад провести с тобой вечер, — парировал Эммануэль и оглядел комнату. — Что, обойдёмся без сплава? — Чуть позже, — пожал плечами Бартош. — Я договорился на встречу в Хогсмиде на девять. Состав сплава у меня и так есть, поэтому просто посмотришь потом, чтобы знать, что отвечать, если какая-нибудь гнида нас подслушала. — В Хогсмиде? — переспросил Эммануэль и открыл бар. — Там же при виде тебя сразу вызовут авроров, да и твой поставщик вряд ли выглядит законопослушным магом… — Ну, там же не всё похоже на дома зефирных человечков, — фыркнул Бартон. — Надо просто знать места. И вообще, Ману, хорош п***еть, я же с тобой не просто так побалякать решил от нечего делать… Дверца бара захлопнулась с оглушительным грохотом. Кожа на щеке всё-таки разошлась, от чего лицо словно опалило огнём остатками тёмной магии. — Я разобью это о твою наглую бошку, — прошипел он, размахивая бутылкой с вином, — если ты ещё раз назовёшь меня так. Или сдам тебя Иакову, что ты тут вынюхиваешь его грешки и Мерлин знает, с какой целью… Лицо Бартоша тут же вытянулось. — Полегче, Эммануэль, — просипел он. Тот лишь издал непроизвольное шипение и аккуратно дотронулся до щёки. Пальцы ухватились за тонкие лоскуты кожи. Проклятый Бартош. Теперь уйдёт пара суток на то, чтобы вернуть кожу обратно. Эммануэль призвал к себе пустой бокал и обречённо опустился на кресло напротив. — За собой поухаживаешь сам, — буркнул он и налил себе бокал красного вина из плодов Багрового дерева. — Не, — сказал Бартош, наблюдая, как багряная жидкость наполняет бокал. И чуть погодя добавил: — Но спасибо. Эммануэль хмыкнул: — Да ладно. Давай к делу. Что ты узнал? Бартош тут же подобрался и стал серьёзным. — Твоя защита по-прежнему на месте? — Мм, — кивнул Эммануэль, делая первый глоток. Бартош окинул комнату беглым взглядом, словно надеясь найти что-то, но потом опять сосредоточил своё внимание на собеседнике. — На самом деле не очень-то и много. Всё больше на уровне догадок, — начал он. — Первое — малыш Малфой ведь попал к нам не просто так, да? Кто-то из наших оплошал, и Иаков решил забрать его к себе, чтобы было меньше шума? Эммануэль сделал ещё один глоток, прежде чем кивнуть. — Вот та мошенница, которую про***ло Министерство — она же появилась во всей истории далеко не вчера? Ещё до Грейнджер и всей этой мути с чужаками? — Угу. — А претензии Базиля к общине никак не связаны с давними душевными травмами и обидками на нашего Правителя? Эммануэль сделал ещё один глоток и поставил почти пустой бокал на столик. — Если ты и так всё понял, то зачем спрашиваешь меня? — поинтересовался он. — Мне не хватает деталей, — возразил вампир. — Деталей… — протянул Эммануэль и устало прикрыл глаза. — Ну все детали знает только Иаков. Мы с Ринитой так, по верхам. — Клятва? — Да, но обычная, и мы давали её Тадеушу, — сказал Эммануэль. — Так как он погиб, то… — Можно и без особых деталей. — Да нет, почему, — пробормотал Эммануэль и устало потёр виски. Затем он приоткрыл глаза и устроился поудобнее. — Ты лишился руки, я теперь похож на пугало со своим лицом, Ринита до сих пор периодически страдает от магического истощения… Я уже молчу о том, сколько работы при восстановлении поместья мы проделали. И сколько ещё нам нужно сделать. Раз Иаков не потребовал повторную клятву, то никто ему не должен. — Вот в такие минуты я тебя даже… Люблю? — хмыкнул Бартош и довольно оскалился, увидев поднятый средний палец. — Отвали, — отмахнулся Эммануэль. — Значит, история