Хочу нормального мужика!

      Обито, затягиваясь, не сразу замечает приближение Сенджу. Тобирама отряхивает себя от пыли, пороха и гари, цепко оглядывает племянника Мадары, потом округу, потом тело Конан. И только после этого позволяет себе усмехнуться.       - Неплохо.       У Учихи сил хватает лишь молча кивнуть на это и принять протянутую руку, поднимаясь. Обезболивающее, которым он себя накачал утром, начало отпускать. Огнём казалось горит всё тело, травмированное плечо, ноги и челюсть, по которой хорошо врезала Конан. Наверняка на лице уже наливается синяк. Пустое, впрочем - с его шрамами он явно не бросается в глаза, так что плевать.       Учиха хмурится, по привычке проводя пальцами по лицу. Столько лет прошло, спустя бесчисленное количество операций ему пора бы и смириться, но нет. Шрамы ощущаются как нечто инородное, неправильное, отвратительное.       Когда он ловит заинтересованный взгляд Тобирамы, тут же убирает руку. Отвечать на явно зреющий вопрос, откуда это счастье появилось, ему совсем не хочется. Обито молча направляется к выходу из города. Сенджу же переключает свое внимание на главу Индры, чью фигуру успевает разглядеть вдали. Мадара подпирает спиной угол дома, где совсем недавно в последний путь отправила Нагато. Взгляд её рассеян, поэтому женщина не замечает подходящих Обито и Тобираму. Гаркающий голос последнего заставляет её вздрогнуть.       - Присматриваешь место для могил? Или размышляешь, кого ещё грохнуть?       - Думаю, тебя. Как раз есть пара лишних минут, пока твоего брата нет рядом. - Учиха показательно вертит в пальцах пистолет с разряженной обоймой. Догадывается ли об этом Сенджу? Судя по ехидному лицу, просящему кирпича, нет, но возможность получить пулю в лоб его не смущает.       - Думаю, трупов на сегодня достаточно, - глава Ашуры призраком появляется между ними, тут же забирая оружие. Мадара поджимает губы. Тобирама почти незаметно закатывает глаза. Может, сказалась усталость, но продолжать конфликт никто не хочет. Пацифизм Хаширамы со скрипом, но был принят. Трупов и правда более чем достаточно. Учиха понимает это, когда они идут к выходу из города, перешагивая и обходя тела наёмников. Она перестаёт мысленно считать их, когда число переваливает за двухзначное. Акацки положили все силы, что бы противостоять им. Пусть не получилось, но масштабы всё равно пугают.       Дойдя до края города, где уже не было даже прохудившихся домишек, Сенджу достаёт из кармана телефон. Каварама отвечает через пару гудков.       - Мы закончили, уезжай домой. Встретимся в резиденции.       Хаширама не ждёт ответа. Говорит на выдохе, почти сразу скидывая звонок. В его голове проигрываются десятки сценариев будоражащего разговора, который необходимо как-то начать. Они разобрались с Акацки, а, значит, теперь ему нужно все обсудить с Мадарой. Но глава Индры, судя по всему, не настроена на диалог. Она молча идёт к своей машине, одним движением распуская высокий хвост - волосы тут же падают тяжелым покрывалом на плечи. Не обращает внимания ни на Кагами, ни, уж тем более, на Узумаки, которая отчего-то притихла. Мито сидит на капоте машины, обхватив себя за плечи, и выглядит напуганной. Учиха понятия не имеет, что произошло, но спрашивать об этом точно не станет.       Полтора часа назад       Окрестности Амегакурэ       Мито смотрит вслед Мадаре с Хаширамой и старательно подавляет подступившую тревогу. Все вернутся целыми и живыми, они просто обязаны вернуться, верно? Возможно, более нервными, чем сейчас, но не сильно раздражённее обычного уж точно. Всё одно будут грызться, и не важно, почему - было бы желание, причина найдётся.       Главное, чтобы было, кому и на кого ругаться.       