На расстоянии выстрела

      Выстрел. Щелчок затвора. Перезарядка.       Выстрел. Шаг, обманный манёвр, разворот, выстрел. Ещё один.       Каждый использованный патрон — точное попадание в голову.       Ноздри хищно дрогнули, когда мишень слегка прогнулась на подставке от метко выпущенной и достигшей своей цели пули. Лайтвуд сделал ещё один быстрый шаг, перемещаясь по тренировочной площадке, и присел, опираясь на одно колено. Прицелился, почти не думая, и нажал на спуск. — Алек, — чья-то рука легла на его плечо.       Это была последняя мишень на площадке, и он, в общем-то, знал, что никто, кроме его кластера, не может здесь появиться, но всё равно нервно дёрнулся, тут же направляя пистолет на того, кто нарушил его уединение в такой неподходящий момент. Длинноволосая брюнетка, сдаваясь, подняла вверх обе ладони, и Лайтвуд с облегчением выдохнул, сдергивая с головы защитные наушники. — С ума сошла? — зашипел он. — Я мог тебя застрелить! — Так же, как этих бедолаг? — усмехнулась девушка. — Не знаю, что конкретно вы не поделили, но будь они реальными людьми, они бы умерли ещё четыре выстрела назад.       Алек слегка виновато оглянулся на мишени за своей спиной. В условной голове почти каждого макета было по пять отметин — следов от пуль — на расстоянии не более сантиметра друг от друга. Возможно, он немного увлёкся, пытаясь сублимировать свой гнев. — Я просто тренировался, Из. Это теперь запрещено? — резко спросил он, отворачиваясь от неё. — Не запрещено, если это действительно тренировка, а не попытка что-то себе доказать, — заметила Иззи, подходя к одной из мишеней и проводя рукой по углублениям в металле. — Почему здесь четыре? В жизни не поверю, что ты промахнулся. Пропустил? — Нет, — обиженно насупился Лайтвуд. — След в след, — сообразила Изабель, заметив более глубокую вмятину по сравнению с остальными. — Мне его даже немного жаль, — покачала она головой. — Кого? — насторожился брюнет. — «Фантома», конечно, — пояснила умная Иззи. — Готова поспорить, всë это время ты стрелял в него.       Брюнет смутился. Его младшая сестра буквально видит его насквозь, если только не… — Джейс рассказал? — мрачно спросил он, представляя, как подвесит его в пыточной камере за его трепливый язык. — Джейс хороший друг, хоть и не всегда фильтрует базар. Он всего лишь попросил меня не трогать тебя в ближайшие сутки, — усмехнулась Иззи. — Этого было вполне достаточно, чтобы разом вспомнить все факторы, способные вывести тебя из себя. — Все? — Алек скептически вздернул бровь. — Это какие такие «все»? — В том-то и дело, что он всего один, — неожиданно мягко сказала Иззи. — Может, расскажешь, что вчера произошло на миссии?       Джейса слишком давно не было, и Алек, по обыкновению прикрывавший его сверху, с беспокойством слушал тишину в наушнике. Не выдержав неизвестности, он свернул позицию, планируя спуститься по тросу с той стороны здания, где, по его предположению, должен был находиться его напарник. Выход на основную лестницу был закрыт, пожарная лестница, по которой он сюда поднимался, была в зоне поражения, но он просто не мог сидеть сложа руки, зная, что в эту самую секунду воинственно настроенный блондин, возможно, в одиночку противостоит целому кластеру.       «Филин» и «Сокол» уже пять лет были напарниками и потому успели неплохо сработаться, так что Иззи спокойно отпускала их вдвоем на подобные миссии. Бывало, что одного из них ранили, иногда обоих сразу, но, как правило, в серьёзные передряги они никогда не попадали, ревностно отвоевывая своё право на автономность. Обычно всё всегда шло по плану — до определенного момента…       Лайтвуд уперся одной ногой в карниз и замер, прислушиваясь. Подозрительная тишина наводила на определенные мысли, и Алек уже было собрался быстрым и точным ударом локтя высадить стекло, но не успел. Оглушающий грохот резко вырвался из глубины здания языками пламени, разбивая вдребезги несколько соседних окон сразу. Алека грубо отбросило ударной волной в сторону, осыпав мелкими осколками, и он едва удержался на тросе, чудом не выпустив его из рук — впервые он был благодарен своей педантичности и тому, что каждый раз, как бы сильно он ни торопился, закреплял страховочное кольцо. — Твою мать! — глухо выругался он, болтаясь на карабине. Что там, к дьяволу, происходит? Где «Филин»? Если его зацепило взрывом… — Чёрт возьми, — просипел Джейс, появляясь на линии с каким-то жутким треском. — Ты жив? — Хотел задать тебе тот же вопрос, — парировал Алек, мастерски скрывая дрожь в голосе, возникшую одновременно с мыслью, что его напарник вполне мог оказаться в эпицентре произошедшего. — Что произошло? — Они замели все следы своего пребывания и деятельности, — презрительно произнёс Эрондейл. — Когда я пришёл, там уже никого не было. — А кто тогда инициировал взрыв? — не понял Лайтвуд. — Растяжка, которую я не заметил, — извиняющимся тоном сказал «Филин». — Блин, прости. Знаю, что виноват — четыре обошёл, но на последнюю всё же напоролся. — Где Джонатан? — бросил Алек, не зацикливаясь на неудачах. Меньше всего ему сейчас хотелось винить Джейса в том, что ему каким-то чудом удалось уцелеть. — Да, об этом, — озабоченно проговорил Эрондейл. — Его здесь изначально не было. Мы в очередной раз погнались за его тенью. — «Хамелеон»? — с досадой уточнил «Сокол». — Он самый, — подтвердил напарник. — И моя разведка докладывает, что пять минут назад он зашёл вон в то офисное здание через центральный вход. — Ты не хочешь уточнить, в какое именно «то» здание? — поинтересовался Алек. — Напротив которого ты завис, «Сокол», — хмыкнул Джейс. — Я вообще-то в самом низу и вижу тебя, так что будь добр, сделай беспалевный облёт по верхним этажам. — Ага, беспалевный. Никто ведь не заметил взрыва в соседнем здании, — съязвил Лайтвуд, с сомнением разглядывая невысокий офис в несколько этажей и мечтая уронить тяжелую и мешающую ему сейчас винтовку блондину на голову. — Ну тогда наоборот спускайся, пока у нас ещё есть шанс застать его, — нехотя пробурчал «Филин». — И пока никто из «Пресмыкающихся» не всадил в меня пулю, — мрачно усмехнулся Алек и уперся ногами в стену, снимая фиксатор.       Буквально в четыре прыжка он достиг третьего этажа, как вдруг почувствовал себя неуютно. Шестое чувство редко подводило его на миссиях, и сейчас он явственно ощутил на себе чей-то изучающий взгляд. Брюнет снова зафиксировался и тут же вскинул пистолет, готовый выстрелить по первому же движению недоброжелателей. Пустые окна молча взирали на него в ответ. Он с подозрением просканировал взглядом верхние этажи, и глаза его неожиданно сузились, находя нечто интересное для своего внимания. — Я нашёл его, «Филин», — сообщил он напарнику. — Я вижу «Хамелеона».       «Хамелеона» звали Себастьян, и он был в одном кластере с Моргенштернами, особо при этом не досаждая «Птицам». Искусно перевоплощающийся в любого из агентов, он успешно работал отвлекающим манёвром, пока оригинал осуществлял противоправные действия на другом конце города по заданию Валентина. Но в последнее время копия Джонатана слишком часто вводила их кластер в заблуждение, и «Птицы» получили «добро» на прекращение этого балагана. — Достанешь его? — с надеждой спросил Джейс. — Я прикрою. — Спрашиваешь, — фыркнул Алек, отбрасывая