проста: община оказалась в долгах по уши. Причём, по вине Тадеуша и Иакова. — Ого, — присвистнул Бартош. — Да. Не спрашивай, когда именно начались проблемы и из-за чего, я не знаю, Ринита тоже. Тади в первый раз о чём-то заикнулся лет пять назад, потом мы сами догадались по выпискам из книги, ну а в конце концов Рините не согласовали закупку растений для теплиц, возник вопрос ко мне по землям… Собственно, тогда уже и нас поставили в известность. И привлекли к разгребанию дерьма. Ты же знаешь, чем Иаков занимался при Базиле? — Tak. То есть, да-да, знаю. Скупка и перепродажа оружия и прочего. — Ага, — кивнул Эммануэль и потянулся за бокалом с остатками. — Причём, с процентом для себя, так, собственно, у него потом и оказались средства и даже остатки коллекции на выход из шайки Базиля. Так вот, они с Тадеушом прикинули, что можно попробовать тряхнуть стариной и заняться привычным делом, тем более, что-то ещё и осталось в закромах… — Погоди, — перебил Бартош и подался всем телом вперед, сдвинувшись на край дивана, — я помню, что Тадеуш приседал мне на уши несколько лет назад по поводу оружия — типа, через кого я обычно покупаю, кому сдаю и прочее… — Неудивительно, хотя я об этом и не знал, — поморщился Эммануэль, недовольный, что его перебили. — На рынке же сменилось несколько поколений, никакие контакты Иакова уже не работали. Но эту Глэдис Фрай не ты же посоветовал, я надеюсь? — Нет, конечно, — фыркнул Бартош. — На рынке оружия таких дур не держат. Точнее, они сами не задержатся, их кокнут быстрее, чем успеют сказать «мама». — Но это вообще хороший вопрос, кто её посоветовал, — нахмурился Эммануэль. — Логику я сейчас наверное могу понять задним числом, оружие — очень неприятная тема, слишком узкий рынок, Министерство пытается проникнуть во все щели, постоянные смерти… Я думаю, и Иаков, и Тадеуш решили не рисковать статусом общины и не лезть в это. И так ты на волоске ходишь, но в случае твоего прокола это всё можно списать на паршивую овцу, а вот когда Правитель идёт на этот рынок как бы от лица общины, то… Бартош сипло расхохотался и взмыл в воздух. — Это лучший комплимент, который ты делал мне за все эти века, — произнёс он, левитируя над диваном. — Так завуалированно похвалить моё мастерство выходить сухим из воды. — Ты как всегда избыточно самонадеян, — усмехнулся Эммануэль. Он отпил глоток и вновь аккуратно дотронулся до щеки. Лицо хотя бы уже жгло не так сильно. — Ладно, не отвлекаемся. Значит, Иаков решил приторговывать мелочовкой, вышел на эту Глэдис, а она уже была под Базилем? — продолжил Бартош. — Скорее всего. Опять же, все выводы только мои, да Риниты. Но скорее всего, на рынке продажи всякого хлама магглам уже прочно закрепился Базиль — нам это косвенно подтвердила парочка торговцев из Лютного. — Когда? — Когда Иаков поручил стереть им память. Незадолго до облавы на Азкабан. Бартон присвистнул и сделал небольшой круг над комнатой. — Азкабан же не был случайностью? — спросил он. — Мой кореш как раз тогда досиживал свой срок, и по его словам тогда в тюрьму проникли в том числе и вампиры, и Малфоя-старшего как раз кокнул кто-то из них. Эммануэль широко распахнул глаза и поднял голову. — И ты молчал?! — Так его самого зарезали потом через месяц после выхода, — Бартон повис вниз головой и развёл руками. — Так бы я узнал побольше. Но он и наркоманом был, я подумал, что вдруг глюки словил от стресса… — Мерлин, эти твои кореша, — пробормотал