Ретроградные планеты

      1-е Января.

***

Действие рождает противодействие.

      Наверно, самое сложное, что только можно было придумать в нашем мире, так это умение ждать и выжидать нужного момента. Зачастую люди торопятся с выводами, со словами, с действиями. Забывая, какой силой может владеть тот или иной «бумеранг». Третий закон Ньютона: закон равенства действия и противодействия. Действие рождает противодействие. Антон физику со школьной поры ненавидит. Жизнь - не череда законов, которые можно доказать, и на примере математических задачек решить, как арифметическое неравенство. В жизни же всё иначе, сложнее.

В ней сразу несколько неизвестных, возведённых в свою степень.

      Осторожно пробираясь вглубь квартиры, девушка не обращает внимания на подвыпивших. Ею движет одна цель: найти подругу, сказать ей, что уходит, и как можно скорее покинуть это злачное место. С рациональной стороны брюнетка отдавала себе отчёт, что Антон не собирался в чём-то признаваться, или делиться новостями с «любовного фронта», но с другой, более женской точки зрения, недоверие Шастуна бесило и выводило чувство любопытства на запредельные уровни.       Пройдя метеором по всей квартире, девушка застаёт Оксану сидящей на кухонном диванчике. Здесь намного тише чем в комнате, где гвалт студентов, музыка и шутки из телевизора слились в единый поток. Заприметив Литовскую, та оживляется и приподнимает бокал, с чем-то отдалённо напоминающим шампанское, доброжелательно улыбаясь. Брюнетка не сопротивляется, присаживается рядом, поджимая ноги под себя.       — Давай я попробую угадать: Антон ушёл, просил предупредить, и вот — ты здесь!       — Я не посыльный, но чувствую себя именно так. — обиженно отвечает Катя, осматривая кухню заинтересованным взглядом, словно находится здесь впервые. В полумраке помещение действительно выглядит иначе, все чувства обостряются, воображение дорисовывает какие-то тени на стенах и полу, мерещатся звуки шагов по старым паркетным доскам.       — Так я и не говорю, что ты посыльный. — ворчит Оксана, — Просто в сложившейся ситуации, это выглядит именно так. — слегка ухмыляется — Вот же гад, — вальяжно откидываясь на спинку дивана, протягивает та, чуть отпивает из бокала содержимое, замечая некое замешательство в глазах собеседницы. — Сообщение просила написать, если надумает удрать, а он его через тебя передал.       — Обеих переиграл. — улыбаясь, произносит Литовская, но быстро собирается с мыслями. — Я, собственно, по той же причине пришла...       — Тоже на свидание сбегаешь? — с этих слов Катя морщится и пихает приятельницу в бок. — Ладно уж, отпускаю! Остаюсь в гордом одиночестве среди этого шапито. — отшучивается Суркова, делая новый глоток спиртного. — Но я бы на твоём месте не спешила с выводами, присмотрись к окружению, вдруг кто приглянется.       — Давай пробежимся по кандидатам: Антон — безумно встрескавшийся в куратора; — заговорчески отзывается брюнетка, — Стас — не в состоянии различить Чашу от Кубков; Сергей — бегающий за тобой — Суркова при упоминании армянина переводит глаза на окно, игнорируя прямой взгляд. — Вот и получается, что намного проще быть со своими «тараканами», чем уживаться с чужими.       — Почему же ты не рассмотрела Диму? — голос ровный, словно Оксана и не пила вовсе, а так, игралась — Приятный человек, думаю, вам есть о чём поговорить, и я бы не сказала, что его «тараканы» тебе противны. — приподняв уголки губ, девушка возвращает взгляд на задумчивое лицо собеседницы, внимательно следит за меняющимися эмоциями Литовской и победно улыбается, когда замечает, что глаза брюнетки начинают отражать замешательство.       — Всё просто, — поднимаясь на ноги, отзывается та, — наши взгляды может и встречаются, но расходятся так же стремительно, даже не имея шанса на то, чтобы продолжить путь вдвоём, — наспех проговаривает брюнетка и, повернувшись лицом по направлению к выходу, встречается взглядом с Позовым, который, по всей видимости, зашёл на кухню за очередной бутылкой спиртного. — увидимся как-нибудь потом, Оксан.

