Забвение уробороса

— Почему Министерство скрывает происходящее? — Сколько уже жертв? — У вас есть подозреваемые? Журналисты вскакивали один за другим в тесной комнате на двадцать человек. В тот день их собралось в два раза больше, чем зал мог в себя вместить. Пришли даже писаки «Ведьминого досуга», исследователи «Трансфигурации сегодня» и авторы единственного в Британии журнала по фигурной вязке носков. Гарри сидел по правую руку от Бейкера за длинным столом напротив окна и никогда ещё так не завидовал Рону, который в тот момент занимался поисками уличной торговки вместе с Джонни, а потому не смог участвовать в пресс-конференции. — Я прошу всех присутствующих проявить терпение и понимание, — насильно спокойным голосом пробасил Бейкер на вой репортёров. — Расследование находится под контролем Министерства магии. Мы столкнулись с непростым делом, пришлось сменить детективов, но уверяю вас Аврорат делает всё возможное, чтобы найти преступника. — Почему вы не закроете продажу артефактов? — выкрикнул с места молодой репортёришка с пушком над верхней губой. — Вы ждёте, пока появятся новые жертвы? — Мы не можем закрыть продажу, потому что не имеем таких полномочий. — Но вы можете обратиться к тем, кто их имеет. — Комитет по торговым вопросам ответил мракоборцам отказом, поскольку есть вероятность теневого развития этой части бизнеса. Мы упоминали проблему в интервью журналистам «Пророка» ещё в июне. — Что будет с Лаурой Боунс и Бирстаном Пирсом? — Понесут ли наказание владельцы магазинов? — Сколько ещё сработает артефактов? Вопросы сыпались из зала как зерно из дырявого мешка. Гарри молча сидел на своём стуле, стиснув зубы. Настроение у него было премерзкое. Да ещё и голова трещала. Из-за того, что произошло ночью, Гарри с самого утра чувствовал себя грязно и гадко. Он проснулся на рассвете, пропустил завтрак из семи блюд от миссис Уизли и сразу аппарировал в аврор-офис, как только смог разлепить глаза после сна и одеться. Его буквально тошнило от самого себя. А после явился Бейкер со своей конференцией, и не думать о Малфое стало в сто раз сложнее. — Ходят слухи, что Говард Кинси погиб не случайно. Зачем на место смерти прибывали люди из Отдела тайн? — Вы по-прежнему скрываете, как идёт расследование. Не называете жертв. — Да, как продвигается расследование? Мы хотим послушать детективов. Бейкер выхватил нужный вопрос из кучи и ткнул Гарри локтём, заставляя подняться. — Поттер, давай. Скажи им, что они хотят. Хватит мне уже… Гарри лениво встал, направляя волшебную палочку себе на горло, чтобы усилить звук голоса. — У нас двое пострадавших, об остальном вам известно. — Мы хотим получить актуальную информацию. — Погибшая миссис Ренделл и Бирстан Пирс, который находится в больнице Святого Мунго. — Но артефакты… — Артефакты, купленные ими, прошли три проверки независимыми экспертами, не считая регистрационного заключения Министерства магии. Это даёт нам право предположить, что причастный к нападениям волшебник использовал заклятия уровневой маскировки чар. Сейчас мы заняты тем, чтобы узнать: были они встроены в предметы древними магами, или наложены преступником. Как вы понимаете, на всё необходимо время. Когда эксперты это сделают, вы получите ответы на свои вопросы. — Сколько времени займёт проверка? — Не меньше недели. — Почему так долго? Чем занимались Кинси и Дэвис? Почему проверка маскировки началась только сейчас? — Детективы ошибались, — холодно ответил Гарри. — Тем не менее, их наработки позволяют нам двигаться в правильном направлении. Скоро мы узнаем имя преступника и, без сомнений, поймаем его. — Как вы прокомментируете происшествие с Лаурой Боунс? — Мисс Боунс не связана с другими нападениями. Она приобрела несертифицированный артефакт в Косом переулке. Виновника уже ищут, а пока будьте внимательны, не покупайте вещи на улицах у подозрительных волшебников и волшебниц. Ваша безопасность находится в ваших руках. Ещё вопросы? — Что вы будете делать после экспертизы? — Правда, что Драко Малфой может быть причастен к распространию тёмных артефактов? — У нас нет такой информации, — ответил Гарри, ощущая липкий тяжёлый ком тошноты при упоминании Драко. — Мистер Поттер, как вы считаете, зачем преступник делает это? Зачем подставляет торговцев Лондона? — Мы предполагаем, что он исследователь. Найденные на месте трагедий колдографии подтверждают мою теорию. Он изучает… — Всё, достаточно, — вдруг влез в ответ Бейкер. Он по злому строго взглянул на Гарри и начал собирать бумаги. — Наше время вышло, господа. Конференция окончена. — Но вы не ответили на все вопросы, — журналисты в зале загудели ещё пронзительнее, и ряду мракоборцев, ограждающих их от Бейкера, пришлось надавить на толпу, отгоняя её к стене. Бейкер, бурча, быстро поковылял к