Полёт за гранью

— Вставай! Я уже устала с тобой возиться! — секунда тишины. — Ну! «Отста-а-а-ань» — Не мычи на меня, поднимайся, зараза ленивая! — тяжёлая туша дракона, сидящего на земле подобно кошке, на задних лапах, кажется, лишь на миллиметр покачнулась вбок, когда Варя всем весом налегла на него, толкая ладонями в плечо. Несмотря на все усилия, которые девушка, имеющая достаточно хорошую физическую форму, прилагала в огромном объеме, чтобы поднять зверя в положение стоя, она лишь бороздила кроссовками по влажноватой от росы длинной траве, больше смещая назад себя саму, чем полутонного хищника. — Я не оставлю… тебя в покое! — воскликнула Варя, чуть запнувшись в фразе от нехватки кислорода. — Давай! «Беспокойная женщина», — только фыркнул по-лошадиному дракон, раздувая ноздри, и отвернулся от нее, начав демонстративно-игнорирующе вглядываться в покрытый матовой мглой лес, который он, благодаря способности к ночному зрению, видел совсем немногим хуже, чем днём. Глаз отчётливо различал шелестящие на лёгком ветре мелкие и крупные изумрудные листья, хаотично плетущиеся ветки и высокие искусно-резные листья папоротников, заполонивших пространство между деревьями, разве что их цвет был почти монотонно темно-зеленым, без дневного разнообразия и переливов. Интересно, на самом деле, видеть так… по-необычному. Да и очень удобно, ведь иначе в кромешной темноте их прогулки по ночному лесу явно бы усложнились, если бы не сделались невозможными. — Встань! — очередной неприятный толчок в плечо. — Давай! Я серьезно! Дракон только прикрыл глаза и, глубоко раскрывая лёгкие, вдохнул прохладный свежий воздух, стараясь абстрагироваться от назойливости юной принцессы. Конечно, Влад был рад провести время рядом с Варей, тем более, когда она абсолютно его не боялась и была очень тактильной — моментами даже чересчур. Тем более, после сегодняшнего инцидента, когда слишком уж затянутые объятия сделали его чрезмерно открытым и разнеженным. Из-за этого даже сейчас, спустя несколько часов после их встречи с Варей, трепет и удовольствие от общения (включая физическое), ощущались так, словно у него не осталось кожи — лишь голые нервы. Каждое слово, касание отзывались приятным теплом на шее и морде, чувствовались так откровенно и глубоко, что, порой, аж до мурашек, щекотящих спину и загривок и поднимающих вдыбь острые шипы. Что касаемо его поведения сегодня в комнате, то, честно, Влад старался держаться и относиться к внезапной близости спокойно и оставался уверен, что объятия просто станут красивым завершением их очередных недопониманий. Но все пошло не так с первой секунды, когда драконья сущность почувствовала тепло любимой девушки в руках Влада, ее пробивающий до дрожи и уже наизусть выученный запах, и стала нещадно и неожиданно упорно мутить человеческое мышление. Рациональное сознание стало медленно, но уверенно приглушаться звериной ласковостью и любвеобильностью. Конечно, несмотря на это, он все понимал и находился полностью в себе, когда прикладывался носом к ее волосам, вдыхал их аромат, — легкий флер шампуня и сладковатых духов, который мешался с естественным запахом тела, неожиданно сильно нравившимся дракону. Понимал, когда полуосознанно поднял руку к ее шее и стал гладить по загривку, касаясь подушечками пальцев кожи и тонких волос. С каждой секундой хотелось больше касаний, мягких, чувственных, которые внезапно стали казаться самыми родными и умиротворяющими. И Влад осознавал, что приводит свое дурацкое звериное желание в жизнь, когда касался волос, виска, щеки — и ниже, направляясь прямиком к шее. Он искренне хотел ее трогать — либо же хотел дракон, желающий укрепить связь с помощью физического контакта с понравившейся «самкой», как совсем недавно издевательски заметила Метель. Однако, хотя слова оборотня и казались на тот момент отвратительны (да и сейчас, честно говоря, тоже), Влад не мог не признать, что, видимо, переплетение с сущностью зверя, его инстинктами, поведенческими особенностями и мировосприятием очень ошущаемо влияло на самого парня, хотя, к счастью, не перекрывало напрочь человеческого ума и сознания. Так что нельзя было сказать, что мозг отключился в тот момент, вовсе нет. Влад отдавал себе отчёт в том, что делал что-то не так, но инстинкт загораживал холодное мышление, убеждая, что «все нормально». Лишь потом, когда Варя уже сама выбралась из настойчивых объятий и он пришел в себя, то, наконец, уверился, что не «все нормально» и всего сотворенного делать не следовало. Но в моменте дракон слишком сильно повлиял на него, убедив в правильности поведения. Однако после ухода Вари Влад успокоиться так и не смог. Хотелось снова оказаться поближе, поговорить, прикоснуться (хотя, конечно, не столь нагло, как это было у него в комнате) и просто получить возможность контактировать хоть в какой-нибудь обстановке. Поэтому в итоге он не удержался, чтобы не воспользоваться этой возможностью ближайшей же ночью, а точнее, сегодня. Весь вечер Влад крутился у ее окна, а, когда все улеглись, стал царапать когтями по окну, и, на счастье, дозвался девушку. Дракон рассчитывал, что они займутся поиском амулета и снова посетят те злосчастные ущелья, чтобы, так сказать, совместить приятное с полезным — погулять вместе и найти эту треклятую часть артефакта. Но у Вари, как оказалось, были другие планы, и вместо романтичных прогулок по подземельям и лесам он получил непрошенные уроки полёта. Для этого Варя затащила его в густой лиственный лес в километрах четырех-пяти от колледжа, там, где никого нельзя было встретить. Конечно, она была права, умение летать ещё никому не повредило, тем более, когда в неопределенном радиусе от колледжа все ещё ходил огромный озлобленный воллеон, который, скорее всего, не отказался бы съесть беспомощного дракона. К тому же, способность передвигаться по воздуху могла бы также помочь в поиске Штормового амулета, но, несмотря на логичность всех доводов, он продолжал упираться. Причиной этому была на деле вовсе не лень, а стыд. Как-то не хотелось биться башкой о землю перед Варей и позориться, что он, князь Морок, который (пускай, она об этом не знает) всю жизнь, пока имел магию, рассекал небеса, будучи разными птицами, грифонами и ящерами, а теперь не мог совладать с телом непонятно устроенного дракона. Поэтому весь вечер Влад просто строил из себя ленивого и непослушного большого динозавра, на деле даже отчасти развлекаясь тем, что доставал Варю, неспособную совладать с ним физически. Внезапно почувствовав, как тело словно вмиг потеряло вес и стало подниматься в воздух, дракон в панике непонимающе заурчал и обернулся на Варю, которая только усмехнулась, увидев его растерянность. Девушка немного подержала его в воздухе и опустила на четыре лапы на холодную, мокрую траву, оставив в стоячем положении. — Теперь пошли, — Варя вновь приблизилась и, взяв его за боковую сторону ошейника, потянула за собой. — И так сколько времени потратили. Дракон только фыркнул, усмехаясь на ее наивный план и снова сел, подобно кошке элегантно оборачивая хвост вокруг лап. — Да ты… ящерица! — негодующе воскликнула Варя, просунула вторую руку под ошейник, только уже сверху вниз, скользнув по голой чешуе, и, крепко ухватившись обеими руками, упорно потянула на себя. Дракон, влекомый плотным и весьма ощутимым на тонкой шкуре шеи давлением и чувством удушения, невольно сделал шаг за ней передней лапой, но, очнувшись, намеренно пригвоздил себя к земле, больше не сдвигаясь ни на шаг. Трахею пережимала достаточно широкая полоска черного кожаного ошейника, заставившая приоткрыть пасть, чтобы было удобнее глотать свежий ночной воздух. Варя не старалась сделать ему больно и этим заставить идти за собой, — хотя, учитывая громадную разницу в габаритах, она бы вообще вряд ли смогла такое провернуть, — но все же такие действия не могли оставить его полностью невозмутимым. «Знала бы ты только, что вытворяешь…», — чуть прикрыв голубые глаза, игриво промурчал он, впиваясь взглядом в лицо Вари, которая застыла на месте, чуть отклонившись назад, так как продолжала держаться за ошейник. Он не ощущал злобы или раздражения на это упорство, нет — только смешливость и, видимо, от нехватки кислорода — небывалую расслабленность. Мышцы помягчели, его будто магнитом вдруг потянуло к показавшейся неожиданно привлекательной прохладной и густой, как пышный ковер, траве. — Ц, ну ты и вредина, — с укором нахмурилась Варя, продолжая прожигать его негодующим взглядом фиолетовых глаз. …безумно красиво сверкающих в сумерках глаз с широкими черными зрачками, похожими на глубоко-мрачную озерную гладь. «Ещё какой», — тихо уркнул дракон и, следуя внезапно промелькнувшей шальной мысли, сделал внезапный размашистый шаг назад и, плотно схватив растопыренными пальцами лапы за заднюю сторону бедра, прижал девушку к груди и нарочно свалился набок, увлекая ее за собой. Варя только вскрикнула от неожиданности, когда поняла, что не успевает выбраться. Дракон с глухим шумом и шуршанием сочной и ломкой травы плавно свалился на землю, а Варя оказалась сверху на его груди. Одной лапой он все ещё придерживал ее за бедра, не давая упасть, даже когда оба оказались в неподвижном положении лёжа. Ощутимая тяжесть от тела девушки и давление на коже, ее тепло, аромат ещё больше дурили голову, вознося его, кажется, все на более высокий уровень довольства и счастья каждую минуту. Однако радость долго не продлилась — Варя достаточно быстро зашевелилась, чтобы подняться, и дракон убрал тяжелую лапу, отпуская ее. Девушка слезла с его груди, что-то ворча, и стала