Family Issues

      Жизнь в Малфой-мэноре изменилась настолько, что Альсефине Блэк, впервые за всё время, было неприятно там находиться. Тётю Беллатрикс к ней больше не подпускали, но её регулярное присутствие в замке не давало девушке покоя. Волшебнице одновременно хотелось поговорить с Бэллой, выяснить, что такое произошло между ними, но также Альсефину сковывал страх, ведь тот тётин взгляд говорил о многом. Кроме Беллатрисы, в доме часто появлялись другие незнакомые люди, которые тоже пугали волшебницу. Как-то вечером, она только вернулась домой с прогулки вокруг замка, уже направляясь в сторону лестниц, Альсефина услышала, как открывается и закрывается входная дверь. Зная, что все трое Малфоев дома, она обернулась посмотреть, кто мог придти. В полумраке освещенного свечами коридора мелькнула высокая широкоплечая фигура незнакомого ей ранее мужчины. Мисс Блэк ещё раз обернулась, и когда незнакомец вышел на свет, ужаснулась. Почти всё лицо мужчины было покрыто густой шерстью, сливающейся с длинными нечесаными волосами. Прищуренные глаза гостя горели в полумраке. Одет незнакомец был в костюм из чёрной кожи и длинную мантию, которая с трудом сходилась на его широкой груди. Их взгляды встретились. Мужчина остановился и оскалил в улыбке остро заточенные желтые зубы. Сердце Альсефины ушло в пятки, но девушка стоически отвернулась, делая вид, что никого не заметила, и пошла вверх по ступенькам, пока не услышала за спиной жуткий скрипучий голос: — Ну и кто тут у нас, — произнёс гость из тёмного коридора. Девушка вновь повернула голову и уже было открыла рот, чтобы ответить (ведь этикет требовал поприветствовать незнакомца в ответ), когда услышала шаги навстречу. — Пойдём наверх, дорогая, — произнесла Нарцисса, беря племянницу под руку, — нам тут нечего делать. Помимо прочего, Альсефина заметила, как изменилось отношение тёти. И тут дело было даже не в общем стрессе. Что-то иное крылось во взгляде Нарциссы, в тоне её голоса. Это чувствовалось именно когда они были наедине. Разговоры двух женщин уже не были такими весёлыми и беззаботными как раньше. И ключевым пунктом подозрений Альсефины было то, что отношение Нарциссы изменилось ещё до того, как жизнь в Малфой-мэноре заметно усложнилась. Вначале, девушка внушала себе, что ей лишь кажется, ну, или миссис Малфой могла переживать из-за чего-то, что её совсем не касалось, и потому, лезть не в своё дело волшебница не хотела. Однако дни шли. Нарцисса с каждым днём вела себя всё более отстранённо. Вот они уже ни разу не увиделись за два дня, живя в одном доме. А после этого, будто бы даже видясь с племянницей, миссис Малфой стала избегать её. Сама Альсефина уже тоже тревожилась не на шутку. Проведя почти целый день перебирая в голове, что же она могла такого сделать, и за что тётя может злиться на неё, ближе к вечеру девушка всё же не выдержала и отправилась искать Нарциссу, чтобы лично у неё об этом спросить. Женщину удалось найти в столовой, за поздним обедом вместе с Драко, который, благо уже закончил есть и собирался уходить. — Не помешаю? — обратилась она к тёте. — Нет-нет. Правда, я уже тоже собиралась… — вежливо, но избегая встречаться взглядом с племянницей, ответила она. — Нарцисса? — Альсефина напротив пристально посмотрела на неё своими большими голубыми глазами, — Что происходит? Женщина немного помрачнела, поняв, что её тревога не осталась незамеченной и поговорить с племянницей всё таки придётся. Она отвернулась. Несколько минут миссис Малфой молчала, словно в неуверенности, начинать ли говорить. Альсефина уже стала немного раздражаться. — Тебе ведь исполнилось семнадцать в прошлом году… — это не походило на вопрос, скорее на размышление и ещё больше поставило Сефи в тупик. — Ну… да. А в мае уже восемнадцать, — неуверенно ответила девушка. — Ты ведь знаешь, с чем связано твоё совершеннолетие? — наконец посмотрела на неё миссис Малфой. Пару секунд спустя волшебницу осенило: — Дело в наследстве? — Да, — кивнула Нарцисса и вновь замялась. — Так как мы с Люциусом твои опекуны, до твоего вступления в права наследования, всё то имущество, что завещали тебе бабушка с дедушкой находится в нашем распоряжении. Я тянула с этим целый год, но тебе всё же нужно вступить в права наследования. — Да, я что-то совсем забыла об этом, — пожала плечами мисс Блэк, попрежнему не понимая проблемы. — Что для этого нужно сделать? Встретиться с