дверям. Взрывную от непрекращающихся фотовспышек ораву пустили через противоположный вход. Гарри вышел вслед за Бейкером в благоговейную тишину министерских коридоров. Дрейк сопел в усы, стоя за углом и ожидая Гарри, чтобы влепить ему хорошую оплеуху. — Сдурел совсем? Ты б им уж всё бы до конца рассказал, что мы знаем. — А что я должен был молчать? — Не строй из себя обиженного героя, Поттер. Мы договорились о регламенте, нехер из него выбиваться. — Я… — Ты нашёл своего магла? — Пока нет. — И хули тут стоишь? Бейкер втолкнул в руки Гарри бумаги, что держал, и заковылял дальше к своему кабинету. Гарри еле дышал от злости. Если чёрная полоса неудач существовала, то он, несомненно, переживал её в этот злополучный момент. — Прелестно. Бросив макулатуру с пресс-конференции в ближайшую урну, Гарри направился вниз в свой офис. Надо было искать Рорка, и единственное, что сейчас могло в этом помочь — отработанный Джонни архив маглов-синтетиков. Вариант отправиться на переговоры к Боргину тоже казался неплох на первый взгляд. Старик наверняка встречался с Рорком прежде, чем отказать ему, но Гарри сомневался, что тот сможет дать хоть какую-то наводку на человека, у которого, по слухам, тысяча лиц. Был ещё, конечно, Малфой, но… «Бр-р. Нет». Гарри только подумал о нём, и ощутил новую волну тошноты и стыда. Словно вспомнил худшее про себя. Нет, Малфоя лучше отложить на потом. Потирая лоб от разрастающейся в приступе боли, Гарри отворил дверь своей приёмной и наткнулся на компанию миссис Уолтербери и Коула Дворна, нерасторопно потягивающих пятичасовой чаек. — Ты ко мне, или… — спросил Гарри, дождавшись, пока они закончат свой нерасторопный хохот. Коул поставил фарфоровую чашку на блюдце и встал, принимая наконец вид серьёзного человека. — Да, я тебе принёс кое-что, — сказал он, подхватывая с соседнего кресла свёрток книг. — Понятно, — Гарри распахнул дверь, входя в свой кабинет, так и не приведённый в порядок после ритуала Джонни. Воздух внутри пах пеплом. Однодневная парта для Долиша, стояла покосившейся под весом множества папок. Чернильница съехала по ней и уже готова была опрокинуться на пол. — Как пресс-конференция? — спросил Коул с улыбкой. — Хорошо отбивались? — Завтра во всех газетах выйдет, что мы ни хера не делаем и скрываем информацию от волшебников. Можешь не сомневаться. Гарри с мрачным видом подхватил чернильницу у края стола и взмахнул волшебной палочкой, чтобы парта вместе с папками исчезла. — Значит всё прошло как по маслу? — Нет, и если ты пришёл предложить мне что-то кроме идей с подозреваемыми в моём деле, лучше вернись к миссис Уолтербери. Я двое суток потратил на ложный след и сейчас очень зол, прости. — Да я как раз помочь тебе и пришёл, — Коул поднял повыше свой книжный свёрток. — Я сначала как-то не подумал, что ты можешь всего не знать, поэтому только вот сообразил про книги. Дополнительная информация будет полезна. — Сомневаюсь, что у меня сейчас есть время на внеклассное чтение. — Ну вдруг будет. Это по вещицам: британские исследования в Азии. Когда мы получаем артефакты после обезвреживания, то объединяем их по культурной принадлежности, и… — Зачем мне это знать, — печально буркнул Гарри, перебивая. Коул насупился. — Выбери сам, зачем. Принадлежность определяет время и место подъёма, так как обычно волшебные древности извлекают при раскопках, и то, что все твои артефакты археологически идентичны, обозначает три варианта: коллекция, кража или результат работы чёрных копателей. — Считаешь, Рорк чёрный копатель? — Или вор. Честным путём бы их давно зарегистрировали — такой регламент. Но в реестре Министерства ничего из этих вещиц нет. — О краже бы мы давно узнали. — Тоже верно. Тебе стоит поизучать последние магловские раскопки. Артефакты Хараппской цивилизации, это инды, они плохо исследованы, но барахла разграблено было достаточно ещё в момент большого интереса к восточному миру. Так что, может, и британский коллекционер какой их набрал. Почитай, это полезно. — Да нет у меня времени на книжки. — Тогда поговори с Гаргеном. Он каждый день тут работает над камнем. Наверняка знает больше про индов. — Слушай, Коул, я понимаю, что ты хочешь помочь, но сейчас вообще не до этого. Спасибо за книги, я… Не договорив, Гарри вздрогнул, прерванный лаем терьера-патронуса, скользнувшего в кабинет через приоткрытую входную дверь. Пёс прыгнул на стол, виляя призрачным серебристым хвостом. Из пасти донёсся тревожный голос Рона. «Гарри, ты нужен в комнате для допросов. У нас тут несостыковочка». Гарри тут же развернулся на выход. — Прости, Коул, надо бежать. Ещё раз спасибо за книги. Дворн разочарованно выдохнул, провожая Гарри чуть осуждающим взглядом. — Загляни к Гаргену, ладно? — кивнул он напоследок. Гарри слышал его, но ничего не ответил.