отряхиваться, хотя, на деле, и земли-то не коснулась, благодаря ему. Зверь разочарованно заурчал, попытался хватануть ее лапой за штанину, чтобы остановить, но Варя обошла его и остановилась над мордой. Дракон откинул назад голову, снизу вверх смотря на девушку, недовольно скрестившую руки, подтянул передние лапы к груди, нелепо складывая их, и принял позу развалившегося на солнце довольного кота. — Было бы смешно, если б не было так грустно, — серьезно начала Варя, хмурясь на его довольную морду. — Ты же взрослый, здоровый, ты должен летать! Я помочь пытаюсь, а ты бесишься. В ответ он только махнул лапой и тягуче, низко зарычал. «Лучше бы поспали… Час ночи уже…» — Все, я устала, вставай быстро, хоть попытайся! — продолжала настаивать девушка. — Обещаю, что поймаю, если начнёшь падать, все будет нормально! Дракон только устало, шумно выдохнул и одним движением перевернулся на бок, ложась спиной к девушке и замер, закинув лапу на морду и закрыв ею глаза. Надо продолжать сопротивляться… Скоро она уже точно оставит его в покое. Хотя Влад ожидал продолжения тирады, Варя вместо этого лишь тяжело вздохнула, обошла его со стороны спины и, видимо, опустилась на колени за лопатками, потому что положила ладони на плечо дракона. Он чуть дрогнул, почувствовав, как девушка начала гладить по холодной чешуе, проводя рукой вдоль лапы до локтевого сустава и обратно, а затем выше, по хребту и вдоль шеи. — Эй… — раздался тихий голос. — Послушай меня… Варя подползла ближе и легла сверху на него, на крепкую шею, положив одну руку на лапу, а другую опустив под подбородком. Затем начала медленно гладить одними кончиками пальцев, щекотя чувствительную тонкую кожу под нижней челюстью. А дракон окончательно расплылся по траве, плавясь от ее мягких касаний. — Учиться все равно надо. Так тебе будет безопаснее, и мне спокойнее… — продолжала уже нежно и аккуратно уговаривать его Варя. — Все будет хорошо, я обещаю, что подстрахую, ну? — она убрала тяжелую лапу с головы уже обеими руками и, нависнув, взглянула в морду. Дракон приоткрыл один глаз, отвечая взглядом девушке. Варя переместила руку к его голове и мягко провела пальцами по одному из рогов. — Ты же у меня не из пугливых, верно? — улыбнулась она. Влад не отвечал и вновь прикрыл глаза. Может, и правда стоит? В конце-концов, его позора никто кроме Вари не увидит, и, мало того, вдруг у него правда получится взлететь? Это будет для них обоих огромным плюсом. К тому же, она поймает в крайнем случае, так что разбиться тоже не удастся… «Ладно, встану,» — решился он. — «Но немного ещё…» Подниматься так сразу не хотелось, потому что это означало лишиться возможности ещё хоть немного насладиться ее ласками. Если мыслить объективно, ничего сверхъестественного в них не было. Варя вела себя с драконом просто как с разумным животным, и не более. Но Влад, внутри которого и так все трепетало после сегодняшних долгих и, будто слишком чувственных и пронзительных для учителя и ученицы объятий, едва мог спокойно реагировать. Он восторгающе глубоко, до дрожи ощущал, как девушка мягко его гладила, проходясь кончиками пальцев по чешуе, тонкой и удивительно чувствительной в области под нижней челюстью. Не скрывая, это было безумно приятно. Жаль, конечно, что он не может получить подобного в облике человека, так как Варя при их нынешнем уровне отношений на такое не пошла бы, но да ладно, и это уже было огромным плюсом. Безусловно, местами было стыдно за свое поведение, ведь он, грубо говоря, нагло пользовался телом дракона, чтобы наслаждаться касаниями Вари, которая по отношению к зверя вела себя более тактильно, чем к людям. Как бы такое утверждение не звучало, в нем тоже, если подумать отстраненно, не содержалось ничего страшного, ведь многие люди, любящие животных, явно также обожали тискать всяких под руку попавшихся кошечек-собачек. Дракон, конечно, будучи трёхметровой, рогатой и зубастой страшной хреновиной, какой Влад сам себя считал, мало походил на тех самых милых кошечек-собачек, но и Варвара, знаете, являлась девушкой не из пугливых. К тому же, один дракон у нее уже имелся — нельзя забывать о маленьком Дракоше, хотя, сравнивая его и Влада, детеныш ящера выглядел явно посимпатичнее для всяких нежностей. К тому же, Влад и саму Варю подозревал в желании к нему прикасаться, только уже днём, когда он был человеком. Поймав ее на лестнице, парень ожидал, что она быстро отойдет, смутившись прижиматься животом к его ладони, но Ветрова удивила. Осталась и, мало того, спокойно поддержала с ним разговор, прервав тактильный контакт и диалог только с появлением Елизара. Так и сегодня — она не отодвинулась, когда почувствовала, как Влад прикасался пальцами к ее руке — а он, к слову, сделал это нарочно, чтобы, так сказать, прощупать почву перед более радикальным предложением — объятиями. На предложение обняться, кстати, Варя тоже отреагировала необычно для него — с ходу согласилась, даже не стушевавшись. Видимо, что-то она точно скрывала. Скорее всего, именно то, о чем уже долгое время не менее упорно молчал сам Влад… Дракон тяжело вздохнул, вновь закрывая лапой морду. Преследующие долгое время мутные мысли вновь с ошеломляющей ясностью настигли его, ударяя, как столб ледяной воды по спине и затылку. Можно было, — и он неоднократно это делал, — спросить себя: раз они оба взаимно проявляли друг к другу явно не просто дружеский интерес, почему бы не попробовать поговорить? Учитывая их чувства и поведение, разговор в итоге мог бы привести к отношениям, чему Влад бы, честно, обрадовался — он вполне осознанно признавал, что с Варей ощущал себя интересно, спокойно и приятно. Они были близки характерами, обладали схожими амбизиозными целями — так что, вполне возможно, их личности могли сложиться ровными краями пазлов и образовать действительно благополучный и крепкий союз, но… Внешние обстоятельства способны были слишком помешать их гармонии. Встречаться в колледже, учитывая, что он был учителем, а она — студенткой, казалось той ещё «ходьбой по лезвию». Василиса его и в тюрьму обратно может упечь, если догадается, а от этого лучше точно ни ему, ни Варе не станет. К тому же, препятствие создавал Елизар со стаей. От злости и зависти Виреев мог распустить такие слухи, что все бы обернулось первым вариантом — и в лучшем случае его увольнением. Так сильно рисковать Влад не хотел. Они и без того хорошо и мирно общаются, поэтому пускай лучше он приложит усилия, чтобы сохранить эту итак едва установившуюся теплоту и спокойствие в их отношениях, а уже потом, когда хотя бы проблемы с Елизаром и Полуночниками закончатся, он обязательно признается. Обязательно… Но точно не сейчас. Наконец, дракон все же вновь открыл глаза и сначала перевернулся на живот, после чего тяжело поднялся из-за необходимости вновь напрягаться после такого умиротворяющего расслабленного валяния. Отряхнулся от травы и листьев, приставших к телу и, наклонив голову, взглянул на Варю, все ещё сидящую на земле. «Куда идём?» Девушка улыбнулась и поднялась следом. — Наконец-то. Тут недалеко уже лес заканчивается, есть поляна. Там удобно будет попробовать. Варя, кивнув ему тоже идти, пошла в одном из направлений, светя вперёд себя фонариком. Дракон, не спрашивая, покорно последовал за ней, сминая по дороге тяжёлыми лапами хрустящие высокие папоротники. И, между тем, пока шел, буравил взглядом спину девушки. «И как коса такая не мешает?» — размышлял он, смотря на косу, достающую до середины бедер. Было видно, что та изначально была аккуратно заплетена, но теперь, из-за продолжительных прогулок по лесу и валяний на траве, растрепалась и пособрала в себя множество листьев и веток. В голове от скуки быстро зародились мысли на тему того, как, на самом деле, удивительно, что такая аккуратная, строгая Ветрова, какой она была днём, ночью менялась, становясь более открытой и естественной, и не боялась лазить по лесам, собирая на себя грязь, ветки, листья и всяких насекомых. Пара минут, и деревья, бесконечным густым ковром покрывающие землю в радиусе, кажется, вечности от них, наконец пропали. Варя первая шагнула на залитое лунным светом ровное пространство — широкий иссиня-темно-зеленый луг, поросший травой и разнообразными, четко и даже приторно пахнущими в свежести ночи цветами, единично и пучками рассыпанными по морю зелёни. Дракон пробрался за ней и, выйдя, первым делом невольно поднял голову, захваченный раскрывшимся из-за завесы крон зрелищем. Широта распахнувшегося над ними бесконечного черного матового полотна, растянутого от горизонта до горизонта, поражала воображение своей грандиозностью и масштабностью. В глубине бесконечной тьмы рассыпались сверкающие звёзды, составляющие неповторимые созвездия и мириады. Посередине неба тянулась беловатая полоса дыма, густо усеянная звёздами — другая галактика, которая делала ночное небо ещё более фантастическим. Нереально восхищающее зрелище. — Итак? — он опустил взгляд от неба на голос Вари. Девушка кивнула на расстилаюшийся перед ними луг: — Пожалуйста, вот тебе взлетно-посадочная. Пробуй! Дракон, тяжело вздохнув, двинулся вперёд, делая пару шагов от края леса, и остановился. Ладно, может, действительно получится. Он ведь раньше летал, значит, это не должно быть так сложно… Дракон оглянулся на свои бока, где безвольно лежали до этого не используемые крылья и, встряхнувшись, расправил их. Ветер, гуляющий по лугу, приятно прошелся по чешуе на боках, охлаждая и, кажется, взбадривая его самого. «Ладно, все будет хорошо. Я смогу», — он припал к земле, напрягая лапы, затем резко, как кошка в прыжке, оттолкнулся