Я тоже за мир, но не любой ценой

— Вставай. — Я уже… — Вставай, ну же. — …не могу… С потолка в глаза попала штукатурка и пыль, отчего мальчик жмурится и пытается дотянуться руками до глаз. Конечности не слушаются, словно они даже не принадлежат ему. Как же ему встать, когда пальцы едва ли двигались? — Вставай, я сказал, или тебе настолько на брата наплевать? — Не наплевать. — Тогда вставай. Коске тяжело стонет и переворачивается на бок, потом на живот, чтобы попытаться руками оттолкнуться от земли. Не сказать, что это помогло. Мышцы напрягались, но толку от этого. Всё ради брата, но черт возьми, хватит ли его на всё? — Да я тебя сейчас… — пригрозил мужчина, но закончить не получилось, ведь двери открылись со скрипом, впуская в тусклое помещение яркий свет. — Господин Данзо? — Почему он лежит? — недовольно спрашивает старик, шаркая ботинками и стуча своей тростью. Мужчина вздыхает и грубо поднимает парнишку за шиворот. Мальчик пользуется возможностью и тут же цепляется за стену, чтобы не упасть обратно на грязный пол. — Минато и правда из тебя сделал неженку, таким темпом ты… Опять эти слова. Опять отец. Опять разочарование. Как же это надоело. Они из него выбили все желание стараться и быть хорошим. Господину Данзо всё было мало и мало. Стоял не так, держал меч не так, бил не так, ел не так, видимо спал тоже не так! Мама раз и навсегда научила его противостоять несправедливости. И наконец его черед настал. — Отстаньте от меня, — шипит Коске, перебивая Шимуру. В груди зарождалась ярость и недовольство. — Минато это, Минато то. Да сколько можно, уже тошнит. И от вас всех тоже тошно. Мальчик даже не успевает опомнится, как чужая рука зажимает ему горло прижав к стене. Он цепляется пальцами за чужие руки, злобно царапая грубую кожу. Ему нечем было отбиваться, да и дышать тоже. — Ты мелкая невоспитанная тварь. — Да… пошел ты… — хрипит Коске, сверля взглядом старика перед собой. — нах… Внезапно рука отпустила хрупкое горло, заменяя звонким шлепком по правой щеке. Мальчик обессиленно падает, издав стон боли, но пальцы вновь хватают за ткань рубашки, потянув вверх. — В глаза смотри, щенок, — рычит Данзо, а когда мальчик не подчиняется, грубо хватает за челюсть поднимая голову. Коске ничего не осталось, как смотреть на этого безумца, но это было зря. Не ожидал он встретиться с шаринганом. Мгновенно пространство растворилось, оставляя после себя лишь густую, вязкую пустоту. И страх, от которого не убежать. Она будет преследовать вечность. От неё не спрятаться. И так было за каждым разом. За каждым разом он проигрывал этому человеку. Возможно ли победить его? Очередной кошмар. Подобные сны заставят любого обливаться холодным потом, а после переживать бессонницу. Однако не в этом случае. Тело, как и мозг, несмотря на явный дискомфорт в виде боли, постоянно требовало ещё пять минуточек сна, даже если сон был крайне беспокойным. Сколько времени истекло — неизвестно. Как-то раз удалось поднять голову и даже руками задвигать. После чего юноша долго пытался прийти в себя и понять, почему он не в своей привычной койке. Судя по стенам, он в больнице. И к сожалению, это не самое безопасное место в деревне. Со временем, благо, воспоминания с прошлого дня (а точно ли прошлого?) накатили лавиной. Не обошлось без легкой помощи от Казуи, который где-то устало мелькнул в сознании, похвалив за «успешную операцию». Ему стало немного не по себе из-за нахождения в местной больнице. Ещё и этот сон… А может это было воспоминание? Жаль только, что подросток так и не смог обратиться к Голосу, чтобы убедится в этом, ведь сейчас он замечает кого-то в помещении. — Наконец проснулся? — спрашивает фигура рядом, отчего парень с легким испугом дернулся. Он уже был готов снять с себя одеяло и выпрыгнуть, однако в чужом голосе не было даже нотки издевки или сарказма. Подозрительно. — Ты… — издается лишь хрип. Что ж так внезапно стало тяжело говорить? В человеке возле