Когда тату набито на сердце

      ‒ Кать! Ну ты что, помочь мне не можешь! ‒ уже практически ору в телефон я, чувствуя, как в душе разливается отчаяние. После сегодняшнего кошмара я сам не свой. Слишком реальным всё казалось во сне, слишком правдоподобным. До такой степени, что кровь стыла в жилах…       ‒ Я вообще-то тебе уже практически целую неделю помогаю! Что за истерика, Гар?! Чуть ли не самый крутой ресторан города заказан, дорогущий номер в гостинице снят, лепестки роз по кровати вам рассыплют, что тебе ещё надо?       ‒ Подарок! Я до сих пор не знаю, что подарить Стасу!       ‒ Уф-ф! Гар! Это всего лишь полгода! Даже не круглая дата! Можно обойтись и без подарка!       ‒ Это не «всего лишь»! Это целых полгода потрясающей жизни вместе с любимым! И я хочу отметить эту дату идеально!       ‒ Если ты мне за такую половинчатую дату всю кровину завернул, то когда у вас будет год совместной жизни, даже не звони мне!       ‒ Ну, Ка-ать! ‒ жалобно стону я. ‒ Ну ты, как никто другой, должна меня понять! Ты ведь знаешь, как долго я его ждал!       Катя тяжело вздыхает, и в трубке наступает тишина. Секунды тикают, но ничего не происходит, и когда я уже готов был сбросить вызов, Катя, наконец, заговорила:       ‒ Хочешь подарок, будет тебе подарок. Жди. ‒ А потом вешает трубку.       Уже прошло чуть больше часа, а от Кати не было никаких вестей. Ну всё, труба! Уже скоро придёт Стас с работы, а у меня нет подарка! Блять!       Я слышу, как вставляется ключ в дверную скважину и мысленно стону. Не успели! Но вместо Стаса передо мной появляются Катя с Ярославом, а в руках у них большая коробка с красным бантом.       ‒ Держи, ‒ насмешливым тоном произносит сестра, вручая мне коробку.       ‒ Что там? ‒ с любопытством спрашиваю я, приоткрывая крышку. Она оказалась не запечатана. Со дна коробки на меня смотрело белое чудо с чёрными пятнышками по всему телу. ‒ Щенок?       ‒ Прошу любить и жаловать, ‒ улыбается Яр.       ‒ Точнее, любить и не жаловаться, ‒ фыркает Катя, разуваясь.       ‒ Но я не готов к такой ответственности! Ка-ать!       ‒ Готов! ‒ кладя мне руку на плечо, заявляет она. ‒ Ты с младенцем в десять лет справился, так что и собаку в тридцатник осилишь. К тому же, ты помнишь, Стас рассказывал, что в детстве мечтал о далматинце, когда пересматривал диснеевский мультик про этих собачек, но отец ему тогда даже обычную дворняжку не разрешил завести, так что, по-моему, это идеальный подарок.       ‒ Кстати, у щенка уже есть имя, но, думаю, вы не будете против, ‒ проходя следом за сестрой в комнату, говорит Ярослав.       ‒ Какое имя?       ‒ Прочитай на ошейнике, ‒ советует сестра, опускаясь на диван.       Я снова заглядываю в коробку и не могу удержаться, чтобы не погладить это маленькое чудо с карими глазками. На кулоне в виде косточки я вижу надпись на английском языке «Lucky».       ‒ Счастливчик? ‒ я приподнимаю одну бровь.       ‒ Мне больше нравится, как звучит Лаки, ‒ улыбается моя сестрёнка. ‒ И кстати, отлично выглядишь. Непривычно тебя видеть в костюме.       ‒ Спасибо, ‒ киваю я, невольно оглядывая себя в зеркало. ‒ Но я что-то не понял, вы уходить не собираетесь? Сейчас же уже Стас придёт!       ‒ У нас планы поменялись. Очень резко, ‒ с сарказмом произносит Катя, но я не понимаю, к чему она клонит. ‒ Так что сегодня мы ночуем здесь.       ‒ У вас что-то случилось?       ‒ Блин, Гар, случилось! У меня брат довёл меня своим подарком практически до седых волос! А теперь стоит и не догоняет!       А я действительно стоял и не догонял.       ‒ Гар, да мы остаёмся, потому что вы уйдёте, ‒ начинает объяснять мне Ярослав. ‒ Вы ж не потащите щенка с собой в ресторан, а потом ещё и в гостиницу. Так что сегодня мы няньки вашего Счастливчика.       ‒ Лаки! ‒ тут же поправляет Катя.       ‒ Аа, ‒ только и успеваю протянуть я, как дверь вдруг открывается и на пороге появляется Стас.       Он в недоумении смотрит на меня и хлопает глазами:       ‒ Гар… а это… что?       Я подхожу к Стасу и вручаю ему коробку с щенком, а затем целую в губы:       ‒ У нас с тобой сегодня полгода, как мы встречаемся. Так что с праздником!       ‒ Гар… но у меня ничего… я не думал, что надо… блин, зачем?...       ‒ Открывай уже коробку, ‒ улыбаюсь я, поцелуем прерывая его сбитую речь.       Стас опускает коробку на пол и с любопытством открывает крышку.       ‒ Какая прелесть! ‒ выдыхает он, запуская руки в коробку. ‒ Привет, малыш! ‒ Он внимательно осматривает щенка и прижимает его к груди. ‒ Лаки, значит! Да ты у нас везунчик! Ну, добро пожаловать в нашу семью, Лаки! ‒ Стас довольный зарывается носом возле ушей щенка и осторожно чмокает его в макушку. ‒ Гар, спасибо тебе! Сам бы я точно никогда не решился, ‒ и он берёт, благодарно целует меня в губы.       ‒ Да не за что. А теперь иди, переодевайся.       ‒ А? Зачем?       ‒ На этой коробочке сюрпризы не заканчиваются, так что поспеши! Нас уже ждут в другом месте!       ‒ Но щенок?..       ‒ Лаки останется с нами, ‒ вдруг выныривает из комнаты Катя.       ‒ Я смотрю, Гар, у тебя тут всё схвачено! ‒ хмыкает Стас, обнимая мою сестру в приветствии. А затем и Ярослава, который тоже показался в дверях комнаты.       ‒ Корм мы купили, воды тоже, так и быть, нальём, так что до завтра можете за своего Лаки не переживать, ‒ улыбается Катя. ‒ А вот потом его какашки ‒ уже ваши проблемы.       ‒ Ох, ещё и какашки, ‒ вздыхаю я, устремляя взгляд вверх. Вот только глядя на счастливую улыбку Стаса и его сияющие восторгом глаза, я понимаю, что согласился бы даже на сто одного далматинца.              

***

      

      Я завожу Стаса в гостиничный номер и закрываю дверь на замок. Ужин в ресторане прошёл просто прекрасно. Вся еда была очень вкусной и достаточно лёгкой, чтоб мы сумели сейчас утолить ещё один свой голод.       ‒ Гар, ты сумасшедший! ‒ потрясённо выдыхает Стас, глядя на горящие повсюду свечи и красиво раскиданные лепестки роз. ‒ Спасибо! ‒ Он благодарно целует меня в губы.       Я зарываюсь рукой в его шелковистые волосы и стягиваю с них резинку. Мне очень нравится, как светлые пряди обрамляют его красивое личико. Я целую сладкие губы, расшвыривая свою и Стаса одежду по пути к кровати.       ‒ Мы разве не будем принимать душ? ‒ охрипшим голосом вдруг спрашивает парень.       ‒ Я помылся перед рестораном. Даже несколько раз, так как от волнения потел, как последняя сцука. А ты у меня всегда чистый!       ‒ Ну конечно, я вообще-то с работы!       ‒ Ну ты же там не уголь разгружал, так что забудь про душ! Я вымою тебя своим языком!       ‒ Гар! ‒ протестующе начал Стас, но все его возмущения я заглушил своим ртом.       Опрокинув парня на кровать, я начал медленно спускаться своими губами по его шикарному поджарому телу, пока не добрался до ещё одних губ, искривлённых широкой улыбкой.       ‒ Вот кто бы знал, что эта, похожая на лесбуху, Настюха сумеет так круто перебить тебе твой старенький эскиз, ‒ хмыкаю я, осторожно проводя по недавно зажившему тату языком и абсолютно безволосому лобку.       ‒ И ничё не похожа. То, что у неё короткая стрижка на один бок, ещё не делает её лесбухой, ‒ не соглашается Стас и вдруг резко втягивает в себя воздух, а затем протяжно стонет.       Что ж, спустя полгода я теперь знаю, как Стасу нравится больше всего: провести по члену кончиком языка, размазывая выступившую слегка солоноватую капельку из уретры, а затем вобрать в себя головку и медленно потянуть, создавая вакуум ртом, пока головка полностью не выскользнет изо рта.       ‒ Ты такой вкусный! Можно я тебя съем? ‒ улыбаюсь я, не отрывая губ от каменного стояка.       ‒ Нельзя. А то, если ты меня съешь, как ты потом будешь меня трахать?       ‒ Об этом я как-то не подумал! Как же я без своей сладкой дырочки! ‒ восклицаю я, закидывая ноги Стаса практически к голове. Мой язык тут же находит подрагивающее отверстие, которое так легко пускает его внутрь.       ‒ Гар! ‒ тут же дёргается Стас. ‒ Я не подготовлен для подобного!       ‒ А мне и так нравится, ‒ выдыхаю я, продолжая лизать податливую дырочку.       ‒ А мне нет!       ‒ Ну конечно, ‒ хмыкаю я, обхватывая твёрдый стояк парня. ‒ Всё тебе нравится.       ‒ Не… правда… ‒ сбивчиво выдыхает Стас, но я вижу, как нетерпеливо сжимается и разжимается его анус, красноречивее слов соглашаясь со мной.       ‒ Врунишка, ‒ улыбаюсь я, снова припадая к члену парня своим ртом.       ‒ Я тоже хочу… тебе…       ‒ Хочешь пососать, маленький? Сейчас устроим! ‒ Я поднимаюсь и перекидываю ногу через голову Стаса. ‒ Позу шестьдесят девять заказывали? ‒ ухмыляюсь я, прижимая своё лицо к паху парня и вдыхая запах.       Я знаю, что сосать в такой позе лёжа на спине довольно неудобно, но Стас не жалуется. Его тёплые губы обхватывают мой член, вызывая внутри меня восхитительную волну наслаждения.       ‒ Обожаю твой рот, ‒ блаженно выдыхаю я, не сумев сдержаться, чтобы пару раз не двинуть бёдрами, отправляя свой стояк до упора в горло парня.       ‒ А мой член? ‒ спрашивает Стас, выпуская мою головку изо рта. Парень многозначительно вильнул бёдрами, намекая этим мне, что поза шестьдесят девять не для ленивых.       ‒ И его тоже, ‒ киваю я, возвращаясь к оставленному в одиночестве дружку, льющему слёзы на живот.       Я активно сосал, не забывая при этом подготавливать попку Стаса пальцами, используя смазку, пока не почувствовал, что он скоро кончит. Тогда я слез с кровати и, задрав его ноги к голове, быстро приставил свой член к желанной дырочке.       ‒ Нет, стой! Презерватив!       ‒ Сегодня хочу тебя так.       ‒ Нельзя, я не мылся! Презерватив!       Я недовольно морщусь, но послушно надрываю квадратную упаковку и быстро раскатываю презерватив по члену. Стас тут же расслабляется и разводит ноги шире, приглашая. Я довольно хмыкаю и теперь уже не спешу. Я приставляю свой член к коже парня и начинаю плавно скользить самым кончиком практически от копчика.       ‒ Гар, ну пожалуйста! ‒ практически хнычет Стас, нетерпеливо облизывая губы. ‒ Каждый раз проходить лабиринт не обязательно!       ‒ Обязательно, ‒ мягко возражаю я, продолжая вести членом до заветной стрелочки, указывающей на анус. Волшебная игла Настюхи и до этого эскиза добралась, теперь мой любимый лабиринт выглядел ещё привлекательнее, чем раньше. ‒ Ну что, хозяин вернулся домой, встречайте! ‒ довольно улыбаюсь я, глядя на ухмыляющегося минотавра на своём паху. Я прижимаю наш общий член к анусу Стаса и несильно давлю. Натренированная разными игрушками, а последние полгода и моим дружком, дырочка легко раскрывается, пуская меня внутрь. Гортанный рык удовольствия рвётся из моего горла, и я закусываю губу, едва не закатывая глаза. ‒ Самая охуенная жопа в моей жизни! ‒ выпаливаю я и начинаю двигаться.       ‒ Повезло же тебе, ‒ смеётся Стас. Только его этот тихий смех быстро переходит в громкие стоны.       ‒ Не то слово, ‒ выдыхаю я чистую правду, практически на самое ухо парня. Я прихватываю один тоннель губами и осторожно обвожу его языком. Затем отпускаю и впиваюсь в шею, бесстыже оставляя засосы. Завтра Стас меня будет материть на чём свет стоит за это, но сейчас он явно просил меня своими стонами ласкать его тело так, как мне нравится. Потому что так нравится и ему тоже.       Я начинаю ускоряться и долблю попку Стаса под нужным углом. Стас вдруг резко выгибается и протяжно стонет, эротично кусая свою нижнюю губу. Его сперма летит на живот, пачкая при этом и двойственную улыбку безумцев. Я впитываю взглядом эту картину и не могу сдержать самодовольную лыбу.       ‒ Догоняй, Гар, ‒ переполненным негой голосом произносит парень и обхватывает мою шею руками. А потом, заглядывая в мои глаза, тихо выдыхает: ‒ Гар, люблю тебя так сильно, что даже умереть не жалко…       Я взрываюсь, словно новогодний фейерверк. Не знаю, сколько раз я в ответ прокричал ему слово «люблю», но когда мощная волна оргазма отхлынула, я снова прошептал это заветное слово, которое я говорил до встречи с ним, разве что сестре. Вот только братская любовь, как оказалось, сильно отличается от этой.       ‒ Стас?       ‒ Мм?       ‒ Скажи, это же правда происходит на самом деле? Я точно не ебанулся, просматривая день за днём то порно? А то может ты всего лишь плод моего больного воображения?       ‒ Если это так, то тогда ты сейчас не лежишь со мной в кровати среди свечей и лепестков роз, а сидишь перед ноутбуком, с зажатым в кулаке членом, ‒ хмыкает Стас, рисуя пальцем на моей груди узоры.       Я невольно жмурюсь, вспоминая свой утренний сон.       ‒ Тогда уж не перед ноутбуком, а в палате, обитой подушками, с капающей изо рта слюной, ‒ вздыхаю я, невольно дотрагиваясь до своих губ.       ‒ Ох, если действительно представить, что такое возможно, даже мороз по коже пробегает, ‒ вздрогнул Стас, плотнее прижимаясь ко мне. ‒ Не хотелось бы мне оказаться всего лишь плодом твоего воображения.       ‒ А знаешь, что самое парадоксальное? Я бы действительно предпочёл сидеть в психушке в смирительной рубашке и капать слюной себе на грудь, лишь бы ты был со мной рядом. И плевать, если ты будешь ненастоящий, потому что для меня ты больше, чем реален.       ‒ Ну поздравляю, ты действительно практически псих, ‒ тихо смеётся парень, целуя меня в губы. ‒ Блин, всё же хорошо, что мы с тобой не в фильме ужасов, а то я бы сейчас развеялся спецэффектами, а ты бы сидел на полу камеры и со стеклянными глазами раскачивался взад-вперёд... А дальше титры.       ‒ Никаких титров! Впереди нас с тобой ждёт ещё один оргазм! А может и не один!       ‒ Что ж, мне нравится, как это звучит! ‒ довольно произносит Стас, сладко целуя меня в губы. Очень сладко.              