и прыгнул, с силой взмахивая широкими крыльями. Тело стало неожиданно лёгким, безвесным, когда воздух, ударивший в кожаные перепонки, внезапно показался осязаемым. Он взмахнул ещё раз, отталкиваясь от него и поднимаясь выше. Горло сдавило от восхищения — он поднимается! Ещё и так легко, даже удивительно, почему раньше… Возможно, дракон преодолел метра четыре, когда, внезапно, опора в виде потоков воздуха под крыльями резко пропала и тяжесть тела ощутилась неожиданно резко. Дракон запаниковал, затрепыхался в воздухе, но этим лишь ухудшил свое положение и неконтролируемо полетел вниз. Готовый к падению, он вытянул лапы, чтобы приземлиться на них. К счастью, Варя не подвела. В метре от земли падение мягко затормозилось, и на лапы он опустился медленно и аккуратно. «Какого черта?» — раздражённо рявкнул дракон и, не давая себе передышки, вновь с силой оттолкнулся от земли, взмывая в воздух. И снова — чувство, что он летит выше, но опять словно достигает строго обозначенного барьера на расстоянии нескольких метров от земли и, будто подбитая птица, падает, благо, «на руки» Варе. И снова. Снова. Пару секунд чтобы отдышаться и… Снова. — Может, тебе… Постараться прямее держаться, что ли? — предположила Варя, а дракон только непонимающе склонил набок голову. — Не знаю, то есть… Тебя заносит куда-то вбок и потому падаешь. «Прямее… Да куда уж!» — фыркнул про себя Влад. Он ведь делал все, как всегда, то есть, когда был настоящим Мороком. Старался сильнее оттолкнуться от земли, широким взмахом крыльев подхватить побольше воздуха, чтобы поймать нужный поток и, опираясь на него, продолжать полет… Но, Варя была права, ему действительно что-то мешало оставаться в стабильном положении. Хотя, на деле, он даже предполагал, что именно… Дракон, вместо очередной попытки взлететь, обернулся назад, на свой хвост. Такого не было ни у одного существа, в которых он перевоплощался. Точнее, отсутствовали подобные широкие элероны, которые удивляли возможностью складывать их и расправлять при надобности. Влад не представлял, какое было их физиологическое предназначение — нет, ясно, конечно, что для полета, но какая именно функция? Резкие повороты, руль, дополнительная, помимо крыльев, поверхность для захвата воздуха — что из этого? Он не представлял. И потому на данный момент ощущал собственный хвост не как часть тела, полезную в «драконьем быту», а как нечто лишнее и крайне мешающее. — Ты, случайно, никогда не был ранен? — поняв его интерес к хвосту по-своему, уточнила Варя, приблизившись. Остановившись за спиной, она сама опустилась на корточки и дотронулась до элеронов. Увидев, что дракон не сопротивляется, девушка аккуратно самостоятельно расправила один из них, осматривая, видимо, на предмет повреждений. Влад же воспользовался передышкой и потому сидел, не шевелясь и позволяя делать с ним, что угодно. — Вроде, все нормально, — через минуту заключила Варя и, поднявшись, сделала пару шагов назад, после чего вновь кивнула куда-то в сторону. — Попробуй ещё. Рано или поздно должно получиться. «Твое желание — закон, Колючка», — только смешливо фыркнул дракон и, вновь рванувшись от земли, с силой взмахнул крыльями, пытаясь одновременно пожестче держать распущенный хвост. Но, несмотря на все усилия, поток воздуха снова ускользнул куда-то над его телом, и он повалился на землю. Таких попыток, в сумме, Влад сделал примерно штук двадцать. И двадцать раз упал. Дракон бился до тех пор, пока не свело мышцы спины и крыльев. После очередного падения он на миг замер, с трудом дыша, потом также, через силу поднял крылья и… «Прости меня…» Тяжело и резко опустил их, бросая концы до земли, словно вмиг потерял контроль над телом. Вдох Выдох Вдох Выдох Прохладный влажный воздух гулял по лёгким, выдувал с чешуи градусы тепла, скопившегося от движения. Он с озлоблением и обидой пронзил ледяными глазами бескрайнее небо, которое ему, крылатому, оказывалось недоступным. «Ну и черт с ним!» Дракон подобрал распущенные крылья, складывая их на боках и сел, перенося вес на передние лапы, чтобы расслабить нывшие от перенапряжения мышцы плеч и спины. — Все? — послышался за спиной голос Вари. — Может, еще… «Хватит мне позориться, достаточно…» — только резко махнул он головой и недовольно зарычал, но встретив удивленный и одновременно растерянный взгляд Вари, виновато отвернулся. «Все… Не буду больше и пытаться, жил раньше без этого и дальше смогу! Только время зря тратим. Ещё и Варя… Нет бы лучше амулет искали, так давай учить, будто после стольких попыток ещё не понятно, что всё!» — Эй? — раздался тихий голос Вари, которая, судя по аккуратным шагам, обходила его далеко сбоку, боясь, что дракон может на нее броситься со злости. — Ладно, все в порядке, не получилось — и не получилось. Тогда давай закончим на сегодня… Дракон продолжил молчать, уткнув взгляд в поросль цветущего белого клевера под лапами. Было неприятно и злостно. От своего позора и слабости, свидетельницей которых ещё, как назло, стала Варя. Ещё и на нее зарычал, придурок, только этого и не хватало. Дракон вдруг повернулся в сторону девушки, стоявшей сбоку в паре метров от него и, неожиданно встав, резво и твердо подался в ее сторону. Варя вытянула руки перед собой и зашагала назад, опасаясь его резкого поведения. Но дракон быстрыми и размашистыми шагами скоро настиг ее, по-бычьи склонил голову и аккуратно, но плотно упёрся лбом в живот, после чего остановился, прикрыв глаза. Влад чувствовал, что Варя на пару секунд застыла, видимо, удивлённая его поведением, но уже скоро сама медленно опустила руки на загривок, проводя вверх вдоль изогнутой дугой крепкой шеи. — Ладно, все нормально. Не буду больше доставать, — пообещала девушка, мерно его поглаживая. — Пойдем отдыхать. На это он был согласен. Спокойно поваляться с нравившейся девушкой под калинами и тополями ему нравилось больше, чем неловко падать, не справляясь с собственными крыльями, пускай и «в ее руки». Варя медленно отстранилась и кивнула в сторону леса: — Я могу задержаться сегодня подольше, завтра ведь выходной. Так что можем и вздремнуть пока, все равно время позднее… Дракон только покорно склонил голову. Они стали возвращаться назад, уходя вглубь леса. Здесь можно было ощущать себя в относительной безопасности, так как Айна, — даже если она здесь есть, — не сможет ориентироваться в густых зарослях и тем более не сумеет подкрасться и напасть исподтишка. Дракон, идя следом, лениво смотрел в сторону, стараясь развлечь себя разглядыванием одновременно и непохожих, и однообразных деревьев. Пока… На глаза попалась высокая яблоня с четко очерченной, на несколько метров поднятой над землёй кроной. На раскидистых ветках сквозь листья проглядывали казавшиеся в темноте бордовыми, но на деле, наверное, алые, среднего размера яблоки, густо обхватывающие ветви. Фруктов было так много, что они клонили вниз тонкие ветки, будто угрожая в любой момент обломить. В голове вдруг зародилась идея… ~~~~~ Когда дракон внезапно резко развернулся, хотя до этого, как привязанный, шел следом, Варя обернулась и с удивлением обнаружила, что он подался куда-то вправо. Вернувшись, девушка увидела, как зверь подошёл к стоящей неподалеку от дороги яблони, поднялся на задние лапы и, оперевшись передними на качнувшееся под его весом дерево, вытянул шею, засунув морду куда-то в крону. — Ты что там, белок ловишь? — усмехнулась Варя. Дракон не ответил, продолжив носом копошиться в шуршащей листве. Девушка тяжело вздохнула и направилась к своему хищнику. Подойдя, она не стала его отвлекать, а остановилась рядом, с интересом наблюдая за тем, что он делает. Дракон продолжал что-то выискивать в кроне и вдруг, фыркнув, закинул одну из передних лап на ближайшую ветку и, вцепившись когтями, потянул ее вниз, с треском наклоняя. Взгляд случайно уцепился за крепко сжимающую ветку лапу, на которой от напряжения проявились сухожилия, и за длинные, тонкие загнутые когти, сдирающие тонкую кору. «Постарайся поменьше находится на улице. Драконы — твари агрессивные. Тем более молодые. А этот ещё и самец — они так вообще придурошные… Ну, по большей части». Предупреждения Елизара, казавшиеся уже давнишними и напрочь забывшимися, вдруг ярко пыхнули в голове. «Он опасен. Это не собака, ты его не удержишь, если он решит делать то, что захочет». Раньше Варя игнорировала эти слова, воспринимая, как лишнюю мнительность и аккуратность. Это же ее дракон, которого она, хоть и недавно, но очень хорошо знает. Он ничего не сделает. Но сейчас, смотря на дракона, она как-то с большей ясностью осознавала, что ей жизненно необходимо, чтобы этот хищник продолжал видеть в ней друга или хотя бы напарницу, но не еду. Потому что, если такая махина захочет напасть, выход будет один — избавляться от него. Дракон знал, где Варя находится и как достать ее в колледже, выучил наизусть ее запах и потому мог найти с большого расстояния, где бы она не была, так что даже телепортация сможет в экстренной ситуации помочь только временно. А если такой монстр станет к ней агрессивным и доберется, то… Нет, хорошим это вряд ли закончится. Стоя на задних лапах, он вытягивался по меньшей мере на четыре с половиной метра. Развитые мышцы спины, бедер и плеч перекатывались под шкурой, напоминая о силе, намного большей, чем даже у пугающего мощью бурого медведя. А когти… тонкие, блестящие, словно обсидиан, по строению, как у кошки, только намного больше и потому опаснее. Такими ее убить можно с одного удара, если Варя потеряет внимательность и не успеет применить магию… Когда послышался громкий хруст ветки и