Финальный забег

Охранники начали стрелять в дверь, и звуки выстрелов эхом разнеслись по коридору. Команда оказалась в ловушке, и у них оставалось меньше двух минут до того, как охрана полностью блокирует выход. Питер понимал, что мог бы перенести себя и Рейвен в безопасное место, используя свою способность, но тогда миссия была бы провалена. Мальчика перевезли бы в другое место, и они потеряли бы его навсегда. Им нужно было попытаться спасти его любой ценой. Питер замедлил время, чтобы выиграть драгоценные секунды. Дверь оставалась закрытой, замок надёжно защищал её. Ключи? Искать их по всему зданию было бессмысленно — времени не оставалось. Нужно было придумать что-то другое. Он мог перенести Рейвен в безопасное место, но тогда остался бы один, без поддержки. Может быть, она придумает выход? Питер ударил кулаком по двери, и костяшки отозвались острой болью. Что делать? Вопрос эхом раздавался в его голове. Рейвен стояла рядом, её лицо было бледным, а глаза широко раскрытыми от страха. Она никогда не испытывала такого чувства беспомощности. Всегда находившая выход из сложных ситуаций, сейчас она не знала, что предложить. Её разум метался, ища решение, но ничего не приходило в голову. Она смотрела на Питера, надеясь, что он придумает что-то, но видела, что и он в растерянности. — Что делать? — спросил Питер, и его голос дрогнул от безысходности. Рейвен молчала. Её мозг отказывался работать, и она чувствовала, как паника охватывает её. Никогда раньше она не оказывалась в такой ситуации, когда всё зависело от них двоих, а времени не оставалось. Её руки дрожали, и она сжала их в кулаки, пытаясь удержать контроль над собой. Марко, наблюдая за ними, тоже был напуган. Он прижимался к стене, его глаза были полны слез, но он старался не плакать. Мальчик видел, как взрослые пытаются найти выход, и надеялся, что они смогут его спасти. Время тикало, и каждый выстрел в дверь становился всё громче. Охранники приближались, и ситуация становилась критической. Питер и Рейвен смотрели друг на друга, понимая, что им нужно действовать немедленно, но не зная, как. --- Тишина нависла над комнатой, как тяжёлое покрывало. В голове Питера крутились тысячи мыслей, каждая из которых казалась бесполезной. Время утекало, как песок сквозь пальцы, и с каждой секундой шансы на спасение становились всё меньше. Внезапно, среди хаоса мыслей, вспыхнула идея. Безумная, дерзкая, но единственно возможная в данной ситуации. Что если попробовать использовать магнетизм? Мысль пришла мгновенно, как вспышка молнии. Питер практически не использовал эту способность ранее, разве что в детстве, и то лишь на мелочах — монетках, ключах, игрушках. Он не знал, как правильно управлять этой силой, не представлял, как вообще это работает. Может, нужно вытянуть руки? Или сосредоточиться на предмете? Всё это было неясно, но выбора не оставалось. Питер подошёл к Рейвен, его лицо было сосредоточенным и решительным. — Я попробую кое-что, — сказал он, стараясь звучать уверенно, хотя внутри его охватывал страх. Рейвен смотрела на него с недоумением, не понимая, что он затевает. Питер занял позицию напротив двери, глубоко вздохнул и сконцентрировался на замке. Он начал мысленно представлять, как замок открывается и падает, как металл подчиняется его воле. Но ничего не происходило. Время текло неумолимо, и каждый удар сердца напоминал ему о приближающейся опасности. Охранники уже были близко, их шаги эхом раздавались в коридорах. Питер почувствовал, как внутри него что-то меняется. Внезапно энергия, скрытая глубоко внутри, начала пробуждаться. Всё вокруг утратило значение — остались только он и металл. Он сфокусировался на замке, представляя, как его молекулы разъединяются. Раздался глухой грохот, и замок отпал, упав на пол с металлическим звоном. Питер почувствовал, как сила пронизывает его тело. Это было новое, неизведанное ощущение, которое пугало и одновременно манило. Он осознал, что внутри него что-то изменилось, возможно, навсегда. Это открытие было опасным, но ему было всё равно. Он хотел лишь одного — попробовать это снова. Рейвен и Марко смотрели на него с изумлением. Их глаза были полны удивления и недоверия. Питер понял, что они видели всё. Его секрет больше не был тайной, и это заставляло его чувствовать себя уязвимым. Но сейчас не было времени на размышления. Они должны были действовать. --- Рейвен была поражена увиденным. Возможность передачи способностей от родителя к