***

      Вы пытались встать настолько рано утром, чтобы застать момент полного отсутствия людей? Питер тоже может быть опустевшим, словно застывшим во временной петле. Тут не то что люди не ходят, здесь их вообще нет. Раз в сорок минут может проехать заплутавший автомобиль и вновь тишина.       Не гнетущая. Наоборот. Временами такая необходимая для этого города, чтобы успокоить его «вечный двигатель», дать передохнуть, привести в чувство. Шатен уже битый час, переставляя ногу за ногу, бредёт в этом застывшем мире. Идёт по-наитию, сам же где-то далеко, душой всё ещё с брюнетом, сердцем в воспоминаниях, мыслями далеко за орбитой.

Он просто счастлив.

      Как сложно отпускать минуты счастья? Просто невероятно. Антон благодарен судьбе. Он вытянул счастливый билет в Питер, который наградил его знакомством с неугомонным Матвиенко, предусмотрительным Позовым, трудолюбивой Сурковой, интригующей Кузнецовой, задумчивой Литовской и наконец, недоступным куратором, который перестал быть «обычным» человеком в жизни Шастуна. И как бы тяжело это не было признавать, но после этой ночи шатен вовсе перестал сомневаться в собственной заинтересованности французом. Арсений был тем самым человеком, за которым хотелось наблюдать, слушать его голос, следить за меняющимся цветом глаз и расплываться в улыбке, когда брюнет переходил на французский.       Пугало в этой складывающейся истории одно: Арсений часто менял своё мнение и отношению к шатену, буквально за долю секунды. Утверждать, что и сейчас брюнет был честен, как нырять в омут с головой. Антон бы и счастлив окунуться полностью, даже захлебнуться, только вот никакой уверенности в том, что самому Попову это нужно, и мужчина был готов пойти на подобные «жертвы», так и не появилось.       Прощание с Арсением вышло каким-то смазанным. А точнее, Антон просто сбежал под предлогом срочного дела. Срочное дело, с самого раннего утра, «в понедельник», звучит как самая глупая отговорка в жизни, но иной у шатена не было. Шастун терялся, находясь так близко к куратору, стирались и рамки дозволенного, прикосновения становились обычным делом, и парень был готов продать всё на свете, лишь бы остаться на этой чёртовой Миллионной улице под мягкой подсветкой, падающей от Эрмитажа.       — Хватит уже мечтать, — недовольное ворчание доносится до слуха, когда юноша заворачивает уже на привычную улочку, которая в рассветной дымке казалась совсем невзрачной, словно являлась проходом в параллельный мир, — ты здесь студент, а он простой преподаватель. Вас ничего не связывает. Ну помог он тебе в этот раз, и что? Из жалости-то и помог, больно нужен ему студент-неудачник, который не способен даже беседу поддержать, — слишком издевательский тон, слишком правдиво, слишком сильно бьёт по самооценке, только Антон продолжает идти привычным путём, игнорируя голос. — Остановись уже, у него нет причин отвечать тебе взаимностью. Нет их. Это называется жизнь. Ты вообще слышишь меня?       — Слышу, — отзывается парень, — только пока не оттолкнёт, не поверю. — чётко произносит Антон и резко разворачивается на сто восемьдесят градусов. — Как и тебе не верю! — в полный голос кричит тот и сразу же пугается от настойчивости собственного голоса, ведь кричит в пустоту.

Позади него никого нет.

