Ты мне понравился сразу

      — Да, в полном. Вы как? — Еле выговорил Антон, посмотрев в глаза незнакомца. Внутри парня начал завязываться тугой узел, а щёки покраснели. Он не понимал, что это за чувство, ведь оно было у него впервые. Шастун уже не слышал, что ему говорят: он был околдован его внешностью и обаянием. Его голос был словно прекрасная мелодия, доносящаяся откуда-то из прекрасного места, где Антону не побывать. Парень, как сквозь воду, слышит голос незнакомца: — Эй, ты меня слышишь? Ты сильно ударился? У тебя лицо всё красное, может тебе плохо, темпертура? — Забеспокоился прохожий, проигнорировав вопрос. Мужчина, не увидев реакции, пощёлкал пальцами перед лицом Антона и тряхнул за плечо. Парень продолжал витать в облаках, но когда его лба коснулась рука незнакомца, он тут же отпрыгнул, как ошпаренный. — А? Извините, что Вас не заметил. Я просто торопился, со мной всё хорошо. А вы как? — Повторно спросил Шастун и увидел, как ему протягивают руку. Не долго думая, он схватился за нее, и незнакомец потянул парня на себя. — Я-то в порядке. С тобой точно всё хорошо? — Извините ещё раз, я спешу, до свидания, — Протараторил вслед Антон, как скороговорку. Даже сам Шаст был в шоке от своих способностей. — До встречи, — Хмыкнул прохожий.                                                               *** — Да где этот двухэтажный олигофрен — Недовольно произнёс Серёжа. Со стороны очень забавно наблюдать за такой картиной: Матвиенко, значит, ростом ниже Шаста на две головы, немного нерусской внешности, с тёмными волосами, собранными в хвостик и выбритыми висками и затылком, ходит туда — сюда, что-то бурча себе под нос, и иногда встаёт на носочки, чтобы разглядеть двухметровую шпалу среди толпы людей. — Серёга, сядь! Сейчас весь асфальт в землю втопчешь. Он, наверное, как обычно опаздывает. — Фыркнул Позов, взяв за руку Серёжу и потянул его на себя, усаживая рядом на скамейку. Дима был чуть выше Матвиенко, с классической стрижкой и в очках. — Блять, он уже на пятнадцать минут опаздывает! А если он вообще не придёт?! — возмутился Серёжа. Парень не любит, когда не сдерживают обещания. Ну сами посудите, все мы немного такие. — Придёт он, придёт. Вспомнишь говно-вот и оно. Хотя нет: Вспомнишь солнце-вот и лучик. Это ему больше подходит, — Дима показал пальцем на Антона, который бежал, пытаясь пропихнуться среди толпы людей, сбивая какую-то бабушку, которая что-то кричала ему вслед. Когда юноша был на месте, он схватился за спинку скамейки и глубоко дышал, чтобы перевести дыхание, при этом пытаясь что-то сказать: — Привет… пацаны… извините… что опоздал… там просто… — Не успел он договорить, как его перебили. — У-у-у-у, Шастун, беги до границы, — Произнёс Серёга, поднимаясь на ноги и потирая ладони. Он в шутку на него замахнулся, делая вид, что хочет ударить, но, увидя, как Антон сжался, он переменился в лице, пожимая ему руку. — Ладно, сегодня я добрый, но если такое повторится, я не знаю, что с тобой сделаю, — Пригрозил ему Серёга. — Так, алло, я не понял, это что? Тох, откуда у тебя синяк? — Забеспокоился армянин, зачем-то трогая большим пальцем сине-фиолетовое пятнышко. — Ай! — Прошипел Антон сквозь стиснутые зубы. — Это родители тебя так? — Уже тише спросил Матвиенко. — Нет… Просто с лестницы упал сегодня, когда торопился к вам, — Замявшись, ответил Антон, не зная, что лучше придумать. Юноша не хотел втягивать опять в это друзей. Они и так много для него сделали. — Ой! Да кому ты рассказываешь?! — Усмехнувшись, произнёс Серёга, убирая руку, но продолжал пристально смотреть на Шаста, ожидая объяснений. — Ну… Да, это отец. А ещё они скоро разводятся. Здорово, правда? — После недолгого молчания всё же решил сказать Антон. Нервный смешок вырвался из груди парня на последнем вопросе, но одновременно его голос дрогнул. — Вот блин, прости, что заставил тебя напомнить… — Серёга погрустнел, но всё же продолжил: — Шаст, мы с Димой всегда будем с тобой, подержим тебя, постараемся тебе помочь. Это действительно тяжело для тебя, но мы