Хрустальные крылья птицы

Солнце пробралось в спальню и светило прямо в лицо не давая спокойно спать. Открывая глаза Минхо видит пустое место рядом с собой. Но ведь действительно, Хёнджин ничего ему не обещал, поэтому злиться на него было не за что. Хотелось заплакать, при чём очень сильно. Внутри сильно кольнуло и ощущение того, что возможно им воспользовались, говоря что всё будет хорошо, а по итогу вновь бросили, давило с большим напором. Но снизу кто-то возмущался, при чём очень громко. Поэтому Ли решил сходить посмотреть, что там происходит. На первом этаже в воздухе витал приятный запах ванилина с шоколадом. Младший бегал на кухне, то мыл посуду, то проверял духовку. — Тебе помочь? — спрашивает он. Хван перевёл взгляд на него. Пару секунд они смотрели друг на друга, а потом Хёнджин кинул посуду в раковине и пошёл на встречу Минхо. Он улыбнулся и взяв за лицо, нежно поцеловал в губы, после чего в нос и лоб. — Доброе утро, — проговаривает Хёнджин, сильно обнимая. Парень сам обнял его, сам поцеловал. Не фыркал, не игнорировал. Почему-то он до конца не мог во всё это поверить, и в то что было ночью, и что происходит сейчас, и что Хёнджин просто плод его буйного воображения. Но тот был более чем реален. — Чего такой грустный? — спрашивает брюнет, заправляя за ухо отросшие волосы Минхо. — Всё хорошо, просто не проснулся до конца, — почти говорит правду старший. Если Хёнджин сон, то он точно никогда не хотел бы просыпаться. — Ну хорошо, — Хван ещё раз чмокает в нос, а потом уходит к духовке, проверяя.- Помой, пожалуйста, посуду. — Конечно. /// Хёнджин утром нашёл рецепт брауни и попытался испечь его, правда тот немного пригорел, но они с Минхо срезали сгоревшую часть. Выпечка получилась на славу. Такое мягкое тесто и нежный вкус шоколада, всё пропеклось. Он бы каждое утро ел стряпню Хёнджина. — Как ты? — задаёт вопрос Минхо, когда они уже покушали и пили какао. Хван не тупой, поэтому сразу понял о чём речь. Вопрос немного засмущал его и он уткнулся взглядом в кружку, улыбаясь. — Всё в порядке, — он заправляет выпавшую прядь из хвостика за ухо.- Ты сам как? Тут уже Минхо стыдно, вспоминая как в самый ответственный момент он расплакался на эмоциях. Было стыдно показать всю свою слабость, тем более в таком удачном положении. — Боже, прости, — старший закрыл глаза, пытаясь не смотреть. — Эй, — одёргивает его за рукав Хёнджин, заставляя убрать руки от красного от стыда лица.- Всё хорошо, я понимаю. Они снова около минуты просто смотрели друг на друга. Мысли обоих были точно о прошлой ночи. Младший, если честно, тогда долго не мог уснуть. Если Ли уснул сразу, то Хёнджин ещё долго лежал и смотрел на мирно спящего хёна. В тот момент, когда он плакал, хотел расплакаться вместе с ним, но сдержался и плакал уже когда тот видел сны. Плакал, потому-что понял как сильно в нём нуждается, плакал, потому-что знал насколько больно тому было. И возможно он дурак, но он влюбился. Пусть с небольшим отставанием от Минхо в пару недель, но точно любил. Может в тысячи раз сильнее чем любили его, но всё же. /// Дом господина Со находился в полчаса езды от дома Хёнджина. Он стоял где-то посредине мандаринового сада, что окружал дом со всех сторон. Парень невольно вспоминает детство, когда они с Джисоном у его бабушки собирали эти самые мандарины. Хотелось помириться с другом, тот уже несколько дней не писал ему. Хёнджин сам виноват, он потом сам всё решит и попросит прощения. Потом. — Ничего себе, — выдаёт Ли, когда они вышли из машины, направляясь к дому.- В прошлом году у него было почти в два раза меньше деревьев. Младший пожимает плечами. Время было около двенадцати, поэтому старичок не мог спать. Даже если и мог, то Чонин-хён обещал позвонить ему и предупредить об их визите. — У него калитка открыта? — спрашивает Хёнджин, догоняя Ли. Минхо открывает её сразу. Странно, обычно было закрыто, значит Чанбин-хён уже ждал их. Зайдя за высокий деревянный забор, они закрыли его на защёлку и пошли к самому домику. Тот был двухэтажный красного цвета. Хёнджину понравился этот дом, точно понравился. — Есть кто дома? — подаёт голос Хван. Минхо посмотрел в окно, а потом дёрнул за ручку, та была открыта. — Чанбин-хён, вы дома? — интересуется он, заглядывая. На кухне точно кто-то был, комнату было видно, она находилась напротив входной двери, но голос господина Со оказался откуда-то слева. — Заходите, парни, — крикнул хозяин дома. Минхо и Хёнджин пожали плечами и зашли в дом. — Здравствуйте, — кланяются молодые люди снимая обувь, когда вышел старичок. Да и старичком младший бы его не назвал. У того была хорошая кожа, как у Чонина, тоже почти без морщин. Гладко выбритое лицо и чёрные волосы. Хотя возможно он красил их, но всё же выглядел, опять же, лет на тридцать пять. — Минхо, привет, — мужчина подходит к Ли и обнимает, похлопывая по плечам.- Стал здоровее с последней нашей встречи! — Спасибо, — мямлит тот.