Самый приятный контракт

*** С тех пор, как Чайльд познакомился с загадочным господином по имени Чжун Ли, прошло около недели. Они виделись каждый день, вместе проходили по переулкам Гавани, время от времени совершая покупки, пару раз прогуливались вне города, "любуясь окружающей природой". Тарталья чувствовал себя ребёнком, нетерпеливым и активным, над которым взял опеку, пожалуй, самый кропотливый и безмятежный "взрослый". Каждый раз, когда одиннадцатый предвестник намекал на то, что неплохо было бы ускориться, мужчина в своей привычной манере отвечал, что спешить некуда, продолжая свою медитацию. Время шло, пора бы и задуматься над тем, как добыть гнозис. Царица не любила слишком долго ждать, а значит, нельзя допустить, чтобы она разочаровалась, или, ещё того хуже, вышла из себя. Сегодня вновь была запланирована встреча. Чжун Ли уже стоял около ресторана, ожидая Тарталью. О том, что первым делом они посетят пищевую точку, они договорились ещё вчера. Вскоре показался и рыжий, как всегда, приветливо улыбаясь и помахивая рукой в знак приветствия. - Доброе утро, Чайльд. - неторопливо произнёс златоглазый. - Доброе утро, господин Чжун Ли. Пойдёмте скорее внутрь, я так голоден, что готов съесть что угодно! - усмехнулся парень, входя в помещение. Здесь пахло едой, отдавало жаром из печи, и было действительно уютно. Чем-то напоминало дом. Вспоминается доброе лицо матери, согревающий в любой мороз борщ, задорные улыбки братьев и сестры и их беззаботный смех. Как же там сейчас семья? В порядке ли они? Ждут ли его дома? Чжун Ли окликнул юношу, выводя из раздумий, и омега переключился на реальность. Перед ним протягивали две палочки. Что это? Для чего оно? - Прими мой подарок. Голубоглазый недоумевающе моргнул. Он рефлекторно выдавил улыбку, и взял в руку дарование. Ощущая дикую неловкость, Тарталья оглядел палочки, не представляя, что с ними делать. - Это куайцзы, - начал объяснять мужчина, словно угадав мысли юноши. - в Ли Юэ принято поедать пищу ими. Стоит научиться есть с их помощью, дабы полностью погрузиться в атмосферу этих земель, и, что самое главное, лучше изучить здешние традиции. Чайльд изумился; есть с помощью этих палок? Да это ведь неудобно, как минимум. Но нельзя допустить, чтобы брюнет посчитал подарок отверженным. - Господин Чжун Ли.. - растерянно пролепетал предвестник - я даже и не ожидал, спасибо вам! Перед ними уже стыла еда, а потому, голодный, словно волк, омега пожелал приятного аппетита своему спутнику, и, кое-как ухватив палочки, попытался зажимать лапшу меж куайцзы, поднося ко рту. Златоглазого это заметно возмутило, но, войдя в чужое положение, он перевел дыхание и мягко остановил руку рыжеволосого. - Это делается по-другому. Позволь показать. Брюнет демонстративно взял собственный столовый прибор, аккуратно расположив пальцы и скрестив палочки. После, он показательно вытянул ими немного лапши. - Вот так. Признаться, предвестник не совсем запомнил расположение пальцев, но решил не показывать "слабину". Он постарался скопировать положение образцовой руки, а после взял лапшу и.. уронил палочку. Брюнет, наблюдающий за этими жалкими попытками, подметил для себя, что над этим им ещё предстоит долгая работа. Тем не менее, нельзя оставлять гостя голодным. - Не переживай, со временем ты получишь достаточно опыта, чтобы владеть ими без таковых усилий. А пока, позволь мне помочь тебе. После этих слов, Чжун Ли ухватил из тарелки юноши лапшу и поднёс к его губам. Голубоглазый был смущен, чувствуя себя беспомощным, однако, как обычно, скрывая эмоции улыбкой, усмехнулся и начал поедать предоставленную на палочках пищу. Мужчина тоже невольно усмехнулся, чувствуя себя отцом такого детины. Этот момент заметно сблизил приятелей, незаметно для них самих. После завтрака, они