дракон, наконец, опустился на землю на все четыре лапы, она заметила оказавшуюся у него в зубах отломленную ветку, обвешанную зрелыми яблоками. — Серьезно, яблоки? Ты ещё и вегетарианец? — когда Варя увидела, что дракон копошился в ветках вовсе не чтобы перекусить каким-нибудь бурундуком, белкой, птицей или разорить гнездо, она про себя выдохнула. Дракон сквозь сжатые на ветке зубы что-то проурчал и, гордо подняв голову, пошел обратно, туда, откуда они свернули. Варя направилась следом. Зайдя в густую поросль низких деревьев, кажется, остролистой калины, дракон остановился, осмотрелся, и, убедившись, что его со всех сторон закрывая густая стена веток и листьев, принялся бродить по небольшому кругу, затаптывая густую заросль пышных ломких папоротников. Потом остановился, отошёл подальше, оценивающе глянул и, вновь подойдя, стал подгребать правой лапой сломанные ветки, собирая их в кучу посередине вытоптанного круга. И, напоследок ещё раз обойдя возвышение, наконец лег. Но, как ни странно, не на ту кучу из папоротников, которую так усердно греб, а вокруг нее, обратившись кольцом. И уже после устремил льдяно-голубой взгляд на Варю. Она подошла ближе, осторожно переступив через длинный хвост, и, сняв кофту, бросила ее на ту сгребенную кучу папоротников, после чего села. Удобнее устроившись, девушка, отклонилась назад, опираясь лопатками и головой о плечо дракона. — Благодарю за заботу, — усмехнулась она, кивая на приготовленное им место. — Но летать я тебя все равно выучу, не отстану. Вместо ответа дракон что-то невнятно заурчал и, шурша листьями на ветке, которую все это время таскал в зубах, бережно уложил на ее колени яблоки. — Зачем ты… — Варя в непонимании глянула на дракона, устремившего на нее ожидающий взгляд. Осознание пришло внезапно: — Мне? — он в подтверждение склонил голову, заставив Варю расплыться в улыбке. — Спасибо, я думала, ты себе… Сейчас! Она приподнялась, чтобы достать из кармана штанов складной нож, давным-давно купленный в Мышкине ради вот таких походных случаев. Взяла с ветки одно яблоко и, протерев о штанину, принялась его чистить, сбрасывая кожуру себе на колени. ~~~~~ Влад смотрел на нож в руках Вари настороженно. Внутри ворочилось неприятное понимание, зачем она могла его с собой таскать, хотя обладала магией и могла отбросить от себя почти любого. Может, конечно, как сейчас, для приготовления еды и подобных бытовых целей. Но, возможно, и для защиты от него — парень ведь помнил, как девушка пыталась всадить в него лезвие при первой встрече на крыше. В целом, конечно, сильно с драконом этой штукой не подерешься, но отбиться в моменте, если нападет, при большом везении можно. Почистив яблоко, Варя едва взялась его есть, отрезая небольшие куски, как послышался звук уведомления. Закусив очередной пластик фрукта, чтобы освободить руки, она полезла в карман и выудила оттуда телефон, после чего открыла и стала сначала читать пришедшие сообщения. Девушка напряжённо нахмурилась, а затем и сама стала что-то печатать, продолжая аккуратно удерживать в зубах кусочек яблока. Дракон же в это время благодатно растянулся на земле, уложив голову на придавленные им же папоротники и расслабленно наблюдал за Варей. Да, всё-таки безмерно красивая. Он знал это давно и повторял в голове уже множество раз, но все ещё не мог перестать любоваться. Особенно сейчас, под покровом ночи, с ним наедине, Варя казалась ещё более привлекательной, ведь чувствовала себя в безопасности и потому поступала естественно и искренне. В колледже все же субординация и официализм требовали строгости и рациональности в словах и поведении, но сейчас она могла не скрывать истинных чувств и показывать ярко всю гамму эмоций. Именно в такие моменты Влад более полно и глубоко убеждался, что хотел оставаться рядом с ней и видеть, как бы преувеличенно оно не звучало, до конца жизни ее такой простой и настоящей. Позволяющей себе сбегать под покровом ночи из колледжа, блуждать в темноте по лесам и лугам, не боясь замараться, есть едва сорванные с ветки дикие яблоки, не заботясь об их дотошной обработке и, наивно веря в собственную властность, дающую возможность командовать огромным хищником, как дворцовой собачкой. И ведь она, приказывая, не сомневалась, что он послушается. И встанет, и пойдет за ней, и полетит, и вернётся… Всегда и везде. »… покорился, и стал твоим. Только твоим». Влад внутренне улыбнулся. Да, действительно, она имела над ним полную власть. Неясно, с какого конкретно момента, но в настоящее время он был точно в этом убежден. И, честно говоря, даже никак не гнушался подобного факта. Рассеянно блуждая взглядом по затемненному силуэту девушки, он остановился на лице, освещённом горящим экраном телефона. А именно, внезапно для себя самого, на губах, сжимающих кусок плода. Тонкие, ухоженные, покрытые слоем сладкого сока яблока, они вполне ожидаемо привлекли внимание влюбленного до одурманивания парня. Фантазии в голове, распаленные романтичной и свободной атмосферой, быстро начали развиваться, окрашиваясь все более ярко и четко. Он не раз признавался, что любил, и не менее часто признавался, что хотел выражать свои чувства физически. Поцеловать… давно хотелось. Прижаться губами, чтобы прочувствовать их мягкость и тепло, хоть на секунду, лишь бы ощутить их не только духовную, но и физическую близость и связанность. Такое откровенное желание возникало иногда при их общении, но оно всегда только проскальзывало в сознании, быстро, легко, почти незаметно — так, что его можно было легко проигнорировать и упустить. А сейчас… Варя была к нему более доверчива, Влад ощущал себя расслабленнее вдали от работы и колледжных проблем — в целом, нахождение в глубине леса, в густой темноте среди плотных крон деревьев, отдаленно от всех и всего делали этот соблазн куда более сильным и насыщенным. Да и сам Влад, кажется, готов был сделаться куда более открытым и раскрепощенным в действиях… Дракон плотно прижал к голове уши, когда в голове вдруг ярко, как сигнальный огонь, ало вспыхнула дурная, но безумно притягательная мысль, которая внезапно так прочно вцепилась в мозг, что уже не могла отпустить. У него же есть возможность попробовать… Прямо здесь, сейчас, и без всяких последствий! Варя не обидится… Если, конечно, он не ошибся в расчетах и его просто не выкинут куда подальше. «Ладно, была не была!» Он решительно вскинул голову на уровень с ее лицом и стремительно, не дав Варе, все ещё смотревшей в экран, ничего сообразить, приблизился, плотно утыкаясь концом морды в ее губы. Жар от них ощутимо контрастно обжёг холодные, мелкие и потому мягкие чешуйки. От морды по шее и лапам пробежала наэлектризованных мелкая дрожь, заставившая потерять ощущение земли под телом. Одновременно резко захотелось и отстраниться, чтобы спрятаться от стыда, и вжаться пастью глубже, чтобы прочувствовать ее сильнее и живее, но он силой воли удержался в том же положении. Затягивать не было возможности, поэтому почти в ту же секунду длинный раздвоенный язык скользнул из пасти и легко проник между слегка разомкнутых губ в рот. Пользуясь шансом, дракон погладил кончиками языка по влажному нёбу и языку девушки, собирая слюну вперемешку с сахарным соком яблока и параллельно стараясь как можно рельефнее отгравировать в памяти сладостные ощущения. Наконец, ловко обернув языком кусок фрукта в кольцо, Влад стащил его, вынимая между губ девушки. Внаглую отобрав яблоко, дракон вскинул голову, по-птичьи, не жуя, проглатывая его. А потом, избегая сверкнувших в его сторону грозных фиолетовых глаз, торопливо уложил голову на колени девушки, надеясь избежать гневной тирады. Оказалось, яблоко по вкусу так себе — кисловато. Но главным был не вкус, а то, каким образом оно в итоге получено. А получено оно — крайне тактильно и приятно. — Тьфу, ты что делаешь?! — едва поняв, что случилось, громко завозмущалась Варя, отплевываясь от своеобразного «французского поцелуя» в драконьем исполнении. Влад только смешливо фыркнул на ее реакцию. Да, схулиганил, но с каким удовольствием! — Совсем уже наглость, куда лезешь-то?! Дракон, стараясь притворяться не понимающим ее упреков, только лениво и тягуче заурчал и пошевелился, удобнее укладывая голову на коленях и прикрывая глаза. — Ужас, — вытерев губы рукавом от драконьей слюны, Варя, не пожелав продолжать ругаться, взяла в руки яблоко и продолжила его поедать. Всё-таки, он не ошибся — приятно. Тепло, влажно и очень сладостно ощущать поцелуй с давно симпатичной девушкой, пускай он был драконом и явно не обладал анатомией, позволившей бы вполне насладиться таким интимным прикосновением. Ну и ладно, это же так, небольшая дерзость. Настоящий поцелуй у них ещё состоится, и не один, Влад старался в это верить. И, возможно, уже относительно скоро. Спустя, наверное, минуту он очнулся от того, что в нос ткнуло что-то сладко пахнувшее. Дракон открыл глаза и приподнял голову. Оказалось, Варя держала перед его мордой крупный кусок яблока. — Бери, — девушка настойчиво протянула ему кусок фрукта. — А то опять мне в рот полезешь. Дракон покорно взял с ее руки яблоко, проглотил и вновь уложил голову на колени, чтобы больше не пришлось соглашаться на добровольно-принудительную кормежку. Все равно ему было интересно совсем не яблоко… Прикрыв глаза, Влад напоследок тягуче, сладостно облизнулся, собирая длинным раздвоенным языком остатки сока яблока с губ. Расслабленно, протяжно выдохнув, он двинул голову, лежащую на коленях Вари ближе к ее животу, плотнее прижимаясь виском и удовлетворённо замурчал, довольный хоть и наглой, но явно приятной пакостью.