дверей он узнал знакомое лицо. Без маски почему-то было сложнее опознать личность. — Киноэ? — Да, но называй меня… Дверь резко открылась и через порог переступает беловолосый. — Тензо. Называй его Тензо, — заявляет Какаши, хватаясь за чужое плечо. — Ну Какаши, я… — хотел было возмутится Тензо, однако на этот раз Коске их перебил. — Спасибо вам, — он опускает голову ради поклона, затем аккуратно ощупывает своё лицо, обнаружив, что голова была обмотана бинтами, в особенности правая часть лица. Да и ухо тоже. — Я правда благодарен. Вы мне жизнь спасли. — Не стоит благодарностей, лучше их передай Господину Третьему, — жмет плечами Какаши, отводя взгляд от подростка. — Что вы тут делаете? — интересуется Коске, натягивая на себя тонкое одеяло. Правда, от этого комфортнее не становилось, оно было как простынь. — Меня назначали проследить за твоей сохранностью, пока ты набирался сил, — улыбается Тэнзо. — А я пришел тебя забрать, — добавляет Какаши. — Забрать? — Господин Третий приглашает тебя к себе домой на несколько дней. И отказов он не принимает, — поясняет беловолосый, спрятав руки в карманы. Он оборачивается к своему напарнику и кивает на дверь. — Тэнзо, позови медсестру, пусть его осмотрят и скажут, готов ли к выписке. Когда тот покинул палату ради выполнения приказа, в палате остались лишь они двое. Хатаке лениво прошелся по помещению, останавливаясь возле окна. Из-за маски на пол лица было сложно даже предположить, что он думает, но явно о чем-то тяжелым. Лишь минуту спустя тот нарушает молчание. — Клан Учиха вырезан. — Да. Я знаю. — Тебя видели, как ты убегал из района Учих ночью. Коске застыл, проглатывая ком в горле. Однако Какаши на него не смотрел, поэтому и прятать свои эмоции было незачем. Но что ему ответить? Что он виделся с Итачи? Насколько Какаши в принципе осведомлен с этим инцидентом? Может Коске подозревают в содействии? Парень явно запаниковал, но не стоило того. — Я рад, что Итачи тебя не заметил. Наверняка бы убил свидетеля. Аж полегчало. Коске выдохнул, опуская голову на подушку. Может быть оно и так, однако… Итачи бы так не поступил. Наверное… Всё же, они сцепились, пусть Учиха и поддался. Может и хотел убить?.. Знает ли он лучше Итачи, чем сам Какаши, который провел с ним гораздо больше времени? Однако ответов на эти вопросы он явно не получит. Стоит ещё отметить, что подобные слова от ученика своего отца немного растопили сердце юноши. Впервые за столько лет он слышит это без сарказма или разочарования. Не сказать, что Какаши был каким-то великим оратором, который заставит каждого заплакать от чуткости слов или рвануть на поле боя, но он умел лаконично задеть струны души. — Разве вы не были в одном отряде в Анбу? — Были. Тогда мне казалось, что я хорошо его знаю. — Мне кажется… все мы так думали. Хатаке уже начал говорить что-то, но в палату вместе с Тензо вошла медсестра, прерывая разговор. Женщина, присев на кресло, начала осмотр. В процессе осмотра Коске узнал, что забинтована у него не только голова, но чуть ли не всё тело. Руки, ноги, грудь и даже живот. Во время боя он даже и не заметил, как получил эти ранения, да и адреналин его вовсю подталкивал к немыслимому. Что больше удивило парня, так это отсутствие мочки правого уха. Какаши пошутил, что пирсинг себе он уже не сможет сделать, а Тензо его толкнул в бочок, чтобы тот так не говорил. Коске не особо переживал из-за, просто был удивлен, что впервые получил столь значимое ранение. Получается он уже полноценный боец. Видимо лезвие прошлось от щеки до уха, оставив после себя уродливый шрам. Рана уже начала вовсю затягиваться, что крайне удивило медсестру. — В общем, выписываю с условием, что пациент будет придерживаться постельного режима и постоянно присматривать за своими ранами. Строго-настрого запрещено заниматься тренировками и лишними разговорами, у Вас повреждены голосовые связки, — медсестра как-то недоверчиво глянула на шею парня, которая