Забвение уробороса

— Джеймс, ты готов? Лилли! Поторопитесь! Мы опаздываем. — Я готова. — Джеймс. — Я тут. Этих двоих опять нет. — Каких ещё двоих? — Разве Ал не носится везде с этим белобрысым? Гарри обернулся на задний двор, с которого, разбивая дверь, в холл влетели мальчишки. Оба перепачканные в траве и глине, с мётлами в руках. — Альбус! Мы через пять минут отправляемся! — прикрикнул на сына Гарри. — Матч мамы. Чёрт, я забыл! — Переоденься! Быстро! Бросая грязные мётлы прямо у входа, парни бегом кинулись к лестнице. Из открытой двери во двор запахло дождём. — Ты сможешь их всех аппарировать? — спросил Джеймс, обращаясь к Гарри. За лето в Европе он загорел, и как хотелось бы думать, стал немного серьёзнее. — Нет, возьми Лил, — ответил Гарри. — Встречаемся у западных трибун. Не перепутайте ничего. — Я отправлю Патронуса, — с хитрой улыбкой ответил Джеймс, приобнял стоящую рядом Лили, и от грохота его аппарации у Гарри заложило уши. Сколько же раз просить его не трансгрессировать прямо у людей перед носом? — Ал, матч через двадцать минут! — прокричал Гарри наверх. — Мы готовы. Мальчишки сбежали вниз, перепрыгивая через ступеньку по деревянной лестнице. Лица и ладони у них были всё ещё грязные, но одежду сменить парни успели. — Твоя мать убьёт меня когда вас увидит, — сказал Гарри Альбусу, который пытался стереть глиняную каплю, упавшую с мочки уха на ворот чистой мантии, а затем перевёл взгляд на Скорпиуса. — И твой отец… Ладно, нет времени отправляемся. Давайте руки. — А там будет Эдвард Крам? — Я не знаю, боже, спроси у Джеймса. Уходим. Гарри схватил парня за плечо, взмахнул волшебной палочкой, и в доме Поттеров впервые за утро наконец снова стало тихо.

***

Тучи, полные ледяной дождевой воды, нависли над Дартмуром как большое покрывало. Стадион был еле заметен в измороси, витавшей над болотами. Здесь всегда было сыро, холодно и ветрено, поэтому Комитет по квиддичу обожал устраивать соревнования тут больше всего. Гарри трижды ложился с лихорадкой после матчей на этих полях, но если пропустить ЭТОТ матч, то Джинни поможет ему слечь с чем-то потяжелее простуды. От жаркого лета, мучившего британских волшебников с самой середины мая, словно не осталось и следа. За одну ночь на материк налетели холодные ветра, а вместе с ними — слякоть, пробирающий до костей утренний туман и дожди. Гарри ощутил, как его ноги по щиколотку погрузились в болотистую воду, когда перемещение завершилось. В холмах не звучало эха аппараций, всегда сопровождавшего матчи, и Гарри понял, что опаздывают они уже чуть больше, чем планировали. Он поглядел на кольца стадиона. Судья на метле осматривал поле перед тем, как запустить мячи. — Торопитесь, давайте, — Гарри подтолкнул парней к воротам. Билетёра на входе не было, и патронус Джеймса — изворотливая пышнохвостая лиса — радостно подскочил к Гарри, сообщая о том, что он и Лили давно поднялись на трибуны. — Да, чтоб вас, просил же никуда не уходить, — Гарри нервно огляделся, пытаясь вспомнить, где находится министерская ложа, как царапающим свистом по ушам полоснул свисток судьи. Ярко-оранжевые фигурки поднялись к кольцам вместе с чёрно-красными мантиями «Нетопырей Ньюкасла», и с раскатом грома небо разверзлось. Дождь хлынул как из ведра, мигом превратив грязь на дорожках стадиона в тёмные лужи. «Хотя бы смоет пыль с этих грязнуль», — подумал Гарри, видя, как мальчишки спешат за ним под узким козырьком трибун. Свободных мест вокруг было пруд пруди, фанаты мелкими группками сидели далеко друг от друга, и стадион казался заполненным едва ли на половину. — Папа, мы промокли, — послышался сзади капризный голос Альбуса, когда Гарри наконец смог увидеть за стеной дождя ленты министерской ложи. — Дождь тёплый, не ной. Нечего было пачкаться, — бросил ему Гарри, взбираясь наверх по скользким ступенькам. — Ветер-то холодный. — Ну хватит тебе. Он договорил и вдруг остановился, глядя вдаль. В центре ложи под чарами от дождевой воды на министерских местах восседал старший Малфой. Прямо по правую руку от Гермионы. Лиц волшебников не было видно, но по тому, как близко они наклонились