***

      В квартиру Шастун попадает не с первого раза, для начала парень решается утолить собственную табачную потребность. Он сохранил ту упаковку сигарет, на которой красуется номер Попова, и в ней до сих пор лежат те нетронутые три сигареты, Антон их не тронет, он пообещал их сохранить, а значит обещание он своё сдержит любым образом. Кассирша долго рассматривала первого «выжившего», который смог вытащить собственное тело из дома, однако когда поняла, что это всё было ради пачки сигарет изобразила гримасу разочарования и, закатив глаза, рассчитала юношу.       Сидя на низком заборчике для палисадников перед дверью парадной, Антон вновь прокручивал в голове последнее стихотворение, которое слышал от Арсения. Оно отличалось от остальных. Было в нём что-то совсем неземное, сокрытое от основной массы людей двойным дном, замаскированное под классические речевые обороты русских поэтов, но Шастун это чувствовал. Он хотел бы в это верить. Верить в то, что не сходит с ума, и что кричит в пустоту не напрасно.       — Витаешь в облаках? — подходя к первокурснику, поинтересовался Позов, присаживаясь рядом.       — Типо того. — отшучивается Антон, запуская руку в карман пуховика и протягивая приятелю новые сигареты. — А ты чего так рано поднялся, или же совсем угомониться не смогли?       Дима жмурится от слишком громкого голоса шатена и вытаскивает сигарету из предложенной пачки, моментально подпалив её кончик зажигалкой.       — В том-то и дело, — начинает второкурсник, — ты ушёл и как-то тише стало, Кузнецова на подоконнике зависала с подружками, — задумчиво тянет парень, — Стас ругался на новогодний «Голубой огонёк», выглядело, конечно, забавно, но слишком быстро закончилось, представь себе — Дима сделал максимально подвыпивший голос, пытаясь изобразить мимику Шеминова, — «Да лучше бы клоунов заказали, у них хоть шутки заготовлены на год вперёд». — процитировав услышанные слова от старшекурсника, Позов замахал свободной рукой, словно у того случился припадок, чем вызвал непроизвольную улыбку со стороны Антона.       — Не повезло, не смог бы такое шоу пропустить. — отпихивая от себя Диму, шатен замечает, как приятель меняется, и в его взгляде поселяется какая-то еле уловимая грусть — Ну, а Катя наверху ещё? — Позов отрицательно мотает головой.       — Уехала. — делая затяжку, проговаривает тот и, приподняв голову, выпускает всё, что скопилось в лёгких. Шастун выуживает телефон и проверяет смс-ку. Она всё ещё висит непрочитанной, словно отправилась парой минут ранее. — Ты же дольше всех нас знаешь её? — Шастун уверенно кивает. Не сказать, что знает, но общается точно уж поболее. — Неужели она вечно такая… — Позов замолкает, когда чувствует на себе неоднозначный взгляд антоновских зелёных глаз. — Забудь, спать хочу, вот и несу всякую hérésie.       — Она внимательна к деталям, — пожимая плечами отзывается Антон, словно не считает это чем-то тайным или недоступным для мира, — внимательна к окружающим, придирчива, может даже чересчур ворчлива — на лице Шастуна появляется добрая ухмылка, и тот отбрасывает в сторону окурок, — но это самый преданный человек из всех, кого я встречал. — поднимаясь на ноги, подытоживает парень. — Как ты сказал перед моим уходом, «Ты лишился королевы.», так вот если это так, то я последний идиот, потому что второй такой я не смогу найти.       Дима как-то механически кивает, поднимаясь вслед за другом, отбрасывает бычок в сторону и семенит по следам юноши, скрываясь от поднимающегося ветра в тепле парадной, пропадая в собственных мыслях. Антон же не совсем идиот. Все эти вопросы о личности его сменщицы, о том, что она за человек небеспочвенны, но влезать в чужие отношения он не готов, ему бы со своим клубком разобраться и только потом влезать в новый.

***

2-е Января.       — Ну ты запомнил? — обессиленно опускаясь между Серёжей и Антоном, протягивает Оксана, пристально следя за взглядом армянина. Серёжа лишь устало вздыхает и наигранно закатывает глаза, за что и получает тычок в бок от девушки. — Ты невыносим!       — Именно это и притягивает тебя, разве нет? — издевательски томно проговаривает Матвиенко, расплываясь в улыбке, на что одногруппница моментально заливается пурпурным румянцем, но собравшись с мыслями, расслабленно откидывается назад и оказывается головой на груди Антона.       — Что если нет? — оба смеются, так спокойно и абсолютно непринуждённо, что шатен теряется.       Конечно он не смог проигнорировать нарастающую химию между этими двумя, но после своего Новогоднего променада по Питеру с Поповым парень начал взвешивать каждую фразу, что сам сказал или услышал от куратора.

Вы 17:21

Арсений Сергеевич, а как на французском будет малахит?

А.С.П. 17:22 По-аналогии с английским, но окончание мягкое — malachite.       От этих строк вновь сквозит холодом и противным расстоянием между человеческими качествами. Рационализм и… И что-то более возвышенное, нежели простой холодный расчёт. Только брюнет явно возвёл вокруг себя непробиваемую стену из арматуры, а Антон? Он пытается достучаться, разбивая кулаки в кровь, но это ненормально, если с другой стороны нет отклика.       Шатен натянуто улыбается. Игнорирует редкие взгляды армянина в свой адрес и просто старается не выдать разочарования в двух малахитовых глазах. А ведь сам чёрт в этих глазах запутался.