тоже была скрыта бинтами, в итоге вздохнув. — Отдыхать надобно и пить чай. Ваше тело уже долгое время находится в постоянном напряжении. Я удивлена, что Вы вовсе в состоянии. — Он будет под опекой господина Третьего, не о чем волноваться, — Какаши уверенно заявил, отмахнувшись. — Ну и отлично, — кивнула женщина, отметив что-то у себя в бумагах, а потом встала и покинула палату, пожелав здоровья пациенту. — Собирайся, — Хатаке кивнул на потрепанный рюкзак, который висел на изголовье кровати. Никто не конфисковал? Надо же. Это было единственное, что в принципе осталось у Коске, судя по всему. Даже от прошлой одежды ничего не осталось. Впрочем, не то, что бы он горел желанием вновь носить форму. Тут какаши вновь вырывает его из мыслей. — Мы с Тензо тебя проводим. — Чтобы никто не напал? — Чтобы ты не упал. Коске хмыкнул, расплывшись в легкой улыбке и поднялся с кровати. Волнение наполнило его вновь. Что-то ему подсказывало, что разговор с Третьим будет крайне тяжелым. Парень нервно потер горло, а затем стал собираться. *** Трагедия клана Учиха потрясла всю деревню. Никто и представить не мог, что такой вежливый и умный юноша просто взял и сотворил немыслимое злодеяние. Даже если Коске не выходил на улицы деревни уже несколько дней, разговоры в стенах резиденции Хокаге были громкими и эмоциональными. Слуги и пришедшие гости, вовсю обсуждали и сплетничали. Предполагаемые причины такой жестокости Итачи были разными, от безумия до зависти. А Коске приходилось тщательно обходить стороной всех, кто хотел с ним это обсудить. И так на душе паршиво. Именно поэтому проводил время в выделенной ему комнате, обычно досыпая свой третий кошмар, читая какие-то книги из библиотеки Третьего или медитируя. Не то, чтобы они были сильно интересными, но здорово убивали время. Сам хозяин дома появлялся редко и метко — ночью, вздремнуть на несколько часов и вновь был на ногах, отправляясь решать возникшие в деревне проблемы. Следовательно, Коске ничего не оставалось, как нервно ждать и отдыхать, как и велела медсестра. «Как ты дальше поступишь?» - спрашивает Казуя в один тихий, но дождливый вечер. Парень тут же поднял голову и отложил книгу, переводя взгляд на улицу. Какое-то время он задумчиво разглядывал большие капли, которые падали на красивую статую в саду. «Не знаю. Наверное, постараюсь вступить к рядовым. Таким образом будет больше свободы в передвижении. И я смогу за братом приглядывать без опаски. Наверное,» — неуверенно отвечает Коске, ведь растерянность его преследовала с тех пор, как он сюда попал. Однако это успокоило существо, а вот у Коске ещё остались вопросы: — «Когда я был в районе клана Учиха, ты стал сильнее чувствовать эту… Мать?» «Да. Это было очень близко. А потом оно исчезло» «Что это? Это человек?» «Вероятнее всего. Может у него какой-то доступ к…» Стук в дверь их отвлек. Парень резко смотрит сторону, встретившись с усталым стариком в домашней одежде. — Не присоединишься к ужину? — негромко спрашивает Хирузен, одарив легкой улыбкой. Лицо у пожилого мужчины ещё старше казалось, словно на несколько лет вперед морщины завелись. — Не откажусь, — кивает Коске и поднимается со своего места, чтобы последовать за ним. Им и вправду много что нужно было обсудить. А парень уж заволновался, что старик вовсе позабыл о нем. Перед тем, как выйти, он захватил с собой нужный файл, в надежде, что ему удастся ещё сильнее очернить Данзо. Не за просто так же за эти документы он боролся. Стол не был богатым, относительно скромным и без излишних изяществ. И Коске был этому рад. Последнее, чего он желал, так это чтобы кто-то из-за него излишне напрягался. Он тут и так живет за счет лидера Конохи. Непорядок. В небольшой комнате сидела ещё и служанка, развлекая ребенка. — Ах, знакомься, это мой внук, — Сарутоби расплывается в теплой улыбке, указывая на малыша. — Конохамару. — Внук? — удивляется Коске, а потом неловко пытается помахать ребенку, правда