На расстоянии выстрела

— «Сокол», на три часа… — Уже никого, — ухмыльнулся Лайтвуд и скатился за парапет крыши для перезарядки. Сегодня на его прикладе появилось ещё семь новых насечек, и ещё примерно столько же планировалось. Для снайпера это был довольно продуктивный день, точнее, ночь, поскольку тех, кого он прикончил в рукопашке, он никогда не считал. — Смотри не тресни от самодовольства, — фыркнул Старквезер.       Сегодня на общей линии их было пятеро. — Ему можно, он сегодня в ударе, — уважительно произнёс Джейс. — Кстати, у тебя за спиной один мудила, «Беркут»… — Вашу ж… — ругнулся тот, и после короткой потасовки вернулся на линию. — Мне бы твоё ночное зрение, «Филин». — Прости, приятель — каждому своё, — отозвался Джейс. — Эй, «Сойка», — продолжил Ходж. — Мой мудила свалил от меня через разлом в полу, так что встречай гостей. — У меня тут и так перебор с гостями, — послышался озабоченный голос Лидии. — Дурной тон появляться без приглашения — кажется, придется научить этих ребят хорошим манерам. Эй, Зи, отправишь ко мне? — «Филин», помоги «Сойке», — последовали четкие указания. — «Беркут», прекращай щелкать клювом, иначе нашей шпионке придется несладко. «Сокол», — голос кооридинатора заметно потеплел. — Просто будь осторожен, ладно? У тебя там на пять часов… — С каких это пор ты «Зи», а не… — начал было Ходж. — Потому что если ещё хоть кто-то обзовëт меня кукушкой… — пригрозила Изабель. — А я предлагал тебе быть «Канарейкой», — влез Эрондейл. — Я не буду брать никаких супергеройских имён, — отрезала Иззи. — Это неоправданно. — А чем тебе «кукушка» не угодила? — искренне удивился Ходж. — Общеизвестно, что эти птицы — самые заботливые матери, подобно нашему координатору, потому что подбрасывают свои яйца в чужие гнезда, чтобы птенцы… — Ты не хочешь знать, что я сейчас сделаю с твоими яйцами, «Беркут», — свирепо произнесла Изабель. — Заканчивай трескотню! — Я ведь не прекращаю работать… — Вы слишком орëте, — поморщился Алек. — Я тут вообще-то целиться пытаюсь. — Да, заткнись уже, Старквезер, — посоветовал Джейс. — Ты что, придурок? — рассвирепел «Беркут». — За каким хреном ты раскрываешь кодовые имена?! — Вот чёрт, — охнул тот. — «Филин», второй штраф за неделю! — рявкнула Иззи. — Когда ты уже научишься держать язык за зубами?! — Народ, вы засоряете эфир, — подключилась «Сойка». — Если вам плевать на дело, то уважайте хотя бы нашего снайпера. Он там отдувается за четверых, а ведь у него даже прикрытия нет. — Меняем план: «Беркут» прикрывает «Сойку», «Филин» прикрывает «Сокола», — тут же сориентировалась Иззи. — Я перезапускаю линию, большой брат, остаешься вдвоём с «Филином». — Слава богу, — проворчал Алек, когда их отсоединили. — Я уж думал, это никогда не кончится… — «Беркут» завтра опять отделает меня на тренировке за мой длинный язык, — хмыкнул Джейс. — Не то слово, — расплылся в улыбке Лайтвуд. — Поддержки не жди — ты реально косяк. — Да знаю я, — пробурчал Джейс. — Черт, ты не видишь, да? — У меня снайперка с ночным прицелом, — Алек закатил глаза. — Что я должен увидеть? — Лежи там, где лежишь, не высовывайся, — резко сказал «Филин». — Десятиэтажка слева, крыша. — Я уже видел его, — спокойно отозвался Лайтвуд. — Что-нибудь ещё? — Видел? Тогда… Чего ты ждешь? — растерялся Эрондейл. — Подходящего момента, — загадочно выронил Алек. Послышался щелчок и короткий свист. — Минус один, — прокомментировал Джейс. — Ну ты красава, конечно. О, и тебе привет…       Брюнет сначала не понял, к кому он обращается, пока не услышал в наушнике короткий вскрик, а затем сочный мат. — Ушлепок, порезал меня, — пожаловался напарник. — Насколько всё серьезно? — уточнил Алек, снимая ещё одного снайпера и выцеливая нагло наседающего на «Сойку» боевика. — Я и сам завтра отделаю «Беркута» на тренировке — какого чёрта наш лучший шпион снова без прикрытия? — Три из десяти, — выдохнул Джейс. — Тогда не ной, — велел ему Алек и снова прицелился. — Помнишь, мы не так давно рубились в приставку? — Ну и? — Золотое правило видеоигры: когда убиваешь всех противников, появляется злой босс, — почти радостно произнёс Лайтвуд. — Ты думаешь, Моргенштерн вылезет из своей дыры? — недоверчиво переспросил Эрондейл. — У него же целый дивизион пешек, которых можно отправить разгребать за ним всё дерьмо. — Я не думаю, я уверен, — в голосе Алека слышалась улыбка. — Глянь вниз. Стой, погоди, он что… требует переговоры? — Похоже на то, — изумленно сказал «Филин». — Поверить не могу. После всего, что он сделал? — Погоди, это не он, — нахмурился Алек. — Какой-то пацан. Это что?.. — Сынок Валентина, Джонатан, — зашептал Джейс. — Глазам не верю, это Ходж?! Зачем он туда идёт? — Дьявол тебя побери, «Филин», — рявкнул брюнет. — Кодовые, мать их, имена! — Да плевать, — отмахнулся тот. — О чём они говорят? — Зи пишет, что это не по плану, — пораженно проговорил он. — И он… чёрт, он отсоединился от линии, наши даже не слышат, о чём они говорят.       Алек наблюдал через прицел, как двое мужчин о чём-то долго разговаривали, затем Ходж передал ему какой-то конверт, а потом обе стороны пожали друг другу руки. — Полный… — обреченно выдохнул Джейс. — Согласен, — мрачно отозвался Алек. — Зи пишет, что надо снимать обоих — и Ходжа, и Джонатана. — Как он мог оказаться предателем? И что он мог ему передать? — сыпал вопросами Эрондейл. — И Ходж… мы ведь знали его столько лет. Мы учились у него, практиковались с ним… Как он вообще… — Понятия не имею, — раздраженно произнёс Алек. — Видимо, мог. Я видел то же, что и ты, и знаю только то, что сейчас я должен делать свою работу.       Это была его самая ненавистная часть — когда приходилось отнимать жизни людей, которых он знал годами. Будь они в другой ситуации, они наверняка поговорили бы со Старквезером, выяснили причины, по которым он так поступил, вот только у них не было такой возможности. Приказ есть приказ, и Алек прицелился, готовый выстрелить через три… две… одну…       Пуля пронзила голову Ходжа, и он упал, как подкошенный. Джонатан быстро нырнул в стоящий позади фургон, пока Лайтвуд тупо смотрел на труп бывшего соратника и не понимал, как это могло произойти. Пулю он так и не выпустил, но, тем не менее, она попала в голову «Беркуту». Если он этого не делал, то кто тогда? — Это ведь ты сделал? — неуверенно спросил Эрондейл. — А то мне показалось…       Значит, он тоже заметил. — В том-то и дело, что нет, — нахмурился Лайтвуд. Траектория пули была примерно такой же, как если бы стрелял он, следовательно…       Алек резко вскинул голову и неверяще застонал. На парапете соседней крыши вызывающе отсвечивала вечерними огнями чужая винтовка. Он что, серьёзно? — Тогда кто? — Ты что, до сих пор задаёшь этот вопрос?! — Лайтвуд выругался. — В натуре? «Фантом»? — в голосе Джейса слышалась досада. Он явно чувствовал то же, что и Алек. — Соседнее здание. И да, он только что пришил нашего человека, — хрипло произнёс брюнет и резко дислоцировался, направляя дуло винтовки на крышу напротив. — Я прямо задницей чувствую, что ты сейчас натворишь глупостей, — предупредительно произнёс «Филин». — Не смей сниматься с курса! Надо достать Моргенштерна, слышишь? — Слышу, — процедил Алек, пытаясь найти бойницу в кирпичной стене. — «Сокол», прием! Его увозят! — Да, и я ничего не могу с этим поделать! — завёлся брюнет. — Я, чёрт возьми, на крыше, и я снайпер! Я…       Он молнией метнулся к краю, вскидывая пистолет, и, почти не целясь, выстрелил по колесам фургона. Машина тут