Вы 17:29

Спасибо, запомню.

      Блокирует телефон и, поднимаясь на ноги, плетётся в сторону прихожей, игнорируя недовольное ворчание Сурковой. При парне теперь поселились две пачки сигарет. В первой символичные оставшиеся три штуки, и во второй — расходник на каждый день.       — Антон! — окликает одногруппника Оксана обеспокоенным голосом — Ты если хочешь о чём-то поговорить, мы всегда выслушаем — Матвиенко только утвердительно кивает, хоть и знает, Шастун не станет трепаться, пока крышу полностью не сорвёт, пока уровень безнадёги не достигнет своего апогея.       Так уже было.       Так продолжается до сих пор.       — Да тут говорить не о чем, — отмахивается юноша — не горю желанием пересматривать одну и ту же франшизу по сотому кругу.       — С какой-то стороны это классика. — настойчивее отзывается Суркова.       — Классика — Джимм Керри в главной роли. — огрызается Антон и скрывается в смежной комнате, услышав только недовольное ворчание от Сергея, что-то на подобии «Открой форточку, зима за окном всё же».

**

      Только курить Шастун не собирается. Он давненько не брал в руки карандаша. Давно не делал нелепых набросков, не рисовал серые многоэтажки, не зарисовывал фрагменты из жизни, а сейчас и вовсе со всеми экзаменами забыл о своей страсти. Страсти к людским эмоциям. Парень прекрасно помнит глубину взгляда француза, который с таким трепетом ещё вчера согревал ему пальцы, кутал их от Питерской стужи, возможно игнорировал не комфортную температуру для самого себя, но не желал отпустить руки студента.        На фоне ослепительно белого покрова, лежавшего на кровлях, и даже не столь белоснежного — лежавшего на земле, стены домов казались сумрачными, а окна — и того еще сумрачнее и темнее. Тяжелые колеса проезжающих машин оставляли в снегу глубокие колеи, а на перекрестках больших Петербургских проспектов эти колеи, скрещиваясь сотни раз, образовали в густом тёмно-коричневом крошеве талого снега сложную сеть каналов, наполненных ледяной водой. Небо, как обычно, хмурое, нависало над городом, угрожающе поглядывало за головами горожан, придавая их лицам ещё более болезненно-серый оттенок. То и дело грозилось выплеснуть на проспекты, улицы и проулки весь скопившейся снег, и улицы тонули в пепельно-грязной мгле, похожей не то на изморозь, не то на пар оседавшей на землю темной, как сажа, росой.       Словом, ни сам город, ни климат не располагали особо к веселью, и тем не менее на улицах было весело, — так весело, как не бывает, пожалуй, даже в самый погожий летний день, когда солнце светит так ярко, и воздух так свеж и чист. Антон в этом мире был похож на случайного странника, который забрёл по чьей-то глупой и не очень удачной шутке. Ему всегда говорили, что он мог превратить самый непогожий день в праздник, только сейчас и был тот самый «праздник», а на душе у шатена было настолько омерзительно пусто, что хотелось кричать от безысходности, но разве кто услышит?

2 Января

Литва 20:41 Все мы идиоты.       Сообщение с номера сменщицы приходит как-то слишком неожиданно, от чего парень даже шарахается.

Вы 20:46

Неужели потеря нашлась

Литва 20:48 Скорее уж потерялась полностью.

Вы 20:49

Это как-то связанно с вчерашним вечером?

Литва 20:53 Нет. Как в итоге твоя прогулка, доволен?

«ушла от расспросов о себе, умно. Десять очков, Слизерин.»

Вы 20:56

Запутался. В голове какая-то неразбериха.

С одной стороны так много вопросов, только когда вспоминаю, кому я хочу задать эти вопросы — резкая пустота.

Словно и поговорить не о чем.

      Сообщение вновь помечается двумя серыми безжизненными галочками и повисает в виртуальном пространстве, как нечто забытое и никому не нужное. Парень уже привык к такому, но телефон вновь внезапно дёргается, оповещая владельца об уведомлении.