***

В бетонном блоке нижних комнат Аврората стояла вонь сигаретного дыма. У первой, самой маленькой допросной покачивался конвой из двух мракоборцев. Рон курил прямо рядом с ними, задумчиво глядя куда-то вдаль. И у него, и у Джонни лица были очень хмурые. — Вы вернулись? — спросил Гарри, залетая в холл. — Нашли её? Рон поднял голову на вошедшего, но взгляд его не изменился. — Да, — коротко ответил друг, глубоко-глубоко затягиваясь напоследок. — Что такое? — Сам послушай. Рон бросил сигарету на пол и шагнул через конвой, открывая дверь в допросную комнату, где за железным столиком сидела бледная морщинистая — вся в слезах — ведьма. Гарри хотелось надеяться, что взлохмаченные волосы на её затылке были последствием эксцентричности женщины, а не допросов Рона. — Августа, повтори ещё раз детективу, что ты нам с Берком сказала минуту назад, — твёрдым тоном приказал он. Гарри невольно поёжился. Берк был невыразимцем. Значит Августа заговорила не сразу. Когда Рон закончил, ведьма уже дрожала так, будто её собирались колотить. — Давай, дорогая, — он попытался смягчить свой голос, но тон у него оставался раздражённым. — Где ты взяла ту ёбаную пудреницу? Говори уже, господи боже… Августа всхлипнула, затем поджала губы, выговаривая слова сквозь силу. — Я всегда брала на барахолке или на свалке за большим волшебным кольцом, но потом… Потом пришёл он. Он сказал, что может предложить мне уникальный шанс. Что его товары особенные, и я смогу заработать столько, что мне никогда больше не придётся бродить по помойкам. Я хотела заработать… я просто хотела жить как все. — Кто он? Кто предложил вам это? — Мистер Драко Малфой. Гарри не стал слушать дальше, он хлопнул едва открытую дверь и скептично фыркнул на Рона. — Она врёт. — Не врёт, — мрачно возразил тот. — Мы нашли следы Малфоя у неё дома и на золоте. Желудок закрутил болезненную петлю под рёбрами. Гарри не знал, что сказать. — Она пыталась юлить поначалу. Врала, что купила пудреницу у Гаспара, хотела увести нас от правды. Я мучился с ней полтора часа, потом вызвал невыразимцев. Знаю, что плохо, но по-другому не мог. Джонни допросил других торговцев. Августа не единственная, кого пытался подставить Малфой. Он давно сплавлял им запрещённые товары. Не раз и не два. Постоянно. Уже два года. — Не может быть. — Может, Гарри. Нужно готовить ордер на арест. — Подожди. — Его надо арестовать, дружище. Я скажу Бейкеру. — Нет, — твёрдо сказал Гарри, почти прикрикнув. Рон нахмурился как бес. — Нет? — Я сам ему скажу. Но сначала поговорю с Малфоем. Ты займись ордером. — Гарри. — Я знаю. Я не собираюсь его оправдывать. — Да? А выглядит так, что наоборот. — Мы отправим Малфоя за решётку, но он все ещё владеет информацией, которой у нас нет. Мне нужен ордер на руках, когда я пойду к нему. Ты сможешь это сделать? Рон на секунду задумался. Что-то было в его лице противоречивое. Будто он не полностью доверял Гарри. Это продлилось несколько мгновений, потом он, уговорив себя, смиренно выдохнул. — Да, Гарри. Я сделаю тебе ордер… Всё, Джонни, уходим. У нас много дел с прокурором. Они разошлись в разные стороны, и Гарри вылетел из допросной комнаты, спеша как можно скорее оказаться у мест аппарации. Слухи быстро разлетались по Косому переулку, и торговцы, которых Рон не успел арестовать, могли успеть предупредить Малфоя о том, что ему грозит. Это было бы хуже всего. Что если его магловский телефон — отвлекающий маневр? Что если Малфой всё-таки связан с Рорком и знал что он продаёт? Он врал так нагло и уверенно в своей безнаказанности, что у Гарри в груди всё кипело. Сбегая вниз по лестницам, он чувствовал себя после разговора с Роном полным идиотом. Чувствовал почти до ненависти к себе. Униженным и наивным бестолковым кретином. Со всех сторон ему говорили, какой Малфой беспринципный лжец, а он продолжал верить ему, да ещё и каждый раз вёлся на провокации. Будет он сотрудничать, ага. Гарри переместился в деревню, дрожа от ярости. Становилось дурной традицией являться сюда на закате. Вечер разрисовал небо чернильными пятнами: темно-синим и ярким багряным в облаках над горизонтом. Гарри был так зол, что подсознательно хотел, чтобы Малфой сопротивлялся аресту. Чтобы можно было приложить его уже хоть раз по самодовольной роже. Чтобы он перестал строить из себя чёрт знает что. Летучие мыши пищали под карнизом заброшенного дома Дэвисов. Гарри миновал его вдоль дырявой ограды и бегом взлетел по холму, держа волшебную палочку в руке. Подсохшая в колосьях высокая трава царапала кожу на костяшках. Ветер поддувал в спину, заставляя идти быстрее. Сова с ордером Рона настигла Гарри, когда он в два шага миновал ворота. Резким от злобы движением рука схватила бумагу на лету. Гарри сунул её за пазуху и встал на порог. Только теперь он заметил, что в доме не горит свет. Пыл Гарри внезапно остыл. Сердце замерло в разгорячённой груди. Взгляд