уверены, что ты с этим справишься. Если тебе будет грустно, то можешь звать нас, и мы разделим эту грусть вместе. Это несправедливо, но всегда помни, что всё рано или поздно встаёт на свои места, — Закончив свою пламенную речь, Матвиенко посмотрел в глазахи Тохи и вздохнул. Дима в знак согласия кивнул головой. — Спасибо, хвостатик. Хоть ты не особо умом блещешь, но знаешь, чё сказать. — Усмехнувшись, поблагодарил юноша друга. — Ну я же просил не называть меня так. — Включив обиженку, фыркнул Матвиенко, отводя взгляд в сторону. — А ты выбрал с кем останешься? — Осторожно спросил, Позов чтобы ничего не сказать лишнего. — Мне плевать с кем. Куда Полина — туда и я. Но, наверное, мы останемся с матерью. — Понятно. Ладно, давайте не о грустном. Пойдёмте прогуляемся что ли, а то наши задницы примут форму квадрата. Я знаю где булочки вкусные продают. — Очкарик встал позади ребят, и толкая в спину, погнал их вперёд. — Бу-у-у-лочки! — Обрадовался Серёжа. Прям как ребёнок. — Дим, не волнуйся, твоя квадратом точно не станет. Я этого не допущу, — Ухмыльнулся Серый, не сразу осознав, что он сейчас ляпнул. — Боже, стыдоба-то какая! — Уже тише промямлил армянин от стыда, который накрыл его полностью. Это ж надо так спалитья! — В смысле?! Вы что, встречаетесь? — У Шастуна вдруг весь мир перевернулся после фразы Матвиенко. — Тох, ты чего, это шутка была. Мы же часто так шутим. Ты не замечал? — Очкарик настолько растерялся, что не понимал, как он ещё больше их зарывает в яму. — Ага! Попались, голубки. Вы совсем что ли? Своему лучшему другу, и не слова! Ну, и как давно? — Начал допрос юноша. Ему не хватало только лампы, которой в лицо на допросе светят. Он, конечно, давно их подозревал, и рад за друзей, но сложно было рассказать что ли? — Ну, мы это… только месяц назад начали. Думали, что если расскажем тебе, то ты нас бросишь, — Опустив голову вниз, заговорил Дима. — Значит, плохо думали. Месяц назад? Вы бы мне ещё перед смертью рассказали! Как я вас, таких невъебически нереальных придурков, могу бросить? Таких, как вы, ещё поискать надо! — Улыбнулся Тоша, который уже в своих мыслях прикидывал дату свадьбы. — Ой, люблю тебя, не могу, — После этих слов, Серёга получил подзатыльник от своего парня. Фыркнув, хвостатый потёр место удара. — Так, молодожёны, закончили браниться? Теперь реально пойдёмте, а то сидеть тошно, — Вразумил их Антон, который не знал, куда деваться от этой сладкой парочки. Ему было немного (много) обидно, что он никому не нужен, и не сможет никогда ни с кем так ворковать. — Вперёд, покорять булочки! — Матвиенко поднял руки вверх и, сжав их в кулаки, побежал вперёд.                                                               ***              Ребята прошлись по всему городу. Ноги ужасно ныли. Хотелось лечь на асфальт и притвориться лежачим полицейским, лежать пока тебя не переедет машина. Но, оставив эти грустные мысли, парни пошли к дому Антона. Зайдя во двор, все трое плюхнулись на скамейку, прогнав какую-то девочку. Они настолько устали, что просидели минут десять в тишине. — Кстати, Тох, — Очкарик решил первым нарушить тишину. — Ты знал, что наша классная ушла в декрет? И физик тоже, не в декрет, конечно, а из школы. — Неа. Откуда я могу знать? — Недоумевая спросил Тоша. — А тебя ещё не добавили в беседу класса? — Удивлённо спросил Позов, доставая телефон. Он зашёл во «ВКонтакте», чтобы добавить Антона в беседу.       Через минуту у Антона завибрировал телефон, оповещая о том, что пришло уведомление. Достав телефон, он увидел, что его добавили в беседу. — Спасибо, Поз. А кто будет нашим новым классным? Только не говори, что… — Не успев договорить, его перебили. — Да, ты всё правильно понял. Новый физик будет ещё и нашим классным, — Включился в разговор Серёжа. — Ты рад? — Аааа… Я не знаю. Вы, случайно, не знаете о нём ещё чего-нибудь? — Антону стало очень интересно. Он хотел узнать побольше информации о человеке, который будет вести его любимый предмет. — Сыщики нашего класса узнали, что его зовут Попов Арсений Сергеевич. Ему двадцать пять. Удивительно, правда? После него моложе только Павел Алексеевич, — Пояснил очкарик. Павел Алексеевич — это их школьный психолог. Он работает у них с прошлого года. Добровольский очень весёлый и добрый. С некоторыми учениками он общается, как с друзьями, и Антон не исключение. А ещё он иногда заменяет учителей русского языка и литературы. — Понятно. Поскорее бы перекличка. Хочется на него посмотреть. — Задумался Антон, представляя, как он будет выглядеть, какой у него будет подход и манера речи.                                                               ***              Поболтав ещё час на улице, они и не заметили, как полностью стемнело. Ребята разошлись по домам. В квартире было на удивление тихо. «О боже! А где крики, скандалы…родители? Я вообще в ту квартиру попал?»       Пройдя на кухню Антон, нашёл записку от мамы: " Тоша, прости за вчерашнюю ссору с отцом. Мы уехали в Воронеж к бабушке на две недели. Деньги на столе, еда в холодильнике. Целую. Мама»       Положив записку обратно, юноша решил проверить сестру, вдруг она уехала вместе с ними. Открыв дверь, Антон увидел, что Полина спит. Неудивительно, ведь на часах уже было пол двенадцатого. Прикрыв дверь, Шастун на цыпочках добрался до своей комнаты. Упав на кровать, лицом уткнувшись в подушку, парень начал переваривать события сегодняшнего дня и не заметил, как уснул.                                                                                              ***              Арсений лежал на кровати и не мог заснуть. В его мыслях засел тот зеленоглазый мальчик. Он очень милый и красивый, а когда он начал краснеть, так у Арса вообще крышу снесло, но он старался этого не показывать. Как жаль, что они не знакомы и больше не увидятся. Почему-то было грустно это осознавать, но кто знает, что преподнесёт ему судьба.                                                                                              ***                     На следующее утро Антон проснулся на удивление рано — в шесть часов. Черепная коробка разрывалась на части, а ноги ужасно ныли, всё как он любит. Ложиться дальше спать смысла не было. Кое-как дойдя до ванны, Шастун надеялся, что душ хоть как-то скрасит это утро. Парень простоял под тёплой струйкой воды минут пятнадцать, чуть там не уснув. Ему стало немного легче, а ноги почти перестало ломить. Душ утром — очень хорошая процедура, которая помогает проснуться и чувствовать себя лучше. Зайдя на кухню, Антон открыл холодильник. Он полностью забит едой, да так, что расхотелось есть, но только не юноше. Парень приготовил себе яичницу, пару бутербродов и чай, смотря какую-то утренюю программу. Закончив трапезничать, Антон помыл посуду за собой. На часах было только пол восьмого. Солнце светило ярко, а на небе было ни облачка.Почти высохли лужицы, образовавшиеся после дождя. Хорошая погода создавала парню хорошее настроение. Антону захотелось пойти прогуляться ненадолго до пробуждения Полины. Выйдя из подъезда на улицу, в лицо подул прохладный ветерок. Был уже конец августа, и на улице постепенно начало холодать. Неподалёку от дома находился парк. Не долго думая, Шастун направился туда, взяв неподалёку кофе. Антон, блуждая по парку, слушал последние песни птиц, отпивая от стакана. В парке почти никого не было, красота. Погуляв ещё немного, юноша двинулся в сторону своего дома. Зайдя домой, Поля сидела в гостиной и смотрела телевизор. — О, Тоша, доброе утро, где ты был? — Поворачивая голову на брата, спросила сестра. — Доброе утро, Поль. Да так, прогуляться выходил. Пойдём завтракать, а то ты, наверное, ничего не ела. — Да, пошли, а где родители? — Они уехали в Воронеж к бабушке на две недели. Там им с ремонтом нужно помочь, — Ответил Антон, включая плиту. — Понятненько. Что бы приготовить сестре, Антон не знал, поэтому он решил опять приготовить яичницу. — Ваша яичница готова, миледи, — Официально заявил Антон, ставя тарелку с яичницей перед Полиной. — Спасибо. — Улыбнувшись, поблагодарила сестра.                                                               ***              Прошло два дня. Настал день переклички. Она была в час дня. Антону очень не хотелось идти на неё. Ну, наверное, только ради интереса. Собравшись, Антон обнял сестру и пошёл на остановку. Ему неимоверно хотелось курить и было какое-то грустное настроение. Это, наверное, из-за того, что ему придётся идти во всеми нелюбимое здание под названием «школа». Достав длинными и изящными пальцами сигарету, Антон поднёс её к губам и кончик поджёг зажигалкой. Дым проник в лёгкие, создавая ощущение тепла внутри. Выдыхая сизый дым, постепенно уходило плохое настроение. Антон даже не заметил, как дошёл до остановки. Долго ждать не пришлось, поэтому уже через пять минут за поворотом мелькал нужный автобус. Зайдя в него, Антон сел около окна. Почему-то было очень плохое предчувствие. Но Антон забил на это, достав из кармана наушники, втыкая их в уши. Сидел Антон мрачнее тучи. Иногда бывало у него такое настроение, что ничего не случилось, а хотелось плакать и кричать. Шастун ушёл в свои мысли, и он до сих пор думал о том незнакомце, с которым он столкнулся. Тоша не заметил, как уже приехал на нужную остановку. В последний момент выйдя из транспорта, он вздрогнул от того, что его очень громко и неожиданно из-за спины позвали. — Шастун! Ты не опоздал на удивление. Нам ждать тайфун или цунами? — Усмехнулся Позов, хлопая друга по спине. — Привет, Дим. Ну, так вот получилось, — Пожал плечами юноша. И действительно, парень очень часто опаздывал. И что это на него вдруг так повлияло? — Привет, двухэтажка. Как дела? Я смотрю, синяк у тебя прошёл почти, — Поздоровался Матвиенко. — И тебе привет, Хвостатик. — Натянув довольную лыбу хихикнул Антон. — Да блять! Я же просил не называть меня так! А то как обижусь нахрен на вас, — Начал сердиться Серый. — Ну тише, тише щас подгоришь. Пойдёмте уже, — Окликнул их Антон.       Парни пошли в сторону школы. Это здание они не посещали уже целых три месяца. Зайдя в него, они поздоровались с охранником. Классный мужик, кстати. Когда была контрольная, и кто-то пытался сбежать, он никого не останавливал, а желал только удачи. Поднимаясь по лестнице, они наткнулись на Павла Алексеевича. — О, здарова, ребятки! Ну, как на каникулах? Шастун, я смотрю, ещё выше стал. — Здравствуйте, Павел Алексеевич. А что, расти запрещено? — Разводя руками, спросил Антон. — Нет, ты что! Я же за тебя переживаю. А то начнёшь в двери кабинетов не пролезать или будешь биться головой, — Усмехнулся Павел Алексеевич. — Очень смешно. Ладно, мы пойдём, а то опоздаем, —сказал Антон, уволакивая за собой друзей. Зайдя в кабинет физики, ребята поздоровались с некоторыми одноклассниками и плюхнулись на свой родной первый ряд, за последнюю и предпоследнюю парту в ожидании их нового классного руководителя.Чтобы сократить время, ребята разговаривали между собой, пока их беседа не прервалась звуком открывания двери. Все, затаив дыхание, посмотрели на дверь. В класс вошёл их новый классный руководитель вместе с Павлом Алексеевичем. Угадайте, кто он? Правильно, тот незнакомец, с которым Тоша столкнулся недавно. Он одет в чёрные джинсы, белые кеды и светло-голубую рубашку с тёмно-синим пиджаком. Выглядит очень изящно и грациозно. Теперь он уже не незнакомец, а Арсений Сергеевич. Взлягд учителя сразу пал на Шастуна, который смотрел на него, открыв рот, хлопая глазами, как дурачок. Но потом Арсений что-то сказал Павлу Алексеевичу, и тот неожиданно поворачивает голову в сторону ученика. И теперь на него смотрело две пары удивлённых глаз. И как это прикажете, блять, понимать? Что же они там такое говорят, что сами ахуевают? Отведя взгляд, психолог хихикая что-то сказал Арсению Сергеевичу, а тот ткнул его в бок. — Здравствуйте, класс. Я ваш новый классный руководитель-Попов Арсений Сергеевич. По совместительству ваш учитель физики, — Пройдя за свой стол, грациозной походкой произнёс учитель с лёгкой улыбкой на лице, а психолог остался стоять около двери. Под конец фразы его взгляд задержался на Антоне.