мистером Питерсом? Он ведь привёз меня сюда, почему же сразу не передал документы… — Там всё не так просто, — покачала головой женщина, вновь отворачиваясь. — Ты же помнишь о правилах твоей бабушки? — Разумеется, — ответила Альсефина, предчувствуя неладное. — Это не просто правила. Это древняя магия. Вальбурга была очень умной женщиной. Помимо свода правил, существует целая цепочка магических договоренностей, напрямую связанных друг с другом, а также с Гринготтсом, с адвокатами, с нами, с твоей школой… Эти договоренности… их невозможно обойти или нарушить. Это наш закон, — Нарцисса вздохнула и продолжила. — В нашей семье испокон веков всё вершилось таким образом, а после того, что учудили твой дядя Сириус и моя сестра Андромеда, всё стало ещё жёстче. Это предписание представляет собой алгоритм событий и их условий. Понимаешь? Всё происходит в строгом порядке, и нарушить этот порядок никто не в силах… — женщина снова умолкла, пытаясь подобрать нужные слова. — Эээ, — протянула Альсефина, — и что от меня требуется? С наследством что-то не так? — С наследством всё в порядке, — отмахнулась миссис Малфой. — Но получить его ты сможешь только после заключения брачного контракта. Иначе говоря, только после помолвки. И разорвать эту помолвку, можно будет только под… — Угрозой смертельной опасности, — закончила за неё девушка. — Да. Питерс попросил меня сказать тебе об этом, но я никак не решалась… — И без помолвки у меня не будет ни денег, ни дома? — спокойно спросила мисс Блэк. — Да, — снова согласилась её тётя. — В течение восемнадцати месяцев после твоего совершеннолетия, нам нужно заключить брачный контракт, а в течение ещё трёх ты получишь право распоряжаться своим имуществом. — Понятно, — проговорила волшебница, раздумывая над тем, какой выбор женихов ей предоставила бабушка. Разумеется, Альсефина знала, что строгий список претендентов на её руку и сердце давно составлен, но никогда туда не заглядывала, полагая, что до свадьбы у неё ещё много времени. — Завтра, после обеда мистер Питерс принесёт все нужные бумаги. Я предложила посетить его контору в Лондоне, но он любезно предположил, что легче ему одному придти сюда, чем нам четверым отправляться в Лондон. — Нам «четверым»? — переспросила Сефи, подняв брови. — А кто четвёртый? Я, ты, Люциус и… — И Драко, — совсем помрачнев, закончила за неё Нарцисса. — Но что Драко там делать? — даже усмехнулась девушка, однако понимание моментально пришло на смену улыбке. — Мне предстоит выйти за Драко? Поэтому вы тянули с этим. Драко должно было исполниться семнадцать, — пристально посмотрела она на миссис Малфой. — Да, — кивнула женщина.

*годом ранее*

— И что же нам делать, Люциус?! — глядя на мужа, всплеснула руками миссис Малфой. — Полагаю, радоваться? — спокойно ответил он. — В Британии была только одна семья, выше нашей по статусу. И вся она сейчас сосредоточена в девчушке, на которой женится Драко. А ты думала, мой отец просто так выбрал именно тебя мне в жёны? — Вот именно, — сквозь зубы процедила Нарцисса, — Неужели тебя не смущает? Драко — наполовину Блэк… — Альсефина тоже Блэк максимум наполовину. Моих генов будет достаточно, — отмахнулся мужчина. — Всё имущество семьи Блэков перейдёт под наш контроль — дома, счета, ценные бумаги. Наше состояние увеличится почти вдвое. И за это нужно будет только дать имя Блэк их второму сыну! — видно было, что финансовая сторона вопроса интересует Люциуса куда больше, чем возможные последствия. — Мертворожденному сыну? Ты глуп, словно домашний эльф! У них будут рождаться мёртвые или безумные дети! Напомнить тебе о моей сестре Белатрикс?! — не в силах сдерживаться, вскричала Нарцисса. — Не смей так разговаривать со мной, — спокойно произнёс мистер Малфо. — Ты знаешь, второй раз я повторять не буду. А что касается твоей сестры… один не слишком уравновешенный ребёнок, на двоих уравновешенных… — Ты хочешь, чтобы обе наших семьи выродились! Уничтожить и Блэков, и Малфоев одним махом! Этому не бывать! — прокричала женщина. Люциус сделал молниеносное движение, и, в следующую секунду, его рука сомкнулась на шее супруги, прижимая ту к стене. — Я, кажется, предупреждал, — с каждым словом всё сильнее сжимая её горло, процедил Малфой, после чего всё же отпустил Нарциссу. — Более достойную невесту мы не найдём во всей стране. На этот брак дал согласие ещё мой отец, и я считаю это верным решением. Разговор окончен.