скользнул по тёмным прямоугольникам окон в мрачной тишине. Неужели не успел? Малфой уже сбежал? Гарри затаил дыхание и шагнул вперёд, держа палочку перед собой. От его прикосновения тяжёлая дверь медленно отворилась, скрипнув в темноту холла. Безлюдного как склеп. В доме было пусто. В углах томились давно погашенные свечи. Ни надменной домовихи, ни самого Малфоя, никого. — Люмос, — прошептал Гарри, погружаясь в чёрный коридор, и тут же на него обрушилось столько шума, словно поместье в тот момент начали грабить. Замедлившееся в страхе сердце вдруг заколотилось снова. Там, где взгляд Гарри упирался в деревянную дверь кабинета сыпался грохот переворачиваемой мебели, яростные стуки, шаги и шелест. — Ни с места! — Гарри рывком открыл дверь и наставил палочку на человека внутри. Тот обернулся, а затем продолжил своё дело как ни в чем ни бывало. Это был Скорпиус. Чёрная мантия, грязная от налипшей пыли, цеплялась за ящички, которые он яростно выковыривал из шкафа, бегло осматривал, приближая лампу, а затем переворачивал, выгребая содержимое на пол, и хватался за следующий. — Мистер Поттер, вы пришли в очень неподходящий момент, — не своим голосом прорычал он, продолжая разносить кабинет. Гарри с ужасом пытался окинуть взором последствия разгрома. Документы в свитках пергамента, старые колдографии, печати, значки и перья — всё засыпало пол как мусор. Драко здесь даже и не пахло. — Что ты делаешь? — опешив, спросил Гарри, перенося ногу через горку раскрывшихся книг со смятыми страницами. — Ищу кое-что, — буркнул мальчик, не глядя. — Где твой отец? — Я не знаю. — Мне нужно с ним поговорить. — Сказал же, не знаю, — разгневанно повторил он. — Без шуток, Скорпиус. Вопрос срочный и очень серьёзный. — Проклятье. У меня тоже. — Что такое? Что у вас случилось? Он наконец обернулся, выдыхая. Вид у него был всклокоченный. Глаза нервно бегали. — Драко сейчас здесь нет, ясно? И если я хорошо его знаю, появится он не скоро… Мордред, я думал он уйдёт в выходные, он не оставил ни золота, ни черта. — То есть, ты всё-таки знаешь, где он. — Ох, это сложно… Скорпиус медленно задышал, оглядывая, что натворил в кабинете. В голове у него явно было больше, чем на языке. — Ты должен мне сказать, — с лёгким нажимом сказал Гарри. Мальчик заколебался. Гарри хотелось бы думать, что у его поведения было больше причин, чем обида или сумасшествие. — Ладно, — спустя какое-то время сказал Скорпиус. — Я скажу. Мне всё равно, понадобится ваша помощь, я один не справлюсь, но обещайте, что после того, как всё закончится, вы никому не проболтаетесь о том, что видели. — Что я увижу? — Пообещайте. — Скорпиус, я не могу. Я аврор. — Пожалуйста, — брови его вдруг задрожали. — Я умру на месте, если кто-нибудь ещё узнает. — Почему ты не можешь сказать? — Это сложно. — Как мне тогда тебе помочь? Почерневшее лицо Скорпиуса исказило мукой. Он смахнул слезы и присел к выпотрошенному ящику, запустив в него руку поглубже. — Стрелять умеете? — спросил парень под громкий грохот барахла, разваливающегося из стройной горки. Гарри показалось, что он ослышался, но когда переспросил — услышал то же самое. — Стрелять, — твёрже сказал Скорпиус, поднимая в руке два увесистых блестящих револьвера. У Гарри округлились глаза. — Нет. Откуда они у тебя? — Хорошо, значит ваш будет не заряжен. Маглы боятся, когда видят эту штуку. Скорпиус кинул один из револьверов вперёд, и Гарри так опешил, что едва успел поймать его. К тому моменту мальчик залихватски открепил барабан, прокручивая его и оглядываясь в поисках патронов. Вероятно, они лежали в ближайшей более плоской горке из деревянных коробочек, потому что он резво наклонился к ней и начал ковыряться там. — Где вы взяли магловское оружие? — Драко берёт, когда идет гулять. — Куда? Боги... Зачем? — Ну…в его компании бывает опасно. Сами всё увидите. — Ты можешь объяснить хоть что-нибудь? — Я не знаю, как такое можно объяснить. Простите. Скорпиус зарядил револьвер. Выдохнул тяжело и много, закрыл глаза, затем распахнул их и уставился на Гарри. — Мой отец любит развлекаться с маглами, мистер Поттер, и почти все они не очень хорошие люди. В другой раз я бы не стал волноваться, но проблема в том, что они ему так нравятся, что Драко может неделями не возвращаться домой. А завтра он срочно мне нужен. Трезвый и… чёрт… Гоблины не дают мне золота, понимаете? Потому что я несовершеннолетний, а Комитет волшебных зданий через шестнадцать часов заблокирует нам дом, если мы не продлим разрешение. Мне нечего есть, мистер Поттер, и скоро, похоже, негде будет жить. Мне нужно забрать моего отца из компании маглов, и я понятия не имею, как это сделать в одиночку, не применяя магии. Я не знаю, к кому обратиться… Мерлин, я ужасно их боюсь… Скорпиус сказал это с такой откровенностью и простотой, что Гарри почти онемел от этих слов. — Ты знаешь точный адрес? Мальчик стыдливо кивнул. — Называй.