***

— Опять я ребенка своего полгода не увижу, — Варя заметила, как Ева Александровна, едва удерживая просвечивающие в дрожащем голосе слезы, покрепче прижала к себе Елизара. — Хоть жить сюда переезжай. — Да ладно, — негромко ответил парень, мягко отстраняясь от материнских объятий. — Все хорошо. Мы ещё потом на каникулы приедем. «Мы» Варя едва удержалась, чтобы не поморщиться и лишь молча отвернулась, с трудом гася бушующее внутри раздражение. Можно подумать, это он все тут решает, как и то, куда она отправится на каникулах. Варя и так едва держалась спокойной, нервничая от того, что ее позвали на эти черту не сдавшиеся проводы с утра пораньше. Лучше бы она это время в комнате досыпала после ночных гулянок с драконом. Сегодня Ева Александровна, наконец, уезжала домой. Безусловно, Варя была этому рада, ведь получала возможность отделаться от Елизара и покинуть «золотую клетку» высокого статуса альфы Полуночников. Едва только от посадочной платформы отлетит автобус, и она мгновенно развернется и уйдет, чтобы теперь уже навсегда стать свободной и не связанной ни с каким, как оказалось, даром не сдавшимся ей Виреевым. Оставалось только надеяться, что парень не обманул и действительно отступится, ведь если нет, то Варе придется действовать более радикально, чтобы избавиться от него, но в целом, девушка была готова решиться на это, лишь бы не видеть больше рядом с собой эту наглую морду. — Я буду рада, если вы всё-таки вдвоем соберётесь, — послышался голос Евы Александровны. Варя подняла взгляд на женщину, которая уже пронзала ее взглядом, ожидая ответа. — Я говорила, что вряд ли получится, — жёстко отвечала Варя, внутренне ежась под взглядом жутковато-ярких пронзительных глаз. — У меня планы с подругами. — В любом случае, я буду ждать, — Ева Александровна в последний раз обняла Елизара, а затем приблизилась к Варе. Та от неожиданности отшатнулась, но затем, увидев распахнутые для объятий руки и доброжелательную улыбку, сама неловко улыбнулась и сделала шаг вперед. Хотя, словно подсознательно, близко контактировать ни с кем из семейства Виреевых ей не хотелось, Ева Александровна, кажется, не имела причин вызывать у нее ненависть и отвращение. Все же она была куда добрее к людям, чем ее любимый сынок, и, вроде как, заслуживала, чтобы с ней общались уважительно. — До свидания… — учтиво проговорила Варя, когда Ева Александровна отстранилась. — Пока, солнышко, пока. Наконец, на горизонте показался автобус, с нарастающим рычанием двигателя стремительно подлетавший к платформе. — Ладно, мои хорошие, пойду садиться, — печально вздохнула Ева Александровна, напряжённо впиваясь взглядом в автобус, будто он был самым противным объектом в ее жизни. Елизар без просьбы уже подхватил тяжёлые сумки и взглянул на мать. Та кивнула на место посадки и двинулась вперёд. Парень поволок вещи следом, Варя же осталась там, где стояла и продолжила, прикрывая рукой ослепляемые солнцем глаза, наблюдать. Когда Ева Александровна села в автобус и он стал подниматься в воздух, оба напоследок махнули руками, и машина, тяжело рыкнув и выпустив клуб дыма, стала стремительно удаляться, пропадая в бело-золотом от палящего солнца пространстве неба. Варя дождалась, пока автобус отлетит метров на пятнадцать и, решительно развернувшись, быстро пошла в сторону колледжа, стремительно срезая метр за метром платформы. Наконец она дождалась этого момента! Больше никаких Полуночников, Елизара… Как только она отсюда уйдет, то окажется на свободе, и, честное слово, больше ни в жизни не станет… — Варь, погоди! — как ледяным лезвием полоснул по крыльям, которые она едва успела распустить, голос Виреева. Она нарочно проигнорировала голос парня и только увереннее продолжила идти, твердо ступая на раскалённый бетон площадки. Нет-нет-нет, хватит, все уже! Три дня прошло, больше никаких просьб от этого зазнавшегося пса! За спиной раздались частые шаги, — видимо, он бежал, нагоняя, — и спустя пару секунд на плечи тяжело упали чужие руки, впиваясь пальцами в кожу и резко ее тормозя. — Слушай, буквально на пару слов… — негромко заговорил Елизар, крепко, но осторожно удерживая ее. Варя резко развернулась, вывернувшись из хватки: — Морду подними к небу: видишь, мать твоя всё, уехала, значит, я тебе больше не нужна. Всего хорошего! — выпалила она прямо в лицо удивленному парню. Тот растерянно моргнул и, вновь потянувшись к ней рукой, продолжил: — Это точно последняя… — Все, меня это достало, иди к чертям! — махнула на него обеими руками Варя, кажется, слегка ударив по протянутой ладони и, резко развернувшись, продолжила двигаться к дубовой высокой двери колледжа, сейчас казавшейся ей входом в долгожданный уголок спокойствия. Но далеко вновь не ушла. Теперь уже чужие руки резко обхватили за талию и сдавили ее так остервенело, что стало больно, и затем злостно рванули назад, прижимая девушку спиной к груди Виреева. Рука Елизара скользнула вверх с живота до левого плеча и легла наискось по телу, делая побег невозможным. — Твой дракон… — она почувствовала, как парень наклонился ближе, едва не касаясь губами уха. — …все ещё на крыше. А я все ещё про него знаю. Если ты сейчас не останавливаешься, завтра его тушу в лесу закапывать будешь… Внутренняя исчерна-огненная буря, давно копившаяся в груди, разразилась пучками молний и громом, ударившими не только по самой Варе, но и по Елизару. Вместо ответа она с силой впилась ногтями в тыльную сторону его руки, продавливая до сухожилий, и, сжав, оторвала от себя. Девушка по-змеиному извернулась и, крутанувшись, с размаху ударила Виреева по лицу, нарочно поцарапав. Парень торопливо перехватил ее за руки: — Не смей тут дёргаться… — опасливо и приглушённо зашипел Елизар. — Сволочь, он тут вообще не причем! — агрессивно напала в ответ Варя, распаляясь только больше от попыток ее утихомирить. — Только тронь, я тебя самого закопаю потом! Елизар хотел продолжить, но, услышав, как хлопнула парадная дверь и из колледжа кто-то вышел, бросил ее руки. — Я сказал, — негромко отчеканил он, устремляя блестящие серые глаза на ее лицо. Щеку парня пересекали красные полосы от удара. — Приди к одиннадцати вечера в парк к фонтану сегодня. Если я тебя там не увижу, дракона можешь больше не искать. И, не дожидаясь реакции, он развернулся и пошел в сторону колледжа. Варя со злобой прожигала взглядом спину парня, оставаясь на том же месте. Подонок! Решил ее обмануть, гад! Можно было догадаться… Резко развернувшись, она, наконец, уже точно устремилась к колледжу, на ходу молчаливо обсыпая Виреева всеми бранными словами. Вот так, значит, захотел ее шантажировать! Хорошо, пускай, она с ним еще схлестнется, да так, что ему больше уже никакие отношения не понадобятся! Вот только… Варя невольно взглянула на крышу, отсвечиваюшую бронзой в ярких лучах солнца. «Прости меня…», — внутренне прошептала она. — «Ты не причем. И я обещаю, что все будет в порядке».

