Академия Пана Кляксы С матом (+18)

Когда утром мы, как обычно, притащили пану Кляксе наши сонные зеркальца, он торжественно заявил: - Слушайте сюда, пацаны! Завтра ровно в одиннадцать утра тут начнётся жесть праздник. Вы, наверняка, уже просекли, в чём дело. Я расскажу про то, что мой правый глаз на Луне насмотрел, то есть сказку про лунных жителей. Я пригласил все соседние сказки и расширил школьный зал втрое, чтобы всем хватало места. Сегодня у нас уборка. Будете причёсанными, нарядными и красивыми. В академии должен быть идеальный порядок. По всем вопросам – к Матеушу. Я буду готовить угощение. Не мешайте мне. Надеюсь, я могу на вас положиться? - Можете, пан профессор! – ответили мы хором. И сразу врубились в работу. Одни выколачивали кресла и диваны, другие трясли ковры, третьи натирали полы мастикой и чистили обувь, четвертые мылись. Короче, работа кипела. Матеуш крутился над нами, совал нос во все щели, подгонял, следил чтобы мы не халтурили. Работа шла полным ходом, и казалось, ничто не могло её остановить. Но хуй там. На чистом, только что натёртом полу в кабинете пана Кляксы появилась чернильная лужа. Из подушек, которые проветривались во дворе, вырвался пух и облепил все ковры, диваны, кресла, одежду – пришлось всё перечищать. Как будто кто-то невидимый разрезал подушки ножом. Но это ещё не всё. Постели, занавески, бельё в спальне были перепачканы сажей. Один из Адамов присел на диван и порвал штаны – под обивкой торчали острые гвозди. Стулья были вымазаны клеем. В ванной кто-то открыл краны, вода залила не только ванную, но и кухню, так что пану Кляксе пришлось натянуть глубокие галоши. Мы не могли понять, кто это устроил. Было обидно, что вся работа коту под хвост, и мы косо смотрели друг на друга. После обеда всё выяснилось. Артур, поднимаясь на второй этаж, увидел в приоткрытую дверь, как Алойзи режет ножницами провода. Артур сразу позвал меня. Увидев нас, Алойзи тупо заржал, но продолжал своё гадкое дело. Я вырвал у него ножницы. Его это так взбесило, что он пнул ногой столик и перевернул его со всем, что на нём стояло. - Алойзи, охуел что ли?! – сказал Артур. - Не хочу охуевать! – заорал Алойзи. – Я буду делать что захочу! Это я чернила вылил, я подушки распорол, я сажи напустил. Ну и что вы мне сделаете? Ни хуя! Только попробуйте помешать – сожгу всю вашу казарму, понял?! Мы перепугались и побежали на кухню жаловаться пану Кляксе. От неожиданности он выронил торт. - Я знал, что Алойзи что-нибудь выкинет, – грустно сказал он. – Хуёво. Но оставьте его, пацаны, тут виноват механизм. Алойзи специально таким сделали. Это дело рук Филиппа. И я тут бессилен. Поняли? Бес-си-лен! После паузы пан Клякса продолжил: - Механизм Алойзи для меня загадка. Секрет Филиппа. Мы должны терпеть. Он ведь вас всех в науках переплюнул. Это пиздец! Он уже всё выучил. Даже по-китайски болтает. Подозреваю, он сожрал мой китайский словарь. Нигде не могу найти... Идите работать. Думаю, Алойзи сам остынет, если на него не обращать внимания. Мы ушли с кухни расстроенные. Анатоль был нормальным пацаном и хорошим товарищем, а Алойзи был просто невыносимый уёбок. Он издевался над нами, хамил пану Кляксе, не давал спать ночью, выдёргивал у Матеуша перья из хвоста. Сначала мы старались не замечать его, но потом стали избегать, так что свободное время он проводил один или мучил Анатоля – бил, щипал. Алойзи был отвратительной мразью, хотя и умным. Надо было его чем-то занять. Я решил пожертвовать собой и позвал его в парк ловить щеглов. Алойзи согласился. Мы нарвали чертополоха для приманки, поставили силки, а сами залегли в кустах. - В академии пиздец