«Видео-звонок»

      Неуверенным движением Шастун принимает вызов и видит перед собой совсем непривычную, для себя, девушку. Тёмные волосы брюнетки наспех собраны в небольшой пучок, глаза не подведены карандашом, угольные ресницы не выглядят чернее тучи, да и глаза не обрамлённые лисьими стрелками не кажутся такими зловещими. На плечах сменщицы накинут махровый плед, в который девушка пытается завернуться ещё сильнее, скрывая все конечности.       — Не думал же ты, что я собиралась краситься только ради того, чтобы поговорить по видеосвязи? — заметив удивление в глазах Шастуна протягивает Литовская и парень расслабляется. Это все та же девушка из кофейни, с едким нравом, подвешенным языком и колкими шуточками. Только сейчас она настоящая, без грима и ненужного металла.       — Видеть бы тебя такой красивой всегда. — задумчиво произносит Антон и, когда видит откровенно шокированную сменщицу, резко мотает головой — Не в том плане, что обычно ты некрасивая, просто естественная красота она же лучше, — наспех проговаривает шатен — она притягивает и располагает к себе всех. — неловкость этого момента бьёт все рекорды и Шастун замолкает, когда слышит смешки напарницы.       — Антошенька, ты такой забавный мальчик, особенно когда пытаешься быть честным. — беззлобно хохоча, выговаривает брюнетка и устремляет взгляд на парня, что смотрит на неё через экран. — Давай будем смотреть правде в лицо, притягивать… — она делает театральную паузу, прищуриваясь словно пантера на охоте, — и тем более располагать к себе, я не намерена.       — Жизнь так изменчива — чуть слышно хмыкает, но девушка спокойно выдерживает неоднозначный взгляд и лишь утвердительно кивает.       Они ещё долго говорят обо всём и ни о чём, касаются каждой темы, что только могут придумать, засиживаются до поздней ночи, вот так просто оказывается можно сидеть, говорить, слушать и чувствовать себя расслабленно. Только шатен знает: Катя это сестра, которая поддержит в трудную минуту, но к себе не подпустит ближе, чем на выстрел из арбалета, а юноша не сможет развидеть небесную синеву, не сможет изъять её из своего сердца, даже если это придётся сделать силком, он лучше откажется от этой жизни, нежели пойдёт против себя самого.       Всё стало куда проще. Если не будет возможности испытывать ненависть к себе.       — Кать, я никогда не спрашивал, — сменщица реагирует на эту фразу как-то остро и быстро меняется в лице, — но если я попрошу когда-нибудь, ты сможешь сделать расклад? — интересуется парень, когда уже не слышит посторонних звуков из соседней комнаты. Литовская кажется на секунду теряется, около минуты сидит перед экраном глупо хлопая ресницами, а Антон уже сам ругает себя за эту идею, но девушка срывается со своего места и пропадает из кадра на несколько мгновений, только по её возвращению шатен видит увесистую колоду карт.       — Неужели они все пригодятся?       — Это стандартная колода, из 78 карт. — коротко отвечает та и садится в прежнюю позу, перетасовывая карты. — Будь добр сейчас помолчать, хорошенько подумать, и только после этого задать интересующий тебя вопрос. — от чего-то Антону вся эта затея сейчас кажется абсурдной, лишённой достоверности, но ведь он сам попросил, а сейчас даёт заднюю?       Ну уж нет. Теперь движение только по встречной полосе.       — Есть ли между нами крупица взаимности? — шатену слова даются невероятно тяжело, всё что таится глубоко в душе рвётся наружу, но здравый человеческий рассудок одёргивает, каждый раз напоминая о внешнем мире, в котором оба живут, о социуме, который не примет никаких отличий, потому что:

» — В естественной среде обитания такого нет, а значит это неправильно! «.

      Кажется это понимают все вокруг, кроме самого Шастуна. Но наблюдая как сменщица сосредоточенно вытаскивала из колоды несколько карт юноша признавал и другую сторону истины:

» — Мир изменчив, что не нашло признания в прошлом, обретёт его в нынешнем «.

