Мой возлюбленный монстр

      Шэнь Цинцю, сбросив одежды до последнего, прозрачного халата, с наслаждением откинулся на широкую кровать.       Ло Бинхэ, закусив губу, дрожал от возбуждения, глядя на фарфоровое колено заклинателя и разметавшиеся длинные волосы.       Нежные жемчужины сосков Шэнь Цинцю затвердели от ночного холода и проглядывали сквозь дымку шёлка.       – Как же здесь холодно! – произнёс заклинатель, не двигаясь.       Ло Бинхэ улыбнулся в ответ, скидывая одежды. Обнажившись, он накрыл Шэнь Цинцю горячим телом.       Тот судорожно вздохнул в ответ, отдаваясь во власть страстного танца языков. Стройные длинные ноги обвили стан демонического императора. Потираясь набухшим бутоном наслаждения о корень ян Ло Бинхэ, Шэнь Цинцю изогнулся, впиваясь тонкими пальцами в плечи супруга.       Оставив цепочку поцелуев на длинной шее и в ароматной ямке ключиц, Ло Бинхэ коснулся языком жемчужины соска сквозь тонкую ткань.       – Ах! – сорвался первый стон с нежных припухших губ Шэнь Цинцю. Тонкие точёные пальцы запутались в густых волнах волос Ло Бинхэ, частое дыхание рвалось от желания. Горячие ладони, пробравшись под тонкий шёлк халата, блуждали по телу, вызывая дрожь.       – Бинхэ! – умоляюще простонал заклинатель.       Пальцы Ло Бинхэ сомкнулись на нежном нефритовом бутоне, заставляя Шэнь Цинцю изгибаться в его руках, содрогаясь от наслаждения.       Он так истосковался по ласкам демона, что обжигающий нектар выплеснулся, стоило коснуться распалённой плоти.       Заклинатель тяжело дышал. В трепещущем свете свечей его белая нефритовая кожа, покрывшаяся пеленой влаги, казалось, утопала в золотом сиянии.       Длинные пальцы Ло Бинхэ, влажные и горячие, чуть прикасаясь, скользнули к коралловым вратам. Обведя кольцо мышц дразнящим узором, он проник в глубину тела. Возбуждённое, податливое, оно было таким соблазнительным и притягательным, что в висках демона взрывалось слепящее желание овладеть им немедленно.       Однако мысль о том, что этот хрупкий человек испытает боль, казалась невыносимой.       Лишь спустя палочку благовоний, когда Шэнь Цинцю, сгорающий от жажды, всхлипнул, Ло Бинхэ, пригвоздив его к кровати, переплёл пальцы рук и осторожно толкнулся в нежную глубину.       Едва нефритовый меч пронзил заклинателя, безжалостно сминая узелок наслаждения, Шэнь Цинцю содрогнулся. Млечный сок заполнил ямку пупка, оставляя липкую лужицу на тугих мышцах живота.       – Цю-эр так скучал? – удивился Ло Бинхэ. – Ведь мы не занимались этим всего три ночи...       Шэнь Цинцю, обвив его шею руками, сомкнул зубы на сильном плече Ло Бинхэ.       – Боги, Цю-эр! – поразился тот, ускоряя темп и безжалостно терзая маленький узелок в глубине тела заклинанателя. – Ты такой... жадный...       – Ах! Хах! Хаааа! Мммм... – стонал тот, содрогаясь.       Ло Бинхэ сжал его в объятиях, накрывая опухшие губы поцелуем. Шэнь Цинцю изогнулся, натянувшись, словно струна. Нефритовый бутон в который раз выплеснул густой млечный сок.       Ло Бинхэ остановился, позволяя ему передохнуть. А затем, обняв заклинателя крепче, перевернулся на спину.       Тот, уперевшись ладонями в грудь демона, поднялся, чувствуя, как подрагивает внутри его тела багровая плоть.       – Это... слишком глубоко... – прошептал он, поднимая глаза к потолку.       Ло Бинхэ закусил губу, любуясь, как стекает, сверкая в огнях свечей, юркая струйка пота по стройной белой шее, как прячется на мгновение в ключичной ямке и вновь скользит вниз.       Шэнь Цинцю приподнялся, почти соскользнув, однако горячие ладони демона, сжимающие его талию, не позволили ему подобного, рывком вернув на место.       – Ах! – вскрикнул тот, цепляясь за белые запястья возлюбленного. – Ты! Собираешься разорвать меня?! – возмутился было заклинатель, но Ло Бинхэ, присев, накрыл его губы поцелуем. Оказавшись в подобной позе, Шэнь Цинцю вдруг покраснел. Он никак не мог смириться с неуёмной фантазией Ло Бинхэ и часто сгорал от стыда, поддавшись. И сейчас, видя, как блестят обсидиановые глаза, рассыпая в глубине алые искры, он вдруг понял, что его супругу пришла в голову новая идея.       – Даже не думай! – отрезал заклинатель. – Здесь я не позволю тебе делать подобное! Подожди до возвращения!              Взгляд Ло Бинхэ стал таким жалким и умоляющим, что Шэнь Цинцю поспешил закрыть ладонями лицо.       – Святые небеса! И что ты задумал на этот раз?!       – Ничего, что могло бы тебя напугать, – улыбнулся Ло Бинхэ.       Шэнь Цинцю застыл. Что-то было не так. В тёмных глазах возлюбленного на мгновение мелькнула тревога и... страх? И чего же он боится? Разве здесь они не в безопасности? На самом деле, он и представить не мог, что помыслы Ло Бинхэ не касаются постели.       Демон прижал его к груди и увлёк в глубокий жадный поцелуй, словно они не виделись сотню лет. Шэнь Цинцю задохнулся, застонал от этого страстного танца, сплетающего языки.       Нефритовый меч Ло Бинхэ всё ещё был глубоко внутри. Заклинатель, не прерывая поцелуя, приподнялся, скользнув к вершине, но когда оставалось не более полуцуня, Ло Бинхэ вновь безжалостно опустил его вниз, пройдясь по маленькому узелку наслаждения.       Шэнь Цинцю вскрикнул и откинув голову, сжал пальцы на плечах демона. Горячие ладони нежно держали его за тонкую талию, приподнимая и опуская на багровый пик плоти и крови. Скользнув вниз, демон втянул розовый сосок, заставив Шэнь Цинцю выгнуться, обвив шею руками. Юркий язык ласкал нежную жемчужину. Ло Бинхэ чуть прикусил её и заключил супруга в объятия, ускоряя темп. Он больше не мог, не желал сдерживаться, приближаясь к пику наслаждения. Каждый стон, каждый вздох этого человека в его руках уносил к вершине.       Шэнь Цинцю почувствовал, как набухает, дрожа, императорский жезл в глубине его тела. Он закусил губу. Точёные пальцы ног поджались от наслаждения.       Ло Бинхэ тяжело дышал, с его губ рвались тихие стоны, а глаза затянула пелена безумия. Быстрее, глубже... Он сбился с ритма, утонул в аромате дикого мускуса, рождённого слиянием тел, потерял счёт времени.       – Цю-эр, – шептал он, пронзая его тело. – Ах!       Шэнь Цинцю готов был кричать. Его тело, обжигающие, влажное, била крупная дрожь, а нефритовый бутон полнился горьким соком наслаждения.       – Бинхэ... – изогнулся он, содрогнувшись от щекочущей волны восторга, накрывшей его с головой.       Рыкнув, Ло Бинхэ опрокинул его на спину, пригвоздив к постели и сжал белые ягодицы заклинателя, оставляя алые следы.       Глаза затопило алое сияние. Белые зубы сомкнулись на нежном изгибе плеча.       Вскрикнув, Шэнь Цинцю выплеснул горячий густой нектар, чувствуя, как внутри разливается море огня.       Ло Бинхэ обессиленно повалился на его тело, сгребая в жадные собственнические объятия.       Шэнь Цинцю откинул голову, пытаясь восстановить дыхание. Багровый меч медленно покинул истерзанные дрожащие врата.       – Цю-эр, – вздохнул Ло Бинхэ так тихо, что Шэнь Цинцю едва смог расслышать его. – Я люблю тебя, Цю-эр.       Заклинатель застыл, чувствуя, как в груди срываются в полёт стаи птиц. Ло Бинхэ так редко говорил ему эти слова... Иногда он начинал сомневаться, что между ними есть что-то большее, чем...       Уголки глаз покраснели. Нежно поцеловав висок демона, заклинатель улыбнулся в ответ.       Люблю... тебя...       Словно недостаточно той заботы, что дарил ему Ло Бинхэ, он ждал этих слов, как изголодавшийся странник.       Не слыша ответа, Ло Бинхэ поднял голову и взглянул в любимое лицо. Оно полнилось тихим сиянием, будто солнечный свет затопил глаза цвета цин.       – Цю-эр? – удивлённо спросил священный император, нависая над ним. – У тебя ведь не искажение ци?       Шэнь Цинцю пришёл в себя. Рассмеявшись, он обвил шею возлюбленного, притягивая его для нежного поцелуя.       – У меня совсем нет сил... Бинхэ придётся позаботится обо мне, – прошептал он тихо.       Ло Бинхэ вздохнул, с горечью думая о том, что их ждёт. Боги, неужели всё же придётся пройти сквозь тьму новых испытаний?