Не одна

Пока ещё слабая, но всё нарастающая паника постепенно начала разливаться по венам после шокирующих слов, что произнёс Акио. Дыхание на миг перехватывает, а чёрное платье, с лёгкостью снятое с тела минуту назад, падает из моих рук на пол с таким шумом, будто это не тонкая ткань, а мешок с гантелями. Или мне так кажется, потому что резкий пульс, ударяющий в виски, делает всё вокруг настолько оглушительным, что собственное учащённое дыхание слышится сейчас в сотню раз громче, чем обычно. — Это шутка? — произношу с надеждой, коротко дёргая уголком губ. Понимание того, что это был не розыгрыш разрастается во мне всё сильнее, пока я наблюдаю за выражением лица друга, стоящего передо мной в дверном проёме с виноватым видом. Голос наконец надрывается, нотки истерики начинают проскальзывать. — Чёрт, пожалуйста, скажи, что это шутка! Вглядываясь в стеклянные глаза лучшего друга, я понимаю, что он скрывает истинные эмоции. Но даже не смотря на это становится ясно, что бездонная пустота заполнила не только мои лёгкие, но и его. Лишь через несколько секунд он вертит головой из стороны в сторону, не сумев произнести и слова. Пару минут назад Акио сообщил, что уезжает из страны, так как ему предложили новую суперкрутую работу. Если у меня и была какая-то надежда на то, что его слова — лишь несмешной прикол, то только что он окончательно развеял эти сомнения. — Но… куда? — вопросы стали подниматься во мне один за другим. — Надолго уезжаешь? Кажется, я не могла сделать и вдоха, пока ждала ответа. — Лея, я переезжаю жить и работать… Конечно, надолго… Ой-ой, а что за шум? А-а-а, это всего лишь звук моего разбивающегося сердца. Ноги подкашиваются сами собой, картинка перед глазами начинает слегка темнеть, и я чувствую, как падаю на стоящий позади меня диван. Протирая глаза дрожащими руками, успеваю заметить, как Акио стремительно приближается и садится на колени напротив меня. — Лея, это мой шанс, — в его глазах наконец начинают проявляться эмоции: искренность, надежда и боль. — Вчера, ещё до того, как ты проснулась, мне позвонили и предложили работу в Лондоне, в компании моей мечты. Я зацепил их на одном из собраний, когда рассказывал про свою технологию. Они сказали, что свяжутся со мной, но обычно это означает, что тебе не перезвонят, поэтому я тебе даже не рассказывал про них. Когда я понял, что работа моя, то обрадовался, потому что Англия — это твой дом! Сразу же подумал, что ты захочешь поехать со мной, но… Когда Годжо пришёл к нам в квартиру, то во мне стали зарождаться сомнения, а когда вы появились дома, целующиеся… Акио не договаривает, опуская взгляд в пол, но я точно понимаю, что он хотел произнести. Он думал, что я с радостью соглашусь поехать вместе с ним, и это правда было бы так, если бы я не начала встречаться с Годжо. Теперь я не могу оставить его, да и к тому же те проклятья из кафе ещё живы. — А… — мой голос звучит приглушённо. — Когда уезжаешь? Парень поднимает глаза и сразу же цепляется взглядом за подвеску на моей шее. — Планирую на тридцать первое октября, — он вздохнул. — Я бы, вероятно, и мог работать удалённо, но это только начало моей карьеры, так что мне нужно присутствовать в офисе, чтобы набираться опыта… Прости. Ком в горле не даёт произнести ни слова. Уголки глаз защипало, и я быстро проморгалась, стараясь не допустить слёз. Все годы, что я знаю этого парня, он мечтал создавать что-то, творить. Как-то в юности его зацепил видеоролик, где было показано, как люди создают роботов с искусственным интеллектом. Он увлёкся этим и начал заниматься программированием, пытался несколько раз рассказать мне, как именно собирается создать свой ИИ, принципы его работы, самообучения и так далее, но я всё равно ничего не понимала. Я гуманитарий, извините. Но… Было кое-что, что мне запомнится на всю жизнь. Как я и говорила, у меня не было друзей в Японии, лишь один Акио повстречался мне на пути. Честно говоря, меня это сильно волновало. Я боялась, что если он когда-нибудь исчезнет из моей жизни, то я останусь одна. Но он пообещал, что создаст для меня ИИ, который будет дружить со мной, если с ним что-то случится. Он обещал, что я никогда не останусь одна. Я же радостно воскликнула в ответ, что последую за ним хоть на край света, и он всегда может рассчитывать на меня, я его не оставлю. Почему же сейчас это воспоминание вызывает во мне горькую усмешку? Сейчас мы расстаёмся?.. Но я чертовски сильно не хочу этого… Моё желание, чтобы он остался рядом со мной — это эгоизм, да? Акио стремился к этому с самого детства, если