      — Задумался о чём-то? — спокойный голос подруги одёргивает из мира размышлений внезапно, притягивает назад, в реальность и Антон отрицательно машет головой. — Ну давай смотреть; — с хирургической осторожностью брюнетка переворачивает первую карту и её лицо озаряет улыбка — «Влюбленные», старший аркан, в прямом положении, не стоит говорить что тут попадание в бычье сердце? — шатен часто мотает головой и только ближе подсаживается к телефону, чтобы как можно лучше рассмотреть первую карту. — Карта отвечает за глубокие чувства между вами, за ответственность выбора, где правильный путь подсказывает голос сердца — девичий голос становится с каждым мгновением всё мягче, словно у неё это привычное состояние, точно Катя всегда говорит именно им. Антон же таким его слышал редко, а если такое и случалось, то явление было вызвано явно не гаданием.       — Как-то ты особенно относишься к картам и гаданию. — подмечает парень и удивляется моментальной смены лица сменщицы.       — Отвлечёшься ещё хоть на секунду, — угрожающе произносит девушка — узнаешь всю власть карт. — Шастун поднимает обе руки вверх всем своим видом показывая, что не хотел ничего сказать лишнего и просто подметил истину, но чайные глаза всё ещё недовольно глядят на него через экран телефона, а следом сменяются озорными чёртиками и девушка вновь лучезарно улыбается, словно ей поменяли настройки. — Вот и славно, идём дальше, — девичья рука тянется к следующей — этот вечер начинает мне нравится — томно произносит та и переворачивает лицевой стороной вторую карту — «Двойка кубков», младший аркан, прямое положение, Вы буквально с полуслова понимаете друг друга, в отношениях ощущается тепло, нежность, романтика… — девушка запинается, словно обдумывая что-то для себя, но потом монотонно проговаривает — Любовь.       — Так говоришь, словно это плохо. — обиженно произносит шатен.       — Это и не хорошо и не плохо, — откликается Литва разглядывая обе карты — просто «они» стоят рядом друг с другом и в этом есть что-то запредельное. — брюнетка одёргивает руку и открывает новую карту — «Десятка Жезлов» — улыбка с лица напарницы чуть спадает, но девушка старается говорить всё так же легко, словно от её слов зависит целый мир. А ведь так и есть, от её слов зависит целый карточный мир Антона который ещё только возводится, по крупицам, и так же как и сам юноша он очень хрупок. — Перевёрнутое положение.       — Что это значит? — на опережение интересуется Шаст чтобы Катя не успела «соскочить» с детализации, ведь той карта явно пришлась не по вкусу.       — В целом ничего дурного, — придавая голосу твёрдости выпаливает брюнетка, — просто будь внимательнее к своим поступкам. — взгляд девушки меняется, она словно игнорирует парня, не смотрит в камеру, сосредоточенно изучая рисунок Аркана. — И к нему приглядись. Гляди, к нам на огонёк заскочил «Рыцарь пентаклей», — отвлекаясь от предыдущей карты тараторит та указывая на новую карту, — Такая карта просто так не приходит, — довольно кивает и не скрывая кошачьей манеры жмурится от удовольствия, словно за окном не колючий январь, а самый настоящий март с его солнечными деньками, — ты можешь себя чувствовать, как за каменной стеной. Рыцарь живет в атмосфере постоянства, где его уважают и поддерживают, сама карта характеризуется обязательствами, ответственностью, доверием и терпением.       — Осталась последняя карта. — подмечает Антон поглядывая на последнюю рубашку карты которая скрывается от его взгляда, только на душе почему-то крайне неспокойно, и шатен ерзает на подоконнике, словно от знания что скрывается под красивой оболочкой ему станет легче. А станет ли?       Литовская поджимает губы, ведь ей и не нужно переворачивать эту карту лицевой стороной, чтобы узнать её наименование. За долгое время этой колоды брюнетка знала о каждом погнутом уголке, о каждой потёртости, о маленькой неровности, шероховатости, а свои «метки» и подавно заучивать не надо.       — Я скажу тебе лишь название этой карты. — чётко проговаривает девушка и поднимает уверенный взгляд на юношу, встречаясь с непониманием в его глазах.       — Это ещё почему?       — Не стоит знать всего, каждый в праве управлять своей жизнью, а не отдаваться «Судьбе». — спокойно отвечает Литовская и поднимает карту глядя на неё безразлично, холодные, практически стеклянные глаза сменщицы перестают проявлять интерес, возвращаясь к знакомому состоянию, в котором девушка представала каждый раз. — Это «Двойка мечей».       Брюнетка больше не произносит ни слова, убирает все карты в колоду и тасует её, вновь отгоняя от себя морок увиденного. Шастун лишь недоверчиво глядит за действиями подруги, выжидающе смотрит за ловкими движениями рук, ожидая, что та скажет хоть что-то, но девушка остаётся непреклонной и к картам более не возвращается. Говорит что-то о делах в кофейне, о том что нужно будет обязательно брать дополнительные смены, чтобы успеть накопить на заслуженный отпуск, вспоминает смешные ситуации с прошлого года, только парень в такие поверхностные разговоры не вслушивается. Ему всё ещё интересна пятая, неозвученная карта.       — Кать, - как-то рассеянно зовёт он девушку, на что слышится протяжное «ммм» с противоположной стороны — ты пробовала отключиться от мира? - слова сами по себе выстраиваются в предложение и Антон не с первого раза понимает, что своим вопросом возможно поставил подругу в неудобное положение.       — Если ты про наркотики, то нет - спустя какое-то время отвечает брюнетка разрывая обёрточную бумагу, — мне и антидепрессантов в своё время хватило. - голос девушки остаётся таким же ровным, словно она говорит о совершенно стандартных вещах — Антон, в них нет пользы, они бесполезны в большинстве случаев - замечая заинтересованные взгляды напарника талдычит та — и тебе не стоит даже задумываться на этот счёт.       Парень судорожно кивает в ответ, мол; услышал, понял, уяснил, только на грани подсознания загорается красная лампочка.