- Господин Со, это Хёнджин, — он указывает на брюнета. — Хван? — задаёт вопрос Чанбин. Возможно мужчина тоже не отставал от Чонина и знал всё о моде, о том что Хёнджин популярен в Корее, знал о существовании итернета, хотя что он вообще такое думает, им же обоим даже шестидесяти нет. — Да, — отвечает Хван. Парню жмут руку и улыбаются. — Ты очень красивый, ты знал? — говорит правду Со. — Спасибо, — отвечает Хёнджин, смущаясь. Всё же их позвали пройти на кухню. Оказывается там была дочь господина Со. Её имя было Джису. Женщине было тридцать лет. Как выяснилось за обедом, мужчина летал в гости к своей дочери и её мужу в Сеул, чтобы навестить её и внуков. Жены у него не стало когда Джису было десять лет. Он сам её воспитал, при чём правильно воспитал, женщина в триндцать лет занимала одно из высокопоставленных мест в маркетинговой компании. Всё же парни пришли не только за вкусным обедом и приятными разговорами по душам. — Мы хотели спросить, — среди разговоров задаёт вопрос Минхо.- Вы знаете этот дом? Он протягивает телефон, где было фото временного дома Хвана. Мужчина хмурит брови и внимательно смотрит на фотографию, а потом выдаёт: — Да, там когда-то жили мои друзья, но сейчас дом снимает Хёнджин, — он показывает на Хвана.- Они попросили меня сдать его, вот я и оформлял все документы с каким-то Ким Сынмином вроде, на имя Хёнджина, — он жмёт плечами. Парни переглянулись и теперь очередь Хвана задать вопрос. — Если это так, то, — он выходит из-за стола и идёт к Чанбину, ища в телефоне нужную фотографию.- Это вы? — он протягивает телефон. На фотографии много людей, но Хван приблизил камеру. На фото был точно Чанбин, он же почти не изменился. — Вы нашли фотографии? — хмыкает Со.- Да, это я. Хёнджин сильно хмурит брови, а потом в телефоне находит фото двух парней, чей дом он снял на месяц. — Это они? — спрашивает младший. — Хозяева дома? — дополняет вопрос Ли. Чанбин пару секунд смотрел на фотографию. — Да, — отвечает он.- Но зачем вам эта информация? Что-то не то с домом? — Нет, всё в порядке, просто мы пришли по очень личному вопросу, — Хван косит взгляд на скрещивающую руки Джису.- И хотим поговорить наедине. Мужчина встаёт из-за стола и просит свою дочь убрать всё со стола, а сам зовёт парней в гостиную, чтобы поговорить наедине. — Это ваши друзья, да? — спрашивает Ли. — Конечно. Вот тот что с кудряшками, — он показывает на улыбающегося парня.- Вот он мой лучший друг. — Он жив? — удивляется Хван. — А должен был умереть? — удивляется не меньше Со. — Нет, простите, — извиняется Хёнджин.- Всё же, он жив и в порядке? — Конечно. Хёнджин начинает листать фотографии в галерее и находит ту самую. На которой Феликс. — Вот он, — Хёнджин тыкает пальцем на экран.- Он был вашему лучшему другу не просто другом ведь? Мистер Со закатывает глаза, вздыхая. — Если вы нашли ту фотографию где они целуются, то да, они были парой, — хмыкает мужчина.- Они собственно поэтому и приехали сюда, подальше от чужих глаз, да и жить им тогда не было где. Понемногу пазл в голове обоих начал складываться. Если они встречались, то тогда понятно почему в доме была только одна кровать, но то фото с поцелуем они, к сожалению, не обнаружили. — Кристофер и Феликс? — спрашивает Ли. — Феликсом называл его только Крис и Нини, а так его имя было Ёнбок, — жмёт плечами Чанбин. — Значит Феликс! — вскрикивает Хван. — Заткнись, — фыркает на него Минхо.- Так вот. Что случилось с ними двумя? Чанбин нахмурил брови. Ему начало не нравиться всё то, что сейчас происходит. Парни просто совали нос туда, куда не нужно. Они могли узнать много всего не того, что хотелось бы никогда в слух больше не озвучивать. Не нужно ворошить прошлое, тем более тех годов. — Зачем вы всем этим интересуетесь? — скрещивая руки на груди спрашивает мужчина. — Это очень важно для меня, — проговаривает Хёнджин.- Может я чокнутый, но как только я въехал в дом, в первую же ночь он мне приснился, — он показывает фотографию рисунка.- Он мне понравился и я попытался его найти, это глупо, но это так. Потом я решил что это всё бред, но он вновь приснился мне, две ночи подряд, понимаете? В первом сне, я звал его Феликс. Я его нарисовал, чтобы попытаться найти через знакомых и не забыть на лицо. А когда мы с Минхо расчищали гараж для моей машины, наткнулись на альбом, где собственно и нашли фотографию Феликса, — он вздыхает. Это всё очень тупо и непонятно.- Это же не может быть просто так? Поверьте мне, я не маньяк, который будет искать этого уже дедушку, чтобы изнасиловать. Сам факт того, что мне он приснился, а потом я нашёл его фотографию, это всё странно. Чанбин лишь слушая кивал. Он до конца не верил во всё то, что рассказал Хёнджин. И если бы Феликс сам ему не снился, когда он спал в их бывшем с Кристофером домом, он бы не поверил. А ведь Феликс не просто так им всем снится. Просто Чанбин сам не может знать, куда тогда пропал тот улыбающийся и несущий тепло и ласку, поднимающий настроение только одним своим видом, парень. Уже как тридцать четыре года.