Мито качает головой и скашивает взгляд на старшего брата Мадары. Слова, прежде чем привлечь его внимание, подбирает осторожно:       - Спасибо, что остался вместе со мной здесь, - она переходит на "ты" достаточно легко, пренебрегая разницей в статусе и возрасте. Да и зачем нужны уважительные обращения, когда они уже переспали?       Или лишь она так считает. Кагами, стоит ей заговорить, оборачивается к ней голову, всем видом показывая, что внимательно слушает. Но отвечает будто бы незаинтересованно, намерено держа дистанцию.       - Я лишь посчитал, что советнице, чья жизнь состоит из переговоров и сделок, там делать нечего. Разве я не прав, госпожа Узумаки?       Мито морщится. Кагами, впрочем, и бровью не ведёт.       - Прав, конечно. Но разве именно ты должен был остаться? Есть же Мадара или Обито. Можно было отправить меня к Изуне или Итаме, в конце концов, - женщина не теряет времени: её тонкие пальцы тянутся к его костюму, проходятся по плечам, почти обнимая. Мужчина сохраняет спокойствие. На его губах, как и прежде, мягкая улыбка. С такой обычно смотрят на детей, удумавших капризничать из-за игрушки или услышавших чёткое "нет".       - Думаю, если у моей сестры что-то пойдёт не по плану, рядом с вами должен быть человек, который умеет держать в руках оружие, - Учиха позволяет ей притянуть себя ближе и даже обвить шею руками. Может, и зря - горячее дыхание тут же обжигает ему кожу под ухом, и догадаться о дальнейших намерениях госпожи Узумаки нетрудно: ещё пара фраз, совсем немного заигрывающих улыбок, и его за ворот рубашки утянут на себя. Вот только секс на капоте автомобиля в его сегодняшние планы уж точно не входит, а, значит, главную советницу Водоворота нужно вернуть из мира грез на землю.       - Может, ты не в курсе, но я умею стрелять, - Мито говорит обманчиво-ласково, зарываясь пальцами в его тёмные кудри. Усмешки на губах Учихи она не видит, и потому не понимает, что сама же дала повод быстро оборвать поползновения.       - О, я в курсе. И о том, что вы умеете стрелять, и даже о том, как стали главной советницей в Водовороте.       Мито отдергивает руки в одну секунду. Дышать выходить с трудом, она замирает на месте. Укол... неожиданный и болезненный, стоит признать. Приложи сейчас Кагами руку к её груди, услышит громкий испуганный стук сердца - ещё немного, и её начнёт трясти.       Чёртов Учиха выжидает, наслаждаясь получившимся эффектом, и лишь удостоверившись, что его поняли правильно, продолжает:       - Менять состав совета для новых глав не запрещено, но вы же стали главным советником намного раньше, чем Наруто стала главой города. Более того, она ведь и не должна ей быть.       - Откуда ты... - голос Узумаки подводит её - хриплый, дрожащий, совсем неподобаеющий уверенной советнице. Он не может даже закончить фразу, отчего замолкает, не договорив. Старший брат Мадары расслабленно садится рядом, всем видом излучая миролюбие.       Где-то вдали слышатся звуки выстрелов, но Мито не обращает на них внимание, вперившись взглядом в мужчину напротив.       - Учитывая специфику моей работы, мне иногда приходилось видеться с главами городов. С Кагуей и бывшим её главным советником я был знаком лично. И вот в какой-то момент он исчез. Для правительства новость была незначительной, советники меняются постоянно, это не было чем-то из ряда вон выходящим. Не было нужны вмешиваться, но мне было интересно.       Темные глаза Кагами всё это время следят за Мито, подмечая, как ту пробивает дрожь. Как ладони сжимаются в кулаки. Как она, нервничая, прикусывает губы.       - Отправив пару раз информаторов и получив новости о том, что в Водовороте глава по-прежнему Кагуя, я стал присматриваться к городу внимательнее. Выяснилось, что в маленьком и относительно тихом для всей страны городе в один момент произошло столько событий, что Водоворот ещё долго приходил в себя. В одну ночь жениха Кагуи застреливают в собственном доме, в совете неожиданно исчезают несколько довольно видных людей, да еще и от бюджета города будто в насмешку остаётся горстка мелочи. Кагуя была гордой, ты и сама знаешь. Заключив множество союзов, помощь она принимала только от Ашуры. Благодаря братцам Сенджу убийц жениха находят за пару дней, да и потерянные деньги - тоже. Чудно, не правда ли? Вот только о советниках так ничего и не узнали.       Мито отводит глаза, сцепляя ладони в замок. Но не прерывает, позволяет закончить. Слушая тихий голос, она в полной мере на собственной шкуре осознает то неприятное чувство тревоги, о котором предупреждала Мадара. И вроде вся речь не направлена на то, чтобы напугать её, но в груди отчетливо разрастается чувство приближающейся опасности. Когда твои же секреты выплёвывают тебе в лицо как нечто незначительное, это страшно. Вот, мол, держи, это то, что ты пыталась похоронить и забыть как страшный сын. Ты уронила.       Мито боится поднять глаза даже когда ощущает чужое ласковое прикосновение. Кагами одной ладонью накрывает её руки, как ни в чём не бывало продолжая:       - Ашуна не был слишком старым и мог ещё долго работать в совете. И несмотря на то, что с Кагуей он был едва ли не с самого рождения, она же довольно быстро после его исчезновения находит ему замену - не просто советника, нет. Она берет девушку, которая далека от политики и имеет при себе лишь хорошие рекомендации от главы Ашуры. Но вот проходит полгода. Кагуя принимает неожиданное решение: в случае её ухода с поста главы следующей главой должна стать Кушина Узумаки. И какое совпадение, Кушина - младшая сестра её главного советника, приближенного всего полгода назад. Водоворот спокойно принимает решение главы, ведь все знают: её жених мертв, детей у Кагуи нет, ведь она продолжает нести траур и выходить замуж не планирует. Кушину понемногу начинают готовить к будущему. Переговоры, встречи, контракты. Глава города везде появляется с советницей и преемницей, продолжает руководить Водоворотом. Ровно до прошлого года.       Узумаки мотает головой, стараясь выкинуть из головы яркие воспоминания. Кто бы знал, как она устала просыпаться в холодном поту, не в силах забыть.       Её метания встречаются спокойным внимательным взглядом. Действительно, какое ему дело до произошедшего. Как Учиха и говорил, им двигал лишь интерес, не более.       - Первое появление Акацки в Водовороте для жителей становится днём траура. Кагую убивают, а прибывшие на помощь Сенджу не успевают это предотвратить. Как и убийство преемницы с мужем. Кушина так и не успела стать главой, а её сестра сразу отказалась это делать, вместо себя предложив несовершеннолетнюю дочь Узумаки. Так вот, во всей этой истории я не нашел ответов на несколько важных вопросов. Может, ты подскажешь? Как думаешь, почему девушка, которая так стремилась стать главным советником, отказалась быть главой города?       И этот глумливый, гадкий вопрос заставляет Мито прийти в себя. О, она скажет, почему!       - Стать главой города значит привлечь внимание тысяч. Не каждый это выдержит. Не знаю, как в Индре и Ашуре, но в Водовороте глава города больше медийное лицо, визитная карточка туристического городка. Всю работу делают советники: переговоры, сделки, поиск выгодных предприятий. Оставь я Наруто в совете, она бы не справилась. Она симпатичная, крайне любопытная и излишне энергичная, ей больше подходит быть на виду, привлекая к городу туристов. Все остальное делает совет.       