тот был занят чем-то своим, игнорируя даже собственного деда. Коске даже как-то и не задумывался, что у Хокаге была семья. Раз внук, значит жена и дети есть. Или были? Впрочем, Намикадзе не торопился уточнять или узнавать больше. Это не его дело. Подросток всё же кланяется и служанке, приветствуя её, что вызвало легкий смешок у Хокаге. — Ты очень похож на своего отца. Такой же спокойный, скромный и вежливый. — Как-то невежливо в чужом доме вести себя иначе, — качает головой Коске, присаживаясь к низкому столу, после того, как Хирузен приземлился на свою подушку. Он не прячет, но явно откладывает файл куда-то в сторону, слегка даже под стол, ожидая более подходящего момента. А Третий либо специально не замечал, либо не хотел этого видеть. Высказывание про отца, затронули что-то в парне. Ему сложно судить, каким был его отец на самом деле. По выборочным воспоминанием сложно в принципе сложить какую-то общую картину, но явно этот человек был заботливым по отношению к нему. В итоге, Коске пришел к тому, что мечется между тем, что чертовски хочет знать больше и вспомнить то, что наверняка дорого ему и тем, что за каждым разом, даже если воспоминания были приятными, в груди зажимало, и было даже больно осознавать, что родителей больше нет и не будет. Он уже это… потерял. Стоит ли сражаться за свои воспоминания, если они делают за каждым разом больно? Коске взял в руки палочки, как и Хокаге, пожелав приятного аппетита и поблагодарив за еду. А Конохомару повторил, видимо именно это его отвлекло от важных дел. Так он сразу внимательно осмотрел Коске, встал на ноги, и уверенно пошел к нему хватаясь за его одежду, чтобы не упасть. Парень напрягся, не ожидая, что хватка ребенка настолько сильной кажется, но видимо планы у малыша были совсем другие и его не интересовал какой-то гость. Он просто с громким восклицанием потопал к дедушке. Тот ловко его ловит и присаживает на колени. На лице Хирузена появляется заботливая улыбка. Коске пришлось отвести взгляд. Родители также заботливо с ним возились? Как же он скучает по такому отношению к себе. Внезапно он понял, что ощущал довольно сильные эмоции, но совсем… детские, что ли. Будто внутренний ребенок вырывался и хотел высказать всему миру, как же ему необходима ласка. Парень хотел было разлить чай, чтобы отвлечься от собственных мыслей, но понял, что руки слегка тряслись, поэтому положил палочки на место и тихо вздохнул. Не был он уж и такой голодный. — Как ты себя чувствуешь? — вырывает его из мыслей старик, аккуратно подавая небольшую горсть риса в рот Конохамару. — Уже получше, спасибо, — он вновь склоняет голову в знак благодарности, а потом добавляет: — Вы… выглядите весьма усталым. Наверное, много проблем навалилось, да ещё и я тут со своими. — Не стоит так переживать, Коске. Всё же, это обязанности Хокаге и уж с этим ничего не поделаешь. Скоро всё приутихнет, — Хирузен, не смотря на гнетущие слова, не переставал улыбаться. И как его хватает? Юный Намикадзе хотел привести разговор в более серьёзное русло, но присутствие женщины и ребенка мешали этому произойти, поэтому ничего не оставалось, как молчать. Коске не умел болтать «о погоде». — Налей старику чаю, — просит пожилой мужчина, усаживая неугомонного ребенка обратно на колени. — И ужинай, пока не остыло. Коске на минутку растерялся, а потом потянулся к чайничку с заваренным горячим напитком. Так он аккуратно разлил чай по небольшим кружкам — сразу Хокаге, служанке, а потом себе. Третий прав, стоит поесть, иначе будет невежливо оставить тарелку абсолютно чистой. Парень с трудом находит в себе смелости взять палочки, но в итоге накладывает жареную рыбу на тарелочку перед собой, как и овощи на пару. Пахло конечно отменно, он и не помнит, когда в последний раз садился за подобный ужин. Это было по-домашнему и уютно и из-за этого возникало чувство, словно ему здесь не место. — Спасибо, что пригласили к себе пожить, — говорит Коске, после