друг к другу, Гарри быстро определил, что их разговор предназначался не для каждого. — Что твой отец здесь делает? — Гарри обернулся на Скорпиуса. Мальчик удивлённо приподнял светлые брови. — Что? Где? — Рядом с министром. — Я не знаю. Я думал, у него сейчас встреча. Ох, Мерлин, как я выгляжу? Скорпиус встрепенулся, стряхивая воду с челки. Гарри тяжело выдохнул: — Уверен, что не так как положено. Вот, возьмите золото, сходите вниз, там продают плащи. И согревающее что-нибудь захватите. Он протянул кошелёк с галлеонами Альбусу, а сам ускорил шаг к министерской ложе. Дождь будто бы и не думал прекращаться. Длинными нитями располосовав поле для квиддича, он мешал рассмотреть и на игру, и на то, что происходит на трибунах. В результате, когда Гарри, промокший до нитки, пробрался на своё место, Малфоя уже и след простыл. Просушивая палочкой свою мантию, Гарри взобрался на трибуну и сел рядом с Гермионой. В ряду впереди Хьюго, Джеймс и Лили, обложившись едой, громко шумели, то и дело поглядывая в бинокли на поле. С начала матча прошло уже четверть часа, а табло по-прежнему светилось нулевым счётом. — Простите, мистер Поттер, но сегодня тётя Джинни играет просто ужасно, — попивая коктейль сказала Роза, проходя мимо. Спорить было не с чем. В этот же момент Джинни пролетая с квоффлом мимо трибун, завалила финт, и загонщик противника выбил бладжером мяч прямо из её рук. Болельщики протяжно загудели, а спустя секунду «Нетопыри» забили свой первый гол. Роза разочарованно закачала головой и хлюпая остатками коктейля пошла за новой порцией. — О чём он с тобой разговаривал? — проговорил Гарри, наклоняясь к Гермионе, когда её дочь скрылась на лестнице. — Кто? — Драко Малфой. Я видел вас с той стороны. — Э-э… Да, — уклончиво ответила подруга, уводя взгляд к полю, словно игра интересовала её куда больше этого разговора. — Так о чём вы с ним говорили? — С кем? — С Малфоем. — Не могу тебе сказать. Прости. Это конфиденциально. Гарри раздражённо фыркнул. — Ты свихнулась, что ли? Он у меня первый на подозрение, а ты секретничаешь. Очень вовремя. — То, о чём мы говорили, не связано с твоим делом, понятно? — гордо подняв подбородок, проговорила Гермиона. — Ты не следователь, ты не можешь этого знать. — Могу. Это личное. — С каких пор Малфой общается с тобой по личным вопросам? — Не заводись, я знаю, что делаю. Лучше смотри, как твоя жена сейчас забьёт этим салагам. Гарри напряжённо перевел взгляд на поле. В центре стадиона, вырываясь из общей тучи игроков снова появилась Джинни. Квоффл выскальзывал из её рук, метла вибрировала, но охотница продолжала набирать скорость и высоту. Сзади её нос в нос преследовали молодые противники. Если Джинни сбавит скорость хоть на полмили, её просто собьют с метлы. Гарри молча без энтузиазма смотрел на происходящее, мысленно надеясь, что медицинская страховка входит в контракт игроков. У зоны ворот Джинни дёрнула рукой, запуская мяч в кручёный полёт. Тот пролетел с три ярда, ударился о край центрального кольца и мешком полетел вниз. Болельщики расстроенно загудели. — Ну почти, — печально сказала Гермиона. Гарри в жизни не помнил, чтобы Джинни играла так паршиво. За исключением того первого финта, она вообще не успевала за другими игроками. Её движения на метле выглядели всё так же идеально технично и выверено, но, несмотря на новую метлу, охотнице совершенно не хватало скорости. Мальчишки «Нетопырей» обходили её в три секунды, выхватывая мяч почти у самых ворот, так что было удивительно, что в первом тайме Джинни каким-то чудом умудрилась забить дважды. — Какие новости с этим вашим делом? Справляетесь? — поинтересовалась Гермиона, наконец отводя взгляд от поля. Гарри обречённо закачал головой. — Я бы так не сказал. — Рон другого мнения. — Ну значит, он у нас оптимист, — вяло ответил Гарри. — Никак не могу понять, на каком этапе мы ошибаемся. Скоро будет вторая неделя, как авроры Уильямсон следят за Косым переулком и день, и ночь, и ничего. Ты в это веришь? Там всегда ублюдков водилось столько, что камеры Азкабана можно было в два ряда заполнить. — Не доверяешь ей? — Может, и стоило