ребенку всегда казалась ей чем-то абстрактным, но сейчас она столкнулась с этим лицом к лицу. Более того, мысль о том, что мутант может обладать двумя способностями, казалась ей невероятной. Её глаза были полны удивления и восхищения. — Я никому не скажу, — сказала она, заметив тревожный взгляд Питера. — Обещаю. Питер знал, что Рейвен держит слово, но мальчику вряд ли удастся хранить секреты. Он представил, как Марко рассказывает всем, что парень, который быстро бегает, ещё и ломает металлические замки силой мысли. Такое признание могло бы привести к нежелательным последствиям. Телекинез? Да это полный бред! Хотя, возможно, это лучший способ объяснить происходящее. — Я тоже не скажу, — с улыбкой пообещал Марко, и его голубые глаза сияли честностью. Питер посмотрел на мальчика, не зная, верить ему или нет. Но что-то в его взгляде говорило о правдивости слов. Хотя зачем ему врать? Может быть, он действительно понимает важность тайны. — Хорошо, спасибо тебе, — сказал Питер, искренне благодарный за понимание. --- Питер перенёс всех прямо в кабинет Чарльза. Когда они вошли, профессор, заметив мальчика, тепло улыбнулся и пригласил его сесть на кресло. Однако, увидев тревожные выражения лиц мутантов, он сразу понял, что что-то пошло не так. — Вас заметили? — спросил Чарльз, уже догадываясь о случившемся. — Их было слишком много, — начала объяснять Рейвен, рассказывая о сложности ситуации. Питер стоял в стороне, чувствуя, как его уверенность постепенно сменяется разочарованием. Он знал, что скоро придёт Эрик, и что отец узнает, насколько бездарно он провёл операцию. Питер страстно желал завоевать авторитет у Магнето, но понимал, что этот момент явно не станет поворотным в их отношениях. Чарльз, обратившись к мальчику, попросил разрешения прочитать его мысли. Хотя профессор мог сделать это и без согласия, он предпочитал действовать вежливо. Питер, заметив это, быстро вмешался: — Что вы хотите узнать, профессор? — его голос звучал жёстко, почти вызывающе. В этот момент в кабинет вошёл Эрик. Его лицо было суровым, а в глазах горела ярость. Не дожидаясь вопросов, он выпалил: — Это просто возмутительно! Чарльз попытался уточнить: — Что именно тебя возмущает? Но Эрик перебил его, указывая на экран телевизора: — Вы видели новости? Они уже знают, что мы пытались освободить мальчика! Как это могло произойти?! Его гнев был направлен не только на ситуацию, но и на саму идею провальной операции. Питер почувствовал, как его сердце сжалось от стыда. Он знал, что Эрик ожидал от него большего, и сейчас его разочарование было очевидным. — Мы сделали всё, что могли, — попыталась оправдаться Рейвен, но её слова лишь усиливали напряжение в комнате. Питер молчал, осознавая, что его молчание только подтверждает его неудачу. Он хотел доказать Эрику, что достоин его уважения, но сейчас это казалось невозможным. Его внутренняя жёсткость выросла из разочарования в себе и желания доказать свою ценность. --- Рейвен включила телевизор, и комната наполнилась звуком новостей: «А теперь к главным новостям. Мощный взрыв в центре Бликер Стрит. Сведений о жертвах ещё не поступало.» Все в комнате замерли, пытаясь осмыслить услышанное. Рейвен была в замешательстве: — Мы ничего не взрывали, когда уходили. Всё было в полном порядке. В этот момент Марко поднял голову и тихо произнёс: — Это я. Комната погрузилась в тишину. Все взгляды устремились на мальчика. Эрик первым нарушил молчание: — Каким образом? — его голос был строгим, но в нём слышалась озадаченность. Марко опустил голову, его глаза наполнились слезами: — Я лишь хотел, чтобы они больше не преследовали меня. Честно, — его голос дрожал от страха и вины. Чарльз, внимательно наблюдая за мальчиком, понял, что перед ними мутант с уникальными способностями. Он мягко спросил: — Какая у тебя мутация, Марко? Ты знаешь, что ты можешь? Мальчик пожал плечами: — Я не знаю. Всё, что угодно. Все переглянулись, осознавая масштаб возможностей Марко. Эрик, чувствуя нарастающее напряжение, обратился к остальным: — Так, Рейвен, Питер, спасибо за вашу помощь. Вы свободны. Питер хотел возразить, но Эрик прервал его: — Свободны! — его тон был категоричен. Питер и Рейвен покинули кабинет, и Питер медленно закрыл дверь. Внутри него всё дрожало от напряжения. Он знал, что Чарльз начнёт читать сознание мальчика, узнавая каждый его секрет. Спидстер не мог помешать этому процессу, и ему ничего не оставалось, кроме как уйти и ждать неизбежного.