***

Едва дверь сзади успела с грохотом захлопнуться, оповещая о приходе человека, который был явно не в настроении, и Елизар обернулся, как в лицо бросилось едкое, словно змеиный яд: — Что тебе, падла, опять от меня надо?! Метель остановилась у двери и устремила уже привычно ненавистный, жгущий из-под сведенных к переносице чуть более темноватых, чем волосы, бровей взгляд светло-голубых глаз на Елизара. Холодные глаза Виреева вскользь прошлись по девушке: одетой в джинсы, идеально выглаженные футболку и клетчатую красную рубаху, с темными синяками под глазами, со слегка растрепанными волосами, собранными в высокий хвост, что называется, «на отшибись», со все ещё закрывающим щеку квадратом марли и, — на удивление! — трезвой, как стекло, даже без привычного запаха алкоголя. — Что, запой прошел? — довольно оскалился Виреев. — Или Василиса пиздюлей навтыкала? — Так и знала, что ты своей няньке пожаловался, — рыкнула, стремительно озлобляясь, Метель. — Какому ещё пидорасу это надо? — Предводительница не должна находиться в невменяемом состоянии, ты знаешь. Тем более, когда у нас такая ситуация. — Мне будто не поебать на твою ситуацию… — А Василисе не нравится видеть своих студентов в ауте, — добавил Виреев. — И на нее тебе поебать не может быть, поэтому я и сказал… — Да все, кому не похуй! — отмахнулась, раздражившись до нетерпения, Лера. — На кой звал? Елизар только протяжно выдохнул, с трудом удерживая желание продолжить ее доводить и вновь отвернулся к столу, около которого стоял, и спокойно напоследок бросил: — Закрой дверь. Замок уже спустя мгновение два раза звонко щёлкнул, после чего послышался стремительно нарастающий по громкости топот. Лера несколькими шагами срезала пространство комнаты и остановилась за спиной Елизара, через его плечо смотря на стол, где был разложен широкий кожаный ремень с нашитыми на него отсеками, куда парень закладывал одну за другой стрелы-дротики с переливающимся в стекле прозрачным раствором снотворного и колбы с регенерирующим зельем. — И что это? — нетерпеливо спросила Лера, а Елизар, когда теплое дыхание стоящей позади девушки невольно коснулось шеи, вздрогнул, но, быстро припомнив, что Метель как никто другой способна чуять страх, поторопился успокоиться — Точи когти, — чуть дрогнув голосом, лаконично ответил он. — Идём на охоту. — Кто? — Ветрова. Сегодня же. Тянуть больше некуда, она слишком вышла из-под контроля… — Варя? — непонимающе воскликнула Метель, и Елизар почувствовал, как она сделала шаг назад. — Она же тут красной дорожкой выстилалась за место в стае, к чему ей сейчас-то выебываться? Елизар молчаливо поджал губы. Все это время Метель жила в легенде, что это Варя охотилась за местом в стае и за правом быть его девушкой, а не что он, Елизар, как она выразилась, выстилался «красной дорожкой», чтобы удержать ее около себя. В тайне от Леры все держали по двум причинам. Во-первых, узнав, что это Елизар силой тащит Варю в стаю, Лера могла сделать все, чтобы этому помешать, ведь всем было известно, что две альфы в стае быть не может, следовательно, после посвящения именно Лера отдала бы свой титул Варе. Естественно, Метель была против потери «нагретого места» и ей было выгодно отвадить Ветрову подальше от стаи. Во-вторых, Елизару банально не позволяла гордость признаться, что все эти недели не Варя бегала за ним, а ровно напротив. Метель любила уколоть его, и эта ситуация вполне могла стать поводом. — У нас… — с трудом выговаривал парень, невольно всем телом напрягаясь, готовый отбиваться. — Возникли проблемы. Она захотела со мной расстаться. На пару секунд установилось молчание, за прошествие которого Елизар уже успел обрадоваться, что будет спасён от издевательств, но не тут-то было. — Ну ты и долбаёб, Виреев, — усмехнулась Метель. — Я не перестаю удивляться тому, как ты проебываешься с девушками, специально учился, признайся? — Я не виноват, что ей магнитные бури в башку ударили! — насмешка очень больно кольнула куда-то между ребер, заставив Елизара обернуться. — Конечно, бури, — девушка с удовольствием поймала взгляд Виреева и язвительно улыбнулась, оголяя вытянутые белоснежные клыки. Впервые за много дней мрачное и суровое лицо Метель озарилось хоть и злостной, но искренней радостью. — Или просто кто-то еб-лан. Сжав зубы, Елизар вновь отвернулся, продолжая закладывать в пояс зелья и дротики. Пальцы стали подрагивать, и колбы не попадали по нужным мелким ячейкам. — Нет, дорогой, что у твоего друга, — медленно вздохнув, продолжила Лера, кивая на лежащего на кровати сбоку Мирона, — …что у тебя как-то контакт с девушками не идёт. Может вам лучше друг с другом встречаться и другим жизнь не портить, а? — Я рассказал тебе не для того, чтобы ты своим остроумием выебывалась! — рявкнул через плечо Елизар. — А, так совета попросить, что ли? — Виреев легко дрогнул плечами, почувствовав, как сзади Лера парой аккуратных шагов и, беззвучно остановившись за спиной, наклонилась ближе, обжигая дыханием не только ушную раковину, но и висок и щеку. — Так это не ко мне, это к Дине… — леденящее пламя обожгло верхнюю сторону шеи и спину, заставляя его всего вздыбиться. — Моя девочка мастер привлечения женского пола, ты и сам прекрасного знаешь… Елизар резко развернулся, отталкивая девушку от себя локтем. — Фу, блять, не напоминай мне об этом! — и, не дав ей и секунды, чтобы продолжить, стал торопливо говорить. — Просто закрой рот и слушай, что от тебя надо, иначе, видимо, мы тебя мало током тогда пиздили! Метель, наконец, сомкнула губы и, закатив глаза, отошла на пару шагов назад, перестав зажимать парня к столу. — Ну все, если у тебя в отношениях не клеится, не надо на меня злость выливать. А, и кстати… — Лера, к несчастью что-то вспомнив, вновь злорадно блеснула ясными глазами. — Ведь точно… Значит, не напиздели наши подчинённые, когда про вашу ссору разнесли по всему колледжу. Так что зря ты все это затеял, тут и мое вмешательство не нужно, Варю из стаи итак взашеи выкинут, если ты попытаешься… — Не настолько там было все серьезно, — буркнул Елизар, пальцами невольно сжимая колбу с оранжевым зельем. «Сука, и надо было тебе посреди площади верещать…» — Ой, ладно, не мажься. Неужели ты думал, что ругань вожаков останется незамеченной? — усмехнулась Лера. — А мне казалось, ты мальчик умный… — Хватит, — оскалился он, неопределенно раздражаясь одновременно и на ее слова, и на поведение. — Кто все это разнес? — Все, — просто ответила Лера, продолжая выжигать взглядом его спину — она хищнически-интуитивно чувствовала нарастание гнева и ожидала новой вспышки. — В душе не ебу, с кого пошло, но о том, как вы грызлись на площади, поговорили уже