того, как доел небольшой кусочек рыбы с рисом. — Мне важна твоя безопасность. Наруто тоже был в безопасности, как ты и просил. Однако никто и рядом не подошел, как и к резиденции. — Спасибо, — он ещё раз кланяется, ощущая легкую вину за то, что пришлось нагружать старика ещё и этим. О собственной безопасности он особо не переживал, он и на улице поспит, а вот ради младшего брата был готов потревожить Сарутоби. Коске наконец отрывает взгляд от еды и замечает, как ребенок мирно спит на руках старика. Служанка, допив чай, предложила унести ребенка, чтобы уложить спать и Хирузен с радостью согласился, аккуратно отдавая Конохамару ей. Наконец и он мог спокойно насладиться ужином. Когда та закрыла дверь, Намикадзе ещё какое-то время молча разглядывал рис перед собой. — Думаю, тебя многое, что волнует, — начинает старик, толкая в рот кусочек овоща. — Слишком, наверное. — Не стесняйся. В голове крутилось множество вопросов. Он даже и не знал, что именно его больше волновало. Но начал он, пожалуй, от последнего события. — Саске выжил? — Выжил. Он в порядке, правда… потрясен. — Да уж, — вздохнул Коске. — Тяжело быть в порядке после такой новости. А что стало с Итачи? Он сбежал? — Сбежал. Явно Хокаге что-то знал, но не торопился делиться с подростком. Тяжело осознавать, что он потерял ещё и единственного друга, если таковым можно было его назвать. Кроме Наруто, который вовсе его не знает, и Третьего у него больше никого нет. Какаши, разве что, но тот казался очень отрешенным. Парень бы побоялся его дергать лишний раз, да и тот ему ничем не обязан. Он всего-то прошлый ученик отца. А Коске своим существованием ещё и напоминает об умершем сенсее. — Итачи на самом деле мне помог сильно. Возможно без него, я бы не осмелился покинуть Корень. — Я рад, что он прислушался к моим словам и подбодрил тебя. — Так это Вы… его отправили ко мне? — И да, и нет. Я ему лишь намекнул. Так что помощь пришла от нас обоих. Смутная конечно помощь, но Коске не смел выкладывать свои недовольства и обиды сейчас. Он помнил об этом «уговоре» между Данзо и Хирузеном. Ощущение, словно он собака без хозяина, а они оба просто бросают ему кости, заманивая к себе, один с угрозами, другой просто ждал чуда. Может это невежливо сравнивать подобное с Хокаге, но он был слегка разочарован поведением лидера Конохи. С другой стороны, на его плечах вся деревня. Он не единственная его забота. Однако если бы подросток знал об «уговоре» раньше, можно было бы избежать многих проблем. — Корень и вправду расформирован? Мне ничего не угрожает? — Конечно. Тебе нечего бояться. — Я не хочу туда больше возвращаться. — Этого не произойдет. — Что тогда станет с Да… господином Данзо? — Пока Данзо под домашним арестом и не имеет право покинуть своё место жительства. Коске поджал губы. Этот подонок должен ответить за свои поступки. Юный Намикадзе не был единственным, кто потерял всё, что у него до этого было. Если бы не Казуя, он бы сейчас сидел и плясал под дудку Данзо дальше, несмотря на то, что Хокаге официально убрал отряд. И скольких жизней он уже уничтожил? — А если он продолжит вести дальше Корень? — Не продолжит. Однако это как-то не убедило парня. По словам командира и действиям остальных в Корне, Шимура явно не планирует остановится со своей деятельностью. Пора добавить в огонь масло. — У меня кое-что есть, — парень достает потрепанный от бойни файл с подписью «ГозуТенноо» — Что это? — Я… не могу сказать. Печать меня… — он показал на горло, пытаясь намекнуть Хокаге о ней, а потом вручил бумаги — Это работа ученого. Я думал, что это спасет меня. Пришлось говорить какими-то загадками, нейтральными словосочетаниями, чтобы не задействовать проклятую печать. Парень в принципе никогда не думал, что придется о ней волноваться, ведь изначально клялся, что против господина Данзо и слова не скажет. Жизнь — веселая штука. Хирузен устало листает, перечитывая содержимое. Эмоции играли на чужом