Заканчивает Узумаки жёстко и даже находит в себе силы на гнев. Учиха всё ещё пугает до дрожи: он видит её всю, с головы до пят, а она не знает о нём ровным счетом ничего. И вот это стоит исправить. Да, она испугана, глупо отрицать. Но сбежит ли она? Пусть утрётся, даже и не подумает.       - Что касается твоего следующего вопроса, который ты, думаю, наверняка задашь: Ашуна действительно был хорошим советником. Его любили жители, уважали в совете. Но, как ты и сказал, в один день он просто исчез из города, это неоспоримый факт. И кто знает, где он сейчас...       Женщина не успевает уловить момент, когда её запястья фиксируют одной рукой, толкают назад, заставляя откинуться на капот машины. Кагами склоняется к её уху, шепча так ласково, что смысл слов доходит до советницы Водоворота с опозданием:       - Я знаю. И Сенджу, которые помогли тебе от него избавиться, тоже знают. Могу назвать даже точное местоположение, где он лежит с простреленным лбом. Стрелять ты и правда умеешь.       ...что ж, ожидаемо. Мито прищуривает глаза и зло усмехается. Правда была известна Учихе с самого начала. Он позволил ей разыграть спектакль, позволил сделать вид, будто она здесь ни при чем, и всё, что происходило в Водовроте, лишь печальное стечение обстоятельств.       Это-то и странно. Как Кагами смог всё понять? Как смог построить причинно-следственную связь, выявить, кому это выгодно? Как вышел на Сенджу и узнал о месте, где лежит труп Ашуны? Кем, черт возьми, брат Мадары является на самом деле?!       В голове у Узумаки бедлам. Мысли то собираются в кучу, то разбиваются бессмысленным роем - не ухватить ни одну из них.       Ей нужно что-то сказать. Сейчас. Опровергнуть, уйти в защиту, атаковать - что угодно. Но она не может. Сложно сосредоточиться, когда Кагами продолжает быть так близко. Терпкий запах парфюма не даёт ей собраться, и Мито сдается. Раз он всё знает, то незачем корчить из себя ничего непонимающую дурочку.       - И? Что теперь? Расскажешь Мадаре? Или Наруто?       Учиха явно удивлён. Настолько сильно, что почти сразу отпускает её запястья и поднимается на ноги. Отступает пару шагов назад, окидывая взглядом то, как советница Водоворота, вновь принимая сидячее положение, обхватывает плечи руками.       - Я разве говорил об этом? Мадара лишь похлопает твоим амбицим. А Наруто... Не думаю, что ребёнку нужно знать, какой путь проделала её тетя, что бы добиться признания.       - Тогда к чему это всё было, Кагами? - женщина фыркает, откидывая рыжие волосы за спину.       - Госпожа Узумаки, вы далеко не глупая женщина. Вы отлично разбираетесь в политике, превосходно руководите торговлей. Вы быстро подстраиваетесь под ситуацию, имеете гибкий разум и достойные восхищения амбиции. Вы хитры и изворотливы, зная, когда следует притвориться дурочкой. Но вы слишком похожи на мою младшую сестру. А это значит, что все ваши дальнейшие действия и желания я могу просчитать за пару минут - не больше. Так что скажу прямо: я вам не пара. Лучше бы вам переключить своё внимание на кого-нибудь другого.       - Это из-за возраста, да? Я слышала, что мужчины за 50 привыкают к одиночеству. Они намеренно никого не подпускают и предпочитают отшельничество.       Учиха смеётся, неловко отворачиваясь. Мито удивленно хлопает ресницами. Она, по её мнению, не сказала ничего странного. Но смех лишь начинает звучать громче, стоит Кагами взглянуть на потерянную советницу. До названной цифры ему ещё далеко, и он точно уверен, что на вид ему и тридцати не дать.       - Просто чтобы вы знали: мне всего сорок шесть. Но это не отменяет того, что я сказал ранее.       - Если дело не в возрасте, то в чём? Мне казалось, мы отлично провели время вместе, и в мои желания входит это повторять. Что же тебя останавливает? - Узумаки быстро теряет терпение, вскакивая на ноги. Приближается вплотную, обхватывая руками мужской торс, как кошка ластится к груди. Кагами даже не вытаскивает ладоней из карманов брюк, оставаясь безучастным. Дыхание только задерживает на долю секунды. Встреться они лет десять назад, он бы ещё мог потерять голову, позволяя себе влюбиться. Мито красива и хорошо об этом знает. Держится уверено, пользуется всем, что дала ей матушка природа, не чураясь в средствах. Наверняка многих мужчин она сводила с ума одной улыбкой. Или запахом. Даже после долгой поездки и сна в придорожной гостинице от Узумаки исходит нежный запах жасмина и ириса. Тоже неспроста: лет так сто назад парфюмеры поняли, что эти запахи действуют на многих как афродизиак.       - Это должно останавливать тебя, Мито, - кажется, это единственный раз, когда он называет её по имени. - Я знаю о тебе все. Всю твою жизнь. Ты обо мне не знаешь ничего. Я могу оказаться совершенно не тем человеком, которого ты представляешь. Моя работа, моя жизнь за пределами страны, и даже то, что я могу с тобой сделать. Ты понятия не имеешь, каким человеком я могу оказаться на самом деле. Ведь Шисуи не просто так рос без матери.       Ощущение угрозы от его слов наконец пробуждает смутные инстинкты - стоит Кагами лишь шевельнуться, вынимая руки из карманов, Мито вздрагивает и отшатывается.       Именно такой реакции Кагами и добивался. Узумаки от покушения на его тело, очевидно, остановить может только страх, а вызвать его - лишь дело техники. Врядли она когда-нибудь узнает, что мать Шисуи ушла от него, едва родила сына. Он её не винит, им было по восемнадцать лет, они оба не были готовы к отвественности. Даже Мадара не помнит, что тогда случилось, а, значит, уличить его в этой маленькой лжи не сможет.       Вдали прекращаются выстрелы - тишина давит на уши своей внезапностью. Мито нервно отходит, а Кагами продолжает вслушиваться, отсчитывая секунды.       Меж серых домов тихо. Явно не потому, что победу одержали Акацки. Он расправляет плечи, наконец улыбаясь вполне искренне.       Всё закончено.       Настоящее время       Окрестности Амегакурэ       В какой момент возле её машины оказывается Хаширама, Мадара честно не замечает. Он протискивается между ней и автомобилем, блокируя собой дверь, и вот уже за это очень хочется его пристрелить. Одним трупом больше - да кто заметит вообще?       - В чём, дело Сенджу? - Хаширама мнётся. Недовольного взгляда в ответ на своё появление он не ожидал, и поэтому весь скрупулезно выстроенный диалог в голове испарился, будто и не было. Губы трогает нелепая улыбка.       - Кхм. Так как с лидерами Акацки мы закончили, предлагаю обсудить дальнейшие действия в нашей резиденции.       Учиха непонимающе поднимает брови. Неужели он не осознал, что всё закончено? Вообще всё? О каких дальнейших совместных действиях он тут распинается? В груди продолжает клокотать обида, лишая и шанса на рациональное поведение. Мадара не может успокоить себя, да и не желает совершенно выползать из уютного чувства жалости к себе. Единственное, чего хочется сейчас, это врезать Хашираме так, чтобы он отошел от проклятой дверцы, позволив ей наконец сесть в машину уехать. Подальше от Ашуры, подальше от него.       - И я хотел бы поговорить с тобой о ситуации в машине.       - Что, неужели ты всё это время пытался подобрать нужные слова? Я поражена, - она позволяет себе усмехнуться, скрывая глаза за длинной челкой.       - Скорее, ты неправильно интерпретировала мной сказанное. Я могу поехать с тобой и мы обсудим всё по дороге. Думаю, нам обоим так будет удобнее. Что скажешь? - взгляд его тёплый, мягкий, в нём нет и капли раздражения - кажется, он обволакивает вуалью всё её тело до кончиков длинных волос. Только вот Мадара не хочет этого чувствовать.       