***

Они аппарировали к задней двери того, что по-видимому было ночным клубом. У стены стояли забитые под крышку мусорные баки. Сильно пьяный здоровяк с приспущенными штанами лежал под сеткой-забором, отключившись прямо во время того, как пошел отлить. Только ноги Гарри коснулись земли, Скорпиус, почти не оглядываясь, двинулся вперед к дороге, где в неоновых вывесках смазано мигало название этой дыры. «Лиловая карамель» — Отлично, здесь его машина, значит он ещё внутри, — живо проговорил юноша, бросив взгляд на припаркованные вдоль бордюра старые автомобили. Каждая новая фраза мальчика выбивала Гарри из реальности. Проклятье, как такое возможно, что Малфой к тому же водит магловскую машину? Телефон, оружие, а теперь ещё и это. Сколько всего он скрывает от волшебного мира? Разбитые фонари разрезали свет на тротуаре в жирных круглых пятнах грязи. Скорпиус поёрзал на месте, а потом одёрнул рубашку над пистолетом, будто проверяя его перед тем, как резво зашагал ко входу в клуб. — Аллоха, коротышка, — крупный парень, смахивающий на бульдога, снисходительно поглядел на Скорпиуса, когда тот достиг цепочки возле прохода. — Снова наведёшь шороху? — Пока не знаю. Надеюсь, что нет. Пропустишь? — Не. — Это ещё почему? — Босс сказал гнать тебя в шею следующий раз, когда появишься. Копам не понравится, если найдут тебя здесь с большими мальчиками. Сколько тебе? Пятнадцать? Четырнадцать? — Мне шестнадцать, Билл. Пусти меня, ладно? Я ненадолго. Заберу его и уйду. — Прости, парень. Придётся подождать снаружи. — Мне он нужен сейчас. — Ну что поделаешь? — Дерьмо, — шикнул Скорпиус и обернулся на Гарри в немой просьбе. Гарри кивнул, незаметно приподнимая волшебную палочку из-под мантии. — Империо. Глаза магла стали стеклянными, челюсть отвисла. Он задеревенел как марионетка и сдвинулся в сторону, освобождая проход. — Спасибо, — пробормотал Скорпиус. Его благодарность стала последним, что Гарри смог различить сквозь шум из дверей без труда. Клуб был забит до отказа. Музыка лупила по ушам басами. Вонь спиртного, пота и парфюма пролезала до самых мозгов. Гарри едва смог удержаться в потоке за Скорпиусом, когда дверь позади захлопнулась. Люди толкались в проходах в темноте и неоне, пьяные до невменяемости. У них были огромные зрачки, влажные губы и до страха гротескные счастливые лица. Жутко карикатурно довольные. Их руки, лаская, тянулись ко всем сразу. Обнимали и гладили. Те, кто был еще в состоянии танцевать, дёргались у колонок. Остальные лежали у столиков на диванах занюхивая, запивая, зализывая цветные порошки. Такого грязного и развратного места даже на отшибе Лондона стоило ещё поискать. Прокладывая путь в вялой толпе, Скорпиус смотрел на всё спокойно и даже привычно. Голые торсы прижимали его к себе и раскачивали в людском море, пытаясь поглотить, но он с выверенным усердием двигался вперед. Бледное лицо покрывала сосредоточенность. Серьёзность, которая не снилась бы ни одному взрослому. Гарри не представлял, как в этом диком океане можно найти хоть кого-то, но он продолжал искать, крутя головой в попытках рассмотреть искажённые лица маглов. У стены кто-то отсасывал сразу двоим. Наткнувшись на них, Гарри еле успел отвести взгляд, как не смущаясь, Скорпиус вдруг ускорил шаг. Он протолкался прямиком через парочку и замахал вперед рукой, словно заметил старого знакомого. Гарри ускорился, надеясь, что Скорпиус наконец увидел Малфоя, но то был не он. За барной стойкой, утопленной в стену словно в огромную нишу, стоял темнокожий мужчина и усердно натирал заплёванные бокалы. У него были грубые неприглядные татуировки по всему телу и крупный золотой зуб в верхнему ряду. — Эллиот здесь? — прокричал Скорпиус, подобравшись к бару. Музыка лупила всё сильнее, выбивая окончания из слов. — Ага. Глотнёшь стаканчик? — Нет, я тороплюсь. Он с кем-то? — Он всегда с кем-то, — будничным тоном ответил чёрный парень и продолжил натирать стекло. — Как ты сюда пробрался, засранец? Я же сказал парням больше тебя не пускать. — У меня срочное дело. По дому. — Срочное, ага. А когда было иначе? А это кто? Ваш папаша? — Скорее его. — Эллиота? — чёрный парень рассмеялся. — Без сцен ревности в моём клубе. Запомнили? — Хорошо-хорошо. Где он сейчас? — Конкретно сейчас — за твоей спиной. Скорпиус обернулся, вздрогнул, и в белом свете огней стало видно, каким пунцовым цветом залило его лицо. Гарри повернул голову тоже. На опустошённом постаменте у сцены свет софитов падал на один единственный танцующий силуэт. Свет, музыка, движение — всё слилось вокруг него в едином потоке. Он был обнажён по пояс. В узких, пропитанных потом чёрных штанах. Длинные волосы разметало по плечам, и бёдра покачивались в такт мелодии. У него был идеальный тонкий профиль Малфоя. Его большие серые глаза. Его губы. Его шея. Его