бы. Скажи мне, как могло Министерство допустить в продажу две дюжины опасных артефактов? — Не знаю. Намекаешь, что моё Министерство коррумпировано? Представляешь хоть, какой это будет скандал? — Опять ты о своём, дело не в коррупции. Допустим, они бы и брали золото за эти липовые проверки, но после того, как Дэвис и Кинси приступили к расследованию, все сразу бы вышли на них. Несостыковка. — Угрозы? Империус? — Навряд ли. — Проведите экспертизу ещё раз с независимыми магами. — Да, мы так и сделали бы, если бы нашли хоть один несработавший артефакт, кроме камня Кинси, источающий столько чар, что вредноскопы рядом с ним взрываются. — Гарген смотрел? — Он от него не отходит. Повисло секундное молчание. Гермиона нахмурилась, глядя другу в глаза, а затем строго сказала: — Нет, Гарри. — Пожалуйста. — Нет. Я не могу позволить тебе проводить допрос с сывороткой правды. — Почему? — Потому что это то же самое, что пытки. Это не гуманно и доказано неэффективно. — Наши невыразимцы вполне себе не гнушаются пытками, на это ты позволяешь закрывать глаза. Это гуманно. — Я даже спорить с тобой не хочу. Поговорим об этом, когда над вами поставят невыразимцев, а пока — никаких запрещённых допросов. Не хватало только новых обвинений в «Пророке». Если ты подозреваешь кого-то из экспертов проверки, давай заменим штат. Обещать большее я тебе не могу, такие решения не в моей юрисдикции, и тебе это прекрасно известно. — Бейкер уже выгнал оттуда всех, кого мог, — процедил Гарри разочарованно. — Стало только хуже. — Тогда поговори с Гаргеном. Что за магия такая, которую невозможно отловить? — То-то и оно. Гермиона хотела было сказать что-то ещё, но прошло мгновение и вдруг вдвоём они ощутили позади надвигающуюся тень мисс Леви. Жуткая, похожая на дементора, помощница Гермионы наклонилась к ней и прошептала: — Госпожа министр. — Я просила не беспокоить меня до обеда, — бросила ей через плечо Гермиона. Колдунья отреагировала ещё тише. — Мсье Грааль просит срочной аудиенции. — Встреча была на пять. — Он требует срочно. — Какая удача, — раздражительно прицокнув, министр подняла полы своей мантии и покинула ложу, не прощаясь. Обратно Гермиона уже не вернулась. Судья просвистел на перерыв. Гарри вышел к лестницам, просовывая в зубы сигарету. С неба всё лилось, и волшебники сновали по трибунам под наколдованными чёрными зонтиками как под широким саваном. Идиллия, не иначе. Гарри облокотился на перила и выпустил сизый дым из лёгких. Очки потели как проклятые. Воздух напитался влагой, задерживая запахи, сглаживая цвета. Внизу на трибуне Скорпиус и Альбус в шутку сцепились за золотой бинокль. Гарри глядел на эту юную реплику Драко Малфоя, глубоко задумавшись о том, что сказала про их разговор Гермиона. Личное. Ну, конечно. С тех пор, как подруга стала министром, она слишком многое без дела начала покрывать завесой тайны. Будто бы политические соперники так и ждали узнать, куда она отправится в отпуск этим летом, или кого Роза пригласит к себе на новоселье. А то, что Малфой чуть ли не сразу после допроса в поместье, кинулся к министру магии на личную беседу, выглядело более чем подозрительно. Гарри докурил и бросил окурок себе под ботинок. Не дело, а сплошная головная боль, и как только Рону может нравиться подобная работа. Кстати где он? Гарри оглядел пустые трибуны. Рон обещал покончить с допросом министерских экспертов и явиться в компании Джонни не позднее обеда. Только вот часы давно показывали за полдень, а напарника всё не было. Рассматривая у входа фигуры болельщиков, Гарри потянулся в карман за волшебной палочкой, чтобы послать Патронуса, как вдруг ощутил удар в спину. Пожилой маг, поскользнувшись на мокрых от дождя ступеньках, схватил Гарри за мантию, удерживая равновесие. Ноги его разъехались в разные стороны как на лыжах. — Мистер Дэвис! — радостно воскликнул Гарри, хватая старика и поднимая его на ноги. — П-потер… Ох, боже мой, простите. Простите, пожалуйста. Это всё старость. — Как вы? В порядке? — Ничего, только лодыжку вывихнул. — Дедушка! Ты упал? — девочка кинулась к Дэвису, обнимая его за коленки. Гарри