настойчивую мысль, что Себастьян был занят скачиванием с компьютера нужной ему информации в окне четвёртого этажа, а потому вряд ли видел «Сокола». Чей же тогда взгляд он почувствовал? — Классная мы парочка, — хохотнул Джейс. — На каждый мой косяк приходится один твой успешный выстрел. Идеальный баланс! — Плюс на минус в общем итоге даёт минус, умник, — Алек на секунду закатил глаза. — Смотри, чтобы твои косяки не стали системой, иначе Зи разобьет нашу «классную парочку». — Минус на минус даёт плюс, — довольно произнёс Джейс. — Так что ты знаешь, что нужно делать. — Бестолочь, — добродушно окрестил его брюнет. — Сам знаешь, что это невозможно. Я не промахиваюсь.       Если первый выстрел не достигнет цели, то как минимум разобьет стекло. Второй выстрел должен отправить Себастьяна туда, откуда не возвращаются. Алек собирался потратить максимум две пули на этого клоуна. Светловолосая голова «Хамелеона» всё ещё торчала в окне, когда «Сокол» ловко переместился вдоль стены к водосточной трубе, которая хоть немного, но растворяла темную фигуру снайпера на фоне темного кирпича. Алек прицелился… — Не вздумай этого делать, — деловито прозвучало в ухе одновременно с тем, как комментарии Джейса резко смолкли.       У «Фантома» была отвратительная привычка напоминать о себе в тот самый момент, когда Лайтвуд напрочь забывал о его существовании: за секунду до выстрела. — Что? — Алек даже опешил от его наглости. — Не делать чего?       Скажи это сейчас кто угодно — и он бы выпустил пулю, не моргнув глазом, но этот вкрадчивый голос с бархатистыми нотками просто выводил его из себя: пальцы всё никак не могли сдавить спусковой крючок. — Того. Опусти пистолет, «Сокол», — властно произнёс его собеседник, и в его интонации определенно проскочила угроза.       Лайтвуд не мог поверить своим ушам. — Я что-то не догоняю. Ты мне что, приказываешь? — свирепо поинтересовался он, всё так же держа на мушке «Хамелеона». — Просто предупреждаю, чтобы ты отступил, — спокойно отозвался «Фантом». — Чёрта с два, — выплюнул Алек. — Я не отпущу этого мерзавца просто потому, что он твой приятель. — Приятель? — снайпер усмехнулся. — Смешно. «Хамелеон» — моё сегодняшнее задание, и потому это должен быть мой выстрел, «Сокол», не твой. По-хорошему тебя прошу… — Твой выстрел?! — Лайтвуд задохнулся от негодования. Неслыханная дерзость! Заносчивый ублюдок настолько не мог смириться с тем, что «Сокол» его опередил, что был готов опуститься до уговоров. Или всё же угроз? — Знаешь, я долго терпел, когда ты путался у меня под ногами, но это уже переходит все границы, — произнёс он сквозь зубы. — На этот раз твоему непомерно раздутому эго придется подвинуться, так что не пошёл бы ты в ж… — Значит, по-плохому? Ну ладно, — с притворным огорчением вздохнул «Фантом». — Ведь пятерых ухлопал, а всё мало… — невнятно пробубнил он.       Алек не успел выстрелить — раздался короткий свист, и обугленный конец троса больно щëлкнул ухнувшего с высоты третьего этажа брюнета по голове. Стремительная группировка в воздухе за жалкую секунду — сейчас он был благодарен Ходжу за дрюкание на тренировках и умение равномерно распределять силу удара. Если бы «Сокол» не обладал сверхскоростной реакцией снайпера, то непременно поприветствовал бы асфальт копчиком — приятного мало. — Какого хрена?! — заорал Лайтвуд, тут же вскакивая на ноги и озираясь по сторонам.       