плечи. Но это был не он. Гарри напряжённо сглотнул. Всё его естество отказывалось признавать, что перед ним стоял Малфой. Это просто не мог быть он. Не тот холодный человек, который похож на статую. Не тот, кто с замашками аристократа смотрит на всех из-под полуопущенных век. Не тот, кто презирает всех из-за одного не к месту сказанного слова. Он не может танцевать. Не может вести себя так развязно. Лицо Малфоя рассекала расслабленная широкая улыбка, и он, почти смеясь, кричал вниз кому-то из своих знакомых. Бутылка пива покачивалась в его тонких пальцах, напрягая вены на запястьях. Старые чувства пробудились внутри, будто Гарри испытывал их только вчера. — Ты и впрямь собираешься стянуть его оттуда? — ухмыльнулся бармен, обращаясь к Скорпиусу. — Да, — твёрдо ответил тот. Он двинулся к сцене, оставляя мужчин позади в то время, как сердце Гарри выколачивало в груди что-то невообразимое. Его взгляд будто пригвоздило к телу Малфоя, обласканному в мерцающих лучах. Внизу живота всё напряглось. — Нравится Эллиот? — ухмыльнулся бармен откуда-то сзади. — Да, приятель… Чего я спрашиваю? Кому он не нравится? Гарри наконец нашёл в себе силы очнуться. Он оттолкнулся от барной стойки, вылавливая след Скорпиуса в разрезанной толпе. Мальчик уже яростно прокладывал себе путь через маглов, но добраться до сцены так и не успел: кто-то из друзей громко позвал Малфоя, из гурьбы потянулась мужская рука, и Драко стащили с постамента прежде, чем Скорпиус добежал к пьедесталу. — Проклятье! Чёрт! — выругался мальчик, в отчаянии топая ногами. — Теперь мы его в жизни не найдём. Он закрутится, оглядываясь вокруг себя и вставая на носочки. Толпа качалась под нарастающий ритм. — Постой, вон он. — Где? — Где красные огни. Гарри перехватил парня за локоть, увидев белое пятно волос, удаляющееся в темноту. Всё дальше и дальше. Скорпиус с напором стал ломиться через танцующих, и скоро они с Гарри оказались в самой тёмной части зала. По стене вперёд словно узенькая улочка тянулся длинный коридор с дверями через каждые два дюйма. Дверями и маленькими красными фонариками под потолком. — О нет, нет, нет. Я туда не пойду, — сквозь слёзы забормотал Скорпиус отчаянно. Он остановился, вырывая руку из хватки и прижался к ближайшей стене. — Что? Почему? — Там… — Что там? — Вы не поймёте. Я не могу… — задыхаясь воздухом, что глотнул, забормотал парень, но Гарри мигом всё понял. Злость на Драко взметнулась у него в груди. Какое-то отцовское чувство боли и жалости за то, что происходит в жизни Скорпиуса. Происходит и происходило последние несколько лет. Он не должен видеть всю эту грязь. Он ещё совсем ребенок в конце концов. — Я разберусь, оставайся здесь, — сказал Гарри и, выхватив волшебную палочку из кармана, выкрикнул заклятье. Стрела света вильнула огненным хвостом, направляясь к дальней двери с красным фонариком. Не представляя, что он обнаружит за ней, Гарри добежал до двери, выбил замок и вломился внутрь. В душных потёмках не дающей света лампы на софе извивались тела. Гарри поморщился. Их было даже не двое. Девушка со спутанными волосами липла к Драко, слизывая что-то у него с груди, пока сам он впивался в губы парню у себя на плече. Ладонь Малфоя нерасторопно двигалась в приспущенных джинсах любовника, и он даже не повёл головой, когда распахнулась дверь. — Здесь занято, — протянул парень Драко, мягко отрываясь от его губ. Как бармен-владелец, он тоже был черный, и на открытых руках, блестящих от пота, проступали следы уколов. — Ты оглох? Уходи… Нет, Эллиот, ты не останавливайся… Он подтолкнул замедлившуюся руку Драко, призывая к движению. Но тот уже отвлёкся. — Что там? — лениво пробормотал Малфой, поднимая голову. Гарри не ответил, дожидаясь, пока мутный взгляд Драко наконец дотянется до него. Мрамор серых глаз даже не проступал через тусклую пелену. В них не было ни толики сознания. Словно каждая вена в теле Драко расслабилась до предела. Гарри знал это чувство. Малфой был глубоко под кайфом. Слишком глубоко, чтобы узнать кого-то. И принял он только что. Пауза между ними тянулась. Пока Гарри приходил в себя от сознания того, что он видит всё на самом деле, сзади в коридоре раздался несмелый шорох ботинок. Драко заметил в дверях кого-то ещё и вяло высвободил руку из штанов своего парня. Его лицо попыталось принять трезвый вид, но напрасно. Малфой устало закатил глаза и выдохнул. — Зачем ты пришёл? Гарри открыл было рот, чтобы ответить, но вовремя понял, что реплика предназначалась не ему. — Пожалуйста, идём домой, — послышался вдруг сзади голос Скорпиуса. Он говорил спокойно, но строго. Как родители, когда хотят увести ребёнка с детской площадки. — Ты здесь уже два дня. Старший Малфой не сдвинулся с места. — Я не хочу. — Прошу тебя… Вернёшься послезавтра, или можешь вообще хоть до конца