все, кому не лень. Елизар только с рычанием выдохнул. Конечно, он мог предполагать, что о их ссоре узнают, ведь она была слишком громкой и открытой, чтобы такое можно было пропустить мимо ушей… Но, черт возьми, он надеялся на везение или хотя бы на то, что члены стаи побоятся распространять такую информацию, не желая получить от вожака! Но, как оказалось, страх никого не остановил, и потому теперь узнать, кто стал первоисточником, было уже невозможно. — Ладно, хрен с ним, — он шагнул вбок, отходя от девушки и поворачиваясь к ней лицом. — В любом случае, это уже неважно, к завтрашнему утру никакой ссоры не будет. — Ты что, с принцессой Штормграда арбалетом драться собрался? — усмехнулась Метель, кивая через его плечо на пояс с дротиками и колбами. — Совсем ебнулся? Раздался щелчок, и в ту же секунду затемненную из-за прикрытых штор комнату осветила голубоватая вспышка. Лера отскочила назад, и искривленная молния, пролетев, вонзилась в стену сбоку от нее, разбежавшись мелкими змейками-разрядами по обоям. — Охерел?! — рявкнула она на полусонного Мирона, вальяжно развалившегося на своей кровати. — Тихо… — негромко, басовито прошипел парень, не отрывая головы от подушки. Он лежал на боку лицом к паре, слушая их разговор, потому смог на выпад Леры среагировать мгновенно. — Не ори так, — вполголоса прокомментировал нападение друга Елизар. — И без хамства. Мне одной наглой суки по горло хватает. Виреев, почти не поворачивая головы, глянул избока на Мирона. Парень все еще жёг темными глазами, в которых не различались зрачки, Леру, следя за ее движениями. Заметив внимание Елизара, он мельком глянул на друга, возможно, ожидая какого-то знака, но Виреев только спокойно, благодарно моргнул и отвернулся. — Только не надо потом строить удивлённую морду, когда эта «сука» выбросит тебя к хуям примерно в десяти километрах от колледжа, — рыкнула раздраженная нападением Лера. На пару секунд в комнате установилось молчание, пока Елизар раздумывал над ответом. Но уже скоро, снова слова: — Хотя, в целом, учитывая, что мне выгодна твоя утилизация, вперёд, давай. Обещаю, у тебя получится. — Я не собираюсь драться с ней сам, — тихо, боясь, что кто-нибудь за пределами комнаты услышит, проговорил парень. — Васагри… Вполне справится с недоученной волшебницей. — Ебануться и не встать, вот это гениальность! — фыркнула Лера, и уже спустя секунду снова отпрянула, уворачиваясь от разряда. Оскалившись, она повернулась на Мирона. — Да все-все, угомонись, не буду твою принцессу обижать! Мирон только окинул ее настороженным взглядом, и Лера вновь обернулась к Елизару: — Я о том, что за Варей, между прочим, хвостом ходит огроменный агрессивный огнедышащий хищник. А теперь представь себе овчарку, которая бросается на любой едва самостоятельно движущийся рядом с хозяином объект, только весом в полтонны, от носа до хвоста в четыре с половиной метра, и с когтями, способными вспороть тебя навылет. — Ты себя описала или дракона? — с усмешкой подловил ее Елизар. Ответом стал резкий выпад и ощутимый удар ладонью по плечу. — Метель! — рявкнул Елизар, перехватывая за запястье ее руку. — Заткнись… — зашипела девушка, одним движением вырвав руку из хватки. — И если бы не твой алабай, — она кивнула на Мирона. — Заебашила бы, а не ударила… — Угомонись, — только донеслась ленивая, но тяжёлая фраза со стороны Дубровина. — Да все-все, спи лучше! — остервенело махнула на него Метель и в который раз вернула внимание на Виреева. — Короче, пизда твоей зверушке, вот что. — А это вряд ли, — непринужденно усмехнулся Елизар, искренне стараясь скрыть за улыбкой собственную нарастающую агрессию. — Ты увидишь. Эту змею не просто так пригнали ловить Айну. — Я предупредила, — холодно подытожила Лера. — Хотя все ещё не понимаю, почему бы просто не натравить дракона на Ветрову. Если ты так хочешь подпортить ей моральное состояние, то самым выгодным будет, чтобы ее отпиздил тот, кому она искренне верит. — Я думал об этом, но… — стушевался Елизар, надеясь удачно подобрать слова. — Дракон меня не слушает. Я несколько раз пытался, не получается взять его под контроль… — То есть, ты и в собственной магии объебался? — снова язвительная усмешка, пренебрежительный взгляд трезвых, ледяных голубых глаз. Сегодня на него выливалась не та неразборчивая и мимолётная пьяная агрессия, как в прошлые дни, а рассудительная, жёсткая и непоколебимая ненависть, которой уверенно жила Метель уже годы, и это было настолько назойливо, упорно и решительно, что Елизар не выдержал. — Мирон! Щелчок, и Метель, застонав, схватилась за спинку рядом стоящего стула, чтобы не упасть и едва не согнулась напополам. Наконец, наступила долгожданная тишина. Елизар в молчании повернулся к Лере спиной, доложил в пояс последние припасы, сложил в несколько раз и, спрятав в выдвижной ящик пристольной тумбы, вновь обернулся на Метель. Та продолжала тяжело дышать, держась за живот, и исподлобья прожигала его ненавидящим взором. — Ты сегодня пойдешь со мной для подстраховки, — начал равнодушно объяснять Елизар. — Если появится дракон и они смогут избавится от васагри, надо будет позвать помощь. — А он что? — девушка кивнула на Мирона. — Там и звать никого не придется… — У нас другой план, — безапелляционно возразил Виреев. — Мирон сегодня ночует у Цыгана. Все должны видеть, что я комнату сегодня специально освобождаю. — Вряд ли после пизделовки в лесу Варя согласится остаться у тебя, — сухо подметила Лера. — У бессознательного человека согласия спрашивать не придется, — он кивнул на стоящий у кровати вычищенный, подготовленный арбалет. — Но я рассчитываю, что до этого не дойдет и она угомонится уже после встречи с васагри. Однако для правдоподобия Мирона в комнате все же не будет. А ты… — он снова повернулся, хищнически вцепляясь взглядом чуть применённых глаз в девушку. — Ни о чем из этого не знаешь. Хорошо? — Мне главное вернуться пораньше в комнату, — фыркнула Лера. — А там ебитесь, как хотите. — Отлично, — Елизар отвернулся и, выдохнув, неторопливо направился к окну, которое теперь можно было открыть. Двинул тяжёлую штору и распахнул его, впуская в комнату, пропитанную химическими запахами зельев и оружейного масла для тетивы арбалета, горячий летний воздух. Яркий солнечный свет упал на парня, обжигая через ткань черной футболки. Елизар поморщился от неприятного зноя и, запахнув обратно шторы, мигом вернувшие тень в комнату, наконец, обернулся. Серые стеклянные глаза впились в Метель, все ещё стоявшую на месте около стола. Не отводя взгляд от давно знакомой и до мозга костей ненавистной фигуры, он, наконец, непринужденно бросил, желая скорее остаться в одиночестве: — Свободна.

