Чувства Мёртвого Дракона

      Вокруг раздавался тихий свист легкого летнего ветерка. Он игрался с волосами и путал их, отчего челка то и дело лезла в глаза. Воздух был наполнен сладкими ароматами душистых полевых цветов. Вокруг, вплоть до самого огненно-золотого горизонта с заходящим солнцем, шли бесконечные поля, пестрящие самыми разными красками. Магия здешнего места сразу бросалась в глаза: все переливалось ярко, будто драгоценные камни.       Карина, лёжа на спине, протянула руку наверх, указывая на очередное проплывающее облако.       — А это похоже на морского рака. Видишь у него раковину?       — А мне кажется, что это больше смахивает на лягушку.       — Почему это?       Димка подвинулся вплотную к Карине, так, что коснулся своим виском ее, аккуратно взял ее запястье и чуть подвинул в сторону.       — Вот тут, смотри. Это не раковина, а согнутая задняя лапа.       Карина смешливо фыркнула и отмахнулась от чужой руки.       — Каждый видит по-своему. Как по мне, так на лягушку это похоже в самую последнюю очередь.       Димка сел и насупился.       — Ты только что меня оскорбила? — с наигранной обидой спросил он.       Карина улыбнулась и села рядом, складывая руки на складках нежно-голубого платья.       — Тебе показалось.       Димка улыбнулся в ответ и плюхнулся обратно, мечтательно глядя на небо. Карина склонилась над ним и приникла к его губам. Трофимов тут же обхватил ее за талию и бережно уложил рядом с собой, углубляя поцелуй. Когда он оторвался, Кикмарина легонько подула, сдувая его челку в сторону.       — Эй, не надо так делать! — возмутился Димка и начал поправлять волосы, отстраняясь и усаживаясь поудобнее.       Карина засмеялась и положила голову ему на колени. Трофимов зарылся в её русые волосы с медным отливом и начал ласково перебирать прядку за прядкой.       Димка поднял голову и посмотрел на небосвод. Он никогда не видел места прекраснее этого. Запахи, палитра оттенков - все здесь выглядело настолько красивым, что захватывало дух.       — Карин, — позвал Трофимов.       — М? — лениво отозвалась Кикмарина.       — У тебя в голове мелькали мысли, что мы с тобой находимся в чьём-то сне? В грезах все тоже очень реалистично, но в них привычная повседневность перекликается с твоими собственными фантазиями.       Карина задумалась.       — Это все настолько меняет твоё восприятие окружающего мира, что ты, сам того не понимая, теряешься в банальной проекции своего мозга? Ты это хотел сказать?       — Да. Только не такими замысловатыми научными терминами. Кикмарина села рядом, положив голову ему на плечо.       — А что плохого в том, чтобы жить в своей выдумке? Здесь тебе все подвластно и ничего не причинит вреда. Даже если тебе и покажется, что ты на грани смерти, ты все равно не умрешь в реальности. Просто проснёшься.       Димка оторвал ближайшую соломинку и взял ее в рот.       — Но ведь это неправильно, — подметил он. — Живя в иллюзии ты упускаешь настоящее.       — Ну упустишь ты его. Что такого-то? Если тебе твой сон нравится больше, смысл его заканчивать?       Димка открыл рот, и соломинка упала на землю, теряясь. Трофимов попытался ее найти, но махнул рукой и снова начал размышлять.       — Смысл его заканчивать… — он неловко почесал голову, затрудняясь найти достойный ответ. — Ну неправильно это!       — А я думаю, что если имеется возможность создать собственный уютный уголок, в котором ты можешь проводить все своё свободное время, то это будет очень классно. Все, что ты придумаешь, воплотится в реальность, исполнится любое желание, которое захочешь. Сплошные плюсы.       Димка уткнулся носом в русоволосую макушку.       — Ладно, сдаюсь. Сплошные плюсы.       Карина издала смешок, но неожиданно замолчала и напряглась. Девушка подняла голову и повертела ей по сторонам. Димка нахмурился.       — Что такое?       — По-моему, я что-то слышала.       Димка прислушался. Сначала не было ничего, кроме свиста ветра. Но затем раздался шорох, будто звук шагов. Затем ещё один, и ещё. Трофимов настороженно поднялся, готовый прикрывать Карину собой, и осмотрелся по сторонам. Где опасность?       Впереди, прямо перед солнцем, маячил силуэт. Димка прищурился от слепящего света и прикрылся рукой.       — Эй! Кто вы такой? — крикнул он.       Силуэт остановился и посмотрел в его сторону.       — Нашёл, — облегченно выдохнул знакомый голос.       Димка отвёл взгляд, протирая глаза. Тимофей подошёл к нему и крепко обнял. Трофимов ошарашенно замер, не понимая, что происходит, но затем радостно обнял в ответ.       — Как я рад тебя видеть, Тим! — воскликнул он, когда Зверев отстранился.       — Я тоже, — тихо проговорил лучший друг. — Дим…       — Классное место, согласись? — Димка очертил рукой дугу, указывая на стелющиеся поля. — Просто волшебство какое-то!       — Дим, послушай меня.       Димка осекся. Что-то в голосе Тимофея заставило его заткнуться, и Трофимов пригляделся. Голова Зверева была повешена, поэтому из-за спадавших серых волос было невозможно рассмотреть выражение лица. Сжатые кулаки мелко, едва заметно дрожали. А на солнце…       Димка шокированно выдохнул и осторожно взял руки Тимофея, приподняв и глядя на его запястья.       — Что это такое? — охрипшим голосом спросил он.       На запястьях, переливаясь на солнце, красовались тонкие морозные узоры, напоминающие рисунком колючую проволоку. Зверев молча убрал руки, спрятав их за спиной.       — Дим, пожалуйста, — попросил парень. — Сделай так, как я скажу.       Позади поднялась Карина.       — О, Тим! — поприветствовала товарища Кикмарина, поравнявшись с Трофимовым. — Рада видеть тебя.       Тимофей окинул ее странным взглядом. Димка заметил, как Зверев сцепил руки за спиной в замок, словно нервничая.       — Ты любишь её? — внезапно поинтересовался лучший друг, снова посмотрев на Трофимова. Но затем он с печальной улыбкой покачал головой. — Прости, дурацкий вопрос. Любишь, конечно.       Димка сделал шаг навстречу и склонил голову набок.       — Тим, все в порядке? — обеспокоенно осведомился Трофимов. — О чем ты хотел меня попросить?       Тимофей поджал губы в тонкую линию.       — Ты не сделаешь того, что я попрошу.       — Ты даже не попросил.       — Просто пообещай, что не станешь мешать. Что бы ни происходило.       Димка совсем растерялся.       — А что произойти может-то?       Тимофей слабо улыбнулся. Димка моргнул.       И в этот момент позади Тимофея возник пожелтевший скелет с причудливыми наростами, украшенный голубыми ледяными цветами. Трофимов испуганно отшатнулся, снова моргнув, и скелета уже не стало.       Рядом послышался вскрик. Димка резко повернул голову и увидел, как тот стоит уже напротив Карины.       — Ты что творишь?! — воскликнул Трофимов.       Но скелет не обратил на него внимания. Он медленно направился в сторону Карины, а Кикмарина попятилась.       — Нет! — в отчаянии воскликнула она. — Не подходи ко мне!       Скелет остановился. А затем молниеносно подался вперёд и, сверкнув лазурным, подобно призраку проник прямо в девушку. Глаза Карины осветились изнутри голубым, и девушка начала судорожно хвататься за грудь, пытаясь протолкнуть в грудь воздух.       — Нет! — Димка хотел рвануть к любимой, но почувствовал на своём плече чужую ладонь.       — Не надо, — послышался позади голос Тимофея.       Димка в ярости повернулся к Звереву.       — Что «не надо»?! Карина умирает! Я должен просто смотреть на это?!       — Она ненастоящая, Дим. Все, что тебя сейчас окружает, ненастоящее.       — Ври больше, — прошипел Трофимов. — Я здесь уже давно. Карина со мной уже давно, и я ее не оставлю!       Димка снова дёрнулся вперёд, но Тимофей грубо дёрнул его назад, разворачивая к себе лицом.       — Настоящая Карина ходит к тебе каждый день, надеясь, что ты проснёшься! — рявкнул он. — А эта лишь жалкая подделка!       — Нет! Все было хорошо. Хорошо, пока не пришёл этот скелетон! Не помню, чтобы ты водился с мертвыми. Настоящий ты. Вот кто здесь подделка!       Тимофей открыл рот, намереваясь сказать что-то ещё, но Димка не дал ему закончить. Он дёрнул плечом, ударил рукой по чужому локтю, освобождаясь от хватки, и бросился к Карине.       Кикмарина ползала по земле, а на ее теле с треском распускались ледяные бутоны. Девушка пыталась кричать, но из ее горла вырывались лишь болезненные хрипы. Димка протянул к ней руки, но Тимофей снова схватил его и оттащил. Трофимов начал брыкаться, но Зверев скрутил его и уложил на поле, нажимая коленом на лопатки.       — Смотри, — промолвил он. — Ты все поймёшь сам.       — Она же умрет… Отпусти меня!       Димка смотрел, как тело Карины скрывает лёд. Кикмарина беспомощно скребла руками, пыталась кричать. От этой картины на глаза Трофимова навернулись слёзы.       — Пожалуйста, Тим… — взмолился он. — Почему ты так поступаешь?!       На секунду хватка ослабла. Димка тут же воспользовался этим и скинул Зверева с себя. Тимофей брякнулся рядом, а Димка, пнув его в живот, побежал к Карине.       Но поздно. Девушка больше не двигалась, пустым взглядом глядя на небо. Димка рухнул около неё на колени.       — Нет… — он протянул к ней дрожащие руки. — Нет!       Димка схватился за один ледяной цветок, попытавшись его оторвать, но тот даже не сдвинулся. Трофимов судорожно выдохнул и снова потянул цветы на себя, но те лишь тихо хрустнули.       — Пожалуйста…       Позади послышались шаги. Димка сжал кулаки и подорвался на ноги.       — Это ты во всем виноват! — закричал он.       Тимофей отвёл взгляд, но не отшатнулся. Трофимов замахнулся и хотел ударить его, но Зверев перехватил его руку и, ловко развернув, оттолкнул Димку от себя.       — Успокойся.       В горле застрял острый комок. Димка задрожал.       — Успокоиться? — Трофимов посмотрел на Тимофея и снова сорвался на крик. — Да как мне успокоиться?!…       И осекся. Тимофей смотрел на него, улыбаясь. По его щекам тоже текли слёзы, но Зверев их будто не замечал.       Внезапно раздался треск. Сначала тихий, становящийся все громче и громче. Слабый ветерок превратился в сильный и холодный. Димка прищурился и попытался прикрыться ладонями, но поток безжалостно хлестал со всех сторон. Трофимов чуть раздвинул руки в стороны и от изумления вообще убрал их.       Солнце, бесконечно сияющее, зашло за горизонт. Но вместо вечерних сумерек по небу быстро распространялись не звёзды, а морозные узоры. Они покрывали голубой свод, будто купол, пока не покрыли небосвод целиком, а затем начали покрываться множественными ледяными цветами. Едва бутоны распустились, прямо из них пошёл снег. Димка опустил голову и успел увидеть, что и трава, доходящая ему до колена, покрылась инеем и даже посинела. А потом его окружил снежный вихрь.       — Что ты делаешь? — осипшим голосом проорал Трофимов, в панике поднимая взгляд на стоящего рядом Тимофея.       Тимофей приблизился.       — Спасаю тебя, идиотина, — с какой-то горечью усмехнулся Зверев.       — Спасаешь? От чего? Тим, хватит молчать, говори, что происходит! — но лучший друг продолжал улыбаться, а слёзы продолжали течь по его лицу. Димка схватил его за плечи и придвинул к себе, в отчаянии воскликнув. — Да говори же!       Тимофей шмыгнул носом и опустил взгляд. Позади него снова из ниоткуда возник скелет. И неожиданно вокруг послышались слова, словно из гула ветра.