не удержал на губах улыбки, заметив большую летучую мышь в волосах волшебницы. — Ваша внучка? — поинтересовался он любезно. Дэвис с охотой ответил. — Да, её зовут Вайолет. Милая, иди к папе, займи наши места. Матч скоро продолжится. — А ты? — Я сейчас подойду. — Точно? — Точно-точно. Удовлетворённая ответом, Вайолет развернулась и двинулась вверх по ряду. Волшебный нетопырь в её прическе активно захлопал чёрными крыльями. — Очень любит «Мышей Ньюкасла». Как и её отец. Не пропустили ни одного матча с рождения. Гарри усмехнулся. Дэвис был типичным старомодным детективом: одевался как джентльмен в клетку и кашемир, носил поверх седины небольшую шляпу. Его скромные негустые усы были идеально гладки, хорошо уложены и безупречно чисты, а мантия из грубого зелёного сукна сидела на плечах как влитая. На матче по квиддичу такой экземпляр смотрелся словно персонаж из плохого романа. — Вы не сказали, что переехали с супругой из Кэсл Комб, — начал Гарри, стараясь, чтобы тон его голоса не был совсем уж похож на допрос. — И не ответили ни на одно моё письмо. — Д-да… — чуть заикаясь, пробормотал волшебник. — Простите, Гарри, я просто хотел побыть со своей семьёй. Вы как никто должны знать, что с этой работой на детей никогда нет времени. — Верно, но всё же Кинси был вашим напарником, а вас и на похоронах не заметили. — Мы с Говардом никогда не были достаточно близки. Возможно, поэтому и с этим последним расследованием ничего и не вышло. Вы ведь хотели спросить меня именно об этом? — Да, я… — Не уверен, что мне есть вам что сказать, — тут же отрезал Дэвис. Гарри нахмурился: — Почему? Не хотите? Или кто-то вам угрожает? — Мой ответ банален. Я уже критично стар, Гарри. В январе мне исполнится семьдесят, люди в таком возрасте больше интересуются своим здоровьем, чем раскрытием преступлений, что до вашего вопроса, тут мне скрывать нечего: все знали, что Кинси один держал это дело, а теперь, когда его нет, я просто понял, что не потяну эту работу. — Какая глупость, — возразил Гарри. — Вы первоклассный детектив. — О, мой друг, вы слишком уж любезны, не стоит. Может быть, когда-то я и был хорошим детективом, но это давно не так, время течёт, и дело, которое мы взяли с Говардом, было, вполне возможно, нам обоим не по зубам. Я с самого начала просил Бейкера освободить меня от подобной чести. Жаль, что он меня не послушал. Дэвис устало покачал головой. Для Гарри его слова были хуже недельного молчания. — Мне больно видеть, как вы отчаялись, мистер Дэвис. — И тем не менее на что-то надеетесь? — Ничего не остаётся. Мне критически нужна ваша помощь. — Хм-м… — Расследованию почти полгода, а в списке подозреваемых пусто. Из улик только колдографии, подброшенные на место преступления, и кого ни спроси из свидетелей, никто не может сказать ничего толкового. Неужели даже именитый сыщик Бейкера не нашёл ни одной зацепки на месте преступлений? — Вижу, вы уже столкнулись с теми же трудностями, что и я, — ответил Дэвис. В его голосе слышалось искреннее сочувствие. — И я не могу добавить ничего к тому, что уже было передано вам в качестве улик. Вы просите у меня какого-то решения, но будь оно у меня, я бы давно закончил это дело самостоятельно. Разве нет? — Отлично, вы сразу опустили руки, — огрызнулся Гарри с обидой. — Но я ни за что не поверю, что у Говарда Кинси не было ни единого подозрения. — И правильно сделаете, мистер Поттер, только здесь я увы вам совсем не помощник, — достойно сглотнул колкость Дэвис. — Говард не был тем, кто любит работать в паре. Он скрытный человек. Подозревал ли он кого-то? Наверняка. Но мне не рассказывал. Говард всё боялся его спугнуть и соответственно молчал в тряпочку. — Совсем ничего не говорил? — Увы. Да ещё эта озабоченность слежкой, как по мне, бедняга совсем свихнулся перед смертью. Я предчувствовал трагедию. Совсем он плох стал, когда переехал в эту высотку от своей семьи. — Он никому рассказывал, почему решил переехать? — Рассказывал, а как же… Думал, что вышел на след этого злодея, думал, что почти поймал его, но лично я считаю, что тогда-то у Говарда крыша окончательно и съехала. Простит