месяца тут оставаться. Мне всё равно. — Зачем ты привёл Поттера? — Чтобы кто-то снова в меня не выстрелил. — И как он тебе в этом поможет? — Пока справляется лучше тебя, — ядовито бросил парень в ответ. — Уходи. Драко устало отвел взгляд к девушке и видимо подал ей какой то знак, поскольку она протянула запястье с порошком к его лицу, и тот снюхал блестящую горсть прямо при сыне. У Гарри по спине пробежали мурашки, но Скорпиус не изменился в лице. Казалось, происходящее ему было слишком знакомо. Он смотрел прямо без смущения и страха. — Мне нужно золото, чтобы заплатить по счетам, — сказал мальчик тем же строгим тоном. Драко лишь хлюпнул носом. — Я занят. Ты не видишь? — Мне есть нечего. — Пусть твой новый папочка тебе в этом поможет, — фыркнул Драко, растирая порошок по закровившей ноздре. Терпение Гарри закончилось. — Всё, мне это надоело, — он резко шагнул к Малфою, хватая его за голое плечо. — Одевайся, мы уходим. — Полегче, дедуля, — не успел Гарри выдернуть Драко из объятий, чёрный парень медленно поднял свободную руку из-под подушек, и дуло пистолета упёрлось Гарри в висок. Гарри замер. — Эй, хватит, — Драко пьяно рассмеялся всему будто какой-то нелепой шутке. — Давай без этого. Он сам уйдёт. — Он не уйдёт, — не выжидая ни секунды, рыкнул Скорпиус, и тут уже взвизгнула девчонка. Она отпрыгнула от Драко в угол, вся сжавшись и прикрывая голову. Чувствуя холод железа у своего виска, Гарри не мог пошевелиться, чтобы посмотреть, что напугало её, но и дураку было понятно: младший Малфой достал свой револьвер. — Уберите пушки, идиоты. Вы всех тут положить вздумали? — Если твой братец не спрячет ствол, я грохну этого мужика, я клянусь тебе в этом, Эллиот. А потом я проучу и его самого. — Скорпиус, убери револьвер и уходи. — Нет! — Я приду завтра, — теперь в голосе Драко стало больше от взрослого. Но Скорпиус уже почти кричал на него. — Ты врёшь, ты всегда врёшь! — Подотрите сопли, блядь. Я сейчас вынесу ему мозги. — Не делай глупостей, Кен. — Заберите у них оружие! Кто-нибудь! — Заткнитесь! Балаган продолжался. Комнату заливало криками. Гарри чувствовал, что долго это всё не протянется. Пистолет ещё упирался ему в висок, когда резко отклонив голову, Гарри соскочил с мушки и ударил локтём по руке парня, быстро высвобождая волшебную палочку. Сработал затвор. — Темпус морабор, — заклятье хлопнуло вспышкой, и время замедлилось. На долю секунды, но этого хватило, чтобы сгрести Малфоя и второго парня вниз. Пуля из револьвера Скорпиуса косо влетела в стену. Девчонка завизжала сильнее. — Остолбеней! — трижды выкрикнул Гарри, и, подхватывая обмякшее тело Драко, взвалил его себе на плечо.

***

— Джереми, группа зачистки, Лондон, третье авеню. Время одиннадцать-двадцать две. Заклятие замедления и остолбенения. Два магла. Поторопитесь. — Причина, Поттер. — Вооружённое нападение. Гарри спрятал зеркало, которым вызвал подмогу, и ускорил шаг. Сил его хватило только чтобы аппарировать Малфоев к лесу за подножием холма. Остальной путь Драко пришлось тащить пешком. — Простите, кажется, вы попали в беду из-за меня, — причитал Скорпиус, нагоняя Гарри. — Маглы видели… Они… Будут проблемы, да? — Успокойся, не бери в голову. Я это улажу. Он точно не вернётся к дружкам снова? Ты сможешь уговорить его сходить в комитет? — Д-да. Дома он… Когда не пьет, то почти нормальный. Самое сложное всегда — это вытащить его оттуда. Спасибо вам большое. И… Не говорите, пожалуйста, никому об этом. И Альбусу тоже. Особенно Альбусу. — Я не скажу. Плутая в темноте меж деревьев, они скоро вышли на тропинку к холму, долго-долго поднимаясь к самому поместью. Была уже, наверное, середина ночи, когда Гарри наконец вошёл в дом. Скорпиус провёл его в спальню Драко, показывая, куда положить отца, спешно поблагодарил и скрылся в своей комнате. Гарри положил Малфоя на кровать и перевернул на бок, прикрывая пледом. Действие заклятья закончилось, но Драко так и не открыл глаза, уснув, не приходя в сознание. Кровь от порошков сочилась у него из носа на белоснежные подушки. Украшения в волосах — бусины, блестяшки и кольца — спутались, и грязные пряди в беспорядке спадали на лицо. Не в силах аппарировать снова, Гарри рухнул в кресло рядом с кроватью и сам не заметил, как уснул мертвым сном. … — Мистер Поттер, — шепотом разбудил его Скорпиус. Гарри распахнул глаза, не понимая, где он. Было уже утро. Мрачный интерьер спальни давил от стен в своих бархатных тяжёлых балдахинах, коврах и подсвечниках. Старший Малфой ещё спал, не меняя позы. Большое засохшее пятно от крови обрамляло его лицо на подушках. — Вы уснули у нас, мистер Поттер, — так же тихо проговорил Скорпиус. — Ах, да… Прости. — Нет, это вы простите, я должен был предложить вам гостевую спальню. — О боже, не нужно. Просто… Похоже, слишком много аппараций