скучно, – разоткровенничался Алойзи. – Вы долбоёбы, что терпите своего пана Кляксу. При первой возможности сбегу. Решено. Я промолчал, а он продолжил: - И зачем пан Клякса научил меня думать? Можно было без этого. Я знаю, я не такой как вы, хоть с виду похож. За это я вас и ненавижу, особенно пана Кляксу. Я ещё такого устрою, вот увидишь! Вы меня запомните надолго! Он разошёлся, потом устал, сник, положил голову на руки и неожиданно отрубился. Я тихо встал, выпустил щегла из силков и на цыпочках свалил в академию. Ребята уже заканчивали уборку. Комнаты и залы блестели чистотой – глаз радовался. Мы рано поужинали и пошли спать. Алойзи с нами не было, и никто о нём не вспомнил. Наверное, решил ночевать в парке. Я не удивился: его тело холода не чувствовало. На следующий день мы принарядились в ожидании гостей. Пан Клякса вместо обычного сюртука надел коричневый фрак с зелёными отворотами и молча шагал по академии. Он был чуть ниже, чем вчера, но в новом прикиде это было не так заметно. В десять часов начали съезжаться гости. Весь двор заполонили диковинные существа, каких теперь только в кино увидишь. Была поздняя осень, но в саду припекало солнце. Клумбы и оранжереи вдруг расцвели. К крыльцу подъезжали повозки, золочёные кареты, в воздухе парили ковры-самолёты, летающие сундуки. Королевы и принцессы шли с придворными и пажами. Все аллеи парка заполонили гномы и карлики; их было дохуя, как лягушек в тот день, когда пан Клякса осушил пруд. Прибывали герои известных сказок: Кот в сапогах, Курочка ряба, Глупый медвежонок, Серенький козлик, Гуси-лебеди, Хитрая лиса, Журавль и Цапля, Кузнечик и Муравей. Русалка приехала в стеклянной карете-аквариуме, полном воды, а вокруг неё плескались Золотые рыбки. Пан Клякса был лично знаком со всеми гостями. Даже самые крутые принцы считали честью его приглашение. Какое счастье, думал я, быть учеником такого мужика! Школьный зал после расширения стал таким просторным, что гостей хоть вчетверо больше – всем хватило бы места. Нам поручили обслуживать гостей. Мы разносили на подносах угощение от пана Кляксы: торты, печенье, шоколад, цветы, дукаты, орехи, пряники, мороженое, варенье, виноград, специальные блюда для восточных сказок, и даже компот из цветных стёклышек, бабочек и герани. Гурманов мы угощали таблетками для роста волос, сонными пилюлями и зелёной настойкой. Лягушонок-Послушонок, сидя у меня за ухом, подсказывал, кого чем угощать. Когда все гости расселись, мы выстроились у стены. Ровно в одиннадцать пан Клякса взошёл на кафедру. В коричневом фраке, с Матеушем на плече, с развевающимися волосами и кучей новых веснушек на лице он выглядел огонь. В зале затихли. Пан Клякса откашлялся и начал: - За долиной, за рекой, между небом и землёй, на Луну ведёт тропинка, а тропинка – невидимка. С каждым шагом тропка круче, то бежит она по туче, то под радугой-дугой, то по глади голубой. И примерно через месяц всех приводит нас на Месяц. Правый глаз мой там бывал, очень многое видал, и о том, что видел глаз, поведу, друзья, рассказ... Поверхность Луны покрыта горами из меди, серебра и железа. Горы прорезаны длинными коридорами, ведущими в пещеры. А в пещерах живут лунны. На поверхности Луны – пиздецкий холод, поэтому лунны не вылезают из своих пещер. По узким коридорам лунны спускаются вглубь и долбят металлический грунт. Они упёртые и трудолюбивые, как муравьи. Растительности на Луне нет, и нет других существ, кроме луннов. Тело луннов состоит из мутной жидкости облачного цвета, покрытой тонкой эластичной кожицей, как желатин. Лунны могут принимать любые формы. У каждого лунна есть стеклянный сосуд, в котором он проводит всё