Из окна последнего, пятого этажа здания, в котором находился Себастьян, на секунду выглянул уже знакомый Алеку стрелок. Он покачал головой, поймав взбешённый взгляд «Сокола», а затем скрылся из виду. Алек не сомневался как в том, что Себастьян получит свою пулю уже через полминуты, так и в том, что он сам — полный идиот. «Фантом» парой коротких слов обезвредил своего главного конкурента, красиво сыграв на его слабостях и, чего уж скрывать, самодовольстве, потому что в момент, когда снайпер произнёс слово «прошу», Лайтвуд испытал просто космическое наслаждение, пока не сообразил — с опозданием, конечно — что тот просто-напросто выигрывал себе немного времени. Теперь «Фантом» благополучно закончит начатое им дело, а Алек так и останется стоять внизу, бессильно глядя в окно четвёртого этажа, в котором он физически больше не видел свою цель. — Ты закончил? — наивно спросил Джейс, и Алек просто зарычал от злости. — Ещё нет, — рявкнул он и кинулся к центральному входу, зная, что всё равно не успеет. Может, хоть самого «Фантома» перехватит? Ага, конечно.       Пятьдесят восемь секунд спустя Лайтвуд мрачно созерцал бывшего агента «Пресмыкающихся» с пулей — Алек не сомневался, что найдет на ней насечку с буквой «Ф» — в центре груди. Только мёртвый Себастьян, мигающее «копирование данных завершено» на экране монитора и в очередной раз испарившийся с места преступления призрак, благоразумно прихвативший с собой флешку с данными. — Ты же обычно стреляешь в голову? — недоуменно спросил подоспевший «Филин», но Алек с такой яростью на него посмотрел, что тот сразу стушевался. — Понял, молчу, — мирно произнёс он.       Если бы в этот момент Эрондейл снова заикнулся про «минус на минус», Лайтвуд бы его, наверное, ударил. — Неужели ему и впрямь так важно доказать мне, что моё место — позади него? — кипятился Алек. — Что бы я ни делал, он всегда делает то же самое, опережая меня на жалкую секунду. Только я хочу нажать на спуск, как понимаю, что он уже это сделал. Меня бесит даже не то, что он не мажет, а то, что он крадёт мои миссии! — Я кое-что слышала о «Фантоме», — призналась вдруг Изабель. — Это лишь крупица информации, но в данном случае она имеет большое значение. — Тебе известно, кто он? — воспрял брюнет. — Спустись с небес на землю, — поморщилась девушка. — Я считаю своим личным достижением тот факт, что я вообще хоть что-то о нём узнала, но если тебе… — Извини, — поспешно сказал Алек. — Что за информация? — Это касается его отношения к тебе, — осторожно сообщила Изабель. — Когда он вмешивается в твою работу, ты всегда думаешь, что он делает это назло. — А разве нет? — перебил её Алек, скептически приподняв бровь. — Ты слишком загоняешься, братец, — девушка возвела глаза к потолку. — Может, ему и приятно утереть тебе нос на твоём же поприще, но уверяю тебя: у него своя миссия, так что ты ему совершенно до лампочки. — До лампочки? А такое чувство, словно он нарочно пытается меня спровоцировать, — сердито возразил брюнет. — Каждая моя вторая операция не обходится без его участия! — Ты знаешь, в чём ваше главное отличие? — спокойно спросила Иззи, и Алек нахмурился. Его сестра так много знает об этом павлине? — В том, что он всё делает эффектно и с размахом, а я просто делаю? — предположил он, вспоминая слова самого «Фантома». — В двадцать один ты впервые пошёл на миссию как снайпер и с тех пор остаешься верен своему делу. Сколько насечек ты сделал на прикладе с тех самых пор? — зашла сестра с другого края. — Одна тысяча сто двадцать четыре, — машинально ответил Алек. Может, он и не рисовался, как это делал «Фантом», но профессиональное снайперское самолюбие у него всё же имелось. — Одна тысяча сто двадцать четыре, — повторила Изабель. — А вот у него вряд ли больше сотни. — Что? Откуда ты знаешь? — изумился Лайтвуд. — Кое-какие связи, — коротко бросила девушка. — Так сказать, птичка