***

— Но также нельзя… — пролепетала Альсефина, — я знаю, все чистокровные волшебники состоят в дальнем родстве, но мы ведь кузены. Мне говорили, что Вальбурга составила список, не состоит же он из одного человека? — всплеснула она руками. — Не состоит, — согласилась Нарцисса и, вытащив из кармана мантии лист пергамента, передала его племяннице. Быстро взяв его, девушка увидела, надо сказать, недлинный список имён: — Бартемиус Крауч младший, — прочитала она первое имя. — Умер, три года назад, — ответила миссис Малфой. — Рабастан Лестрейндж? — Брат мужа Бэллы. Недавно вышел из Азкабана… Поверь, ты не захочешь за него замуж, — отвела взгляд в сторону Нарцисса. — Кингсли Бруствер? — пропустив имя Драко, стала читать дальше Альсефина, — Августус Руквуд? Персей Паркинсон? — Брустверы переметнулись на сторону Ордена Феникса. Руквуд убит мракоборцами, а Паркинсон умер ещё в младенчестве, — ответила волшебница своей племяннице. — Но… ведь наши дети с Драко могут быть… ты же понимаешь! — взяв тётю за руку, воскликнула Альсефина. — Я понимаю, — ответила женщина. — И я против. Но этот договор был заключён ещё между Орионом и отцом Люциуса. Да и сам Люциус считает такой брак приемлемым. Не знаю, Сефи… Может, всё будет в порядке? Твои дедушка с бабушкой ведь тоже были троюродными братом и сестрой. — Вот именно, в нашей семье и так было слишком много близкородственных браков. Это словно подбрасывать галеон и гадать, какой стороной он упадёт! Не может быть, чтобы этого нельзя было избежать. _____________________________________ — Мистер Питерс, что значит «этого нельзя избежать»?! — едва держа себя в руках, воскликнула Альсефина. — Мисс Блэк, прочтите контракт… — вздохнул адвокат, повторяя одну и ту же фразу в очередной раз. — Я читала чёртов контракт уже столько раз, что могу пересказать его наизусть! — стараясь не повышать голоса, прорычала девушка. — Что здесь происходит? — раздался спокойный голос вошедшего в кабинет Люциуса. Альсефина посмотрела на него, но ничего не ответила, понимая, что что бы сейчас не сорвалось с её губ, сказано это «что-то» будет далеко не в самом дружелюбном тоне. — Как мы и предполагали, мисс Блэк не слишком довольна положением вещей, — устало проговорил Питерс. — От чего же? — мистер Малфой поднял брови и перевёл взгляд на племянницу. — Тебе не нравится Драко? — Люциус, вы же понимаете, что дело не в этом, — сохраняя спокойствие, ответила Альсефина. — Мы ведь кузены. Подумайте, чем это может обернуться. — У вас не самое близкое родство. Всё обойдётся. Да и к тому же, твоя бабушка не оставила нам выбора. За осквернителя крови ты не пойдёшь, а Рабастан после Азкабана, мягко говоря, не внушает мне доверия касательно своего ментального здоровья, — подытожил Малфой-старший, давая понять, что обсуждение окончено. В комнату тем временем вошли Нарцисса и Драко и сели каждый в отдельное кресло. Альсефина была так зла, от того, что её поставили в это безвыходное положение, что даже не взглянула на них. — Начнём, — произнёс Люциус, и адвокат стал читать вслух документы. — …так как вы являетесь опекунами Альсефины и родителями Драко, Люциус, Нарцисса, вам нужно будет подписать здесь и ещё вот здесь, — указал Питерс на место в конце пергамента. Малфой-старший взял перо и дважды поставил свою замысловатую подпись в указанных местах, а затем повернулся к жене, которая, казалось, колебалась. Прошла минута, а затем другая. — Подписывай, — спокойно произнёс Люциус, однако этого было достаточно. Нарцисса взяла в руки перо и сделала то, что от неё требовали. — Чудесно, — сухо прокомментировал адвокат. — Драко, теперь вы, вот здесь и здесь. Парень тоже глянул на отца и быстро расписался. Настал черёд Альсефины. — Мисс Блэк, прошу вас, — проговорил Питерс, — от вас требуется расписка о добровольности вашего решения и пара подписей. Девушка поборола желание фыркнуть. Придвинувшись ближе, Альсефина исписала свиток пергамента под диктовку адвоката и передала ему в руки, после чего получила другой, где ранее расписывались все Малфои. — Вот здесь, — указал мужчина на место, оставленное для неё на брачном контракте, — и здесь, — на этот раз, Питерс передал волшебнице документ, подтверждающий помолвку. Рука девушки зависла над пергаментом. Альсефина буквально чувствовала, что сейчас к ней прикованы взгляды всех собравшихся