Мы сдержали своё обещание

И погасили здесь искру огня.

Пришёл твой черед распроститься с последним,

Что мешало освободить своё пленённое «я».

Тебе остался лишь последний

Шаг навстречу пустоте.

Простись со всем, что оставляло

Шрамы на твоей и так израненной душе.

      Димка застыл. Он помнил, как раньше Тимофей записывал послания из своих снов на листике и давал прочесть их своим друзьям, чтобы они все вместе с ними разобрались. Димка особо хорошо запомнил одно из них. Как раз это последнее четверостишье!       И теперь до него дошло, что это за пугающий скелет стоял позади Тимофея. Он мигом все вспомнил. Но почему он здесь? Он и Тимофей? И эти слова…       — Морт-Дэ-Нэву… — прошептал Трофимов, в ужасе смотря на Тимофея. — Тим, что ты натворил?! На что ты подписался?!       Тимофей покачал головой, продолжая глупо улыбаться.       — Прости меня.       Зверев несмело раскрыл руки, но затем опустил их. И Димка сам рванулся к нему и прижал к себе, хватаясь руками за его майку. Плечо друга тут же намокло из-за его слез и соленых дорожек.       — Не уходи… — прошептал Трофимов. — Тим, я не знаю, что ты сделал, но не уходи, пожалуйста…       Тимофей обнял его в ответ. Схватился, как за спасательный круг.       — Иди, — пробормотал Зверев дрожащим голосом. — Тебя уже заждались.       Димка вцепился в него ещё сильнее.       — Я не пущу тебя!       Неожиданно сильный порыв ветра оттолкнул Трофимова в сторону, несильно и лишь на несколько метров. Димка чуть не упал, но вовремя поймал равновесие. Парень вздернул голову и увидел, как Тимофей что-то тихо произнёс. Морт-Дэ-Нэву, уже стоящий перед ним, начал сиять изнутри голубым светом и приподнял костяную руку. Димка побежал вперёд и вытянул свою вперёд.       — Стой!       Тимофей повернул голову и помотал ей. Димка послушно остановился. Зверев чуть приподнял ладонь, словно прощаясь. Морт-Дэ-Нэву резко дёрнул рукой, и его пожелтевшие костяные пальцы понеслись в грудь Тимофея.       Все вокруг ослепительно вспыхнуло голубым. У Димки сбилось дыхание, и Трофимов потерял почву под ногами. Он словно падал. Парень зажмурился и беспомощно начал махать руками.       Внезапно все вокруг погасло, и Димка упал на что-то твёрдое. Трофимов широко распахнул глаза и вздохнул полной грудью, перекатываясь на спину.       Он хотел осмотреться, куда он попал и поднялся, но в этот момент кто-то его чуть не снес: парень вовремя оперся рукой о пол, чтобы снова на него не рухнуть.       — Карина? — удивленно позвал Димка.       Кикмарина лишь теснее прижалась к нему, содрогаясь от рыданий. Трофимову ничего не оставалось, кроме как рассеянно обнять ее в ответ и успокаивающе погладить по голове. Он теперь совсем ничего не понимал.       Димка поднял взгляд. Он сразу узнал это место: из этого подвала он вместе с Тимофеем освободил Альфа и Вернера, когда их пытала Дева. Только сейчас он сам находился в одном из стеклянных кубов.       К нему подошёл ещё один человек и сел на кушетку.       — Рад снова видеть тебя, — усмехнулся Стас Кащеев.       Димка нахмурился. Рад снова тебя видеть? Что это значит?       По ту сторону стекла Трофимов заметил ещё несколько человек. Платон Евсеевич и Елена Фёдоровна с облегчением смотрели на Димку в ответ. Но в их взглядах читалось еще что-то… Какое-то сожаление, от которого юноше стало не по себе.       В отдалении от директрисы стоял мужчина в пальто, и в нем Трофимов с легкостью узнал Гейла. Но тот на него даже не смотрел, скрестив руки на груди и держа в руках причудливую фарфоровую куклу из чёрного фарфора.       Рядом с Платоном стояли Серафима и Клим. Они оба смотрели куда-то в сторону. Долмацкая сделала шаг и заговорила, но тут же замолчала. Димка посмотрел туда же, куда и она.       Тимофей прошёл мимо неё и направился к выходу. Димка мигом вспомнил все то, что произошло в его… Сне? Это не столь важно.       — Тим! — позвал Трофимов.       Тимофей остановился. Все разошлись в стороны, открывая ему обзор на Димку. Зверев убрал руки в карманы и повернул голову.       Трофимов окаменел. Этот взгляд… Спокойный, ледяной и колючий. Эта поза, это бесчувственное выражение лица. Димке сразу вспомнился ещё один человек. Каз.       Похоже, у Димки все было написано на лице. Он увидел, как Тимофей, поджав губы, отвернулся и направился прочь, даже ни на кого не посмотрев. Димка проследил за ним взглядом. В груди все ещё бушевали чувства, поэтому он с трудом выдавил:       — Мне срочно нужно узнать все, что случилось. В том числе и со мной.       Стас почесал шею.       — Можно устроить, но за чашкой кофе. Разговор будет долгим.       — Я должен узнать, что с Тимофеем!       В стеклянный куб вошёл Гейл. Мужчина печально помотал головой и тихо сказал:       — Не трогай его ближайшее время, Дим. Вы все не трогайте. Вам будет только больнее.       Карина оторвалась от Димки, и вся троица повернулась к Огненному волку.       — Но почему? — спросил Трофимов.       Гейл посмотрел на него.       — Чтобы вытащить тебя в реальность, Тимофею пришлось пойти на сделку с Морт-Дэ-Нэву. Я ожидал, что демон поставит такую цену. Не ожидал, что Тимофей готов отдать все ради своих друзей. Хотя, можно было и догадаться.       Стас, похоже, тоже не был в курсе событий.       — Что? — только и смог произнести Кащеев. — Погодите, о чем речь?       Димка даже не заметил, как перестал дышать. Внутри он все ещё лелеял надежду на то, что то, что он увидел, было неправдой. Но он понял все прежде, чем Гейл снова начал говорить. По его глазам, по его тяжелому вздоху.       — Тимофей прошёл последнее Испытание Стужи, — оповестил Огненный волк. — Его суть нам по-прежнему неизвестна, но по предыдущим Избранникам мы уже имеем представления, что оно за собой несёт. Все свои чувства, которые Тимофей к вам питал, испарились, не оставив после себя и следа.