лице разные: испуг, раздражение и разочарование. А вот когда дошел до информации с клетками Хаширамы и подопытных вовсе побледнел. — Ты это украл? Коске кивает. — Данзо об этом знает? — Наверное догадывается. Пожилой мужчина устало закрывает файл, ещё раз перечитывая название и тяжело вздыхает. Подросток ощущает легкую вину за то, что в принципе бросает ещё один камень в огород проблем. Чуть подумав, старик бросает взгляд на подставку со свечой на столе и вытягивает файл в её сторону. Кончик загорается и Коске ужасается в ответ. Прежде чем ему удалось что-то сказать или сделать, Хирузен поднимает горячий файл в сторону, чуть взмахнув. А видимо из-за чакры, документы полностью покрылись пламенем в чужих пальцах. В итоге, подгоревшая бумага оказалась на столе, чуть подальше от еды. Если коснуться, наверняка рассыплется и останется лишь прах. — Значит, никому не достанется это. Парень обессиленно расплылся на своей подушке. — Я думал… Вы… Скажете об этом Данзо и он… «заплатит за свои поступки» — хотел было сказать Коске, но боялся, что лишится голоса раз и навсегда. Он просто не верил, что Хокаге это сделал. Просто взял и сжег то, что могло помочь доказать, что Шимура явно готовит неладное. По нему, черт возьми, тюрьма плачет, как и этого ученого! — Я поговорю с Данзо, — обещает Хокаге. — Больше такого не произойдет. Поговорит? Всего-то? Серьёзно? Он конечно участник совета, или по крайней мере им был, а сейчас просто с ним поговорят и всё? Да Хокаге вообще ничего не знает, ни о шарингане, ни о Орочимару, который работал на Данзо. А может знает и просто покрывает? Третий полностью его разочаровал. Коске надеялся, что сможет помочь разоблачить Шимуру, но в итоге это никому не было нужно с самого начала. Но что он скажет ему в ответ? Лидеру деревни наверняка лучше знать, что делать. Да и судя по чужому взгляду, он совсем не хотел вовлекать парня в эти страсти. А юноше ничего не оставалось, как смириться. — Тебя что-то ещё волнует? — продолжает Хокаге, видимо пытаясь перевести разговор на другую тему. Парень неохотно поддался на смену разговора: — Что сейчас со мной будет? Что мне делать дальше? — Разумно вступить в отряд Анбу. Думаю, у тебя достаточно навыков, чтобы выполнять такую работу. У тебя неплохой опыт. — Это мой единственный путь? — Нет, конечно нет. — Думаю, что я хотел бы стать обычным рядовым. Мало того, хочу не просто с далека наблюдать за Наруто, а за ним самим. — Боюсь, что даже так тебе придется держаться от него подальше. Где-то он этот разговор уже слышал. Неужели он ещё и без брата останется? Сколько уже можно разочарования? — Но он ведь… в одиночестве. Его ещё и в деревне обижают. Как я могу… — Это опасно, Коске, — перебивает его старик, оставив палочки на столе, чтобы сложить руки на груди. Видимо тот был готов к этому разговору. — Я просто хочу о нем позаботиться. Когда его выгнали из приюта, Вы просто впустили его в квартиру отца. С тех пор он живет совсем один. Он ничего не знает. — Как думаешь, как он отреагирует на правду? Наступило напряженное молчание. Так на самом деле, Коске ничего не знает о Наруто. Только то, что он хочет стать Хокаге. — Наруто весьма эмоциональный ребенок, удивительно похож на Кушину. Скажи, что он сын Четвертого, так увидишь, как расскажет всем вокруг. Вдобавок, твой отец просил меня защитить вас обоих. Не знаю, известно ли тебе это, но Минато нажил себе немало врагов во время войны. Они не упустят своей возможности отомстить на его сыновьях, так ещё один из них джинчуурики, — Сарутоби остановился на мгновение, заметив внимательный взгляд парня на себе. Значит, аргументы ещё нужны. — К тому же, как он воспримет эту информацию? Родители заковали в нем девятихвостого, что разрушил деревню, убил их самих, так ещё и обрекли на тяжелую жизнь сироты. Обозлиться небось или вовсе потеряется в себе. Он светлый мальчик, может и хулиганит, но чем меньше знает — тем крепче спит. — Но ведь не