в этом помещение. Время словно остановилось, несмотря на то, что она слышала как никогда громкое и отчетливое тиканье антикварных часов на стене. Альсефина провела в этом трансе несколько минут, пока к ней не обратилась Нарцисса, вырвав девушку из забытья: — Дорогая, подписывай. Она ещё раз посмотрела на тётю прежде чем поставить две подписи в требуемых местах. — Ну, господа, благодарю вас и поздравляю, — свернув несколько свитков пергамента, произнёс адвокат. — С нетерпением жду приглашения на церемонию заключения брака. Мисс Блэк, вы сможете начать частично распоряжаться своими средствами примерно через месяц или два, если всё пройдёт так, как я рассчитываю. Полагаю, что тогда мы с вами и увидимся, — и мистер Питерс, собрав нужные ему документы и оставив Малфоям два свитка пергамента, пожал руку Люциусу и Драко и удалился. Нарцисса, явно пребывая в ужасном настроении, взяла сына под руку и даже не взглянув на мужа, увела его из кабинета. Это случилось так быстро, что Альсефина даже не успела ей ничего сказать, хотя сейчас разговор с тётей ей был также необходим. Волшебница было встала, чтобы тоже покинуть кабинет, но её остановила ладонь Люциуса, которая внезапно опустилась на руку Альсефины чуть повыше локтя, тем самым не пуская к двери. — Задержись на пару минут, дорогая, — произнёс он голосом, не предвещающим ничего хорошего, когда девушка повернулась и удивленно посмотрела на его руку. — Присядь. Мисс Блэк ничего не ответила, но послушалась и села в кресло стоящее по другую сторону от стола. Сам Люциус достал из серванта бокал, налил себе виски и тоже сел, на этот раз за стол, туда, где ранее располагался адвокат. — Когда Питерс привёз тебя сюда, он рассказал мне, что в школе ты стала близко общаться со своим одноклассником, — отпив немного виски, глядя на племянницу поверх бокала, начал мужчина. — Ганс, кажется? В животе у Альсефины завязался узел. Учитывая все предыдущие события, она уже успела забыть о том инциденте с Питерсом, который так долго не давал девушке покоя. Мистер Малфой поднял брови, словно демонстрируя, что он ждёт от неё ответа. — Да, — коротко ответила волшебница. — Мы тебя не осуждаем. Я тоже когда-то был юным и всё понимаю. Но хочу сказать, что тебе придётся прекратить эти отношения. Думаю, ты и сама понимаешь, что это неприемлемо… особенно, для невесты моего сына, — заключил Люциус. — Да, я понимаю, — снова согласилась Альсефина. Едва Нарцисса только начала говорить о брачном контракте и помолвке, она сразу поняла, что их с Гансом влюбленность обречена. Была ли Альсефина расстроена? Конечно, была. До него, мисс Блэк никогда ещё не испытывала такого широкого спектра эмоций, который дарило ей время, проведённое с Гансом. Но девушка с самого начала знала, что кого бы она не выбрала, её семья, как только придёт время замужества, легко разнесёт её отношения в пух и прах. Альсефина понимала это, она готовилась к этому долгие годы, но всё равно оказалась не готова. Единственное, что успокаивало волшебницу, не давая ей после всего расплакаться прямо перед дядей, это то, что они с Гансом смогут продолжить дружеское общение, ведь именно их моральную связь мисс Блэк ценила прежде всего. Парень и сам был из состоятельной семьи немецких волшебников и потому, как надеялась Альсефина, должен был её понять. Пока она об этом думала, взгляд девушки, судя по всему, был устремлён куда-то сквозь Люциуса, и он, конечно, это заметил. Допив свою порцию виски, мужчина снова посмотрел на Альсефину и произнёс: — Я бы хотел узнать еще кое-что. — Что? — спокойно спросила волшебница. — Ты девственница? Когда он произнёс эти слова, Сефи показалось, что её окатило холодной водой. Внутренне, она засмущалась и покраснела, желая провалиться сквозь землю… но лишь внутренне. Лицо Альсефины продолжало оставаться каменным, выражая, разве что, легкое удивление. — Прошу прощения? — переспросила она, нарушая неприятный звук собственного сердцебиения в ушах. Люциус в ответ усмехнулся: — Я сказал, что хочу знать, спала ли ты с этим Гансом или ещё с кем бы то ни было, — членораздельно и медленно проговорил мужчина. В комнате вновь повисло молчание. Когда мистер Малфой уже приготовился сказать что-то ещё, Альсефина всё же решилась ответить: — Нет, не спала. Могу я идти? — спокойно спросила она. — Пожалуйста, — кивнул Люциус.