меня господь за такие слова. Дэвис сдержанно перекрестился. — Вы знали, что Бейкер вызывал невыразимцев на квартиру Кинси? — После смерти? Да. — Зачем? — У него был ранг. Ничего особенного. — Его дочь считает иначе. — Девушка очень расстроена, это понятно. Нам бывает сложно принять, то что близкие уходят. Мы начинаем винить в их смерти других… Так проще. — Послушайте, может быть, я где-то неверно выразился, но мне в самом деле нужна любая информация по делу: ваши наработки, наброски, подозрения, что угодно. Хотя бы список тех, кого вы считали виновным. — Ох, Гарри, поверьте, это не имеет смысла, кого я только не перебирал на первых порах, но все отпали потом. За полгода мы сделали круг и в итоге оказались на том же месте, с чего начинали. Вы, считайте, ничего не упустили. — Быть такого не может. — Ну вот так, — Дэвис развёл руками. — Неужели у вас даже мыслей на этот счёт не было? Вы в Аврорате с малых лет. — Быть-то были, эти мысли, да все они бесплодные, дело ваше не для волшебников с простыми мозгами. Думается мне, что виновный колдун, кем бы тот ни был, умнее всех нас вместе взятых. Вот где беда. — Когда-то он должен ошибиться. Все ошибаются. — Говоришь как Кинси. Кто знает, может, вы оба и правы. Гарри тяжело выдохнул в ответ, и над стадионом задребезжал звук колокольчика, призывая болельщиков вернуться на свои места, после чего усиленный палочкой, голос Ли Джордана снова прокатился по рядам. «Пятьдесят-восемьдесят. «Пушки Педдл» против «Нетопырей Ньюкасла», и это второй матч ежегодной Лиги. Если вы слушаете нас по радио, то немногое пропускаете. Погодка сегодня просто отвратительная». Гарри обернулся на поле. Игроки уже выдвинулись по газону из раздевалок под жидкий свист болельщиков. Дэвис начал спешно прощаться. — Прошу извинить меня, — проговорил он, чуть наклонив голову и приподнимая шляпу. — Матч уже начинается. Я обещал внучке провести этот день с ней. Нехорошо нарушать обещания. — Постойте, Дэвис. Мне нужна хоть какая-то информация, прошу. — Я сказал вам всё, что знал. Извините, если не оправдал ваших ожиданий. Волшебник ещё раз коротко поклонился и, одёргивая мантию, двинулся к трибунам, где Вайолет уже ждала его, подпрыгивая на месте с коллекцией чёрно-красных флажков. Гарри прикусил губу, глядя, как последний человек, который владел хоть какой-то информацией, удаляется прочь. Дождь снова усилился, заколотив по зонтам и навесам. Небо над стадионом потемнело. Усталость и разочарование, что сочилось от Дэвиса при упоминании дела Кинси, только сильнее убеждали Гарри в безнадежности происходящего. Он вернулся в министерскую ложу, укрываясь от разгулявшегося дождя. На местах в первом ряду остались только Лили, Альбус и Скорпиус. Зарывшись втроём под гигантский плед, они с удовольствием уплетали пачку пылающих снеков, устремившись взглядами на поле. — Да, загонщики «Нетопырей» сегодня не в лучшей форме, — гремел голос Ли сквозь шум дождя. — Но даже это не может спасти команду вечных аутсайдеров Лиги. Что ж, как говорил Бэгмэн, стабильность — путь к развитию, если речь не идёт о рыжих… Квоффл у Майерса. Он вырывается к кольцам, пас Уизли. Уизли обходит Терри, и-и-и… мимо. Большой экран в центре поля взял крупным планом раздосадованную гримасу Джинни, когда скользкий мяч выпал из её руки. Фанаты «Пушек Педдл» заунывно проревели. За долгую историю позоров в Лиге видели они удары и получше. Ливень то прекращался, то усиливался. Стадион всё окутывало туманом измороси, тщетно разгоняемой внизу промокшими служащими, но лучше не становилось. Играть свой первый матч в такую погоду и врагу не пожелаешь, и Гарри уже взялся готовить для Джинни утешительную речь, когда на сорок шестой минуте неожиданно для всех, в том числе и для него самого, ловец «Пушек Педдл» вдруг случайно схватил снитч, отмахиваясь от него, думая, что тот назойливая муха. Судья задул в свисток. Лили, Альбус и Скорпиус радостно засвистели, вскакивая с мест и размахивая пледом. Ряды оранжево-красных пятен заволновались на трибунах. Гарри облегченно выдохнул. По крайней мере, сегодня Джинни не потеряет своего контракта.

