Самая сильная любовь Повелителя?

Солнечные лучи, едва протиснувшись через плотные шторы, весело прыгнули на кровать, скользя по лицу Ибрагима. Поморщившись, визирь лениво потянулся, застонав от боли. Горло неприятно саднило, голова была тяжёлая, а тело отзывалось болью в каждом миллиметре. Осмотревшись, он попытался подняться. Дверь распахнулась. Султан застыл, увидев полусидящего визиря. —Повелитель,– прохрипел пашá, слабо протягивая руку. —Ибрагим,– порывисто приблизившись к кровати, проговорил Сулейман и, обхватыватив запястье визиря, стал покрывать исхудавшую руку короткими поцелуями. —Сколько я пробыл в таком состоянии? – визирь закашлялся, принимая заботливо протянутый армуду с водой. —Слишком долго, душа моя. Первые недели было невероятно страшно. Внутри себя я ощущал твою боль. Потом появился новый лекарь– Деян. Он сотворил чудо. Ещё несколько недель и вот ты снова со мной. Вгляд паши́ стал более осознанный, и он смущённо отвёл взгляд от своего Повелителя. Воспоминания стали возвращаться, причиняя буквально моральную боль. Тело визиря мелко задрожало, взгляд опустился на сжатые в замок руки, а мысли вернулись к событиям сражения. —Ибрагим? – Султан осторожно коснулся плеча любимого. Визирь вздрогнул, затравленно глядя на Сулеймана. —Противники мертвы? – с усилием выдавил он из себя. –Никого не осталось? – в уголках его глаз блестнули слезы. — Нет. – опешив, коротко бросил Правитель. Виски заныли, в голове шумело. Ибрагим тяжело задышал, до боли её сдавив. —Ибрагим, что с тобой? – будто из под толщи воды донёсся взволнованный голос. На минуту измученно взглянув на Правителя, визирь откинулся на подушки, вновь потеряв сознание. Последнее, что он видел, это его Султан, в спешке выходящий за дверь. *** Следующий месяц стал испытанием для визиря и Сулеймана. После хоть и не полного, но восстановления паши́, казалось, всё вернулось на свои места. Вот только Ибрагим так и остался холоден. Повелитель очередной раз в попытке добиться расположения визиря, пришёл к нему в покои, прихватив с собой недавно привезённый, расшитый диковинными узорами халат. Пашá напряжённо стоял напротив зеркала. Верхняя часть его тела была обнажена, и визирь неотрывно глядел на огромный шрам, который казался ему таким безобразным. Дверь распахнулась, на плечи Ибрагима легла тонкая приятная ткань, а горячее дыхание обожгло кожу на шее. Пашá прикрыл глаза, снова начиная дрожать. Заметив это, Сулейман отстранился. — Как только увидел, то сразу понял. Он предназначен тебе. Помолчав,он добавил. —Тебя волнует это? –аккуратно опустив на грудь любимого кисть, вкрадчиво спросил Султан. Холод перстней и колец холодили кожу.Визирь молчал. Напряжение можно было почувствовать, даже не прилагая усилий. Солнце залило покои тёплым жёлтым цветом. —Ибрагим! – вспыхнул Сулейман. – Ты так и будешь отмалчиваться? В ответ снова оглушающая тишина.... От нарастающего раздражения Правитель прильнул к его шее губами. Почувствовав сопротивление, он глухо пробормотал. —Ты помнишь, что сказал мне там?– поцелуи продвигались всё ниже. Протест продолжался. Но молчание, нарушила тихо произнесённая фраза. —Помню. Уже спустившись на колени перед своим рабом, Султан Великой Империи вскинул голову, встретившись с тёплым взглядом паши́. Ибрагим одним движением помог подняться Сулейману. Теперь они стояли друг напротив друга. Эта сцена напоминала правила приёма наложниц в покоях Повелителя, –отметил для себя визирь. — Я люблю Вас. – без стеснения глядя в глаза, произнёс он. Султан смутился, его руки медленно сомкнулись на пояснице паши́. Ибрагим отстранился, резко отворачиваясь, нервно запахивая халат. —Не нужно.– ели слышно прошептал он. — Что с тобой? – с недоверием произнес Сулейман. Снова тишина. Когда терпение Правителя было уже на исходе, визирь резко обернулся к Султану. —Я не могу рассказать о том, что произошло. – надломленным голосом произнёс он. – Почему Вы не убили их. Почему не перебили их всех. Почему дали сделать им это? – его голос сорвался на крик. Султан, внезапно обхвативший руками его лицо, заглянул в глаза своему любимому. — Почему он сделал это со мной? – хриплым голосом продолжил визирь. — Тебя ранили по моей вине, Ибрагим,– Правитель прижал визиря к груди, медленно гладя того по голове.– Я должен был защитить тебя. — Это я должен защищать Вас, – усмехнулся пашá. – Это моя обязанность. —Всё наладилось, ты здоров, –будто не слушая, продолжал Султан. — Вы не понимаете. Рана–это всего лишь...– с отвращением начал Ибрагим. – Лучше бы я умер– ядовито выплюнул он осекаясь. Непонимающий Султан подхватил визиря на руки, шепча успокаивающие слова любви, попутно опуская его на кровать. Ибрагим свернулся в комочек рядом со своим Повелителем. Сейчас он напоминал маленького беззащитного зверька, лежащего рядом с тем, кто его точно защитит. С этой безмятежной успокаивающей мыслью ему стало легче закрыть глаза и провалиться в беспокойный сон. *** — Деян, я не понимаю, что с ним происходит, – Громко говорит Султан, возвращаясь с совета, на котором присутствовало всё, кроме его сердца. —Я восхищаюсь Вами, Повелитель – неподдельно произнес лекарь. —Так трезво давать указания. Действия которые Вы совершаете, они все чётко обдуманы. А выйдя, Ваши мысли занимает любовь. Он осёкся, опустив голову. — Что ты сейчас сказал? – медленно проговорил Султан. —Простите мою дерзость. Просто я заметил... —Если об этом кто-то узнает, твоя голова слетит первой. – грубо перебив, Правитель свернул к комнатам визиря. Деян только быстро закивал, серьёзно глядя в глаза Султану. — Мне кажется, ему нужно пить успокаивающее отвары. – будто уже забыв предостережение Сулеймана, задумчиво кинул лекарь. — Что с ним? – настойчиво повторил свой вопрос Султан. — Он должен сам Вам объяснить. Это его секрет. – осторожно начал Деян. —Доверьтесь мне. Так будет лучше для него. —Лучше для него.... – пронеслось в голове Правителя. – Хорошо. – уверенно сказал он, открывая дверь комнаты, внезапно обнаружив, что она пуста.