обязательно говорить ему про родителей и всю правду, — парирует Коске. — А ты устоишь перед его настойчивостью? Промолчишь? Сможешь посмотреть ему в глаза и соврать? — Да просто скажу, что они умерли во время нападения Лиса. Тогда ведь так много сирот появилось. Ему ведь нужен брат! — А то, что некоторые тебя знают, как сына Четвертого не смутит мальчика? Часть деревни гудит о том, что ты жив. — Я… — Коске зажал челюсти, игнорируя возникшую боль в щеке. Ему нечего было ответить. Он даже представить не может, как он подойдет к этому мальчику и скажет, что у него вообще-то старший брат есть. Как объяснить отсутствие? Примет ли его? А может вовсе разозлиться, что никогда не был рядом? А что с печатью? Она ведь дестабилизируется, если тот сильно переживать будет. Разве… Наруто не будет больно услышать правду? В какой-то мере Коске скучает по временам, когда ничего не знал и не помнил. Его ничего не волновало, не терзало. Последняя голова на скале Хокаге не вызывала у него никаких абсолютно чувств, а сейчас… Наруто не заслужил страдать ещё больше. На его плечах и так много. В словах Хирузена была доля правды, однако Коске кое-что всё же волновало. Всё можно организовать и ничего не говорить мальчику, если сильно захотеть. Однако проблема была в другом: — Вы мне не доверяете? — Коске неуверенно смотрит на Хокаге, пытаясь узнать, что так на самом деле думает на это счет старик. Тот устало вздохнул. — Совет не хочет рисковать. Совет, значит. Это выглядело, как попытка уйти от высказывания собственного мнения. Неужели сам Третий ему не доверяет? Хотя, с чего бы ему доверять Коске. Он свежо после Корня, кто вообще такому подростку хоть что-то доверит в ясном уме? Но одновременно это чертовски злило. Парень сжал кулаки и опустил голову. За эти несколько дней он уже успел понадеяться на то, что получится лично оберегать младшего брата. — То есть, мне даже с ним взаимодействовать нельзя? — Так будет лучше всего. Да уж, последняя надежда просто разбилась на куски. Сил злиться не было, хотелось уйти обратно в комнату и забыться во сне. — Не беспокойся, рано или поздно придет время, когда ты сможешь всё ему рассказать. А пока придется повременить ради его же безопасности. Парень в ответ кивнул, хотя слова Сарутоби совсем его не бодрили. «Невежество — это блаженство» — добавляет ещё и Казуя, словно пытаясь утешить Коске. Может и в этом есть правда. Это разрешит Наруто побыть настоящим наивным ребенком. Они продолжили ужин и обсуждение более бытовых проблем. Первая из тем было место жительство парня. Дом, некогда принадлежащий его родителям, всё ещё стоит и по праву принадлежит ему, поэтому видимо придется жить там. Дальше, они обсудили его фамилию, однако пришли к выводу, что, поменяв на Узумаки, сам Наруто может что-то заподозрить слишком рано, а фамилия Намикадзе не особо вяжется с красными волосами. Конечно, угроза от врагов отца была, однако Коске уверил, что будет предельно осторожен и не станет называть лишний раз свою фамилию. Дальше, деньги родителей полностью переходят ему, раз он становится самостоятельным человеком. Коске сам вызвался выдавать Наруто достаточно денег для жизни из собственного кармана и оплачивать услуги квартиры, таким образом перед самим собой будет не стыдно. Иначе получается, что он ради брата совсем ничего не делает. И наконец, Хокаге пояснил, что скорее всего Коске придется побыть генином и поработать в какой-нибудь команде, прежде чем идти на ступень выше. Пусть навыки и разрешают быть как минимум чунином, ему многое, что ещё предстоит узнать. К тому же старик уверял, что будущий сенсей будет в курсе ситуации и следить за его безопасностью. На этом ужин закончился, оставив юношу разбитым, разочарованным и потерянным. На следующий день он получил ключи от дома, бумаги в банк и информацию о регистрации на генина. С таким набором ему предстоит начать новую жизнь вне Корня. И, к сожалению, он был совсем не готов.