***

— Варя? — внезапно раздался над головой негромкий голос, заставив вздрогнуть. — Все хорошо? Варя, торопливо погасив экран телефона, кажется, слишком спешно вскинула взгляд на Алёну. Та с жалостью пару секунд просвечивала глаза подруги, ожидая, что она догадается, о чем ей намекают. Но Варя, нахмурились, только продолжала ждать подсказки. Наконец, Алена, понимая, что это был мертвый номер, кивнула на кружку, из которой подруга пила свежезаваренный кофе. Девушка в непонимании перевела взгляд на кружку и широко распахнула глаза, обнаружив, что вместо ложки там стоял деревянный простой карандаш. Ложка же, как выяснилось, все это время покоилась на тетради, где уже давно должна была красоваться домашняя работа, но ее там, естественно, не было. Варя со вздохом достала карандаш, стряхнула его, стукнув о стенку кружки, после чего двинула ту подальше. Ну вот, кофе на выброс. — Да я так что-то… — путано ответила она и, в итоге не найдя нужных слов, просто махнула рукой и отвернулась, уверенная, что от нее быстро отстанут. — Точно? — недоверчиво нахмурилась Алена, все не отводя жгущих пламенных глаз. Варя только спокойно кивнула, хотя под таким напором от обычно мало проницательной Рыжовой можно было бы и сдаться. — Ладно… — отступила Алена, хотя, видно, что не совсем уверенно. — Я что подошла-то… ты что на вопрос про биосферы сказочных существ ответила? Я в параграфе найти ничего не могу, подскажи, а? — Сказочные существа… — Варя замялась, взглянув на пустую страницу в тетради с ровной надписью вверху «Домашняя работа». «Сказочные существа… И один из них — дракон, ее дракон, который из-за нее был в страшнейший опасности… А она тут с домашней работой…» — Я не делала пока, — тихо ответила Варя, стараясь не взглянуть в глаза Алёны. — Не нашла… потом, позже. — Ладно, — не стала добиваться Рыжова и, напоследок ещё раз окинув девушку настороженным взглядом, ушла ко второму рабочему столу, где также занималась домашней работой. Варя облегчённо выдохнула и вновь взяла в руки телефон, где на экране высветилось уведомление о пяти сообщениях от Елизара. Зайдя в чат, она принялась продолжать строчить гневные ответы, поддерживая словесный бой. Виреев уже около часа беспрестанно написывал ей, извиняясь, объясняя в длинных тирадах свое поведение и обещая, что больше он ее не тронет и убеждая, что их отношения ещё вполне восстановимы. Сначала Варя решила его игнорировать до конца дня, пока окончательно не придумает, как лучше поступить. Однако наивные, тупейшие оправдания парня и его надежда на их воссоединение так взбесили, что она не выдержала и стала отвечать, из-за чего лишь за час диалог превратился едва не в том. Она билась до сих пор, не в силах просто закрыть глаза на речи раздражающего ее до тряски человека. -… делала сообщения про вулканические районы? Там вроде должно немного получится, в основном только животные, и то… — донёсся откуда-то с переферии голос Маши, который Варя, отвлеченная на переписку, пропустила мимо ушей. «Я повторюсь, что ты и сама слишком приукрасила ситуацию. Я бы ничего страшного не сделал».

«Не обвиняй меня в драматичности, я прекрасно виде…»

— Варя! — резкий оклик заставил отвлечься от телефона и не дал ей допечатать. Варя с вопросом обернулась на Машу: — Что? — Ты сообщения про вулканические районы делала? — переспросила та. Варя только непонимающе нахмурилась, начав стремительно гонять в голове воспоминания сегодняшнего дня, чтобы уловить хоть что-то, связанное с этим вулканами, о которых она, казалось, только что услышала. — Нет, я так больше не могу! — воскликнула, наконец не вытерпев, Маша, звонко захлопнув стоящий у нее на коленях ноутбук. — Что с тобой такое?! Варь, ты целый день витаешь, неясно, где, что случилось? Даже Снежка, хотя и не решалась спрашивать прямо, открыто устремила на нее вопрошающий взгляд. Варя понимала, что от нее ждут объяснений, и нет, к сожалению, вовсе не тех, которые объяснили бы возможность перепутать ложку и карандаш или забыть об уроках. Девочкам требовался рассказ о том, с чего вдруг обычно собранная и строгая лидер Сказочного Патруля пребывала в состоянии рассеянности и оторванности от реальности. Слишком заметных, чтобы это можно было игнорировать, рассеянности и оторванности. — Я… Не выспалась сегодня, — непринужденно ответила Варя, пожав плечами. — Долго уснуть не могла. А так нормально всё. — Нет, дело не в сне! — оборвала Маша. — Ты редко очень такой потерянной бываешь, и ни разу не было, чтобы из-за недосыпа. — Да, я тоже заметила! — живо подхватила Алена. — На тебя даже Кривозуб сегодня косо смотрел, всю пару в стену проглядела! — Да нормально я на паре отвечала! — Варь… — девушка отвернулась от Алёны в сторону Маши. — Хоть скажи, кто тебе хоть пишет весь день? Не Елизар? — Дина, — на автомате соврала Варя. — С чего бы ему писать, мы его мать сегодня, наконец, выпроводили! — Просто ты после встречи утром грустная вернулась… — тихо вступила в обсуждение Снежка. — И целый день такая ходишь! — добавила Алена. — Что этот гад тебе там наговорил? Варя только тяжело вздохнула и потерла пальцами переносицу, жмурясь. Естественно, сложно быть спокойной, когда за тобой гоняется вожак Полуночников, угрожая расправиться с одним из близких друзей — и даже несмотря на то, что это «всего лишь» дракон. Елизар ставил ее перед слишком тяжёлым выбором. С одной стороны, под ребрами жгло от раздражения и отвращения от мысли, что она снова способна пойти у него на поводу и прийти, как только он попросит. Но с другой стороны, на кону стояла жизнь дракона, существа, которое за прошедший месяц стало для нее не менее ценным и любимым, чем Маша, Алена или Снежка. Он был вовсе не виноват в их распрях и потому вообще ни в коем разе не должен был пострадать, но Виреев решил иначе. Из-за этого Варя весь день провела в страхе и тревоге. Она не могла решиться, ведь каждый вариант, помимо плюсов, нес ещё и минусы, которые нельзя было игнорировать. Но близился вечер, и об этом напоминал Елизар, правда, не открыто угрожая, а больше ласково, с упрашиванием, что было странно после утренней стычки. Она должна была срочно выбрать, на что соглашаться. И в конце-концов, Варя решилась. Но ни на какой-то из вариантов Елизара, а на свой, возможно, прямолинейный и неотёсанный, но конкретный и, как ей казалось, самый действенный. Она решила, что согласится встретиться с ним, но разговаривать не будет. Нет, безусловно, они раз и навсегда решат проблему из отношений, но так, как это будет удобно Варе. А ей было удобно посильнее его отметелить, в конце закинув, желательно, в какие-нибудь болота в ста километрах от колледжа. В конце-концов, она принцесса Штормграда, волшебница с королевской кровью и безмерно сильной магии бурь и гроз. А Виреев, этот скот без рода и племени, чьей магии хватает только зверюшек контролировать, вряд ли сможет ей что-то противопоставить. Судя по разговорам, он хотел увидеться с ней один на один, так что подраться с ним также лично никто не помешает. Даже если Елизар посадит куда-нибудь в кусты своих «карателей» — Леру и Мирона — для «подстраховки», она и с ними, скорее всего, сможет справиться. Особенно с Лерой. Ещё бы Варя не сумела победить оборотня. Итак, она решила, что разберется со своим мучителем раз и навсегда, и «убедит» его навсегда забыть о ней, Сказочном Патруле и драконе. Достаточно с нее страданий, пришло и его время откупаться. План казался Варе настолько надёжным, что изначально она даже близко не помышляла втянуть в разборки девочек. Теперь она все больше задумывалась над этим, и понимала, что лишние пары рук, возможно, не помешают. Они смогут подстраховать ее, если Елизар все же пойдет не один, и всей компанией они с ним точно справятся. Девочки обязательно прикроют ее перед Василисой, если что, помогут спрятать дракона, если это понадобится… Это выглядело вполне разумным решением, так как обеспечивало безопасность самой Варе и, вроде как, повышало шансы на успех. Варя подняла взгляд на Машу, ожидающую ответа. Возможно, правильно сделать так. Довериться, рассказать и попросить помочь. Они же так близки, значит, непременно защитят и поддержат. — Варь?.. — Маша, Снежка, Алена — все устремили взгляд на нее, готовые ловить рассказ. Им было не все равно, они бы сделали все, чтобы помочь. Вот только…

Я

Сама

Виновата

Алыми огненными буквами резко вспыхнула в голове, как писанная бензином, раскалённая надпись. Все слова о Вирееве, о драконе, о всех ее проблемах мгновенно испарились с языка

Нет, защищать должен лидер. Тем более тот, из-за кого проблемы и начались.

— Все хорошо, — как ни в чем не бывало, Варя мягко и радостно улыбнулась. — У меня наоборот хорошая новость. Он сдержал обещание и теперь мы с ним навсегда разошлись. Больше никаких проблем со стаей, я обещаю. Ещё пару секунд Маша сверлила ее прищуренными пронзительными глазами, словно стараясь взглядом вырвать из горла признание. Алена выглядела примерно также, и лишь Снежка радостно ей улыбнулась: — Девочки, это же такая радость! Наша Варечка наконец-то свободна… — девушка подошла ближе и припала к Варе, с поздравлениями обнимая ее. Алена с Машей скептически переглянулись, но в итоге, кажется, тоже поверили, так как бросились на нее с поздравлениями и объятиями. Варя же, обнимая подруг, продолжала пронзать глазами пустоту над их плечами, не в силах почувствовать то же расслабление, как и они. Нет, верно, они не должны ничего знать. Все может пойти, как угодно, и она не успеет помочь. Лучше действовать одной. Так быстрее, проще и безопаснее. К тому же, именно на Варе лежит ответственность за то, что в целом произошла вся эта история с Виреевым и Полуночниками. Так что она должна разобраться сама. В одиночку

И самостоятельно.