сейчас я буду проявлять негатив или попытаюсь как-то повлиять на его решение, то буквально начну рушить цель его жизни. Я обязана сейчас его поддержать. Обязана… Сильно сжав кулаки и прикусив щеку, я медленно, дрожащими руками, подняла его голову, чтобы взглянуть ему в глаза. А если бы я победила тех проклятий, то может приехала к нему… Стоп! Нет-нет, Годжо! Он любит меня, но точно не уедет никуда… Чёрт. Это уже совсем не выбор между кетчупом и майонезом. — Ты молодец, тебе не за что извиняться, — мой голос звучит натянуто, но я пытаюсь максимально радостно и искренне сказать ему эти слова, — я безумно рада за тебя, правда, — одна моя рука начинает гладить его по голове. — Благо в нашем мире есть интернет, и так мы точно не потеряем связь друг с другом, верно? Широко улыбаюсь, стараясь убедить саму себя в своих же последних словах. Да, конечно, безусловно, интернет — вещь прекрасная. Общаться мы сможем, только вот… Через интернет ты не обнимешь человека. Не нальешь ему водички, когда он болеет. Не накроешь одеялом, если он уснул пьяным на полу. Не погладишь по голове, когда ему совсем плохо. Не накрасишь ему ногти, пока он спит, чтобы потом посмеяться. В конце концов, ты не сможешь помочь, если вдруг случится что-то страшное… Как я буду жить без своего друга, без моей родственной души под боком?.. Слёзы всё-таки скатываются по моему лицу. Это ты прости, Акио, что я такая эгоистка, которая думает только о себе… Он резко притягивает меня к себе, и я падаю ему на грудь, пока он обнимает меня так сильно, что становится тяжело дышать. Сначала я упираюсь руками в пол, пытаясь встать, но когда друг утыкается лицом мне в ключицу, и я чувствую влагу на своей коже, ложусь на бок рядом с ним и, не выдержав, тоже начинаю плакать. Совсем не заметила, как под свой рассказ уютно расположилась на коленях Годжо, пока он аккуратно гладил меня по спине и внимательно вслушивался в каждое слово. Дёргая ткань ненавистного мне тёмно-синего костюма, в котором пришёл парень, я тяжело вздыхаю и смотрю на него снизу вверх, дабы удостовериться, что он всё ещё тут, со мной. Что он не оставит меня. — Лея, то, что ты чувствуешь — это нормально, — парень продолжал медленно водить большой ладонью по моей спине. — Ты считаешь себя эгоисткой, но если вдуматься, то можно назвать любые человеческие действия или эмоции в какой-то степени эгоистичными. Мы делаем что-либо, чтобы чувствовать себя лучше, ощущать, что мы кому-то нужны и не живём напрасно. Ты должна быть сильной и поддерживать своего друга, если действительно ценишь его. Его слова сильно засели в моей голове, и мне понадобилось время, чтобы полностью осознать их. — Как быть сильной? — руки немного тряслись. — Я никогда такой не была. Всю жизнь сбегала от проблем, от опасностей. Даже в детстве, до всех этих проклятий, я не пыталась мирно приспособиться к жизни в Японии, вместо этого убегала из школы, из дома, занималась какой-то чепухой, лишь бы не разрешать проблемы. Я не решаю трудности с родителями, вместо этого просто избегаю общения с ними. С проклятиями всегда было то же самое. Когда я узнала, что меня могут обучить с ними сражаться, что я сделала? Сбежала, заблокировала твой номер, и всё это вылилось… в то, что вылилось. Хруст моих пальцев был слишком громким в повисшей после моих слов тишине. Годжо медлил. — Но всё-таки ты взяла себя в руки, приняла предложение и теперь учишься сражаться с проклятиями. Ты не убегаешь сейчас и не отступила даже тогда, когда тебя чуть не убили, — он обхватывает моё лицо своими руками и заставляет смотреть прямо в глаза. — Ты сильная. В глазах Годжо я мельком увидела своё удивлённое и слегка испуганное отражение. И почти поверила в его слова, но внутренний голос почему-то шептал, что это ложь. Убрав его руки, я опустила их к себе на колени и стала разглядывать длинные изящные пальцы и красивую ногтевую пластину. Мой голос начал слегка хрипеть от подступающих слёз. — Хоть я и не убегаю прямо сейчас, но эти мысли всё равно преследуют меня время от времени. Помнишь, когда мы вместе ночевали у тебя дома? Ты обнял меня, чтобы я нормально заснула. Я тогда ещё не договорила, что хочу сделать, после того, как мы победим тех проклятий из кафе, — парень кивнул, — мне хотелось сбежать. Тогда мои мысли были заняты тем, что после своей мести я забуду о шаманах, проклятиях и магии. Заведу собаку, семью, детей. У меня будет стабильная работа, и я не буду волноваться о том, что завтра меня могут убить проклятия. Но когда я поняла, что полюбила тебя, эти планы как-то затуманились, и