***

      

      ‒ Ну как там наш Счастливчик? ‒ с порога спрашиваю я у сестры. ‒ Не загаженное место в квартире ещё осталось?       ‒ Лаки в полном порядке. А места ещё полно, но с каждым днём его точно будет становиться всё меньше, ‒ невозмутимо отвечает Катя, ласково гладя щенка по спине.       ‒ Яр, чё делаешь? ‒ подсаживаясь к парню, спрашивает Стас.       ‒ Да так, почту проверяю. Хотел ещё новости почитать.       ‒ Ой, да что в этих новостях интересного? ‒ фыркаю я. ‒ В основном одно расстройство.       ‒ Но знать-то их тоже надо. Порой бывает полезно.       ‒ Порой, ‒ киваю я, заходя в свою комнату, чтобы переодеться.       ‒ Ну что-что? Рассказывай, как всё прошло! ‒ накинулась на меня с расспросами Катя.       ‒ Ну что тебе рассказать? ‒ пожимаю я плечами, стягивая с ног носки. ‒ Стасу всё понравилось: и ужин, и лепестки роз, и мой член в заднице…       ‒ Особенно твой член в заднице, ‒ хмыкает Стас, заходя в комнату.       ‒ Вот говорила же, что нет смысла так надрываться и рвать волосы на жопе, придумывая велосипед. Как и следовало ожидать, лучший подарочек всегда болтался у тебя в штанах.       ‒ Ну, хоть жопа теперь у Гара и лысая, но я, правда, оценил все старания. Меня так ещё никогда в жизни не баловали. Это дико приятно, ‒ улыбнулся Стас, а потом посмотрел Кате прямо в глаза. ‒ Спасибо, что помогла своему брату не остаться совершенно лысым. ‒ Он обнял мою зардевшуюся сестрёнку и чмокнул в щёку.       ‒ Ну что сказать? Обращайтесь, ‒ расплылась в довольной улыбке Катюха. ‒ Рада была помочь.       ‒ Да ну нахуй! ‒ вдруг раздался шокированный голос Ярослава из соседней комнаты. ‒ Стас! Это просто трэш! ‒ он забегает в комнату с выпученными глазами.       ‒ Что случилось? ‒ практически в один голос спросили мы с Катей и Стасом.       ‒ Ты охренеешь! Смотри!       Мы все заглядываем в смартфон Ярослава и видим портрет привлекательного парня, а ниже фото с его трупом, накрытым простынёй.       ‒ Глеб… ‒ едва слышно выдыхает Стас, прикрывая рот рукой от шока.       ‒ Глеб? Это тот самый Глеб? ‒ уточняю я, глядя на Ярослава. Он утвердительно кивает, и тогда я спрашиваю: ‒ А ты уже прочитал статью? Что там пишут?       ‒ Прочитал. Оказывается, этому Глебу было плевать, кого кормить своей ложью. Он не гей, максимум бисексуал.       ‒ А причём тут его ориентация? ‒ удивлённо вскидываю брови я.       ‒ А притом, что тридцать семь ножевых ранений нанесла ему вот эта пышногрудая барышня. ‒ Яр листает пальцем вверх и показывает фото женщины. ‒ С её слов, Глеб полностью её обобрал и загнал в дикие долги, а потом стал насмехаться, явно получая удовольствие от её слёз и отчаяния. Он стал оскорблять эту женщину, называя жирной уродиной, идиоткой и всё в этом духе. Короче, качественно поиздевался, и собирался уже уходить, но явно не ожидал, что доведённая до ручки баба, способна схватить первый попавшийся кухонный нож и изрешетить его широкую спину.       ‒ Как же жалко женщину… ‒ тихо прошептал Стас, разглядывая свои ногти.       ‒ Тут ещё пишут, что Глеб оказался очень состоятельным и в деньгах вообще не нуждался. А проворачивал свои аферы он исключительно ради процесса. Для него это была словно тактическая и захватывающая игра.       ‒ Вот ублюдок! ‒ шипит Катя, сжимая свои маленькие кулачки. ‒ Слишком уж лёгкая смерть у него получилась! Его бы в камеру на пожизненное!       ‒ Да с его деньгами, он бы быстро откупился, ‒ фыркаю я.       ‒ А теперь он больше никому не навредит… ‒ Стас поднимает с пола Лаки и прижимает его к груди. ‒ Вот только женщине бы как-нибудь помочь. Её точно теперь надо на реабилитацию в больницу, а не в тюрьму.       ‒ Хочешь в этом поучаствовать? ‒ уточняю я, обнимая Стаса сзади и целуя в плечо.       ‒ Да. Ведь неизвестно, скольким людям этот урод искалечил жизнь. Благодаря Яру и тебе, Гар, я снова почувствовал себя живым, но ведь наверняка так повезло не всем.       ‒ Хорошо, ‒ киваю я, ‒ посмотрим, чем мы можем помочь этой несчастной женщине. Может и получится отправить её в больницу вместо тюрьмы.       ‒ Гав! ‒ вдруг подал голос Лаки. Похоже, он тоже был полностью с нами согласен.