***

      Арсений долго ходит из угла в угол измеряя собственную квартиру шагами. Если бы кто-то ему сказал, что Питер вновь резко изменит его жизнь мужчина бы явно посмеялся над глупостью этой фразы, да и над глупцом, который допустил такую возможность.

Только сейчас глупец сам Попов.

      Когда он согласился вернуться в Россию его целью была лишь работа, передача собственного опыта юным дарованиям, обучение французскому. Только в его жизни резко появился Антон. Тот взъерошенный мальчишка, что бесцеремонно разглядывал его в первый же день. Изначально, брюнет даже готов был поверить, что это не более чем случайность, но узнав что в группе, которую ему выделили под руководство, обучается этот самый мальчуган разум снесло напрочь.       Антон в начале года был взбалмошным, гиперактивным, на лекциях присутствовал в основном ради галочки, язвил, но даже с таким набором отрицательных качеств к работе относился со всей ответственностью и что хуже, своими чёртовыми блестящими изумрудами манил к себе. Брюнет на работе отношения не терпел - брезговал. Но видимо так сложилась судьба: человек, что предназначен ему свыше он повстречал именно на работе. Антон стал частью личных проблем Попова. Словно чёрная дыра, посреди открытого космоса; бермудский треугольник в эпицентре Атлантического океана, кровоточащая рана в глубине здорового организма, и тот всячески пытался огородить шатена от возможных нападок со стороны совета, отравляя себя изнутри.       При каждом удобном случае мужчина старался хоть как-то поддержать, взбодрить, заставить того улыбнуться, ведь улыбка этого парня освещала всё вокруг, она была настоящей и настолько заряженной солнцем, что превращала любой день в праздник. Личное светило для брюнета носило скверный характер, имело дурную привычку к табаку и награждалось способностями видеть в плохом «сегодня», надежду на лучшее «завтра».       Только Антон к себе подпускать не спешил. С каждым разом когда казалось, что между ними появляется что-то похожее на доверие, моментально возводил вокруг себя непроходимую стену из терновника и прятал от всех глаз настоящего себя. Вписывал в рамки общества, отталкивал, оставлял посреди темноты и не отзывался. Арсений понимал: чем сильнее он будет привязываться к студенту, тем больнее сделает самому себе, ведь пробраться сквозь терновник, в одиночку, без шрамов невозможно.       Попов заваливается на диван, подкладывает одну руку под голову и утыкается в потолок. Такое себе время препровождения, но сейчас ему совершенно не хочется что-либо делать. Голова забита дурными мыслями, в груди сжимается глухой вакуум. Все свободные вечера импровизированного отпуска тратит на то, чтобы понять логику Шастуна. С одной стороны его и правда можно понять. Если парень действительно во что-то вляпался, если есть какие-то чувства, то ясное дело, что он будет сторониться Арса, действовать тому на нервы, доводить своими выходками, но всему есть предел. Никто из нас не вечен, однажды крышу может сорвать полностью и бесповоротно и кто знает, что может взбрести в голову. Брюнет прекрасно знает это состояние: потерянность, паника, страх. Тем более страшно осознавать свои чувства к парню, если ты сам парень.       Арсений о себе знает одно.       Но он привык принимать удары.       Поэтому и сейчас сможет стерпеть многое.       Многое, но не всё.

Главное вновь увидеть солнце в середине грязно серого января.