вновь отправились изучать склоны и равнины, горы и холмы. Тарталья не особо интересовался природой, в то время как Чжун Ли видел в этом искусство, погружаясь в ностальгию и философию. Когда второй начинал медитировать, Чайльд отходил попрактиковать стрельбу из лука; хоть время просто так не терять. Он взбирался повыше, на холмы и взгорки, а после целился в птиц, закатники и столбы деревьев. Полностью отдаваясь процессу, он не замечал ничего вокруг, кроме цели. Тоже своего рода медитация. Пристрелив пару журавлей, он, довольный результатом, отправился за добычей, как вдруг позади его окликнули. Это был не Чжун Ли. Не его голос, не его манера речи. Обернувшись, Чайльд увидел рядового Фатуи, почтенно склонившегося перед предвестником. - Господин Предвестник, - слегка дрожащим голосом, не поднимая головы, начал рядовой. - я прибыл передать вам письмо от Её Высочества. Рыжий немного содрогнулся, не представляя, о чем было сказано в письме; операция отменяется? Что-то пошло не по плану? Случилось нечто трагическое? Перед смертью не надышишься. Подавив внутреннюю тревогу, юноша взялся за чтение переданного письма. После прочтения, в голове было только одно: Царица ждёт. Значит, нет времени откладывать. Нужно действовать. *** Распрощавшись с обеспокоенным товарищем, омега решил немного побыть в одиночестве, спускаясь под мост у врат входа в Гавань. Здесь обычно никого не было, во всяком случае, все то время, что провел здесь Чайльд. Он смотрел на водяную гладь и слушал звук течения реки. Обычно, это немного расслабляло, но не сегодня. В голове, словно заедающая, барахлящая и назойливая касета, крутились мысли, спутываясь в один ком, который, казалось, невозможно распустить. Он давил, нагонял панику, заполонял все пространство внутри черепной коробки. Рыжеволосый примкнул спиной к каменному ограждению. Он догадывался, что владельцем гнозиса является Чжун Ли. Каждый раз он старался гнать эту мысль от себя прочь, отрицал и очень хотел верить, что он просто ошибается, это лишь заблуждение, не более. Но все говорило об обратном: и интуиция, и характерные, бескомпромисные и явные черты спутника, выдающие в нем истинную натуру архонта. Аякс зажмурился, представляя, как насильно схватит брюнета, застанет врасплох, и вырвет Сердце Бога из груди приятеля. Нет, он не станет. Он не сможет. Внутри образовался конфликт, в душе царил тотальный дисбаланс. Прежде всего, он - предвестник Фатуи, он - слуга Царицы, и потому обязан делать то, что она велит, вне зависимости от собственных чувств, желаний и привязанности к обладателю гнозиса. Может, стоит его просто попросить, и златоглазый все поймёт? Нет, такое случается только в сказах, которые он читает на ночь Тевкру. Нужно собраться. Кому какое дело, что у предвестника на душе? У него есть цель, которая должна быть выполнена, невзирая ни на что. Чжун Ли был обеспокоен, когда не увидел привычной улыбки. Вернее, она была, но слишком фальшивая, неправдоподобная, даже более неестественная, чем тогда, в ресторане. Это настораживало. Он отнёсся с пониманием, когда предвестник удалился, оправдываясь головной болью, но даже не успел спросить, нужна ли юноше помощь. Тот скрылся так скоро, так внезапно. Аяксу с каждым мгновением становилось хуже. Мерзкие мысли вызывали тошноту. Почему именно Чжун Ли? Почему стоило омеге найти того, с кем было комфортно, кто не стал фыркать при виде члена Фатуи, так сразу предвещалась своего рода схватка с ним, и не просто тренировка или дружественная дуэль, а настоящее покушение. Чайльд поднял взгляд, и в его голубых глазах, полных грусти и сожаления, отразилось мерцание звёзд и фонарей. Интересно, его спутник, его друг, и сейчас любуется ночным пейзажем? А может смотрит на те же звезды, что и Одиннадцатый предвестник?