свободное время. Сосуды разной формы, поэтому лунны отличаются друг от друга. Жилища луннов обставлены хернёй из меди и железа: круги, квадраты, кубы, тарелки, миски на треногах или развешанные по стенам. Огнём лунны не пользуются. Они сами светятся. Жрут они зелёные шарики из меди, а общаются звуками, похожими на звон серебряного колокольчика. Лунны не ходят, а плавают, как облака. Для работы используют не инструменты, а лучи, которые из них самих исходят. В южном полушарии Луны, в Большой Серебряной Горе, живёт грозный и мощный повелитель луннов, король Неслух. Это единственный лунн с постоянной формой тела, поэтому ему сосуд не нужен. Король Неслух похож на человека. У него есть руки, ноги, но пока нет лица. Голова – гладкий шар. У короля Неслуха есть длинный узкий меч. Этим мечом он пронзает провинившихся подданных. Однажды король Неслух нарушил обычай и вылез на поверхность Серебряной Горы. Тогда и случилось то, что никто не мог предвидеть... – Тут пан Клякса вдруг замолчал и насторожился. Тревога пана Кляксы передалась всем. Из парка донёсся крик, треск веток, звон бьющегося стекла. Там творилась какая-то хуйня. Шум приближался. Вдруг двери с треском распахнулись, и на пороге возник Алойзи. Растрёпанный, грязный, он в ярости размахивал толстой суковатой палкой. Лицо перекошено от бешенства. - Так вот вы где, пан Клякса! – заорал он так, что у меня мурашки по коже побежали. – Пируете без меня? А?! Меня, значит, послали щеглов кормить, а сами сказки травите? Чтоб вас тут не было!.. – При этом он замахнулся палкой на гостей. Пан Клякса нервно теребил бровь. Никем не удерживаемый, Алойзи подскочил к столу и со всей дури ударил по нему палкой. Раздался треск. Осколки стекла, фарфора, фаянса вместе с вареньем и кремом полетели в лица ближним гостям. Анатоль попытался удержать Алойзи, но одним ударом кулака был опрокинут на пол. В зале начался пиздец. Одна королева и две принцессы упали в обморок, остальные гости бросились кто в дверь, кто в окно. Пан Клякса с ужасом смотрел на Алойзи, не мог выговорить ни слова и стал чуть ниже ростом. - Эй вы, господа и дамы! – не унимался Алойзи. – Шевелитесь! Ах ты, Гадкий утёнок, ну-ка сваливай, пока цел! А тебе, Муравей-музыкант, особое приглашение нужно? Ну, живо! Теперь я тут главный! Ха-ха-ха! Вдруг из толпы вышла высокая красивая дама с гордой осанкой. Она подошла к Алойзи и грозно сказала: - Я Повелительница кукол! Приказываю тебе убраться отсюда! Но Алойзи не был обычной куклой, и Повелительница над ним не властна. Он рассмеялся ей в лицо, повернулся спиной и, расталкивая гостей, заорал: - Это ещё не всё, пан Клякса! Я всю академию разнесу! Соображаешь? В щебенку! Альфред не выдержал и разревелся. Ребята стояли как вкопанные, уставившись на пана Кляксу. Я трясся от злости. Зал пустел. Со двора доносился грохот отъезжающих экипажей. Упавшую в обморок королеву пажи вынесли на руках. Мы остались одни с паном Кляксой. Он стоял неподвижно, уставившись в одну точку. Зал снова съёжился до прежних размеров. Небо заволокло тучами, пошёл мелкий дождь. Алойзи с торжеством развалился в кресле напротив пана Кляксы и вызывающе засвистел. Наконец пан Клякса очнулся, оглядел пустой зал, посмотрел на нас, стоявших у стены, потом на Алойзи и сказал как ни в чём не бывало: - Жаль, пацаны, что я не закончил сказку про лунных жителей. Придётся оставить на следующую книжку. Жаль. Пора обедать. Правда, Матеуш? - Авда, авда! – воскликнул Матеуш и полетел в столовую. Пан Клякса прошёл мимо Алойзи, не глядя на него, поднялся в воздух и улетел вслед за Матеушем, придерживая руками полы коричневого фрака. Вот такой он был мужик.