Эммануэль. — Может, ты спустишься уже наконец? Мне так неудобно. Бартош резво перевернулся и опустился на пол. — Но на самом деле я ещё тогда подумал, что если эта тема с вампирами — правда, то как-то подозрительно, что из тысяч заключённых под руку подвернулся именно батя Драко. Типа, совпадения бывают, но тогда же всё списали на Руквуда, да? Смысл Пожирателям убивать своих, ещё и через вампиров. Эммануэль встал с кресла и сцепил руки на груди. — Вот, ты мыслишь как Ринита, — произнёс он. — Она считает, что Базиль узнал намного раньше, что Иаков покушается на его рынок. Когда Правитель понял это сам, то было уже поздно, и его уход особо ничего не дал. Базиль кинул Фрай, та по глупости сразу же попалась аврорам, а наш «приятель» каким-то образом вышел на Руквуда. Не факт, что вторжение в Азкабан— идея Базиля, но он воспользовался этим, и в итоге Пожирателей убили… — … чтобы привлечь внимание? — завершил за него Бартош. — Да. — Подожди, но нас же никто не тряс? — Министерство каким-то образом смогло замять этот момент, чтобы не пугать народ ещё больше, — фыркнул Эммануэль. — Может, твоего знакомого прибили и не за долги. — Да ладно. — Я бы не идеализировал людей. — Да и они так сами с этим справляются, — сказал Бартош и начал отмерять шагами комнату. — Ладно, погнали дальше. Базиль кинул Руквуда и прочую шпану, тех посадили, о вампирах никто не узнал, Иаков вроде бы как сидит тихо и не отсвечивает. Мы живём мирно до нападения на Малфоя… — Точнее, до выхода Фрай из тюрьмы. Волшебников же за контрабанду судя на какие-то смехотворные сроки, она смогла выйти достаточно рано. Иаков занервничал, даже созывал нас несколько раз, думал, что с ней делать. Мы так ни к чему и не пришли, ведь раз авроры не выписали ордер на общину, значит, ей уже капитально правили память, правда, ни Тадеуш, ни Иаков в этом и не признались. Но пока мы с этим разбирались, напали на Драко. Бартош остановился. — Продолжай. Эммануэль помрачнел. — Иаков как раз был в Министерстве в тот день, я его ждал всё в том же заброшенном здании, чтобы потом пойти в отель и ещё раз обговорить всё. Но не успел он выйти, как мы оба услышали шум и почувствовали чужака, а потом и запах крови. — И так нашли Малфоя. — Да. Патрик нас тоже услышал, раз не успел убить и ограничился обращением. — Драко тоже должен был стать громкой жертвой? — Да, — вновь повторил Эммануэль и подошёл окну. Сквозь плотную ткань штор всё равно пробивались огни ночного Лондона. — Дискредитацией общины. — Но… Запах? — недоверчиво протянул Бартош за спиной. — Сучёныш обмазался волчьим корнем, — со злостью произнёс Эммануэль и стукнул кулаком по стеклу. — Нас и так чуть не вывернуло наизнанку, пока мы тащили Малфоя на себе… Хорошо, что он хотя бы пожалел себя в первую очередь и использовал малое количество корня... Повисла тишина. Затем вновь раздались шаги, а потом звон стекла. — На, — Бартош подошёл ближе и отлевитировал ему один бокал, а себе взял второй. — Освежимся. Они чокнулись и одновременно осушили бокалы наполовину. — Слушай, — после небольшой заминки спросил Бартон, — этого же Патрика тогда собеседовал Тади.. Как ты думаешь, он… Ну… Знал? Эммануэль пожал плечами. — Если так, то это самое мерзкое предательство за всё моё бессмертие. А если нет — самая большая глупость. — Да уж… — пробурчал Бартош и слегка отодвинул занавеску. — Ну а дальше ничего нового? Грейнджер стала пешкой, ещё одной заметной жертвой, но уже из Министерства? Нападение