я стала думать только… ну, о тебе. Но… вчера, когда Акио заговорил о переезде, в моей голове вновь проскользнуло: «А что, если уехать к Акио, когда закончу с проклятиями?» Я тебя люблю, безумно люблю, но если останусь с тобой, то спокойная и мирная жизнь никогда мне не светит. Это же правда, верно? — я посмотрела на Годжо, но его взгляд не выдавал ни согласие, ни отрицание. Он не хотел мне врать, но и правду признать было трудно. — Даже если я сама не буду шаманом, им всё равно будешь ты. А это значит, что страшные мысли останутся со мной. Я… вновь думаю о том, чтобы сбежать. Пауза после моих слов давила. — Тогда тебе нужно выбрать, чего или кого ты больше хочешь: меня или нормальной жизни, — сердце застучало в несколько раз быстрее обычного. Годжо убрал прядь моих волос с лица за ухо, я уже было открыла рот для того, чтобы что-то сказать, но Сатору перебил меня. — Не стоит говорить прямо сейчас, лучше обдумай это, я тебя не тороплю. Я правильно понимаю, что мне сейчас нужно делать выбор между обычной, спокойной, мирной жизнью и безумной, опасной, но полной любви с прекрасным человеком? Будто я снова в старшей школе, и мне нужно выбирать, в какой вуз поступать и кем стать, когда вырасту. Только если тогда за меня сделали выбор родители, то теперь мне нужно самостоятельно решать свою судьбу. И это… Пугает меня. Ответственность даже за саму себя — это то, чему мне ещё нужно учиться. Рингтон моего телефона напугал меня, вырвав из раздумий. Звонил неизвестный номер, и обычно я не беру трубку в таких случаях, но сейчас мне показалось, что так я избегу неловкого молчания между мной и Годжо. — Слушаю, — я ответила спокойно, обычно, будто бы в моей жизни не творится какой-то кошмар, и я не плакала всю ночь. — А можно на английском? — опешив от такого напора, я не сразу признала голос Адама, но тут же поняла, что он был весьма раздражён. Вздохнув и встав с колен Годжо, я подошла к окну, на подоконнике которого лежала пачка сигарет Акио. За последнее время он сумел вернуть своё душевное равновесие после событий в кафе и уже не курил, но, видимо, сегодня утром всё-таки выкурил несколько. — Откуда у тебя мой номер? — я достала сигарету и стала крутить её в пальцах, вспомнив забавный случай в школе. Сигареты в Японии продаются с двадцати лет, но у иностранцев паспорта спрашивают крайне редко. И вот, семнадцатилетние мы с Акио решили воспользоваться положением и вкусить запретный плод. Пошли мы, собственно, в магазинчик, находившийся неподалёку от нашей школы прикупить, так сказать, кое-что интересное. Я даже почти не волновалась, когда подошла к кассе и попросила самую яркую и дорогую пачку сигарет, радуясь, что родители дают много денег на карманные расходы. Но вот только мы с Акио не учли, что заходим в школьной форме в этот магазин почти каждый день после занятий и довольно громко обсуждаем наши весёлые и не очень будни. А продавец в этом маленьком магазинчике почти всегда один и тот же, редко его подменяет невзрачный внук. В общем, память у дедули оказалась отменная, и мы были вышвырнуты из магазина с громкими криками. Сигареты-то мы потом купили в другом магазине, но заходить к этому дедуле с того момента больше даже не пытались. — Оформи свой вопрос в письменном виде и пришли мне заказным письмом. Я отвечу, как положено по закону, в течение месяца, — Адам фыркнул мне в трубку, и я со злостью смяла сигарету в кулаке, — блять, Лея, не тупи, он указан в твоём досье в техникуме. Его тон и ругательства начали давить мне не нервы. Что за досье? О чём он? — Какое… — не успела договорить, как он меня перебил. — Короче, через полчаса, максимум час, жду тебя в техникуме, — только сейчас я уловила, что он был не столько раздраженным, сколько усталым. — Давай побыстрее закончим с твоим экзаменом и отправимся по своим делам, окей? Я оглянулась на Годжо, внимательно следившего за всеми моими движениями и наверняка слышащего громкий голос Адама. — Хорошо, — произношу быстро и сухо, сбрасывая звонок и обхватывая сильные, по сравнению с моими, запястья. Вновь садясь на колени к парню, вглядываюсь в его голубые глаза, думая о своём решении. Два месяца назад, будучи ещё малознакомой с Сатору, сказала себе: «Если я умная девочка, то должна держаться от Годжо подальше». Естественно, я не прислушалась к своей же мысли, но сожаления от этого у меня нет. Но вот сейчас, Лея, давай побудем умной. Ты хочешь умереть? Нет. Хочешь спокойной жизни? Да. Будет ли спокойная жизнь, пока ты будешь шаманом? Почти стопроцентно —нет. Это всё значит что? Что нужно выбирать