***

Шатёр для чествования чемпионов разместили на верхних ярусах стадиона. Пузырь из водоотталкивающих чар окружал его словно стеклянный шар, и даже ветер не пробивался через белоснежную драпировку стен. На круглых столиках в бокалах пузырилось шампанское. Рон крутился вокруг них вместе с кучкой волшебников-организаторов, посылая домовых эльфов на последние приготовления. — Вот ты где, — подошёл к нему Гарри, когда тот перестал раздавать приказания по расстановке свечей. — Я думал, ты с Бейкером на отчёте. — А кто по-твоему это всё готовил? — не глядя на Гарри, буркнул Рон и тут же что-то крикнул волшебнице у входа. — Их менеджер? — Слушай, я знаю, как это выглядит, но… это ведь первая игра Джинни за долгое время, а после отравления… Рон замялся, чуть смущаясь, но так и не подобрал нужного слова. В шатёр пёстрой толпой ворвались журналисты, закружившие вокруг загонщиков «Пушек Педдл» будто осы. — Мистер Поттер, ваши цветы, — шикнула неизвестно откуда возникшая ассистентка Джинни, впихивая Гарри в руки огромный букет голубых нарциссов. Он спешно поблагодарил её, а затем толпа громко заулюлюкала. Джинни в лёгкой торжественной мантии показалась на входе. Люди смотрели на неё как на легенду. — Ты сегодня отлично играла, милая, — улыбнулся Гарри, приобнимая жену под вспышки репортёрских фотокамер. Немолодой репортёр подсунул микрофон вперёд: — Какого быть самой опытной охотницей в истории? Чуть наклонив голову в таинственной позе, Джинни улыбнулась на камеру, и Гарри, незаметно удалился к столам от настойчивых вспышек. Он налил себе шампанского, с удовольствием глядя на жену, пока та давала очередное своё интервью. Солнечная девчачья улыбка на мгновенье вновь озарила её лицо. Гарри лишь удивлялся: отчего и каким волшебством ей удавалось каждый раз греть его зачерствевшее сердце. Иногда Гарри казалось, что он бы многое отдал, чтобы вернуть всё на свои места, но потом выпивал бокал и успокаивался. Однако не успел он осушить этот и наполовину, как Рон с почерневшим лицом вновь возник перед ним как смерть. Несмотря на веселье вокруг, выглядел он на удивление мрачно. Минуту назад Гарри видел, что друг, остановившись напротив стойки с газетами, поднял оставленный кем-то утренний номер «Пророка», а затем быстрым шагом двинулся к напарнику. — У нас проблемы, — стальным голосом проговорил Рон, глядя глаза в глаза. Номер в его руке неровно дрожал. — Что случилось? — Нас порвут… нас, блядь, просто порвут. — Кто? Мордред, из-за чего? — Гарри заглянул в газету, всматриваясь в фотографию на первой странице. Во всю полосу огромными красными буквами плясала строчка «Первая жертва». Буквы мигали гирляндами, обвивая колдоснимок с распухшим трупом старухи Ренделл. Гарри увидел его и едва удержал бокал в левой руке. — Как они прознали?! Проклятье. — Бейкер оторвёт нам бошки.