на сквибов, Уитби, все дела? — В общем и целом да, там же мы все подключились, — ответил Эммануэль. — Единственное, что непонятно — степень самостоятельности Деона. Я думаю, что он действительно свихнулся на Гермионе, пытался её найти, а когда понял, что она у нас — спровоцировал вторжение в общину, чтобы её выкрасть. Поэтому Базиль и не явился в Уитби, но отправил туда провинившихся вампиров и магглов, на растерзание остальным. Ну и Деона к Иакову, чтобы тот убрал его сам. — А их связь — совпадение? Ну Драко и Грейнджер. — Вроде как да. Хоть что-то оказалось случайным совпадением, причём, нам пользу, — хмыкнул Эммануэль и отвернулся от окна. Хотя вино и было не сильно крепким, а организм — формально умершим, после распитой бутылки эффект всё же начал чувствоваться. Не так, как при жизни (а он вообще помнил, каково это — напиться?); всего лишь отголоски давно забытых ощущений. Тем не менее он решил сесть обратно. — Ну и какой у нас теперь план на следующее тысячелетие? — поинтересовался Бартош, оставшись стоять у окна. — Кто станет жертвой интриг Иакова на этот раз? — Как бы он сам не стал жертвой своих интриг. — Да ладно, Эммануэль? Ты примеряешь роль Правителя на себя? — Только чтобы наконец-то выгнать тебя, mon cheri. — Обойдёшься, — хохотнул Бартош. — Да и ты сам скорее запутаешься в своих интрижках, mon cheri. Чё там, кстати, Грейнджер и Малфой? Если они поженятся, вы с Ринитой сорвёте их свадьбу? Массовое убийство на церемонии волшебников — такой заварухи даже я не встречал лет сто. — Причём тут Герм… Грейнджер и Малфой? — Ринита объездила Малфоя, ты трахнул Грейнджер в отместку, связь скорее всего их сведёт, и они закрутят роман вам на радостях. Только не говори мне, что ваша подлая душонка не захочет всё испортить. — Я не трахал Гр… Гермиону в отместку, — прошипел Эммануэль, чувствуя, как лицо вновь обожгло. — Это вышло случайно. Из-за вейловских чар. — Да уж, слу… Что, бл*? — Бартон резко развернулся. — Ты наслал на неё вейловские чары? — Случайно. Бартош присвистнул. — Ну ты и мудак, Ману, — протянул он. — И это говорю тебе я. Хотя… Вампир поднялся в воздух и издевательски ухмыльнулся. — Так даже ещё интереснее. Проверю-ка я Драко. С этими словами Бартош аппарировал. В этот раз Эммануэль даже не стал шевелиться, а лишь с удовольствием выругался вслух, не забыв упомянуть и качества матери Бартоша. Впрочем, он и сам не собирался долго задерживаться — ему тоже было кого проверить.

***

Гермиона, безусловно, не зря работала в Отделе Тайн, да и история Деоном оставила свой след. Хотя она и не переехала из старой квартиры и осталась жить всё в том же маггловском районе, но хотя бы поменял старые, весьма посредственные защитные чары. Теперь заклинания не только защищали от любопытных магглов и непрошенных гостей, но и были рассчитаны на гораздо более широкий список посетителей. «Умная девочка» — подумал про себя Эммануэль, остановившись во дворе. Запах волчьего корня уже начал щекотать нос, а ведь он даже не открыл входную дверь и не оказался на площадке. Умная, но не жестокая — концентрации средства всё же не хватило бы на полноценное убийство, но вот дезориентировать вампиров, снизить магический потенциал — пожалуйста. В её окнах не горел свет — может, и правда не было дома, может, просто зачаровала квартиру от лишних взглядов лишних людей. Или вампиров, например. Эммануэль усмехнулся про себя и отвернулся. Секунда — и он растворился в воздухе.