обычную жизнь. Но… Хочешь ли ты этого супер-обаятельного, умного, сексуального, красивого, высокого парня? О да! Чёрт возьми! Ну вот чаши весов и выровнялись! Интересно, почему я дева по знаку зодиака, а не весы. — Лея, — Годжо мягко прикоснулся губами кожи на моём запястье, — хоть я и приму любое твоё решение, но это не значит, что не буду пытаться склонить тебя на свою сторону. — Он улыбнулся коварной улыбкой, пока мурашки разбежались по всему моему телу. — Если ты согласишься встречаться со мной, то больше никогда не избавишься от меня, помни это. Внизу живота зашевелились бабочки, а весы стали склоняться в его сторону. Как же мне выбирать, когда такие голубые глаза смотрят мне прямо в душу?! *** Мы с Годжо не телепортировались, решив прогуляться до техникума своим шагом и попутно разговаривая о всякой ерунде. Он смешил меня, и моё настроение слегка улучшилось, хотя о Акио я всё равно не забыла. Мы вошли в то же здание, в котором сидели, когда проводился обмен. Комната была всё такой же: вновь было установлено множество экранов перед сиденьями. Как только мы ступили за порог кабинета, на нас обернулись четыре человека: Адам, девушка с косой на пол-лица, директор Токийского техникума и ещё один мужчина, которого я до этого не встречала. И на вид он был совсем не радужным: хмурое выражение лица и надменный взгляд оставили не самое приятное впечатление. — О! Ты тут, отлично, — Адам вскочил с места и очень резво направился прямо к нам. — В общем, план такой: сейчас отправляешься в лес, я выпущу тебе проклятий по нарастающему уровню сложности. Сначала четвёртого, потом третьего и так до первого, — парень говорил так быстро, что я, кажется, лишь с божьей помощью успевала понять, о чём он болтает. — Особого не нашёл, уж извини. Он уставился на меня таким взглядом, будто ждал, что я моментально улыбнусь, воскликну: «С радостью! Я всё сделаю, сэр!» и побегу в лес, теряя тапки. Только вот нифига подобного. Как же хреново! Дело не в том, что я не смогу расправиться с проклятиями, просто такой вариант проверки для меня будет самым невыгодным. Я сейчас в самой лучшей форме, в какой могу вообще быть в данный период. У меня полный резерв позитивной энергии, огромное количество негативной (спасибо плохим новостям в моей жизни). Сейчас я могла бы даже Годжо лишить большей части негативной энергии, хоть, наверное, и не всей полностью, но всё же! И что теперь? Если я первым убью именно четвёртый уровень, то вся позитивная энергия попросту истратится на него, огромная её часть буквально уйдёт в никуда! А дальше мне придётся её вновь копить! Что же за результат я покажу в итоге? Я хочу утереть нос этой наглой рыжей морде и показать всё, на что способна! Но что же делать… В моей голове внезапно вспыхнула лампочка. А… Могу ли я сама побыть наглой белой лисицей? — Давай сразу первый, — я говорила так уверенно, что не удивилась слегка шокированным взглядам, уставившимся на меня. А нет, отбой, один взгляд всё такой же надменный, правда не знаю, кому он принадлежит. — А не слишком самоуверенно для новичка? — после секундного помешательства Адам сменил своё удивление на иронию. Я гордо подняла подбородок. — Быть уверенной в своих силах — плохо? Адам ухмыльнулся и сложил руки на груди, с вызовом поглядывая на меня. — Что ж, малявка, раз ты такая суперкрутая, то, может, сразу со мной сразишься? Я округлила глаза и не сразу поняла, что он имеет ввиду. Едкий смешок, послышавшийся из конца комнаты от неизвестного мужчины, отрезвил меня. Сразиться… С Адамом?! С особым уровнем?! — Ещё раз назовёшь её малявкой, я тебе твой меч затолкаю в задницу, — Годжо говорил на английском, чтобы рыжик понял его. Я покосилась на чехол, висящий за спиной Адама, а потом на свой, только меньше. У него именно меч, у меня же за спиной катана. Парень наконец обратил внимание на Сатору. Я буквально почувствовала, как гнев Адама начинает бурлить внутри него. Решив сразу пресечь спор, спросила у парня: — О чём ты? Сражение с тобой — часть испытания? — Да, — Адам медленно вздохнул, прикрыв глаза. Сдерживая свои эмоции, он сжал кулаки и вновь посмотрел на меня. — Раз особого проклятия я не нашёл, решил, что будешь сражаться со мной. Но, конечно, я буду биться не в полную силу, а то вдруг покалечу такую красоту, — он усмехнулся, и я ещё пару секунд пыталась осознать, серьёзно ли он сделал мне что-то типа комплимента или это просто издёвка. — Так что, сразу со мной? Мне так даже легче будет определить твой уровень. Вот я не знаю… — А зачем тут остальные? — я посмотрела за спину