за день. Гарри протёр слипшиеся глаза под очками и встал, оправляя мантию. Скорпиус всё не уходил. — Наверное, это будет наглость, но… — смущаясь, пробормотал он. — У меня будет ещё одна просьба. Вы не присмотрите за Драко, пока он не проснётся? Мне нужно забрать бумаги для комитета из министерства. А он… Он всегда немного… дезориентирован после… — Дозы… Я понял. Я присмотрю. Во сколько слушание? — В четыре часа, сэр. — Ради всех богов, Скорпиус, не называй меня сэр. — Ладно. Извините. Я вернусь после обеда… Это если он будет спрашивать. — Ни о чём не волнуйся, иди, — Гарри хлопнул мальчика по плечу, разворачивая к выходу, и тот наконец исчез. Драко проснулся спустя полтора часа. К тому времени Гарри успел наспех умыться, выпить утренний кофе и прочитать в свежем «Пророке» о бездействии властей в отношении дела о проклятых лондонских артефактах. Дрейк Бейкер намерен скрывать количество жертв от честной публики, так как не в его полномочиях и (домыслим за мистера Главу мракоборцев) силе духа потребовать этих мер от комитета. Но давайте взглянем на тех, кем он заменил именитого дядюшку Дэвиса и Говарда Кинси, известного своей неподкупностью. Детектива Гарри Джеймса Поттера представлять не нужно. Все мы помним тридцать восемь жертв посёлка Энгри под Эшфордом, погибших в мучениях… В кровати под неопущенным пологом зашуршали простыни. Гарри отвлёкся от статьи и посмотрел на источник шума. Драко впервые за день зашевелился. Путаясь в покрывале, он перевернулся на спину, кряхтя и прячась под рукой от света, прежде чем наконец понял, что не один. — Как ты оказался в моей чёртовой спальне? — низким голосом просипел Малфой, выдыхая. Гарри неохотно поднял глаза от газеты. — Ты не помнишь? Ну, конечно, ты не помнишь, ты и мать свою не вспомнил бы в таком состоянии. — Я снова забыл что-то важное с бумажками, да? Иначе бы Скорпиус не сунулся туда снова. — Да, забыл. У тебя слушание по продлению магических разрешений на дом в четыре часа. Сегодня. — Мордред… дай мне воды. Драко потёр глаза и потянулся к наколдованному Гарри парящему стакану. Он осушил его, а затем снова завалился на подушки. Лицо его было в потрескавшихся полосках крови. Узкие штаны высохли за ночь неровными беловатыми разводами, покрывающими плотную ткань. — Осуждаешь меня, Поттер? — голос Драко сипел, настолько был низким. Сколько же он выпил в ту ночь? Гарри отложил газету, отсылая стакан и пустую чашку обратно на кухню. — Мне плевать, как ты развлекаешься, — холодно сказал Гарри. — Я осуждаю то, что ты заставляешь своего сына на это смотреть. — Он уже взрослый, — безразлично бросил Драко. — Не взрослый. — Я в его возрасте… — Не сравнивай нас с ними! Они другие. Они ещё дети. — Не вопи, у меня голова раскалывается. Драко облизал губы и расхлябанным жестом поправил покрывало. Гарри чувствовал, что начинает злиться. — И… И это всё? Ни объяснений, ни благодарностей? — Я тебе ничем не обязан, Поттер. Ты помогал мальчишке, пусть он тебя и благодарит, а от меня отвали, у меня ужасное похмелье и, похоже, что куча дел. Мне надо проспаться. — Он. Твой. Грёбаный. Сын. Как ты смеешь вести себя так, Малфой? Астория бы сошла с ума, если бы увидела, на кого она оставила своего единственного ребёнка. — Ты никогда не знал её, — лишь буркнул Малфой. Гарри завело это ещё больше. — И что? Скажешь, она была бы счастлива видеть, как кто попало трахает тебя у него на глазах, пока ты под кайфом пускаешь слюни в магловской помойке? Очень в этом сомневаюсь! Ты растишь парня в грязи и разврате! Чему он научится у тебя? — Всё, чему надо, он уже научился. Ему почти семнадцать. — Блядь… Это невообразимо, — Гарри всплеснул руками, вскакивая с кресла. — Я не могу поверить, что ты говоришь такое. Нет, у меня просто в голове не укладывается. Наследник знатного рода! Чёрт подери! Шлюхи у Бессант-Драйв ведут себя благороднее. И тебе ведь совсем не стыдно! Нисколечки! Я в жизни не мог подумать, что ты скатишься до такого. Хер даже с тем, что ты ведёшь себя как магл: покупаешь машины, оружие, наркотики, но втягивать Скорпиуса, подвергать опасности своего единственного сына, когда он так защищает тебя… Мне противно от того, что я видел. Мне противно, что я тебя знаю и ещё противнее от того, что когда-то любил. Гарри не хотел говорить последнего, но будто не смог удержать его в груди и теперь стоял, задыхаясь от ярости и стыда. Малфой даже не повернул головы. — Мне нечего тебе на это сказать, Поттер, — холодно сказал Драко. У Гарри задрожали поджилки. — Я пришёл к тебе, потому что Рон разнюхал, что ты сплавляешь уличным торговцам непроверенный товар. Я не арестовал тебя только из жалости к Скорпиусу, но пройдёт слушание, и будь добр подготовь мне хорошее объяснение этому дерьму. Потому что ты будешь сидеть за решёткой. Это я тебе обещаю.