на хвосте принесла. — Не больше сотни? Не может этого быть. Хочешь сказать, он из новеньких? — не поверил Алек. — Он как раз из стареньких, — покачала головой Иззи. — Просто в твоих миссиях часто присутствует слово «зачистить», что подразумевает несколько людей и отсюда же несколько насечек. В миссиях же «Фантома», как правило, целью являются не больше двух конкретных людей. Ты не думал, почему за целый год он ни разу не пытался пристрелить кого-то из нашего кластера? — Он убил Ходжа, — возразил Алек. — Ходж — перебежчик, — живо ответила девушка. — Скорее всего, он перешёл дорогу не только нам, просто мы были слепы, раз не заметили, что одна из наших «птиц» стала «крысой». Это совсем другое. У «Фантома» было столько возможностей убить, например, тебя, но максимум, что он сделал — это ранил. Предупреждающая пуля, как и вчера, чтобы ты не лез в его вендетту. — Вендетту? — переспросил Лайтвуд. — Что значит… — Это значит, что он работает по определенному списку, — отозвалась сестра. — И тебя в этом списке нет. Ты можешь за одну миссию положить восемь из десяти человек и при этом будет считаться, что по большей части задание выполнено. А если он пришёл конкретно за одним мерзавцем, на которого направляет ствол кто-то ещё… Что бы ты сделал на его месте, «Сокол»? — Опередил бы конкурента, — не задумываясь, ответил Алек, и его пронзило внезапным озарением. Он понял. — Так вот почему… Но ведь это безумно сложно. Он должен быть быстрее всех остальных, и у него всего один шанс, а если он промахнется… — То миссия будет провалена, — закончила Изабель. — Потому он и не мажет. Ты просто бьешь в цель — будь то живой человек или мишень, потому что у тебя за плечами огромный опыт, давно эволюционировавший в мастерство. Он же бьёт в цель, потому что иначе ему нельзя. Он действительно должен быть быстрее и смертоноснее, чем самый быстрый и самый смертоносный из нас. По той же причине, думаю, он всё ещё жив и всё так же неуловим. — Полтора месяца назад, когда он выстрелил мне в плечо… — вспомнил брюнет. — Думаю, да, — кивнула сестра, с улыбкой поправив ему влажную прядь волос. — Если бы ты был в его списке, вряд ли бы мы сейчас с тобой так мило беседовали. Так что не принимай это на свой счёт — пока ты поедаешь себя изнутри, забивая голову подобными мыслями, он о тебе даже не вспоминает. — Как давно ты знаешь обо всем этом? О «Фантоме»? — окликнул Алек Изабель, когда она уже почти вышла за дверь. — С тех самых пор, как ты вернулся с задания с напрочь убитым плечом, — призналась Иззи. — Это помогло мне понять его и не прикончить в отместку за твоё ранение. — Ты знаешь кого-то, кто знает его, так? — понял Лайтвуд. — Кого-то из его кластера. Из? — Даже не мечтай, — сразу отрезала девушка. — У нас с ним строгая договорённость — разделять работу и личное, и я уже однажды нарушила этот принцип ради тебя. Ради тебя я плюну на него сколько угодно раз, но «для тебя» — нет уж, братец. Смирись с этим и живи дальше. — С ним? — Алек прищурил глаза. Иззи закатила глаза и, покачав головой, вышла за дверь.       Вопросов стало даже больше, чем было, но, по крайней мере, Лайтвуд больше не чувствовал всепоглощающего гнева и слепой ярости. В его душе снова появилось чувство, похожее на умиротворение, и — Иззи была права — с этим можно было жить дальше. Оказывается, «Фантом» тоже был человеком из плоти и крови, со своими пунктиками, стремлениями и целью в жизни, как и он сам. — Что? — хмуро спросил он у безмолвной мишени, укоризненно гипнотизирующей его своими «глазами»-лунками от пуль. — Ждешь извинений? Моё плечо всё ещё не зажило, так что засунь свои ожидания…