Адама, где стояли люди, с небольшим интересом ждавшие моего ответа. — Если решать всё равно будешь ты. — Это типа… Формальность? Они будут мне советовать, ведь старшие, — он перешёл на шёпот. — Но мужик из клана Зенин пришёл просто по приколу, мне кажется. Стоит им услышать про какие-то странности, необычные техники, и всё. Эта семья тут как тут. А, так вот и представитель этого клана, о котором я так много слышала. Ну не знаю, ничего впечатляющего, вроде первый уровень, судя по ощущениям. Мужик, как мужик. С хмурым лицом. — Адам, у меня хороший слух, — устрашающий голос мужчины немного напугал меня. — Да? А мне похуй! — Адам словно сочился ядом. Я вроде как и привыкла, будучи в компании Годжо, что не все шаманы соблюдают традиционные манеры поведения в японском обществе и относятся уважительно к старшим, но… Всё-таки такое резкое пренебрежение в сторону старших сейчас ставит меня в тупик. Впрочем, Адам и не из Японии. Я вздохнула. Надо вернуться к другому вопросу. Сражаться с этим куском… Кхм, смогу ли я его победить? Кажется, в нём не так много негативной энергии, как в Годжо, поэтому наверняка с лёгкостью смогу опустошить его. Но для этого мне ещё дотронуться до него надо, а это будет проблемой. Он же всё-таки особый уровень, не просто же так его туда впихнули за красивые глазки . — Если я сражу проклятье первого уровня, мне всё равно придётся потом с тобой драться? Парень кивнул, и я задумалась ещё сильнее. А надо ли мне вообще, чтобы меня определяли на высокий уровень? Разве что ради денег… Ну и утереть нос ему. В другом случае подвергать себя опасности постоянно не особо круто. Хотя, если я буду особым уровнем, то есть шанс, что меня будут отправлять на задания с Годжо. Или нет? Чаще всего он делает всё в одиночку. А-а-а-а! Как сложно! Так, давай подумаем, я ведь наверняка справлюсь с первым уровнем. Тогда меня уже должны поставить хотя бы на предпервый. Дальше я либо сражу Адама, и меня определят ещё выше, либо не сражу, и тогда меня оставят на первом. Ну, наверное. Но если я сразу начну биться с Адамом и моментально проиграю, то поставят ли меня на высокий уровень? Скорее всего, нет. Оглядев наглую рыжую морду с головы до пят, поняла, что точно не соперник ему в физической силе, а значит тупо добежать до него не получится. В боях на кулаках или с оружием тем более. Хм… А что, если… Я взглянула на Годжо. «Ты сильная» — его голос пронёсся в моей голове. Может быть и сильная, а может… Хитрая? Я вновь обернулась на Адама и громко проговорила: — Буду сражаться с тобой! *** Шагая в густом лесу по узкой тропинке и разглядывая узоры на рубашке Адама, я чётко понимаю, что мне не хочется говорить ему ни слова. То ли потому, что моё настроение сейчас ниже плинтуса, то ли потому, что эта наглая рыжая морда меня раздражает. Но любопытство всё равно играет в моей заднице и оказывается сильнее всех других чувств. — Ты следил за мной, да? — говорю весело, в шутливой манере, надеясь, что он сочтёт это за проявление дружелюбия. — Чего? — низкий голос был совсем незаинтересованным. Вот я прямо почувствовала, как только что попыталась посадить красивые цветочки возле его огорода в знак того, что готова к мирным переговорам, а он их моментально вырвал, выбросив в компостную яму. — Как ты оказался в магазине рядом с моим домом? Хочешь сказать, что это было просто совпадение? — теперь всё дружелюбие пропало из моего голоса. И на удивление именно на такой тон он стал реагировать. Адам усмехнулся и слегка повернул голову ко мне. — Может, я там рядом живу? — сарказм так и плещется из него. — Ага, а я — королева Англии. Он хмыкнул, и его взгляд зацепился за катану на моей спине, которую я взяла с собой в техникум. — Ты хоть умеешь ей пользоваться? — он отвернулся, смотря в чащу леса. — Совсем немного, — я пожала плечами, — но лучше с ней, чем руками с тобой драться. Кстати, ты сказал, что будешь мне поддаваться? — Я теперь передумал, ты же у нас такая уверенная. — То есть, ты реально будешь в полную силу со мной сражаться? — хмуро спросила я. — Разве так проверяют учеников? — Ты сама этого захотела. — Ну да. Но… Моё сердце забилось слегка сильнее, чем обычно. Конечно, я придумала план, но он может не сработать. Я не умею ставить щиты, в бою на ближней дистанции точно поиграю. Вздохнув, попыталась успокоиться и прислушаться к себе. Так, резерв наполнен и готов вылиться в любую секунду. Пожалуйста, ну сработай! — Так, мы дошли. Адам остановился и хлопнул в ладоши, а я огляделась. Мы находимся где-то посреди небольшой полянки в лесу. Тут наверняка