Мой возлюбленный монстр

      Усмехнувшись, старейшина Зала Гнева, не расчехляя меча, атаковал мальчишку простым, но действенным приёмом. С помощью него он захватывал противника, приставив клинок к горлу. Не одна жертва ещё не уходила от него.       Однако мальчишка выскользнул из его рук, использовав разницу в росте. Его ладони прошлись по твёрдым мышцам груди старейшины, опустились до самого даньтяня, коснувшись запретных земель.       Са Шицюань вздрогнул и взглянул на юнца. Он мог бы решить, что это случайность, если бы не знал этого стремительного движения. Значит, мальчишка пришёл с пути ветра и цветов¹?       Он едва удержал свой ядовитый язык, дабы не предложить юноше веер вместо меча. Боги, нужно выбросить это из головы и сосредоточиться на его возможностях.       Шэнь Цзю, приоткрыв нежные влажные губы, смотрел на старейшину своими сияющими глазами.       Са Шицюань скрипнул зубами. Святые небеса, почему его беспокоят странные мысли?! Разве ему есть дело до того, кто раньше касался этого мальчишки?!       – Старейшина больше не желает атаковать? – спросил Шэнь Цзю.       Са Шицюань, наконец, очнулся. Ох, с этим юнцом проблем не оберёшься! Однако он уже опустил меч. Сверкнув глазами, Са Шицюань произнёс:       – Твоё испытание будет иным.       Старейшина вынул из рукава халата талисман с заклятьем, пропускающим сквозь барьеры ордена и протянул его Шэнь Цзю левой рукой².       Тот отпрянул. Меч выпал из его ослабевших пальцев, а глаза наполнились страхом.       Что же он сделал не так, чтобы подвергнуться подобному унижению?! Закрыв ладонью губы, мальчишка отчаянно замотал головой и отступил прочь.       У Янцзы за его спиной нахмурился. Уничтожил целое поместье, убив всех его обитателей, а здесь испугался столь простой проверки?!       Развернувшись, Шэнь Цзю со всех ног бросился прочь.       У Янцзы хотел было удержать мальчишку, но Са Шицюань остановил его, подняв ладонь. Вот как... Нефритовые цветы весенних домов³ так не поступают. Неужели это не более, чем совпадение? Он должен был согласиться! Этот мальчишка! Он должен был с радостью удовлетворить прихоть старейшины, пытаясь занять в ордене достойное место! Разве Са Шицюань не предложил ему самый простой и лёгкий способ?       Так куда он собрался?       Оттолкнувшись от земли, Са Шицюань настиг Шэнь Цзю одним прыжком. Да и мог ли юноша, едва узнавший о своей духовной силе, противостоять столь сильному противнику?       Закинув сопротивляющегося мальчишку на плечо, старейшина Зала Гнева направился к дому главы ордена, не обращая внимания на визжащую и колотящую его по спине ношу.       – Старейшина Са! – перепугался У Янцзы, поспешив вслед.       Он и не думал, что этот юнец принесёт ему столько хлопот! Кто бы мог подумать, что он посмеет отказаться! Многие бы отдали всё на свете, чтобы стать игрушкой столь выдающегося бессмертного!       – Возвращайся к себе! – холодно приказал Са Шицюань, обрывая юношеский крик давлением на акупунктурную точку. – Это больше не твоя забота.       Поклонившись, У Янцзы остался на месте, провожая удаляющуюся фигуру взглядом.       Неужели ему тоже придётся принять наказание?       Достигнув внутреннего двора павильона главы ордена Фэн Инцзы, Са Шицюань сбросил с плеча юношу. Тот, упав на колени, надавил на точку между пальцами. Но появившийся голос был чуть громче шёпота.       – В ордене Фэн Инцзы запрещено кричать, бегать и шуметь, если подобные действия не относятся к тренировкам, – холодно пояснил старейшина.       Шэнь Цзю нахмурился.       – Я не адепт ордена! – ответил он, тут же закашлявшись.       Са Шицюань, усмехнувшись, поклонился, соединив рукава халата – в сад вышел сам глава Цзэн Синхуа.       Шэнь Цзю моргнул, приоткрыв губы. Его длинные ресницы, словно крылья испуганных мотыльков, затрепетали, ложась тёмными росчерками туши на драгоценный нефрит скул.       Этот человек в белом одеянии редчайшего шёлка с искусной золотой вышивкой был удивительно красив. Его надменное лицо с тонкими чертами не портила ни багровая родинка в уголке глаза, ни бледный шрам, рассекающий высокую скулу.       Он словно излучал солнечную ци, стоя в потоке тёплого ветра среди этой реющей, полупрозрачной белизны, смешавшейся с прядями длинных чёрных волос, стянутых в высокий хвост. Белые ленты и золотая гуань дополняли образ сошедшего с небес божества.       – Шан-ди⁴... – пал ниц юноша.       Прямые, словно стрелы, чёрные брови Цзэн Синхуа дрогнули. Никто раньше не льстил ему с такой откровенной наглостью.       Са Шицюань фыркнул, скрывая приступ внезапного веселья за кашлем. Однако подрагивающие плечи выдавали его с головой.       – Е Сяоян! – рявкнул глава ордена.       Перед ним тут же оказался страж в чёрном одеянии.       – Старейшина Зала Гнева устал от жизни. Позаботься о нём, – ледяным тоном произнёс Цзэн Синхуа.       Поклонившись, чёрный страж выхватил меч.       – Глава Цзэн! – укоризненно воскликнул Са Шицюань, уходя от бесчисленных атак.       Когда шум битвы затих вдали, взгляд главы секты опустился на изящный изгиб спины Шэнь Цзю.       – Чего ты хочешь? – спросил он, глядя на него сверху вниз.       Мальчишка дрожал, словно осенний лист на ветру.       – Этот Шэнь... Этот Шэнь желает стать бессмертным! – выпалил он, здесь же закрыв рот ладонью.       Наверное, он требует слишком многого и будет наказан за свою дерзость...       – Хм, – ответил Цзэн Синхуа. – Кто показал тебе путь в Фэн Инцзы? Ты знаешь кем в действительности желаешь стать?       Тот кивнул, робко подняв глаза. Он и вправду знал. Глава ордена склонил голову, ожидая ответа.       Шэнь Цзю не сразу вспомнил, что ещё должен был сказать.       – Это... Мастер У Янцзы...       – Вот как? – удивился Цзэн Синхуа. – Старый лис решил взять ученика? Что же... Е Сяовэнь!       Шэнь Цзю вновь распластался ниц, решив, что должен умереть. Может быть он невзначай оскорбил главу?       Страж в белых одеяниях осторожно сжал его плечи и поставил на ноги.       – Позаботься о нём. Мальчишка желает обучаться заклинательству.       Е Сяовэнь поклонился.       Прошествовав так близко, что белые шёлковые одежды коснулись коленей Шэнь Цзю, Цзэн Синхуа скрылся между старых сосен.       Мальчишка судорожно вздохнул.       Этот небожитель... Это божество... Неужели он и впрямь будет жить рядом с ним?!       Ах, с тех пор минуло столько лет... Однако, даже спустя долгие годы Шэнь Цинцю не мог избавиться от смущения и робости в присутствии главы Цзэн Синхуа. ______________ ¹Так в Китае называли мир проституции. ²Левая рука считается грязной. Подавать ей что-либо нельзя. Конкретно про Китай упоминания нет, но в восточных странах её используют для омовения интимных мест. В данном контексте – предложение к совместному совершенствованию. ³Публичный дом. ⁴Шан-ди – бог неба, верховный бог китайского пантеона.