Она хочет домой. Женщина аккуратно отодвигает Сенджу - тот, что очень приятно, поддаётся, позволив открыть дверцу.       - Предпочту побыть наедине с собой.       - Мадара, я понимаю, что ты обижена, но дай мне шанс все исправить. Всего один разговор. Пожалуйста? - кажется, Хаширама за её спиной даже стонет от невозможности выговориться. Пусть она не устроила истерику, чего он наверняка опасался, но такая холодная вежливость раздражает его даже больше. Лучше бы Учиха кричала, крыла матом, да хоть разбивала всё, до чего дотягивают руки - лишь бы отвечала.       Но она скользит по нему равнодушным взглядом, пожимает плечами и заводит свою грёбаную машину.       - Я не обижена, Сенджу. Скорее, раздосадована тем, что ты тянул несколько месяцев, прежде чем соизволил мне это сказать. Встретимся в Ашуре позже. Мне нужно забрать свою сестру из твоей резиденции.       Мадара, не дожидаясь ответа, давит газ в пол, оставляя Хашираму провожать её автомобиль недовольным взглядом.       22:34       Резиденция Сенджу. Ашура.       Едва Мадара пересекает порог дома Сенджу, усталость наваливается на плечи весом в несколько тонн. Она едва слышно стонет, прекрасно осознавая, что завтра не сможет даже встать с кровати.       В гостиной невероятно уютная обстановка, что не свойственно членам её семьи. Мадара с удивлением смотрит на племянников, спокойно сидящих в креслах, и младшую сестру, с ногами залезшую на диван. Всё семейство расслаблено погружено в телефоны, развлекаясь вялотекущей перепалкой. Глава Индры заходит как раз на обсуждении её персоны: высказываются задумчивые сомнения, хватит ли ей безумства направить своё оружие на Сенджу, или семья Учиха всё же сможет спокойно уехать восвояси.       - Безумства хватило, патронов нет, - прислоняясь плечом к косяку, женщина улыбается, привлекая к себе внимание. - Приятно знать, что вы обо мне переживали.       - Скорее, зная тебя, мы переживали за остальных. А где отец? - усмехается Шисуи, убирая телефон.       Несмотря на показательную безмятежность, безбашенную тётку тут же сканируют взглядом на предмет повреждений, ранений, синяков. Но не находят.       - Работает сегодня личным водителем Узумаки. Скоро все должны приехать.       Мадара падает на диван. Сил нет даже достать сигареты. Вместо этого женщина просто склоняет голову на плечо сестры и закрывает глаза. В неожиданной тишине её следующие слова звучат достаточно громко:       - Все закончилось, Изуна. Мы дождемся Кагами с Обито и вернемся в Индру.       Младшая сестра хмыкает, машинально зарываясь ладонью в копну волос Мадары.       Что ж, спустя столько времени можно начинать ликовать. А прошедшие месяцы - забыть как страшный сон. Изуна больше ничего не спрашивает, позволяя сестре использовать собственное хрупкое плечо как подушку. Раз ей так это сейчас нужно, то пусть.       Спустя недолгих полчаса, пока Мадара дремлет, в резиденцию наконец-то приезжают остальные. На входе их встречает Наруто, пулей выскочившая со второго этажа, и виснет на шее Хаширамы.       - Вы победили? Всё закончено? Вы всех убили? Я могу вернутся домой? - вопросы летят один за другим, не давая возможности главе Ашуры ответить. Единственное, что удается, это снять со своего тела беспечного ребенка - лишь после наступает долгожданная пауза.       - Наруто, через пару минут мы соберемся в гостиной, и я все подробно расскажу. А пока позови Саске и своих дядь. Хорошо?       Узумаки, кивнув, уносится выполнять просьбу. Пока Хаширама уходит в свою спальню переодеться, его младший брат, скинув с себя грязный пиджак и рубашку, сразу направляется в гостиную, не утруждая себя лишними телодвижениями и оставаясь в одних брюках.       - А вот и я. Переживала? - фыркает он, падая на диван напротив сестёр Учиха. Изуна спокойно выдерживает зрительный контакт. В голосе Тобирамы самодовольства столько, что хватит на целый город.       - Скорее наоборот. Разочарована. Уже купила платье для похорон, теперь придется вернуть.       - Не спеши, твоё желание - закон. Я вполне могу пристрелить твою сестричку, чтобы был повод его надеть, - Мадара, впрочем, ещё спит, иначе очередной перепалки было бы не избежать.       - Сенджу, не обольщайся. Твои похороны организовать намного быстрее, чем её. Поверь мне на слово и не испытывай судьбу.       Звучат шаги - это Итама заходит в гостиную с двумя чашками кофе. Тобирама сразу же переключает своё внимание на младшего брата. Судя по взъерошенным волосам, мужчина не так давно проснулся, и теперь старается прийти в себя. Вторую чашку он протягивают Изуне, что тоже не ускользает от внимания старшего брата.       - Надо же, только не говори, что хочешь её отравить? Что там? Крысиный яд? Мышьяк? Ну же, удиви меня.       - Просто кофе, всё остальное оставил для тебя. Нальешь сам, хорошо? - полусонная отповедь вызывает у девушки легкую улыбку. Тобирама с непониманием щурит глаза, переводя их с младшего брата на сестру Мадары и обратно.       - Учиха, чем ты ему мозги запудрила, что он тебе кофе делает, даже туда не плюнув? Или у тебя на всех нас одна схема?       - Ты просто идеально описываешь собой слово «идиот». К счастью, даже в вашей семейке есть умные люди, с которыми просто приятно поговорить. Итама, как ты с ним живешь?       Итама тут же изображает на лице всю скорбь мира.       - Всё в порядке, в конце концов, рано или поздно у меня появятся дети. Нужно научиться терпеть кого-то бесящего и тупого до того, как я решусь на этот важный шаг. И кто мне может в этом помочь, если не Тобирама?       Со стороны задетого брата слышится недовольное цыкание. В следующую секунду Итама привычно и естественно уклоняется от подзатыльника, смешливо фыркая в ответ на это, и Изуна не может сдержать смеха.       При звуке громких голосов глава Индры всё же просыпается. Открывает глаза и зевает, прикрывая губы ладонью. Изуна тут же протягивает сестре чашку, прекрасно понимая, что той сейчас жизненно необходимо запустить мыслительный процесс. Рассеянный взгляд это подтверждает.       Почти залпом выпивая горячий напиток, Мадара почти направляет хмурый взгляд на младшего брата Хаширамы.       - Опять моей сестры домогаешься, псина?       - Я бы поспорил, кто кого домогается. Пока мы с тобой под пули бросались, она на Итаму нацелилась, - без тени жалости сдаёт младших Тобирама. И в тот момент, когда Мадара ошарашено поворачивает голову к сестре, он добавляет масла в огонь: - Давай, братец, поведай нам, как вы прекрасно провели время.       - Уймись. Я фантазирую о том, как переезжаю тебя на машине за ложные показания. Не мешай, это лучшая часть моего дня.       Мадара даже не пытается сдержать смех. Сейчас она прекрасно поняла, почему Изуна в восторге от младшего Сенджу. Парню палец в рот не клади, откусит по локоть.       Впрочем, Тобирама его тоже не первый год знает. И кто-то бы, может, получил таки сегодня подзатыльник, но презрительную речь пришлось оставить на другой раз: в гостиную наконец-то начали подтягиваться остальные.       Хаширама начинает говорить, привлекая к себе всё внимание. Слева от него расположилась Мито, восседая на мягкой спинке дивана. Взгляд советницы Водоворота до сих пор потерян, она то и дело оглядывается на сидящего в кресле Кагами. Мадара делает заметку обязательно это обсудить с ней после. Если вспомнит.       - Итак, мы разобрались с главными лицами Акацки. Но у нас нет гарантий, что оставшиеся не попробуют мстить. Нужно подумать как действовать дальше. И куда они могут направится. У кого-нибудь есть идеи?       Глава Индры долго молчит. Сенджу прав, группировка насчитывала более сотни человек. Пусть на тот свет они отправили немало, целью их в первую очередь была верхушка. Без лидеров, возможно, им понадобится время, чтобы реорганизовать силы, но, в любом случае, избавиться от них окончательно - лучший из вариантов.       - Есть ли смысл действовать всем вместе? - решительно бросает фразу Мадара. Решение, уже почти сорвавшееся с кончика языа, царапает горло. Хаширама молчит, ожидая продолжения. Их глаза встречаются на мгновение, и выносить это нет сил. - Без лидеров они не более чем крысы, которых некому направить. Найти и избавиться от них в черте города легче лёгкого, нет нужды гоняться за ними всем вместе. Так сэкономим и время, и ресурсы.       - Мы заключили альянс, в котором чётко сказано: мы оказываем помощь друг другу, пока не покончим с Акацки.       - С Индры хватит этого соглашения, Сенджу, - Мадара поднимается на ноги, с силой потирая глаза ладонями. - Давай будем считать, что наш альянс своей цели достиг. Всё остальное каждый город может осуществить самостоятельно.       Хаширама... сдаётся. Они все устали и вымотаны до невозможности, и что сейчас ответить Мадаре, он не знает.       - Хорошо. Будем считать, что с завтрашнего дня наш альянс аннулирован. Но Индра всегда может расчитывать на нашу помощь. В любое время.       Учиха усмехается. В случае нужды она будет справляться своими силами, как и всегда - неужели спустя столько времени он не понимает? Либо же Сенджу намерен что-то сделать, чтобы её городу потребовалась эта помощь? Женщина хмурится, подозрительно буравя Хашираму взглядом. Но тот, кажется, честен - даже Изуна не вставила ехидную шпильку. Впрочем, все они хлопают добрыми глазками, а потом вонзают нож в спину. Пускай даже фигурально.       Ладно. Пора признать: сейчас самое время найти себе другого мужчину и выкинуть Хашираму из головы. Побегала, позакатывала истерики, перебесилась и хватит.       - Кстати, милая, ты ведь не забыла об обещании Водоворота? Раз наш Альянс распался, то пора его выполнить. Устрою тебе встречу с главами городов за границей. Индре пора выходить за рубеж, - Мито улыбается, привлекая внимание женщины. Учиха не может сдержать улыбки в ответ. Обида на Сенджу Узумаки никак не касается. Её подруга больная на голову, и ей позволительно трахнуть не то что Хашираму, но и всех остальных дальних и не очень родственников Наруто. Мадара в том, что у них ничего не получилось, её винить точно не станет.       - Думаю, мне нужно время закончить со всеми оставшимися шестерками Акацки.       - Зная тебя, месяца будет много. Напишу тебе, когда всё устрою. Или заеду в гости, - недвусмысленно предупреждает о своих намерениях пройтись по Индре Мито. Мадара даже не хочет гадать, к ней ли подруга заедет или к её брату. Она кивает, встряхивая длинной шевелюрой, и направляется к выходу.       Кагами уже ждет её в машине, а племянники - у дверей. Решение своей главы они в кои-то веки не ставят под сомнение, даже прекрасно понимая, что весь последующий месяц будут сдыхать на работе. Но каждый осознает: в этот раз Мадара не скинет на них всё, чем не пожелает заниматься, и сама доведёт дело до конца.       Что-то в женщине изменилось, это Учихи улавливают очень хорошо.       Изуна спешит к выходу последней, игнорируя сказанное Тобирамой вслед:       - Не забывай скучать по мне, дорогая.       Только плечами передёргивает. Псина - она псина и есть. Самая настоящая.       Месяц будет долгим...