установлены камеры, которые следят за каждым моим неловким движением. Я бы улыбнулась Годжо, но не знаю, куда конкретно смотреть. Адам вынул меч из чехла за спиной и полностью обернулся ко мне, встав в расслабленную позу. Что ж… Сейчас или никогда. Я сделала шаг к нему и «случайно» споткнулась, упав прямо в руки парню. Его рефлексы, как я и думала, сработали, и он поймал меня. И попал в мою ловушку. — Ты думал, что я реально буду с тобой драться? — я с вызовом посмотрела на парня, чувствуя, как через мои пальцы, сжимающие широкие предплечьях, в меня вливается его негативная энергия. Он несколько секунд не понимает, почему я это сказала, и, наконец, чувствует, что внутри него что-то изменилось. А именно: негативной энергии теперь в его теле почти нет, так что он не сможет применить ни одну технику. Адам резко отталкивает меня, в шоке разглядывая свои руки и тело. Я, не выдержав вида его ошарашенного и глуповатого лица, заливаюсь смехом, чувствуя себя хитрой лисой. — Что ты сделала?.. — почти не дыша, произносит он. — Ха-ха-ха, не волнуйся, через какое-то время энергия вернётся, —подмигиваю ему в ответ, — ну что, я победила? Выставляю руки в бока, поднимая подбородок и победно улыбаясь, пока Адам несколько раз сжимает и разжимает кулак, а потом резко устремляет на меня пугающий взгляд, от которого я сразу напрягаюсь, чувствуя неладное. — Адам? — аккуратно произношу, надеясь, что мне сейчас не нужно будет доставать катану. Он усмехается, и мои глаза даже не успевают проследить за следующими его движениями. Я чувствую, как больно ударяюсь спиной о твёрдую и холодную землю, а после надо мной нависает тяжёлое тело Адама. Взглотнув, остро чувствую, как лезвие меча слегка царапает мне горло. — Даже если шаман больше не может использовать техники, он должен сражаться, — Адам выглядел настолько устрашающим и серьёзным, что во мне начал просыпаться животный страх. Я пытаюсь спихнуть парня с себя руками, но у меня не получается сдвинуть его ни на миллиметр. Можно попытаться ударить ногами, но если его рука вдруг дёрнется, то он перережет мне горло. — Ты же не убьёшь меня? — стараюсь говорить так, чтобы моё горло не двигалось. Адам начал угрожающе шептать. — Если скажешь, что ты сделала, то не убью. Я сглотнула, и вновь лезвие задело моё горло. Это было не столько больно, сколько страшно от того, что оно может в любую секунду вонзиться мне глубоко в глотку. — Это моя техника, — мысленно вздохнув, пытаюсь адекватно сформулировать мысли, пока паника проходится по всему моему телу. — Я здраво оценила, что не выдержу боя с тобой, так что применила её сразу. Какая разница, начался бой или нет? Ты должен был оценить мои силу. Я тебе её показала. Он усмехнулся. — Это техника Ангела? Ну, конечно. Стандартные вопросы. — Не совсем. Но похоже. — Когда вернётся моя сила? — он сразу же задал следующий вопрос, но я не спешила с ответом. — Не знаю… — Адам нахмурился. — Правда не знаю! Я применила на человеке её один раз, но тогда смогла только забрать небольшую часть и отменить технику. Не узнавала, когда к нему вернулась та часть, что я взяла. И ещё не до конца разобралась в том, как она работает. — Она вообще вернётся? — парень неодобрительно начал метать взгляд по моему лицу. Я поморщилась и замолчала, прислушиваясь к ощущениям. По телу Адама разливается позитивная энергия. Всё вроде работает, как должно. — Вернётся. — Откуда такая уверенность? Клянусь, я так хотела фыркнуть, но лезвие всё ещё было слишком близко. — Ну ты присмотрись к себе, есть в тебе энергия или нет, — насмешку в голосе я не упустила шанса показать. Адам нахмурился, а после округлил глаза и слегка приподнял лезвие, чем я и воспользовалась, ударив его ногой в живот. Он скрутился и выронил меч, а я схватила его и проделала с Адамом то же, что он сделал со мной. Приставляя металл к его горлу, я усмехнулась и села ему на живот, специально посильнее плюхнувшись. Он даже не сопротивлялся и выглядел очень удивлённым, но, к сожалению, не от моих действий. — Откуда во мне позитивная энергия… Заметил наконец-то. — Ну, так вот работает моя техника, она должна превратиться обратно в негативную через какое-то время, ибо твоё тело не рассчитано на то, чтобы её хранить. — А твоё… — Моё рассчитано. Чего уставился на меня, как на восьмое чудо света? — Но… Как? - слегка дрожающим голосом произносит парень. Я с громким усталым выдохом встала с него и отбросила меч в сторону. — Да не знаю! Ну вот умею я это! От природы, понимаешь? Он поднялся с земли и выглядел очень задумчивым. Я прикоснулась к горлу