же завихляла. — Доволен? — язвительно бросил Лайтвуд, возвращаясь на свой пост. — Займись уже этим вопросом, а я займусь своим. Эта мразь ответит за то, что влез не в своё дело… — Ты же понимаешь, что, если бы он не выстрелил в Ходжа, секундой позже это сделал бы ты? — заметил Джейс. — А ты понимаешь то, что понимаю я? — взвился Алек. — Он убил нашего агента! Может, «Беркут» и предатель, но он бы лучше тысячу раз погиб от нашей руки, чем один раз от руки «Фантома». Он заслуживал другой участи или хотя бы выбора. Выбора, которого ему не оставил какой-то проходимец… — Бро, он только что вынес мозг взрослому мужику одной пулей, — вмешался Эрондейл. — Забей на него, он не стоит такого риска! — Мне всё равно, — прорычал Лайтвуд, всматриваясь в оптический прицел. — Я прикончу этого ублюдка. — Какая грозная интонация, — насмешливо произнёс в наушнике незнакомый баритон. — Кто это? — сразу же напрягся брюнет. — О, мы не были официально представлены, — быстро произнёс голос. — Я лишь решил выразить свое восхищение. Слухи о меткости «Сокола» уже давно ходят в наших кругах, и то, как виртуозно ты сейчас пробил колесо с крыши десятиэтажки, учитывая, что стрелял ты не из винтовки, а из обычного пистолета… я впечатлён. Удивительно, что с таким талантом тебе до сих пор не удалось добраться до «Фантома». — Занят этим прямо сейчас, — недружелюбно бросил Лайтвуд. — Назови свой позывной. — Думаю, это лишнее, — отчего-то развеселился незнакомец. — Позывной! — рявкнул Алек. — Говори или я… — Попросишь своего дружка «Филина» перезагрузить канал связи? — проявил тот немалую осведомленность. — Вынужден тебя разочаровать, но его здесь нет. Я хотел поговорить только с тобой, так что пришлось его отсоединить.       Нехорошее подозрение закралось в душу снайпера. — Кто ты? — потребовал он, продолжая высматривать своего противника. — Давай я тебе намекну, — предложил незнакомец, и в ту же секунду кирпич взорвался крупными осколками в десятке сантиметров от ноги Алека.       Он с ужасом перевел взгляд туда, откуда прилетела пуля: маленькая бойница в стене, невольно созданная отсутствием части кирпичной кладки, через которую было крайне неудобно целиться — Алек пробовал минуту назад — но в которую вполне можно было прицелиться извне. Лайтвуд дрожащими пальцами выкрутил застрявшую в щели обжигающую пулю и присмотрелся: насечка в виде буквы «Ф» на ней полностью отметала другие версии. — Ты… — неверяще выдохнул он. — Ты! Как ты вообще… Как ты попал на зашифрованную линию? — Слишком дорого прозвучит, если я скажу, что могу себе это позволить? — поинтересовался «Фантом». Что-то зашуршало в его наушнике, и Алек сместился в сторону, пытаясь отследить перемещение врага. — Дорого — нет, понтово — даже слишком, — заявил брюнет, решив, что будет тянуть время до последнего, надеясь обнаружить точное местоположение снайпера. — Что поделать — люблю всё делать эффектно и с размахом, — притворно вздохнул его противник. — Устраивать шоу на пустом месте — удел дилетантов, — процедил Алек. Сработало. — Ты назвал меня дилетантом? — оскорбился враг. — А что, я не прав? — с вызовом поинтересовался «Сокол». — Ты не можешь меня достать, поэтому используешь метод психологической атаки. Что это, как не признание собственного бессилия? — Это как посмотреть. Как плечо? — с ложной заботой в голосе поинтересовался наушник. — Пуля пятидесятого калибра — больно было, наверное? Впрочем, что там понимает какой-то дилетант?       Алек, которому этой самой пулей раздробило плечо, в бешенстве стиснул зубы. — На себе испытай — потом расскажешь, — огрызнулся он. — Могу предложить свои услуги в проведении следственного эксперимента.       «Фантом» рассмеялся. Этот урод в открытую над ним насмехался. — Да ты никак обиделся, — присвистнул он. — Ничего личного, «Сокол». Просто ты встал у меня на пути, и мне пришлось тебя подвинуть.       Гнев охватил Лайтвуда. — Думаешь, я не знаю, что ты делаешь? — задиристо произнёс он. — Ты пытаешься доказать мне, что ты лучше меня. Более быстрый. Более меткий. Более крутой, потому что ты появляешься из ниоткуда, ставишь меня на место и исчезаешь в никуда, и при этом делаешь вид, что тебе нет до меня дела… — А ты не думал, что мне и впрямь нет до тебя дела? — насмешливо перебил его «Фантом». — Ты слишком много о себе думаешь, и я уж точно не стал бы убивать твоего дружка Старквезера просто для того, чтобы что-то тебе доказать. — Ты знал Ходжа? — нахмурился Алек. — Знал? — снайпер фыркнул. — Вообще-то я здесь из-за него. Он был моей сегодняшней целью. — Он был в сговоре с Моргенштернами? — быстро спросил Лайтвуд, пользуясь моментом. — Моргенштерном, — поправил его «Фантом». — Согласно моим источникам, Валентин уже полгода как кормит рыбок на дне залива.       Алек уже было хотел сказать о том, что лично видел Валентина несколько недель назад, незадолго до своего ранения, но вовремя прикусил язык. Кто знает, где ему может пригодиться такое информационное преимущество? — Значит, сынок будет твоей следующей целью? — предположил он. — Нетрудно догадаться, не правда ли? — отозвался его собеседник. — Рад был поболтать, но мне пора. «Филину» привет. — Зачем ты вломился на нашу линию? — вдруг спросил Алек. — Ты не сказал ничего важного и не задавал никаких интересующих тебя вопросов. Для чего было устраивать это представление?       «Фантом» впечатлённо хмыкнул. — Возможно, ты был прав, — негромко сказал он. — И мне просто хотелось в очередной раз доказать тебе, что я круче тебя, а ещё убедиться, что тебя это действительно бесит. — Посмотрим, как будешь беситься ты, когда я всажу в тебя пулю, — рассвирепел брюнет, и в ту же секунду в наушнике повисла мёртвая тишина. Через мгновение что-то пиликнуло, оповещая о подключении к общему каналу, и ухо заполонили множественные голоса. — «Сокол», ты как там? Ты жив? — панически голосила Зи, срываясь на ультразвук. — Жив и только что придумал тебе позывной — «Косатка», — буркнул Алек, морщась от слишком громких звуков в наушнике. — Твой новый стиль общения весьма к этому располагает. — Хвала ангелу, твоё чувство юмора не пострадало, — хохотнул Джейс. — А как же традиции? Мы ведь «Птицы». — К сожалению, «Филин» прав, — удрученно произнесла Изабель. — Такой позывной мне не согласуют, хотя вообще-то мне нравится. — А что со связью-то было? — вмешалась «Сойка». — Перехватили канал или?.. — Нет, все нормально, — поспешно заверил её и всех остальных Лайтвуд. — Просто сигнал заглушили, вот и всё. — Кто, «Фантом»? — спросила Лидия, и Алек мысленно матернулся. — Наверное, — безразлично сказал он. — Как-то не было возможности у него спросить, знаешь ли. — Ушёл? — понимающе отозвался Эрондейл. — Как всегда, — машинально ответил Лайтвуд.       Теперь это и вправду его личные счеты, и впутывать в это кого-либо ещё он был не намерен. Словно что-то почувствовав, Алек резко повернул голову вправо и увидел издалека темную фигуру с винтовкой за плечом на краю крыши. «Фантом», явно собиравшийся спуститься по тросу, замер на корточках, а затем выпрямился во весь рост. Лайтвуд не видел его лица и эмоций на таком расстоянии, но был готов поспорить, что тот самодовольно улыбается. Мысль метнуть в него хотя бы кинжал возникла в голове «Сокола» ровно в тот момент, когда его противник, явно красуясь, развязно ему отсалютовал и шагнул с края крыши в пустоту.       Алек мог сколько угодно ненавидеть «Фантома», но он не мог не признать, что стиль у него был просто потрясающим.