и увидела кровь на пальцах, но, кажется, это просто лёгкая царапина. Вот урод, конечно… — А ты понимаешь, что природа не создавала ещё существ с негативной и позитивной энергией вместе? — И что?! Адам, ты не понял? Мне всё равно! — Ты глупая или как? Быть такого не может! — Ну блин, может! Или что, я не человек теперь? Меня в пробирке создали или что? Что ты, мать твою, хочешь этим сказать? Внезапно наш громкий спор нарушила гробовая тишина. Казалось, сейчас в его мозгу рушились все привычные вещи. Только спустя некоторое время он поднял какой-то обеспокоенный взгляд. — Лея, мне придётся рассказать это старейшинам. Так тебя за этим и прислали, умник. — А разве они этого не знали? — я ещё раз прикоснулась к ране, и на пальцах уже не было отпечатков крови. — Они думали, что твоя техника просто похожа на технику Ангела. Но это другое… — казалось, будто Адама пугает то, что он только что понял. Но я всё ещё не понимаю, почему он всё произносит так, будто это проблема. — Ну хорошо, — я пожала плечами, совершенно беззаботно ответив. Он же тяжело вздохнул, потирая виски. — Если бы хорошо… Ладно, мы закончили. Можешь идти, я позвоню и скажу, какой у тебя уровень. — А что, сейчас не можешь? — Говорил же, надо обсудить со старейшинами. Он показал знак креста куда-то в сторону деревьев, и через мгновение сзади меня раздался громкий голос: — Адам, берегись сегодня ночью лезвия у горла, — Годжо схватил меня за плечи, но его колючий взгляд был направлен только на Адама. Кажется, меня больше не пугают такие его внезапные появления. А вот угрозы — да, хотя они даже не в мою сторону направлены. Но звучит так устрашающе, что тут любой испугается. Выдохнув, замечаю, что Адам странно поглядывает на нас с Годжо. — Чего ты так её оберегаешь? Вы что, встречаетесь? — с лёгкой усмешкой спрашивает он. Пара секунд полной тишины, и… — Да! — Нет! Мы с Годжо резко поворачиваем головы друг на друга, с вопросом глядя прямо в глаза. — С фига ли да? — спрашиваю я, складывая руки на груди. — С фига ли нет? — прищуривая глаза, делает он тоже самое. — Я вообще-то ещё не давала официального согласия и то, о чём утром мы говорили… — Та-а-ак, короче, понятно, я пошёл! Разберитесь и потом отвечайте, пока! — Адам лениво помахал рукой и закатив глаза, ушёл в закат. Наблюдая, как неспешно удаляется высокая фигура мужчины, я жду, пока он уйдёт на достаточное расстояние, чтобы не слышать нас. — Зачем ты так сказал? — я смотрю на Годжо снизу вверх, ожидая нормального объяснения. — Пусть знает, — лениво протягивает Сатору. — Ты ревнуешь? — Годжо ничего не ответил, отведя взгляд. Серьёзно что ли? — а кто сказал, что не будет представлять меня своей девушкой, потому что это якобы может навредить мне и тому подобный бред? — Похоже, нас всё равно ждёт много проблем, поэтому намного хуже не станет от того, что все будут знать, что мы встречаемся. — Мы ещё не встречаемся. — Ещё нет, но будем. — Ты так уверен, что я приму решение в твою пользу? Годжо ухмыльнулся. — Уверен. Пф. Как всегда. Внезапно у меня зазвонил телефон. Прочитав имя звонящего, моё сердце заколотилось в несколько раз быстрее. Глубокий вдох, всё отлично, Лея, не переживай так, это всего лишь Акио. — Да? — осторожно поднимаю трубку. — Пойдём прогуляемся? — в привычном спокойном голосе, проскальзывает отчётливое уныние. Я сильнее сжимаю телефон, прокручивая в голове события вчерашнего вечера. Градус напряжения с каждой секундой моего промедления растёт, пока я пытаюсь вымолвить из себя хоть слово. — Лея, ты тут? — А, да! — резко и громко проговариваю, но потом осекаюсь. — Куда пойдём, во сколько? — Около станции Эбису в торговом центре, мы там бывали часто, когда в школу ходили ещё, в три часа. Я посмотрела на экран телефона и отметила, что успею добраться, если поспешу. — Хорошо, до встречи, — я уже было хотела сбросить звонок, но мне будто не хватало чего-то. Как будто между нами повисла недосказанность, которую мне хотелось устранить. — Акио, я хотела сказать… Но слова будто пропали. Из головы вылетели все мысли. Я замолчала, так и не договорив. Послышался тяжёлый вздох из динамика. — Обсудим всё, когда встретимся, — он быстро сбросил трубку. Когда Годжо дотронулся до моего плеча, я отреагировала не сразу. Несколько секунд после звонка я пялилась в одну точку, чувствуя полное опустошение. — Лея, — Сатору прижал меня к себе и мне понадобилось некоторое время, чтобы прийти в себя и успокоиться, пока слёзы не начали литься, как из ведра. Я мягко отстранилась от парня, снимая чехол с оружием и подавая его парню. Внезапно, вместо того, чтобы принять его, он оттолкнул его вновь ко мне. — Лучше пусть будет у тебя. — Я бы с радостью носила его везде, но у меня же нет разрешения. И денег нет, чтобы платить штраф, — настойчиво подала чехол в руки Годжо. — Подержи у себя, пожалуйста. — Подожди секунду, — Сатору как-то хитро улыбнулся и поднял указательный палец. — Сейчас вернусь. Через миг вместо Годжо я наблюдала полную пустоту. Лишь пыль с земли поднялась, показывая, что секунду назад здесь кто-то был. — И куда он… — шёпотом пробормотала себе под нос. Вздохнув, я собиралась развернуться и потопать к станции, но Годжо появился вновь. Опоздал на пару секунд. В руках он держал небольшую бумагу, похожую на какой-то документ. — Только не говори, что это разрешение. — Оно самое! — Но… — я подошла ближе и взяла в руки бумагу, читая своё имя на ней. — Как?! Когда успел? — Решил, что оно тебе понадобится, и после нашей поездки в Лондон оформил. А вот как… У меня свои связи, — я улыбнулась и бросилась в объятия парня, крепко прижимая его к себе. — Ой, ты мне щас все внутренности сдавишь! Я заливисто засмеялась, и, пропуская большую ладонь сквозь мои мягкие белоснежные локоны, Годжо увлёкся разглядыванием моей реакции. Не сумев противиться желанию, он притягивает моё лицо ближе к себе и впивается в губы настойчивым поцелуем. — Всё будет хорошо, — он медленно отстраняется и смотрит мне в глаза, ожидая ответа, — поняла? Растерянно метая взгляд по лицу Годжо, я усердно думаю над ответом. Если он верит, что всё будет хорошо, ладно, его право. Мне же сложно поверить в это… Я беру его за руку и слегка грустно улыбаюсь. — Раз ты так говоришь… То я тебе поверю. *** Поднявшись по эскалатору на третий этаж, я зашла в небольшой отдел со всякими безделушками. Разглядывая яркую коробку с различными сувенирами, так увлеклась, что не сразу услышала голос друга. Обернулась и заметила, что он встал рядом, тоже рассматривая товары. — А помнишь, как ты однажды упёрла такую же упаковку конфет на спор? — он тычет пальцем в небольшую коробку сладостей. — Тсс! — я затыкаю ему рот. — А вдруг кто-то услышит? — Воришка мелкая, — он смеётся и убирает мою руку ото рта. Я слегка стучу ему по груди, демонстративно фыркая и собираясь идти в сторону выхода. Он моментально реагирует, направляясь за мной. — Куда пойдём? — спрашиваю, сворачивая к эскалатору. — Может, прогуляемся до нашей старшей школы? — Ты что, издеваешься? — шокированная, смотрю на него. — Это же больше трёх километров топать. — Ну, мы не спешим, — он мягко, но широко улыбается, и на его щеках появляются ямочки. Я вымученно стону, но соглашаюсь. Мы довольно долго шли в тишине, каждый думая о своём и собираясь с мыслями. В миг отбросив ненужные раздумья, я останавливаюсь посреди узкой безлюдной улочки между высокими зданиями и перевожу цепкий взгляд на друга. Он, повторяя за мной, останавливается и с вопросом глядит на меня. — Чего? Сжимая губы, я тереблю лямку чехла и опускаю взгляд под ноги. — Акио… — вдыхаю всей грудью. — Поверь, мне очень хочется поехать с тобой. Я действительно подумывала уехать из Японии и не раз. — Лея, я знаю... — Постой, — намеренно перебиваю его. — Если хочешь сказать, что ты всё понимаешь и так далее, то не нужно. Я же знаю, что у тебя всё равно есть какие-то небольшие чувства обиды. У меня они тоже есть. — Он ничего не говорит, молча соглашаясь со мной. — Но также мы оба знаем, что не должны такое испытывать, и что на самом деле не виним друг друга, так? Друг кивает. — Конечно, — Акио нервно проводит рукой по волосам, — если честно, то больше злюсь на себя. Я бросаю тебя, хотя обещал никогда не оставлять. Думаю, мне не стоит уезжать… — Нет! — я подхожу к нему ближе. — Это твоя мечта! Не смей оставлять её из-за меня! — Лея, ты мне дороже этой мечты, — он кладёт руки на мои плечи, — найду другую работу, если что. Как же мне чертовски сильно хочется согласиться с ним. Но я не могу быть эгоисткой. — Ты не представляешь, как сильно я люблю тебя и дорожу тобой. Хочу, чтобы ты был счастлив. Если эта работа исполнит твою мечту, если ты станешь по-настоящему счастливым там, то езжай и не думай. Мы в любом случае останемся лучшими друзьями. Сильные ладони притягивают меня к себе, и я зарываюсь в грудь Акио, сдерживая подступающие слёзы. Всё будет хорошо. Обязательно. Чувствуя, что мне уже не хватает воздуха, я поворачиваю голову и смотрю в сторону главной улицы. Моё сердце замирает. Резко оторвавшись от объятий, я ошарашенно смотрю, как за домом один за одним скрываются фигуры проклятий. Из кафе.